La vie est belle. С любовью

20.04 Корея. Чонгук неспеша собирается на работу, натягивая на мокрое после душа тело джинсы. Под подушкой уже два года живёт толстовка Тэхёна, давно потерявшая любимый запах, но всё так же бережно хранимая. Два года без Тэхёна. И Чонгук уже близок к своей цели: отпуску в Париже. Как оказалось билет во Францию для обычного студента стоит почти годовую зарплату. За эти же деньги можно купить подержанную машину. Это были тяжёлые два года для Чонгука, но почему-то ему кажется, что Тэхёну было гораздо сложнее. Тэхён мягче, впечатлительнее. Чонгук очень по нему скучает. Сначала это было просто безумно больно, хотелось голыми руками вырвать сердце, чтобы не мучаться. Иногда он просто выл на плече у Юнги, пугая соседей. Но постепенно научился переводить свою боль в тренировки, доводя себя до изнеможения. Два года, Господи, уже прошло два года. Чонгук думал, что не сможет и дня прожить без Тэ, а уже вторая весна без него. Телефонный звонок вырывает его из мыслей. Незнакомый номер с кодом Франции. Странно… Тэхён обычно звонит ему по скайпу, или в мессенджере. Но это не Тэхён. Незнакомый голос на французском, что-то говорит, но Чонгук ничего не понимает. — Do you speak english?- пытается Чонгук, с английским у него получше. Он два года учил язык, чтобы хоть так общаться в чужой стране. — Yes, - отвечает ему взрослый мужской голос, - Чонгук? — Yes, Yes , - кивает парень головой, хотя его никто не видит. Ладно своё имя он узнал, что дальше? — Paris... TaeTae... student university... - видимо и с английским у Чонгука не очень, потому что он практически ничего не понимает, вылавливая несколько слов. И сердце начинает бешено колотится, когда он узнаёт дорогое имя. — Тэхён?! Что Тэхён? - переспрашивает он. И ему отвечают, но от этого не легче, потому что он не понимает. От волнения он забыл всё что учил - извините, - просит он и бросает трубку, понимая, что разговора не получится. Его всего трясёт, когда он пытается набрать номер Намджуна, но пальцы не слушаются и не сразу попадают по экрану. — Джун ты где?! - Чонгук орёт сам не зная почему. — В ТЦ с Джессикой, - отвечают ему, - а что случилось? — Будьте там, я сейчас приеду! Чонгук хватает рюкзак и выбегает из дома, на ходу набирая Тэ. Но ему не отвечают. Снова и снова длинные гудки. Кажется, сердце пробьёт грудную клетку и улетит в Париж, чтобы лично проверить, что же случилось с близким человеком. В рекордные сроки добравшись до ТЦ, Чонгук залетает в кафе, и быстро найдя глазами Намджуна бежит к нему. Как же повезло, что у друга отпуск и он приехал на родину. И даже привёз свою девушку. Они уже виделись пару дней назад, бухали у Юнги и Чимина. Но сейчас Чонгук практически падает на колени перед старшим протягивая свой телефон. — Мне звонили, - запыхавшись поясняет он, - из Парижа. Джессика протягивает Чонгуку свой стакан с соком, и тот одним глотком осушает его. — И что? - не понимает Намджун, - Что-то случилось с Тэхёном? — Я не знаю. Я не знаю французского, и английский не понимаю, я нервничаю и не могу сосредоточится - поясняет младший, - перезвони, хён, узнай пожалуйста, что случилось. — Отдышись, - успокаивает Намджун, хотя сам начинает волноваться, - сейчас всё узнаем, - и набирает номер. Чонгука в прямом смысле слова бьет дрожь, у него стучат зубы и трясутся руки. Он бросил рюкзак на пол, и схватив ближайший стул пододвинулся поближе к Намджуну. Его продолжало колотить. — Здравствуйте, это Намджун друг Чонгука, я говорю по-английски и могу всё перевести и передать ему. Старший с сосредоточенным видом слушает, и кивает, глядя на Чонгука, улыбкой показывая, что ничего страшного не случилось. А тот постепенно выдыхает, понимая, что с Тэхёном всё в порядке. И всё остальное решаемо. *** 18.04 (три дня назад) Париж Ресторан «Sonate» (Соната) был любимым местом Луизы, которая каждую пятницу вытягивала туда всю свою семью. Даже совсем ещё маленькую Жожо, которая сразу становилась любимым гостем, умиляя обслуживающий персонал. Интерьер в стиле арт-деко и живая джазовая музыка создавала неповторимую