Всё, что я тебе не сказал

Письмо приходит в пятницу вечером, когда офис пустеет и Обито остаётся один.  Лучи закатного солнца, проникая сквозь опущенные жалюзи, раскрашивают кровавыми полосами пол, стол, грязные кофейные чашки, разбросанные повсюду бумаги... На личную почту, не рабочую. Подписанное именем, которым его давно уже никто не звал. А даже если и позвал – вряд ли бы он обернулся. Прошлое следует оставлять в прошлом. Жить в настоящем, создавая будущее. Уверенно идти вперёд, преодолевая все препятствия на своём пути. Достигать поставленных целей. Быть победителем. Быть лучше. Быть на вершине жизни. Хотя, кому он здесь врёт. Позвали – и он, конечно же, обернулся. Как собачонка пошёл на зов хозяина.  Тоби... Просто имя. Письмо вообще не нужно было открывать. Очевидно, кто-то из старых дружков решил подшутить. Ну окей, даже если и открыл, то волноваться не о чем. Просто удалить, да и всё. А то, что глупое сердце вдруг предательски ёкнуло, можно смело проигнорировать.  Да не может это быть он. С какого перепуга Какаши вдруг станет писать ему письма? И уж тем более назначать встречу в письме?  Если это было Его Высокомерное Какашество – то позвонил бы на рабочий номер.  Хатаке Какаши из тех, кто помешан на дистанции. А с Обито Учихой – тем более. А то, что место указанное в письме, Мост, является их давним местом встречи – простое совпадение. В городе четырнадцать мостов. Популярные места для встреч любого толка.   Какого черта он думает именно о том самом мосте и о Какаши? Да не думает он ничего, просто детские воспоминания, в ответ на детское имя. Всё нормально, так у всех бывает. В планировщик внес встречу ибо любопытно стало, кто этот шутник хренов, чтоб морду набить. Не, ну а чё? Чего лезут то? А то, что вдруг стало невыносимо душно и он помчался на тот самый Мост, хотя загадочная встреча назначена только через неделю. Так это он воздухом подышать поехал, ну и ничего что через весь город, там вид красивый и кофе в кафе хороший. И заходящее солнце так красиво золотится в окнах зданий… Ладно, нихуя не солнце, нихуя не в каких-то там окнах. Вполне обычный свет, во вполне обычном окне. То, что он сидит в машине ночью под окном бывшего друга, то с кем не бывает. Просто интересно стало посмотреть жив ли этот идиот вообще? С его страстной любовью к работе – Какаши Хатаке должен был сдохнуть ещё несколько лет назад. Оказался весьма живучим, гостей вон принимает в пятницу вечером, смеются они там, уставшим совсем не выглядит, скорее наоборот. Выглядит...хорошо. Волосы эти светлые небрежно торчат, уж Обито знает каких усилий и денег стоит такая небрежность. Улыбается тонкими губами тепло, расслабленно. Рукава клетчатой рубашки закатаны опять типа небрежно. Но Обито то знает, что этот зануда отмеряет каждый сантиметр, каждую складку небрежности до идеала. Бесит аж. От одного взгляда на него невозможно не беситься. Ладно не одного взгляда. Два часа Учиха смотрел, как Какаши жестикулирует своими красивыми руками, как смеется своей завлекающей улыбкой, как прикасается к своим волосам, наливает вино, чай, кофе. Совсем ему, Обито не хочется оказаться там рядом с ним, чтобы позалипать поближе. С чего вообще кто-то взял, что он, Учиха Обито, серьезный человек, залипает на своего бывшего лучшего друга. Просто приехал посмотреть, просто уделил достаточно времени, чтобы рассмотреть, просто ну Какаши объективно симпатичный и ещё похорошел к тому же, это констатация факта.  И что, если дождался пока его гости выйдут наконец. Просто хотел узнать, что за типы рядом с Каши, т.е. Хатаке Какаши, ошиваются.  