Люби меня, прощай меня

Сеул, 3 сентября 2018 года       Молодой омега Мин Юнги уже месяц, как ищет работу. Только вот ему очень рано становится понятно, что без образования он будет получать такие гроши, что даже за квартиру заплатить не сможет — не то, чтобы нормально жить. И Юнги упирается, не желает поддаваться системе. Не поддавался с самого детства, хотя родители пытались воспитывать мальчишку как лучшего омегу. Из этого воспитания Юнги много чего полезного занёс на подкорку мозга, в том числе были знания нескольких иностранных языков, умение преподнести себя в общество, этикет, танцы, борьба и многое другое. И это всё с единственной целью — продать подороже в зрелом возрасте.       Родители Юнги были довольно состоятельными бизнесменами, и имели двух прекрасных деточек. Старшим родился альфа — Чонгук, его воспитывали наследником компании, как лидера с высокими амбициями и целями. Младшему не так повезло, ведь он родился омегой, что само по себе являлось подспорьем для полунаплевательского отношения родителей. Если старшего в школу отвозил папа, то младшего — водитель. И такая наглядная разница проскальзывала во всех действиях родителей: его даже воспитала няня, а не родные. Когда-то давно, лет в четырнадцать, во время первой течки Юнги осознал, что вся его жизнь — это создание красивой куклы, которая со стороны кажется идеальной. Всё ради того, чтобы в будущем его выдать замуж за влиятельного альфу и еще больше расширить бизнес для старшего сыночка. С братом, напротив, были потрясающие отношения. В буквальном смысле тот заменил младшему родителей.       Так и происходит. В семнадцать лет Юнги узнаёт о его скором замужестве. Замужестве за незнакомого альфу, который владеет какой-то безумно крутой компанией, чья одна акция стоит как четверть всего имущества семьи Мин. Юнги даже удивляется, как им мог заинтересоваться такой богач. Если судить здраво, то это должен быть брак по договору, а договор, в свою очередь, должен быть выгодным с обоих сторон. Только вот выгоды для неизвестного мужчины он не находит. Может, это вообще старик, который на старости лет решил поразвлечься с молоденьким омегой. Юнги пробивает дрожь — ложиться под старика он точно не собирается. Хотя нет, не так. Он вообще не собирается ложиться под нелюбимого альфу, а уж тем более — выходить за него замуж.       С этой мыслью он и пошёл на ужин, который на самом деле является деловой встречей с его муженьком. При мысли об этом его снова передёргивает, но он пересиливает себя и спускается к семье. Родители не удосужились даже поставить в известность заранее, подготовить морально. Обо всем он узнал буквально накануне. Юнги даже не старается выглядеть хорошо, спускаясь в простой одежде, без шикарной укладки и макияжа. Место за столом, уготованное ему — прямо напротив неизвестного альфы. От него веет силой и хочется убежать обратно. Но слишком поздно. Его представляют и усаживают за стол. Единственный источник поддержки — это его брат, который сидит по левую руку от него. Он с беспокойством сжимает руку омеги под столом. Так, чтобы никто не заметил. И Юнги стало легче, но ровно до того момента, как он сталкивается глазами с лисьим взглядом напротив. Альфа без стеснения рассматривает, и его это, очевидно, забавляет. Юнги мгновенно отводит взгляд и делает вид, что увлеченно ковыряет салат. Ему хочется уйти, закрыться, погрузиться в свой небольшой мир, что угодно… но не здесь.       Юнги ошибался насчёт предположительного возраста мужчины — он далеко не старик. По виду ему не больше тридцати пяти, но, тем не менее, это всё равно почти в два раза больше, чем есть омеге. В прищуре глаз еле-еле виднеются небольшие морщинки, которые, если быть откровенным, идут альфе. А еще у него наспех уложенные завитые темные волосы с косым пробором, что нетипично для такого серьёзного человека. Мин даже на секундочку задумывается, что, может, это всего лишь представитель того альфы, а сам он даже не удосужился посмотреть на будущего жениха.       — Я уверен, нас свела судьба, — выдаёт мужчина, растягивая губы в широкой улыбке.       — Конечно, да, судьба….       Но его это не волнует, ведь замуж за него он всё равно не собирается. Спустя съеденный салат и выпитый бокал красного сухого, Юнги встаёт из-за стола и уходит к себе, сославшись на плохое самочувствие. Если бы кто-то в этот момент взглянул на Чонгука, то увидел бы на его лице ухмылку, с которой альфа реагировал на «внезапный» уход омеги. Чонгук был в курсе, что замышляет младший, и даже не думал его останавливать. Они вместе накануне обдумали план спасения милой попы Юнги от непонятного мужика, пускай даже названного мужа омеги. Они были слишком близки, и уж слишком Гук любил братишку, чтобы оставить его страдать, путь это даже станет прорывом для компании. Это того не стоит.       