атмосферу погружения в прошлое. В тот идеальный образ прошлого, о котором каждый из нас мечтает. Жиль листал меню, зная его наизусть. Уже больше трёх лет прошло со смерти Луизы, и недавно они с Тэхёном и Жожо вновь стали посещать этот ресторан. Придя к выводу, что мама была права и он действительно лучший. Но сегодня Жиль обедает один, Тэхён уехал на пленэр*, наблюдать за работой импрессионистов. (*Пленэром называют технику создания полностью готовых картин на природе при естественном освещении. Это слово произошло от французского en plein air, что переводится как «на открытом воздухе». Мастера пленэрной живописи работают вне студий и стараются запечатлеть колебания цвета, которые возникают в естественной среде под воздействием погоды и солнечных лучей) Мужчина подозревает, что тот просто избегает разговоров и заботы. В последние месяцы все мысли Жиля заняты сыном. Он сильно похудел, и это уже не скрыть за свободной одеждой, и плохим аппетитом. Мальчика явно что-то гнетёт, но он не даёт даже возможности позаботится о себе. Такой же гордый, и самостоятельный как мать. Жиль был у него в квартире, и видел огромное множество рисунков незнакомого парня азиатской внешности, и других людей. Тот будто хочет запечатлеть кадры своей жизни. Тэтэ рисует, работает, пытается жить после смерти мамы, а тут ещё эта глупая влюблённость. Почему именно моему ребёнку выпала такая несчастная первая любовь? Жиль пытался с разных сторон подойти к вопросу: предлагал Тэ слетать в Сеул хотя бы на выходные, но тот наотрез отказывается. Пригласить Чонгука к себе он тоже почему-то не может. И сам страдает. Это угнетает мужчину, он должен как-то помочь ребёнку, но совершенно не знает как. Жиль тяжело вздыхает, заказывая обеденный комплекс, и замечает, как к столику подходит Вернон Жак, его старый друг. Когда-то они вместе состояли в шахматном клубе, а потом долгое время дружили семьями. Вернон старше Жиля, ему уже около шестидесяти, но выглядит он волне моложаво. Твидовый костюм и круглые очки придают серьёзный вид. — Здравствуй Жиль, я так рад тебя видеть, - улыбается он, пожимая протянутую руку. — Вернон, сколько лет? Очень рад встрече. Присаживайся, пообедай со мной, - Жиль на самом деле рад компании, жестом приглашая гостя занять место за столом. — Спасибо. Не откажусь. - садится за стол, быстро заказывая у официанта обед, - решил сбежать от своих студентов, и перекусить в тишине. — Ты всё ещё преподаёшь? Вкладываешь знания в юные головы? - улыбается Жиль. — Если бы. Полгода назад меня назначили ректором. И теперь я просто зарываюсь, - отвечает мужчина. — Неужели все так хотят учится, что не дают отдохнуть старику? — Скорее наоборот. В новом учебном году, открыли кафедру восточных боевых искусств. Знаешь, сейчас вся эта азиатская тема очень популярна. Открыть, то открыли, деньги выделили, а абитуриентов не хватает, там изначально установлены такие требования для поступления, что никто даже не пытается. Где мне взять хотя бы парочку Джеки Чанов? Хотя предполагалось как очень перспективное направление. А учиться получается не кому. Как мне отчитываться перед департаментом теперь, ума не приложу, ай, - махнул он рукой, - прости, что загрузил тебя своими проблемами. Как у вас дела? Восточные боевые искусства, - что-то до боли знакомое, - подумал Жиль. Ну конечно! — Слушай Вернон, у меня как раз есть один Джеки Чан на примете, правда не знаю подойдёт ли он тебе? И можно ли его зачислить сейчас, посреди года? — Ну, если по всем условиям подойдёт, думаю можно устроить, а что? Хочешь сына определить учится? Я думал он у тебя в Луизу - творческий? — Тэтэ - да, творческая личность. Он, кстати, уже работает, продолжает развивать галерею. Но у него есть друг, правда из Кореи, учится в... - Жиль задумался вспоминая, - Сеульском национальном, если я не ошибаюсь, тоже на факультете боевых искусств. Его бы в Париж перевести, было бы замечательно. — А, перевести даже проще чем зачислить, - не отрываясь от только принесенной еды мужчины продолжали разговор. - Сеульский национальный говоришь? Туда же поступить на бюджет