По ту сторону восприятия

      В голове возникла одна до боли ясная мысль: "Надо сворачивать эту лавочку". Даже если она все ещё даже толком не открылась, то она уже заслуживает отдельного специфического внимания ликвидационного характера. В конце концов, он уже всё сказал. И для него больше не существовало разговоров по душам с этими людьми. Особенно это хорошо оправдывалось его ужасным состоянием и крайней степенью сонливости.       - Не сегодня. Я уже практически уснул, когда ты вломился, - стрельнув глазами в сторону наполовину наполненного стакана с успокоительным, Дмитрий поблагодарил себя за то, что изначально не хотел им напиваться, а сейчас он мог списать свою сонность на то, что уже немного выпил.       Но, кажется, Алукарду было все равно. Он прошёл внутрь, а попаданец в теле Грейнджера напрягся, грозно бросая исподлобья тяжёлые взгляды, намекающие вошедшему выйти в скорейшем будущем. А лучше прямо сейчас.       Но отчего-то тот был излишне упрям, неприкрыто выражая свое рьяное желание что-то сказать. Стоило тому подойти чуть поближе, и Дмитрий почуял шлейф алкогольных паров. Практически незаметный, но это тело было подготовлено хорошо, как гончая.       "Иначе и быть не могло. Войны у них бесконечные", - подумал Дима, отодвигаясь в сторону. Нет уж, он всё понимает, да и сам никогда не был против выпить по стаканчику виски, но конкретно сейчас - он хотел спать, находился непонятно где ("в голове у себя", - напомнил он себе), а ещё его очень напрягала та атмосфера, повисшая вокруг него плотным покрывалом без просветов на истину. И, казалось бы, вот источник информации, грамотно разболтай пьяного - и всё узнаешь.       Да, только вот он не знает, как именно себя ведёт Алукард в пьяном состоянии. Да ещё и непонятно с чего бы тот напился. Не в честь пробуждения - точно, иначе бы и ему дали выпить (он уверен в этом).       Сложно даже сказать, что он чувствовал. Хотелось выпихнуть полуночного гостя. Да и сделал бы так, если бы это тело позволило ему это сделать.       - Свали отсюда. Глухой, что ли? - грубо бросил Дмитрий, устав делать разнообразные реверансы пусть и в коротких, но рисковых (во всех смыслах) для него беседах. - Мне глубоко начхать на твое желание поболтать, а конкретно сейчас я чувствую себя крайне ужасно. Если хочешь поговорить, заходи завтра, но учти, не горю желанием тебя видеть. Так что, будь так добр, вали-ка ты к себе восвояси и проспись для начала...       И тут произошло что-то странное. Слова, брошенные уже с каким-то тупым упрямством подстегнули неприятного типа замереть. Замереть и, кажется, о чем-то задуматься. Было плохо видно выражение лица убийцы демонов, да вот только чуйка очень убедительно твердила - пиздец. Ему пиздец.       Алукард уже продырявил его взглядом, когда, наконец, развернулся и ушёл.       А система разразилась приятной трелью.       "Уровень подозрения упал до 5%"       Хорошо, значит, он вдоволь всем нахамит (к счастью или нет, но его настроение всё чаще стало располагать к вспышкам неконтролируемого раздражения и гнева). А Алукарду в первую очередь перепадёт. Ведь месть - это блюдо, в котором Дмитрий себе не собирался отказывать.       А пока...       А пока отчего-то в сон очень сложно было снова провалиться. Покосившись в кромешной мгле на тумбочку, где стоял стакан, Грейнджер осторожно протянул руку, а после всё-таки выпил махом все лекарство. Он не мазохист, чтобы насиловать себя сверх нормы.       И лишь проваливаясь в сон, он почувствовал что-то странное. Словно отголоски какого-то непонятного далекого тепла...

***

      "Желали мести? Получите и распишитесь. Только отчего-то мстят мне, ещё бы причину назвали", - в голове буквально все вибрировало от клокочущего раздражения, а руки так и чесались набить морду одном белобрысому, который какого-то лешего снова сунулся к нему. И если бы по делу, да вот только тот молчит, ничего не говоря. Молчит и сверлит тем жутким взглядом, от которого мурашки по коже. Так недолго и самому стать психованным, уподобляясь Грейнджеру на все сто процентов. Может, это и есть цель его окружения - подбить в рамки этой тушки.       От последней несуразицы невольно зарычал, а грозный взгляд заострился.       Всё, доконал.       - Вали отсюда. Достал пялиться. Уже час сидишь молча, у меня не только характер дерьмовый, но и терпение ни к черту, - зашипел он, грозно сжимая кулаки и цедя яд через слова. За этот бесконечный час на его счёт подозрения накапали 49% процентов подозрения. Поздравьте, рекорд! Скоро на упокой!       - Я тебе как-то мешаю? - склонил на бок голову блондин с тупорылой улыбкой.       - С тобой быстрее скопычусь. Либо говори, зачем заявился снова, либо вали, - прорычал Дмитрий, и на этом весь его запал иссяк. Тело по-прежнему очень долго восстанавливалось и крайне быстро уставало, слушаясь из рук вон плохо. Он чувствовал себя нелепым новорожденным оленёнком, а Генри на это лишь плечами пожимал, беспечно говоря, что Грейнджеру всё ещё нужен покой.       Вот только времени до отъезда оставалось всё меньше, а ему уже пора и честь знать. Руки чесались от желания побыстрее выполнить задание системы, которое он с охотой принял, когда она предложила ему выбор:       "Грейнджеру из-за раскола в команде предоставлен выбор: уйти или остаться, чтобы распутать загадку, повисшую мертвым грузом над всеми в столичной команде.