Юнги сбежал с дома в тот вечер, буквально взяв только самое необходимое. Пару дней назад Чонгук со своего личного счёта снял квартиру для брата и сам перевёз тот минимум вещей, который бы смог вывезти с дома незаметно. Также он выдал Юнги небольшую сумму денег наличными, в надежде, что омега не станет тянуть с поиском работы. План был как придуман, так и реализован «на коленке». Поэтому у омеги даже не было возможности связаться с братом, ведь телефона у него не было. Но был листочек с цифрами нескольких контактов, которые он выучил на память в последнюю ночь перед ужином.       В первое время было одиноко, ведь он самолично лишил себя всего: семьи, брата, друзей, положения. В каком-то роде его протест можно было воспринимать как социальный суицид, если это можно так назвать. Но омега вырос уж слишком свободолюбивым и независимым, чтобы вот так в раз всё это потерять. Ему не нужны деньги и положение отца, а связь с любимыми он восстановит. Обязательно, как только будет возможность. Но даже на следующие после побега Мина сутки он звонит с одолженного у незнакомца телефона и говорит, что в порядке. Долго они разговаривать не могли, так что Юнги остался совсем один в этом огромном, жестоком мире. Но малыш не отчаивался, подрабатывал, как мог, но ничего стоящего на постоянную основу найти не мог. Денег не хватало, а времени не хватало вдвое больше. До этого момента он никогда не занимался такими, казалось бы, обыденными вещами, как приготовление пищи или стирка. На это всё уходило примерно столько же времени, как на полноценной работе, и не всегда получалось. Бывали дни, когда одновременно приходилось жевать пригоревшую пересоленую еду и реанимировать внезапно севшие джинсы. В какие-то моменты нервы сдавали и он плакал в одиночестве на дешевом колючем ковре в гостиной. Омега был откровенно не готов к самостоятельной жизни обычного человека, но решение уже принято. Жалел ли он? Ни секунды. Несмотря на срывы, его ум был холоден, несгибаем.       Через время он смог себе позволить приобрести простенький телефон и связаться с двумя самыми родными людьми на планете — с братом и лучшим другом. С последним даже удалось договориться о встрече. Как-никак, за время его отсутствия много чего произошло, а такой сплетник, как Пак Чимин, не пропустит ни одной новости мимо своих ушей. В какой-то степени, эта черта характера даже нравилась Юнги в омеге. Но он в то же время люто ненавидел это самое качество, ведь когда Пак узнавал что-то новенькое — сразу сообщал лучшему другу. Почему-то чаще всего это происходило ближе к трём утра, когда Юнги предпочитал видеть третий сон в мягких простынях. А Мин всерьёз не мог на него злиться, ведь знал, что Чимин — его лучший друг, который никогда не предаст и поддержит в тяжкую минуту.       Встретиться они договорились в одной неприметной забегаловке, где никто не следит за тем, кого обслуживает. К тому же, недорого. А деньги в жизни Мина обрели иной смысл с момента ухода из дома. Раньше ему доставалось всё, что только захочется. Теперь же каждая вона на счету, каждый приём пищи как последний. Юнги, в моменты осознания своей никчёмности, ненавидел себя и весь мир за то, что элементарно выжить в его положении сложно. Но он не терял надежды, что всё образуется и будет еще лучше, чем раньше. В дверях небольшого помещения Мин видит друга и тут же кидается тому в объятия.       — Как же я по тебе скучал, — жалобно выдаёт Пак.       — Я тоже… Очень-очень. Но ты сам понимаешь, раньше было никак.       Юнги предупреждал друга о своём скором исчезновении на короткий срок, и Пак был в курсе деталей плана братьев Мин. Он погрустил, попускал сопли, но сказал, что дождётся того момента, когда Юнги выйдет в свет и покажет предкам кузькину мать. Чимин свято верит, что добро всегда побеждает зло, что в итоге все счастливы, и по-другому никак. За эту черту, в том числе, Мин любит его.       — Давай, рассказывай, что там произошло в моё отсутствие?       — Ох, жаришка пошла. Для начала, твои родители на уши поставили весь город. Официально поиски никто не объявлял, в полицию не заявлял, но, тем не менее, весь город в курсе, что за твоё возвращение домой назначена кругленькая сумма.       — Надо же, даже вознаграждение назначили? Наверное, меня они планировали продать как минимум в десять раз дороже, — понуро продолжает Мин.       — А вот сейчас ты будешь удивлён, — Пак прищурился и заулыбался, создавая интригу.       — Ащ, давай говори, не тяни!       — Тот бизнесмен отказался от бракосочетания. И, как я понял, ты ему изначально даже понравился, но, цитирую, «ему не нужен такой взбалмошный омега». Как-то так, — он пожал плечами.       — Ого. Но, знаешь, это было вполне закономерно, учитывая мою выходку, — Мин прыснул в кулак, а затем продолжил, — Я не думаю, что мне стоит возвращаться домой сейчас. Я скучаю, но родители найдут способ выдать меня замуж, я не допущу этого.       — Да, твой отец будет в ярости, устрой ты еще раз что-то подобное. Да он и в этот раз рвал и метал, не хочу даже вспоминать. Знаешь, мне ведь звонили, думали, что ты у меня, - Пак непроизвольно поежился и тряхнул плечами.       — Ха! Было бы слишком примитивно для меня, - Юнги вальяжно откинулся на спинку стула.       — Как у тебя в целом дела? Может, я могу чем-то помочь?       — В целом — херово. Конкретно сейчас — вполне себе нормально. Чим, я ценю твою готовность помочь, но это немного не та ситуация. Всё, что мне надо на данный момент — так это найти приличную работу. С этим ты вряд ли сможешь чем-то подсобить.       — Хм… , — Пак на минуточку задумался, облокотив подбородок на руку, — Почему же, вполне могу. Мне недавно предлагали работёнку в одной крупной компании. Знакомый знакомого, понятия не имею, что там надо делать. Он мне рассказывал, но я не слушал — планов работать у меня в этой жизни явно нет. По идее, всё должно быть чисто, компания известная. Помню, что платить обещают прилично, но что делать хоть убей не помню. Раз мне предлагали — значит ничего сложного. Не уверен, пойдёт или нет, но всё же, попробуй.       — Ты уверен, что это безопасно вообще? Сам знаешь, большие деньги не платят за «просто так».       — Говорю же, вряд ли мне предлагали бы дичь. Точно не эскорт, больше тебе не скажу. Номер скидывать?       Юнги лишь кивает. Вариантов у него не так уж и много, на самом деле. И если быть уж совсем откровенным, эта работа — последняя надежда омеги на самостоятельное существование. Иначе придётся возвращаться домой. Мин получает номер смской, и как только они прощаются с другом, пишет на неизвестный номер.       К удивлению, отвечают практически сразу же. Юнги получает смс с просьбой прислать полное имя, возраст, рост и коротко описать себя. Помявшись несколько секунд, он набирает сообщение и даже прикрепляет фотографию. И, о чудо! Ему назначают собеседование на следующий же день. Не веря в это, Юнги даже подпрыгивает на месте от радости. Как только ему скидывают адрес, он тут же пробивает его по карте, так как не узнал даже названия компании, в которой собирается работать. На его удивление, это одна из главных компаний Кореи по новейшим технологиям, и на какую вакансию его могли назначить туда, кроме как мыть полы да кофе варить, он не мог представить. Омега кропотливо выбирает, что надеть на собеседование, из того что осталось в его гардеробе, тщательно выглаживает вещи. Он надел классические, слегка зауженные брюки и шёлковую блузу. Накинув на плечи жакет, Юнги стоял перед зеркалом и был полностью доволен образом. В конце концов, это единственная презентабельная одежда, которая у него имеется.       Повесив вещи на плечики, он принял душ и попытался уснуть. Но его пол ночи тревожило ожидание следующего дня. Такая несвойственная омеге тревога вызывала еще большую бессонницу, и как итог, он уснул только под утро. Но даже это не должно было испортить встречу, поэтому Мин наносит макияж, тщательно замазывает синяки под глазами, укладывает волосы и натягивает выбранные шмотки. Со стороны и не сказать, что он пол ночи ворочался со стороны в сторону.       На месте встречи он был даже за пол часа до назначенного времени. Приятный омега на ресепшене подтвердил личность, сказал на какой этаж ехать и мило добавил «ожидайте, вас позовут». В мыслях Юнги прикидывал, что его могут устроить на место этого омеги, он бы вполне справился. Да и вообще, во всём офисе он прикидывал, кем он мог бы стать среди этого муравейника. Пока лифт поднимался на двадцать седьмой этаж, он примерял на себе тысячи ролей. Наконец, приехав, его встретил еще один немолодой омега, которому уже сообщили о госте.       — Чай, кофе? — предложили ему.       — Нет, спасибо, — робко ответил Юнги.       — Хорошо, господин Чон с минуты на минуту примет вас.       Не соврал, через пару минут его пригласили в белый офис, такой же белый, как и всё внутри здания. Но улыбка с лица Юнги быстро слетела, как только он увидел, кто сидит за единственным столом в просторном кабинете. Первым порывом хотелось тут же убежать, у него это всегда хорошо получалось. Но он пересиливает себя и садится напротив альфы в мягкое кресло, которое кажется Юнги острым колом.