не реально, там конкурс космический. И занятия интенсивней чем в Спарте. Нам бы такой ученик очень пригодился. Имидж факультета бы поднимал. — То есть, это возможно? - уточнил Жиль. — Нужно смотреть его табель и физическую подготовку. Ну и уровень языка, я так понимаю, раз он из Кореи, ему нужно будет учить или французский, или английский. — Выучит, куда он денется, - махнул рукой Жиль. — А, ещё визу студенческую нужно оформлять, это тоже не быстро. У меня есть несколько иностранных студентов, там столько мороки с документами. А сейчас уже конец апреля. Он точно хочет переводится? — Ну конечно, - кивает Жиль, абсолютно ни в чем не уверенный. — Ну слушай, если мы сейчас этим займёмся, то как раз к следующему сентябрю он будет уже зачислен в Париже. — Спасибо Вернон. Я ему сообщу, обговорю всё и займёмся документами. — Если всё-таки решите, я, по старой дружбе, сам подам запрос в его университет, так будет проще. Как зовут то парня? — Чон Чонгук… - ответил Жиль, но его перебил звук телефона Вернона. — Ты посмотри, даже пообедать не дают спокойно, - пробурчал тот, отвечая на вызов - алло? А Жиль уже достал свой телефон, чтобы набрать Тэхёну, и сообщить прекрасную новость, но палец в последний момент завис над экраном. "А если он откажется? А он скорее всего и откажется, он же гордый, как мать, ему помощь не нужна. Скажет:" как я могу просить Чонгука бросить свою семью, и переехать ко мне, нет, он должен отучиться и сам решать". Жиль почесал затылок и опять задумался. Нельзя упускать шанс. Переезжать придётся Чонгуку, значит с ним и буду договариваться. Заодно и пойму насколько он дорожит Тэтэ, и есть ли смысл вообще их отношения поддерживать. Пора бы уже самому с ним познакомится, а то всё известно только из рассказов сына. Осталось добыть его номер. Честно говоря, Жилю было абсолютно плевать, где и как учится Чонгук, но если его переезд в Париж сделает Тэтэ счастливым, он готов в лепёшку расшибиться, и расшибить Чонгука если потребуется. Остаток обеда мужчины провели в непринуждённой атмосфере, вспоминая прошлые истории, и рассуждая о будущем. *** 09.05 К маю Тэхён окончательно пришёл к мысли о том, что его отношения на расстоянии не жизнеспособны. Чонгук был всё так же мил в переписке, всё так же лучезарно улыбался на фото, и так же резал ножом по сердцу словами как весело проводит время с новыми знакомыми, которых у него становилось всё больше и больше. Что, между прочим, неудивительно, ведь Чонгук рос и расцветал с каждым днём. Из стеснительного милого мальчика он вырос в молодого сильного парня. Постоянные физические нагрузки сделали его тело соблазнительным, и притягательным, а душевная простота и открытость ещё и удивительно лёгким в общении. Конечно, у него появилось много поклонников и поклонниц. Тэхён осознавал: у Чонгука появилась своя жизнь. Полноценная, насыщенная, и весёлая. Такая и должна быть у молодого парня. Круговорот друзей, сессии, тренировки, ночные походы в клубы, простая подработка по вечерам. Смех, шутки, ухмылки, заигрывания, касания... На этом моменте Тэхёна начинало тошнить. А ведь Чонгук вполне мог позволить себе выпить, и провести ночь в кем угодно, не отчитываясь. Мокрые простыни, жаркие стоны... На этом моменте Тэхёна выворачивало. Но он продолжал мучать себя дальше, представляя утреннюю идиллию: кофе, ленивые поцелуи, обещание будущей встречи, и нежелание отвечать на его сообщения. Короткие ногти царапают керамическую раковину. Тошнить нечем, но внутри продолжает гореть огнём. Из зеркала на него смотрит что-то отдалённо напоминающее молодого парня, с грустными глазами. Как перестать мучатся? Как отпустить Чонгука? Почти каждую ночь он просыпается от кошмаров, связанных с жестокостью отца. А потом доводит себя до истерики мыслями о Чонгуке. Ведь даже если они когда-нибудь встретятся, Тэхёну нечего предложить ему. Истерзанную, изломанную душу, которую не удержать в руках? Сердце, исполосованное когтями ревности? «Посмотри Чонгук, он даже не знает, как жить без тебя.» Знакомый пьяный голос в голове, с нотками отвращения, стал постоянным