Абсолютно нормальное человеческое любопытство. Ничего особенного. *** Ночью Обито снится сон, от которого утром остаётся лишь тянущее жутко неприятное ощущение. Будто ветер завывает в горлышке пустой бутылки. Только пустота эта размером с душу. Или как там это назвать?  У Обито нет слов, только воспоминания. И снились ему воспоминания, которые чудом все ещё где-то внутри хранились. Обито не помнил номера телефонов, кроме своего, ни одной исторической даты, частенько забывал и терял вещи, но эти воспоминания оставались такими же живыми и яркими.  Во сне он будто заново проживал всё. Студенческие вечеринки, огромные аудитории, Какаши как всегда тянет руку, дорогой портвейн, Рин присмотрит, подработки курьером, иногда даже бесплатно ездили, ну для бабушек, Какаши едет впереди в маске, но по глазам видно – смеётся, а Обито верит, что так будет вечно, им вирусы не страшны,вечерний город, бесконечные мосты, туда и обратно, туда и обратно, Мост, безлюдно, пустые пляжи и набережные, небо в колодцах дворов, небо в верхушках сосен, весь мир тогда, казалось, принадлежал им двоим, ведь ничего плохого не может случиться, если рядом твой лучший друг. Время закручивалось, ускорялось, будто колёса их велосипедов. Пахло рекой, песком, иглами сосен, порошком от вещей Какаши, кофем и солнцем. Звенело редкими утренними трамваями на мостах. Таяло снежинками в горячих ладонях. Мир казался простым, ласковым огромным щенком ластился у их ног. Всё казалось возможным, а если невозможным, то или ненужным или чуть-чуть ещё необходимо постараться. Единственное было ему, Обито Учихе неподвластно – резкие приступы раздражения на Какаши, бесил иногда конкретно, ничего с этим не получалось поделать.  Тогда Обито не пытался осмыслять, просто был, жил, дышал полной грудью. Сейчас же с полной уверенностью может сказать, что да, был тогда счастлив. Но просто не думал, не знал об этом.  Сейчас же от этого всего остались лишь звон утренних трамваев, река, движение туда и обратно и раздражение.  Иногда Обито Учихе казалось, что с каждым следующим годом остаётся всё меньше всего. Воспоминания тускнеют. И в конце концов не останется даже раздражения. Лишь тянущая, неприятная пустота, в которой он бесконечно остаётся один. Пока раздражения хватало, чтобы работать. Создавать виртуальные реальности самых разных игр, миры, в которых никто и никогда не будет переживать одиночество и пустоту внутри. Учиха Обито никогда не врал, когда говорил, что его игры спасают мир. Он действительно так думал. Вера и энтузиазм помогали шагать по головам конкурентов. Или договариваться там, где было выгодно. Дядя Мадара действительно спас его и подсказал верный путь в жизни. Сегодня Обито с трудом дождался середины рабочего дня. Чтобы уже наверняка. Какаши не из тех, кто придет домой в обед. Поднимаясь на второй этаж по лестнице, подходя к знакомой двери, Учиха боялся. Но одного беглого взгляда хватило, чтобы понять – Хатаке не поменял замок. Спустя столько лет. Когда-то дал ключ, на всякий случай, вдруг что случится, да и забыл, наверное. С тупым раздражением Обито вдруг подумал, мало ли кому ещё ключи давал, что и не помнит даже. На всякий случай.  Сегодняшний случай – определённо всякий. Надо же, пёс узнал и даже не стал лаять, только жрать просил по своему обыкновению. Учиха тщательно пересмотрел книги, фотографии в рамках, записки на столе, почему-то вздохнул с облегчением, когда понял, что Какаши по-прежнему живёт один. Заглянул в шкаф, аккуратными стопочками сложенные по цветам вещи, запах всё того же порошка. Придирчиво осмотрел корзину для грязного белья, обнаружил там всего лишь пару носков и чёрную толстовку с обложкой альбома до чертиков занудной группы, по которой, Обито помнит, Какаши ещё с раннего детства тащился. Дальше