Что вы выберете?

(Побег) (Остаться)"

      И, естественно, его изначальный план не претерпел изменений. Выбор был очевиден - побег.       Теперь у него на руках было многое для его совершения. Наиболее удобный определенный промежуток времени, на который ему станет в разы лучше, а также ещё плюшки из облегчённого режима как послабление для новичка. Что-то похожее он видел в некоторых играх, так что не удивился выкрутасам своего подсознания, воскресившего те далёкие прохождения сюжеток с экшеном.       Он настолько глубоко закопался в самого себя, что даже не заметил приближения блондина. А тот и не спешил шуметь, осторожно присев на край постели, сначала слегка припугнув, а после немало насторожив попаданца. В конце концов, разве каждый день тебе так "везёт", как сейчас ему... он увяз во всём этом на неопределенный срок. И было острое желание жить, даже в голове у себя. А тут в ответ появляется эта дубина.       Блондинистая.       - Ну что? Быстрее говори, и вали уже, - с досадой процедил попаданец, лишь слегка переигрывая, но это несильно бросалось в глаза. Даже окружающие не замечали ужимок и некоторой несвойственной потерянности при обращении с чем-то, что хоть как-то было связано с магией.       Все, кроме одного.       И Алукарда это не удивляло, скорее пугало и напрягало.       - Не бойся магии, больше она тебе не навредит, - шёпотом, внушающим спокойствие, заверил блондин, осторожно всматриваясь в бледное лицо, слегка осунувшееся за последнее время. Конечно, их род деятельности и не предполагал полной сохранности, однако даже для них было редкостью такое тяжёлое состояние, когда одной ногой уже в могиле. Оно не должно вызывать удивление, ведь риск всегда высок. Но всех подкосили такие серьезные повреждения, которые редко сочитаются с жизнью: череп чуть было не пробили, ногу чуть не оторвали, а ребра всё-таки проткнули лёгкие, когда стрелка отправили в полёт до ближайшего каменного здания, о которое он со всей силы ударился, а после повалился на землю. Чего там говорить, Грейнджер мог не просто потерять зрение, а в принципе умереть. И последнее было не пустыми словами.       Это была пугающая константа.       Неизменная величина в череде бешено мчащихся переменных жизни.       В которой больше не могло быть этого мрачного и восхищающего убийцы демонов. Ужасного скрипача, но верного товарища.       Которого они так сильно подставили, когда ему больше всех нужна была помощь.       И понятна его враждебность, настороженность и опаска.       Алукард хотел бы забыть тот день и то, как они его подвели. Насколько было полны сожаления все, насколько был полон горечи сам он. Друзья...       Имели ли они право зваться его боевыми товарищами и дальше?       А Дмитрий тем временем даже не подозревал о той буре, которая поразила всех товарищей прошлого хозяина тела, в котором он сейчас находился. Его настораживало то, как его старался успокоить Алукард, словно что-то взаправду скрывалось за нелепой смертью Грейнджера. Даже не словно.       Попаданец уже понял, что там всё нечисто. Но ему было всё равно. Грейнджера больше не было. Был только он.       - Спасибо за утешение. Это всё? Я надеюсь, что да. И попрошу свалить, коли тебе больше нечего сказать. Устал от твоего присутствия, - он хотел поскорее отделаться от этого малоприятного для него типа. Да, было экзотикой повзаимодействовать с теми, на кого раньше глядел лишь через экран телефона, но правда заключалась в следующем - Алукард ему не нравился как человек.       Было что-то в нём, что заставляло насторожиться и выпустить иглы. То ли подсознание шалило, то ли тело запомнило этого блондина как потенциальную опасность. Доверять такому не было ни капли желания.       Голубоглазый посмотрел долгим взглядом на напряжённого друга, ощущая, как на языке закипает горечь. Сильнейшая со смерти его родителей.       Глупая надежда, что всё обойдется, они поговорят и поймут друг друга, была так легко сметена очевидным недоверием. Он потерял то, за что обычно очень долго борются, к чему долго идут.       И потерял он это исключительно по собственной глупости. Ведь нельзя предавать людей. А он глупый предатель. Как и все другие.       - Я понимаю, - собравшись с силами и сжав руки в кулаки, он со всем возможным уважением спокойно кивнул, поднялся и подошёл к выходу из комнаты. Замерев на секунду перед тем, как выйти, он слегка понурил голову, произнося. - Прости.       А после Дмитрий ещё долгое время сидел молча, пытаясь всё-таки осмыслить всё то, что только что произошло. Выходило из рук вон плохо, но он и не ожидал иного: в конце концов, о том, что предшествовало кончине Грейнджера, он не ведал. И, скорее всего, узнает об этом потом, если вообще узнает.       Правда ведь, Система?       Система не отвечала, загадочно отмалчиваясь. А Дмитрий не парился. Усталость навалилась снежным комом, заставляя уснуть.       "До начала задания осталось 7:54:48."