внутренним критиком, не дающим расслабится. «Посмотри на себя Тэхён, ты сам причина своих мучений.» Если бы Тэхён мог поделиться своей скрытой ото всех болью, хоть с кем-то, возможно ему стало бы лучше. Но он не делился. Лелея свои страдания как младенца, покачивая на руках в оглушительной тишине ночи, пока душа безмолвно рыдала. Укутавшись в твидовый плед, Тэхён ложился на полу, игнорируя новую кровать, и пытался усмирить внутренних демонов. Неужели никто не слышит их оглушительный крик? Они орут так громко, что трясутся стёкла, но их не слышит никто кроме парня. Тэхён закрывал уши, зажмуривал глаза, но этот мерзкий голос находил его, бесконечно повторяя, что он не заслуживает счастья. «Чонгук?» «А не много ли ты хочешь мальчик?» «Ты бросил Чонгука, сбежал, как последняя крыса. Испугался трудностей? Хотел вернуть комфортную жизнь? Вот же она наслаждайся!» «И матрас мягкий, новый, ортопедический, огромную кучу денег стоит» «Куда ложишься?!Ты не достоин спать на нём!» «Твоё место на сломанном кресле! Чтобы потом весь день болела спина!» «Ты должен наказать себя за то, что сделал!» «Ты предал любимого человека! Единственного, кто заботился о тебе, кто согревал и оберегал, как мог.» «А ты как мразь сбежал, как только появилась возможность! Обещал ему что-то... что?» «Что ты делаешь для него?» «Развешиваешь по стенам тупые картинки, таких же тупых, как ты сам, художников?» «Тратишь деньги? Деньги, которые ты не смеешь даже брать, своими подлыми руками! Ты не заслужил!» «Жиль не знает какая ты скотина. Он добрый, пытается заботится о тебе. А ты не заслуживаешь этого! Не заслуживаешь ничьей любви!» «Неужели ты не видишь, что ты единственное гнилое яблоко в корзине.» «Чонгуку просто не хватает наглости сказать тебе в лицо, что ты мразь.» «Чонгук он добрый, знаешь? Он же всё понимает. Представляешь, как ему было больно, когда ты радовался возвращению во Францию? Когда ты покупал новое кашемировое пальто, не глядя на цену, и ужинал в ресторане на семьсот евро, пока он подрабатывает в магазине по вечерам?» «Как ты вообще смеешь расстраивать его?» «Грузить его своими тупыми проблемами? Ублюдок!» «Ты!?» «Ты и мизинца его не стоишь!» «Он не говорит, потому что жалеет тебя. А ты тупой, думаешь так и надо.» «За что тебя любить?» «Ты использовал Чонгука, использовал его друзей, пользовался гостеприимством!» «Какая же ты сволочь!» «Ты не заслужил и крупицы той жизни которой живёшь!» «Я всегда был прав - ты безродная псина, не ума, ни сообразительности!» «Была бы в тебе хоть капля смелости, уже давно избавил бы хороших людей, от проблем с собой! А то носятся, жалеют, тебя, холят, лелеят. А ты?» «Что говоришь? Пытаешься не доставлять проблем?» «Так ты сам - одна сплошная проблема!» Тэхён зажимает уши так сильно, что начинает болеть голова. Каждое слово как хлёсткий удар. И если бы от них появлялись синяки, на парне бы уже живого места не было. Заткнись! Заткнись! Заткнись!!! Он снова в ванной, его снова тошнит, хотя он сегодня ничего не ел, кроме кофе. Желудочный сок, как яд, обжигает горло, стекая по губам. Я не могу отпустить Чонгука. Я умру без него... «Ты жалкий трус! Опять думаешь о себе!» Спазмы не прекращаются, и живот скручивает болью. Тэхён беззвучно плачет, сотрясаясь от всхлипов. Скорее бы наступило утро. Утром он отправится в галерею. Демон боится галереи, там мама защищает его, не пуская гадкий голос внутрь. Она наложила заклятие на дверь, и демон не может войти. Не может дотянуться до Тэхёна своими скрюченными пальцами, расцарапывая душу. Там он в безопасности. В хорошие дни, он даже забывает о его существовании, и может поесть. Но ночью он всегда настигает его. Заполняя легкие чувством вины. И отвращения к самому себе. Раньше он мог заснуть от усталости, и спокойно проснуться утром. Но в последнее время, ему не давали спать. Разрешая лишь на несколько часов забыться сном, когда, распотрошив внутренности вдоволь насытились страхом и болью. Истерия прогрессировала. Тэхён дрожит от холода, вновь пытаясь улечься на полу. Сил нет. Демон наконец заткнулся. Вновь выпотрошив и