перед глазами туман, очнулся Обито уже у себя в машине с этой самой толстовкой в руках. Всё нормально, ничего странного. Просто занервничал и прихватил то, что первое попалось в руки. Ну и что,если он её нюхал. Просто решил проверить, не болен ли чем, слышал, больные люди часто источают неприятный запах. Запах толстовки Какаши был приятным. Расслабляющим и будоражащим одновременно. Приятно окутывал всё тело, пьянил будто хороший алкоголь, дарил тепло. Нет ничего странного в том, чтобы примерить толстовку своего друга. Ну и что, если полночи он, Обито Учиха, гуглил песни этой занудной группы, Joy Division, интересно же, чем они так запали в сердце Его Какашеству. Ну и что, если ложась спать, толстовку так и не снял. В конце концов в этом нет никакого криминала. Толстовку он завтра же вернёт. *** Завтра вернуть не получилось. Просто нужно было понять по запаху, что за порошок использует Какаши. Сначала нужно понюхать толстовку – потом порошок. Обито так половину супермаркета перенюхал. Оказалось, пахнет совсем не порошок, а ополаскиватель для белья. Никогда не понимал, зачем люди его используют, волна тупого бессильного раздражения накрыла на кассе, когда расплачивался за огромную бутыль чуда химической промышленности. Бутыль ополаскивателя и бутылка того самого дорогого портвейна, забавно вышло, просто весело вспомнить что-то из студенческой поры. И что с того, если Обито распил бутылку портвейна в одно лицо, сидя на пляже у Моста, а потом набрал номер Какаши (как так – помнит наизусть?) и молчал, слушая как бывший лучший друг встревоженно говорит своё “алло” и “кто это”. Мог бы и догадаться, конечно, иногда лучшие друзья звонят друг другу, даже бывшие. Да, номер скрыл, но догадаться то нетрудно. *** Хоть бы, блин, не догадался. Соберись, Обито, что ты как тряпка. Нифига ты на Какаши не зацикливался, никогда такого не было. Просто много хороших ассоциаций с тем периодом жизни, когда учились вместе. Да кто на нём зацикливался вообще?  Да Обито, как нормальный гетеросексуальный мужик, вообще общаться перестал с душнилой этим после того, как в обнимку голые проснулись. Да, Учиха точно помнит, ничего не было, это вообще случайно получилось. Просто девчонки разошлись, а одному не охота было спать, кто ж знал, что Хатаке голый спит. А сам разделся чего? Да пьян был и жарко тогда было очень. А обнял? Ну просто, по-дружески, нифига не из-за того, что хотелось ощутить Какаши поближе. А встал у тебя, точно же встал, такое не перепутаешь и не забудешь? Ну так это у всех так, гетеросексуальных мужиков по утрам встаёт. При чём тут Какаши.  Мадара бред вообще нёс, дескать я на этом зануде зациклился целиком и полностью.  Никто на нём не зацикливался. Я это доказал. Столько лет уже не общаемся. Пусть хоть сдохнет, мне всё равно. А то, что дрочил в его толстовке, так это, чтобы проверить, о чём это всё вообще тогда было.  Да не было ж ничего. А то, что кончил быстро, так это просто давно не пускался во все тяжкие. Пора, кажется.  А толстовку через пару дней завезу, удобная вещь очень, постираю и подкину.  *** Со всеми тяжкими вышла заминочка. Обито просто слишком устал. Так иногда бывает, что люди больше хотят спать, чем секса.  К тому же, запах ополаскивателя от одежды скорее раздражал, чем вызывал приятные ощущения.  Толстовка Какаши пахла тем же ополаскивателем, это совершенно точно. Но дело было не в этом отвратительном химическом запахе. Когда стало понятно, в чём, раздражение сделалось ещё более гигантским. Дело было в запахе Какаши, а запахи имеют свойство выветриваться. Возвращать толстовку не хотелось. Но все же Обито скрепя сердце поехал к дому бывшего лучшего друга. Бешенство. Бешенство.  