***

      Вечером Дмитрия разбудил врач. Проверив состояние своего пациента и убедившись в том, что тот уверенно идёт на поправку, дал ещё лекарств, а после составил рецепт, по которому стоило принимать препараты. Как удобно, система. Теперь у него был практически полный комплект для того, чтобы сбежать. Оставалось за малым: забрать оружие Грейнджера. Забавно было не обнаружить его у себя в комнате, на что ему ответила система следующим образом:       "Оружие требовало ремонта. Сейчас оно находится в оружейной. Вам предстоит проникнуть туда абсолютно незамеченным, иначе шансы на побег понизятся. Сейчас процент успеха составляет 91%. Заберите оружие и осторожно проследуйте на задний двор. Там будет находиться повозка местного чиновника с экипажем и багажом, среди которого можно спрятаться. Остальные сведения будут доступны после успешного проникновения в оружейную и обнаружения оружия."       Дмитрий тем временем уже убирал в сумку лекарства, карту, сорванную со стены, а также стремительно быстро обувался, стремясь поскорее оказаться в состоянии сбежать оттуда. Лёгкое волнение подстегивало к стремительному улучшению настроения, ведь ещё немного, совсем скоро он увидит то, о чём могут только мечтать другие люди.       Хотя, он не сказал бы, что ему повезло. В конце концов, мало приятного в чёртовой коме из-за неясных причин. И потому он просто искал хоть что-то хорошее в своём нынешнем положении.       Горько усмехнувшись краешком губ на это и помотав головой, он осторожно собрал вещи, туго привязывая к себе небольшую сумку, а после посмотрел на плащ. Такой забавный, потрёпанный, даже отчасти нелепый. Лично для Дмитрия он был очень крутым, да вот только практичности ноль. Слишком громоздкий, проще взять что-то из лёгкой брони. Тем более характеристика не выявила ничего сверхъестественного в этом элементе одежды.       Как и в остальной значительно поношенной и потрепанной жизнью одёжке.       А потому быстро порывшись в том, что было ещё в здешнем скудном гардеробе, он выудил пару добротных рубах, удобный и плотный плащ, платок на шею, чтобы прикрывать лицо, а также хорошие военные штаны. Всё в цветах болотного оттенка, чтобы окончательно слиться с здешней флорой. Да, одежда была не такой эффектной, как прошлая, да вот только ему было как-то по барабану. Он сбегать собрался, а не на показ мод.       Но что-то всё-таки надо сделать с ней, чтобы поначалу искали в одежде, свойственной Грейнджеру. Унести с собой? Нет, у него, конечно, теперь более физически подготовленное тело, да вот только лишний груз - никогда не было хорошим вариантом, особенно тогда, когда необходимые уже были взяты. Закопать или выбросить где-то в лесу?       Призадумавшись, он пришёл к выводу, что, да, неплохой вариант. Так и возможные собаки дольше искать будут. Перцем натереть обувь, да и в принципе искупаться в специях, - поможет сбить нюх собакам. Ещё неплохо было бы что-то взять из местных драгоценных побрякушек, чтобы, продав потом втридорога, остаться в выигрыше. Конечно, того, что он с собой прихватил, уже было немало, да вот только подстелить солому никогда не было лишним.       Но ладно, это уже дополнительно. Сейчас в первую очередь сбежать, а после можно и о другом подумать.       Ещё он думал оставить какое-нибудь письмо или послание, да вот только эта идея толком не закрепилась в голове, испаряясь с первым осознанием, что Грейнджер точно был немногословен.       Но ладно, это всё тоже уже потом. Сначала надо вытащить вещи наружу, а после за оружием. Провиант он тоже уже прихватил: еда, которой его трижды кормили, была идеальным вариантом. Хлеб, булочки, вяленное мясо, овощи и фрукты - большая часть уходила в бездонный вещь-мешок.       Так что теперь оставалось дело за малым.       Окошко с таймером неожиданно появилось прямо перед глазами:       "До начала задания осталось 00:01:01"       "До начала осталось 00:00:31"       "До начала осталось 00:00:03"       "До начала осталось 00:00:02"       "До начала осталось 00:00:01"       "До начала осталось 00:00:00"       "Желаем удачи, пользователь!"       Дмитрий усмехнулся, а после тихо вышел наружу, преисполненный уверенностью, что он справится с этим.       Да вот только он слишком наивный.