выплюнув душу. Воевать постоянно с самим собой тяжело. Но ещё тяжелее сдаться. Окунуться в пучину с головой, и оторвать себя от мира. Чонгук спаси меня. Отпусти меня. Но Чонгук не отпускает, он пишет, звонит, говорит бесконечное люблю и делиться фотографиями. Как же хорошо. Как же больно. Демон придёт вновь, отобрать всю полученную радость, изгадить, испоганить. А Тэхён никому об этом не расскажет. Не посмеет раскрыть рта, и пожаловаться. Он заслужил. ОН УВЕРЕН, что всё это заслужил. *** 23.06 — Персональная выставка? — Да. Что ты об этом думаешь? Тэхён сидел напротив Жиля в ресторане "Sonate" и пытался пообедать. На нём были широкие льняные штаны и рубашка. Июнь согревал Париж золотистым солнцем, а жара казалось стекала с крыш. — Я думаю, что ты плохо выглядишь, - ответил отчим, глядя на парня, - как ты общаешься с Чонгуком? Он ничего не говорит тебе? — Я в последнее время не включаю камеру, когда мы созваниваемся по скайпу, - Тэхён ковыряет курицу, запихивая кусок в рот, отчаянно сдерживая рвотные позывы. — Ты сходил к врачу, как мы договаривались? — Конечно, - беззастенчиво врёт Тэ. Конечно, ни к какому врачу он не ходил. - доктор сказал, что у меня повышенная тревожность и возможно депрессия. - но он немного поползал в интернете, и почитал статьи, - я, наверное, заторможённый, и только сейчас переживаю смерть близкого человека. — Три года прошло. — Врач сказал, так бывает. — Какие-то лекарства нужны? — Да, мне прописали антидепрессанты. — Ты их пьёшь? — Конечно, - конечно ничего он не пьёт. Он же даже у врача не был. - я хоть и далёк от медицины, но знаю, что ментальное здоровье очень важно. (Ты даже не представляешь на сколько) — Ладно, ладно, я тебе доверяю. Не куксись пожалуйста, я же забочусь о тебе, как умею. - улыбается Жиль, - так что там с выставкой? — Поль, когда приходит ко мне, постоянно говорит, что у меня скопилось рисунков на целую выставку. Ты же видел? Правда они не всем будут понятны, но неважно. Так вот, пока есть свободное окно между мероприятиями, может попробовать. Пару дней и хватит. — Это очень интересная задумка. Почему бы и нет? Я видел твои рисунки, они прелестны. Чонгуку бы понравилось. — …Жаль он не увидит. Свободное время между выставками появлялось только в августе. Но Тэхён начал усиленно готовился уже в июне. Ни одно мероприятие не вызывало у него столько беспокойства и нервотрёпки. Казалось бы, это личное выставка самому для себя, и для круга близких друзей, о чем можно волноваться. Он не анонсировал это мероприятие нигде в прессе, чтобы не создавать ненужный ажиотаж и лишние вопросы. Он делал это для себя и возможно для Чонгука. Долго сомневаясь, парень всё-таки пришёл к выводу что ему это нужно. Нужно закрыть эту страницу и жить дальше. Он и так потратил слишком много времени и душевных сил на неудачную любовь и несостоявшиеся отношения. Очень тяжело это осознавать, ведь всегда надеешься на лучшее. Но иногда лучшее — это поставить точку. Всё это давалось Тэхёну очень тяжело, он ощущал бесконечное уныние и грусть разрывающую грудную клетку. Но продолжать общаться с Чонгуком как раньше он уже не мог. Он не мог обманывать себя и близких, делая вид что всё в порядке. У Тэхёна есть глаза он видит себя в зеркале, и он понимает, что с ним что-то не так. Внутренние терзания истощили его и в психическом, и в физическом смысле. Последней каплей стал разговор с Чонгуком по Skype. Он вновь предложил ему приехать на летние каникулы в гости. Это прекрасная возможность увидеться, ведь они оба скучают друг по другу и постоянно об этом говорят. Чонгук сам постоянно твердит что любит, что скучает, что найдёт возможность увидеться. Но когда Тэхён предложил эту возможность, на блюдечке преподнес - Чонгук отказался. Он пытался что-то сказать как-то оправдаться, но Тэхён его уже не слушал. Он не понимал зачем было его мучить столько времени? Зачем обещать встречу и отказываться? Чонгук говорил о каких-то возможностях, о том, что он справится сам, что нужно немного подождать, но Тэхён ему уже не верил. Подождать? Он ждал почти 3 года и продолжал