Бешенство. В смысле, не только Обито тусуется под домом этого зануды? В смысле, они с Ирукой, младшекурсником этим сраным всё ещё дружат, когда с Обито уже нет? В смысле, собак вместе выгуливают?  Обито Учиха, конечно не такой умник, как Какаши Хатаке, но всё-таки не настолько дурак, чтобы не увидеть, КАК Ирука пялился. Да этот младшекурсник зациклился на Каши, сомнений нет. И ничего такого необычного нет в том, что целый вечер Обито шарился по социальным сетям этого младшекурсника идиотского. И ничего никто с облегчением не выдыхал, когда понял, что у Ируки есть уже парень и это НЕ Какаши. Реально просто дружат, фух. *** Ничего нифига не фух. Дядя по-прежнему смотрит как на ненормального. А я просто сделал эту игру не ради денег, нет. Создал Город, Мост, чудовищ и вирус, всё, как и в жизни было, просто немного переиначил. Лучше, чем в жизни.  В этой игре каждый мог быть кем угодно. Мог быть счастлив. Как мы тогда. Я не планировал её продавать вообще.  Но Мадара ж разве спросил меня. Когда я повысил цену в десять раз, думал покупатели откажутся. Невозможно было предугадать, что они согласятся, а игра в итоге станет такой популярной? И я стану абсолютно независим от своего дяди. Что если Какаши её увидел и своим умом извращенца всё неправильно понял? Не зря он фанфики эти читает. Тот ещё извращенец. Что если это я извращенец и ничего со мной не нормально? Что если моя зацикленность на Какаши совсем не придумки Мадары, а самая настоящая правда? Окей, так и есть. И это вообще не ок следить за бывшим лучшим другом, вламываться в нему в квартиру, красть его вещь. Как я мог вообще так с ним поступить? Просто исчезнуть без объяснений. Создавал игру, чтобы люди в мире стали чуточку счастливее. В то время как позорно сбежал и причинил боль лучшему другу. Он доверял мне.  Да я, кажется, вляпался в него по уши. Нет. Нет. ДА.  Что если к этому письму Какаши не имеет никакого отношения?  *** Пустота внутри Обито ощущалась размером с Вселенную. Уже второй день шёл дождь, похолодало, на Мосту и пляже предполагаемо никого не было.  Чтобы убить время, пришлось зайти за кофе. Тишина вокруг казалась оглушающей. Сжав в руке бумажный стаканчик, Учиха Обито натянул капюшон и вышел под дождь. На Мосту он был абсолютно один. Отвернувшись к реке, загрузил игру на айфоне. В конечном итоге без разницы – настоящая реальность или выдумка, не всё так однозначно, когда дело касается счастья. Сейчас для него счастье – смочь заглушить пустоту внутри. – Тоби? Привет, – голос Какаши странно дрожал, как бывало, когда этот зануда нервничал или злился, Обито знает, выучил малейшие перемены интонаций, – ты же промок. Не только голос, весь Какаши дрожит, когда подходит ближе, когда они оба оказываются под какашиным зонтом. Обито чувствует запах ополаскивателя, тепло и – мир вдруг врывается в пустоту, звучит трамваем громыхающим по мосту, вглядывается серым высоким небом, отражающимся в быстрых водах реки, издает всплеск тонущего в ней айфона. Всё вокруг становится ярким, объёмным, а они, стоящие здесь на Мосту такие живые, настоящие. Обито столько всего хочет сказать, но как всегда рядом с Какаши слова теряются и получается только очередную глупость выдавить из себя. – Каши, прости. Просто я, кажется, слегка ебанутенький. Не слегка. Вообще. Давно хочу тебя поцеловать… – Давно хочу на твой поцелуй ответить. Счастье – это когда тебя кто-нибудь где-нибудь ждёт. Например, в дождливый день на мосту, который вы оба загадали. Счастье – это когда ты не просто один такой ебанутенький, а вы ебанутенькие вместе. Что ж, если мир давно перестал быть похожим на добрую собаку, которая ластится, ебанутенькие приручат его снова.