ждать. Чего? Тэхён ведь не просил бросать учебу и переезжать к нему, не просил даже денег за билет, он готов был оплатить всё сам Чонгуку нужно было просто согласиться. Тэхён ничего не сказал ему о выставке, хотя очень хотел. В итоге он промолчал, посчитав это лишними проблемами. Значит он соберёт все свои рисунки сделает выставку, закроет свой Гештальт и потом сожжёт их. Пару дней в галерее чтобы прожить удивительные чувства, вновь вспомнить, и забыть навсегда. *** 12.08 Солнце освещало улицы Парижа, стекая с крыш расплавленным золотом, и окрашивая кожу в бронзовые оттенки. Мягкий августовский ветер трепал волосы прохожим. Из галереи на Rue de La Reynie доносились звуки джаза. Жизнь города не останавливалась ни на минуту: люди спешили по своим делам, машины сигналили в пробке, булочки поднимались в духовке пекарни, разнося по округе приятный аромат. И только для одного человека жизнь здесь и сейчас остановилась. Мгновение тянулись вечностью - он стоял посреди зала галереи и смотрел на свой собственный рисунок. Когда-то он увидел эту картину во сне. На берегу лесного озера сидел красивый парень и обернувшись махал рукой будто зовя к себе. Так хотелось протянуть руку и пойти с ним. Это была единственная полноценная картина на выставке, выполненная масляными красками на большом холсте. Тэхён рисовал её несколько недель. Все остальные свои рисунки, он отсканировал, увеличив их, и придал более эстетичный вид тонкими металлическими рамками. Развесив в хронологическом порядке. Карандашные рисунки смотрелись очень уютно, показывая моменты жизни как кадры фотоплёнки. Вот Чимин сидит на диване, поджав под себя ноги. Вот колесо обозрения на фоне закатного неба. Юнги-хён за столиком у окна, с чашкой кофе. Он же в своей комнате, с наушниками, полностью поглощённый в работу. Куст пионов на заднем дворе дома, в который Тэхён никогда не вернётся. Бёнхон, сидя на кровати, радостно перебирает упаковки сладостей. Узкие улочки Инчхона с разбитым асфальтом. Чонми сосредоточенно смотрит в экран телефона. Он почти не помнит её лица, поэтому оно немного размыто. Пушистый Бред Питт, устроившийся в кресле как на троне. И конечно … Чонгук. Прекрасный и ужасный, такой разный, и одновременно одинаково великолепный в глазах смотрящего. Тэхён хотел бы назвать свою выставку – «Ода прекрасному человеку». Он ведь на самом деле считал Чонгука замечательным. Чтобы между ними не происходило тот всегда вёл себя по-взрослому адекватно и спокойно. Был прекрасен как снаружи, так и внутри. Но выставка остаётся без имени. Сегодня вечером, Тэхён уже решил для себя, что придёт домой и позвонит Чонгуку в Skype. Расскажет про выставку, попросит прощения, и пожелает счастья. Чонгук заслужил счастье больше, чем кто бы то ни было, и он обязательно встретит хорошего человека. Хорошего, здорового, не сумасшедшего как Тэхён. А главное близкого, который был бы рядом, на расстоянии вытянутой руки, и мог обнимать его каждый день. Старший надеется, что этот будущий, сможет любить Чонгука и за него тоже - безумно преданно. Целовать так, как хотел бы целовать он сам. Трогать – нежно и ласково, обонять – и сходить с ума от родного запаха, чувствовать всем сердцем. Слушать, понимать, и поддерживать так как он сам не смог. Тэхён с чистым сердцем пожелает ему всего самого хорошего, потом сменит номер, удалит все мессенджеры и постарается забыть. Не забудет. Потому что Чонгук появился в его жизни в самое сложное время. Помог выжить, и стал проводником в будущее. Хоть они и обещали друг другу будущее вдвоём, Тэхён прекрасно понимает, что всё меняется. Он не сможет забыть Чонгука, но надеется, что тот будет счастлив без него. Тэхён запрячет свои воспоминания подальше в глубины своей души и будет возвращаться к ним в тяжёлые моменты, чтобы вспомнить как было легко, как было просто, когда понимали друг друга с полуслова. Когда не надо было притворяться. Когда тебя любили без денег, влияния, а просто за то, что ты есть. Тэхён будет возвращаться к этому снова и снова. И он очень надеяться, что, отпустив все надежды на будущее ему станет легче.