Фатум русалки

Три дня спустя... Побережье Флорийского океана       Оливия молча погрузилась в лодку, та качнулась и медленно тронулась с места. Без помощи вёсел маленькое судно само легко пошло по волнам, словно имело разум и знало куда надо плыть. Последний раз девушка оглянулась на берег, где стояла мать. Женщина так и застыла, как статуя, не сводя глаз с дочери. Регина была в окружение двух членов гильдии, которые подобно сторожевым псам следили за каждым её движением, лишь бы мисс Рэйн не выкинула какую-нибудь глупость. Но женщина не шевелилась и не плакала, только что-то тихо и неразборчиво бормотала себе под нос — возможно молитву.       Страх за будущее и тоска по матери сжимали сердце девушки. Ещё никогда они не расставались. Дома, горячо прощаясь, Регина не могла выпустить Оливию из объятий. Сквозь слёзы она давала дочери много наставлений, но казалось, что мать что-то не договаривает. Как только за ними прибыли члены гильдии, мисс Рэйн моментально собралась, и даже виду не подала насколько сильно она расстроена прощанием.       Лодка всё дальше уходила, и очертания матери становились более размытыми, пока она совсем не скрылась из виду. Примерно через час судно стало снижать скорость, а затем и вовсе остановилось, мягко дрейфуя на одном месте. Уже было за полночь и кроме лунной дорожки вокруг не было видно ни зги. В другой ситуации Оливия пришла бы в восторг о того, что она наконец смогла увидеть океан. Однако сейчас она чувствовала себя неуютно в кромешной темноте и одиночестве. Только шум волн ласкал слух, как нечто родное и убаюкивающее, и девушка немного расслабилась. Заплетая свои длинные волосы в косу, чтобы они не мешались в предстоящем плаванье, Оливия задумалась о своей дальнейшей участи. В невесёлых мыслях она не сразу заметила, что под водой к ней стремительно приближаются два разноцветных сияющих пятна.       Спустя мгновения эти «сияющие пятна» вынырнули, и Оливия в свете луны смогла разглядеть, что это мужчины-русалки. Или как их в простонародье называют «русалы». Но не приведи морской бог, они об этом узнают — ужасное оскорбление. Кто же их поймёт, что в голове у этих хвостатых?       Девушка замерла от волнения и предвкушения — это были первые океанские жители, которых она увидела за все свои восемнадцать лет. В блике луны было сложно рассмотреть лица мужчин. Однако их светящиеся и переливающиеся хвосты под водой, словно мерцание драгоценных камней, привели воображение Оливии в восторг. Когда она плавала в озёрах, ничего подобного за собой не наблюдала. — Приветствуем вас, принцесса, во Флорийском океане! — наконец нарушил тишину один из них, чей хвост напоминал россыпь сапфиров. — С возвращением в родную обитель, где и подобает обитать русалкам! — в его официальном тоне, явно скрывался укор. — меня зовут Эстрахи — я гофмейстер при Симаийском дворце! Владыка лично попросила меня сопровождать вас!       Оливия кивнула, от волнения она пока не могла вымолвить и слова. Не каждый день разговариваешь с придворными особами. Второй спутник отмалчивался, озираясь по сторонам. На поверхности ему явно было некомфортно. — Ваше высочество, вам придётся раздеться! — будничным тоном выдвинул требование Эстрахи. — Человеческая одежда будет мешаться при плавании.       Оливия нервно сглотнула. — Да, я знаю, — немного робко ответила она.       Всё же оголяться перед мужчинами, пусть и русалками, было неловко. — Хорошо, — её ответ Эстрахи явно удовлетворил.       Сопровождающие Оливии не шелохнулись и продолжили наблюдать за девушкой. Возникла неловкая пауза. — Вы не могли бы отвернуться! — не выдержала смущения младшая мисс Рэйн. — Для чего это? — с подозрением удивился второй мужчина, который до этого не проявлял к ней интереса. — Я надеюсь, вы не думаете ускользнуть от нас?!       Оливия сначала опешила, а затем гордо вскинула подбородок, как никогда напоминая сейчас старшую мисс Рэйн. — Конечно, нет! У рептилий в заложниках моя мать, и я думаю вам это известно! — холодно ответила она. — Просто у людей не принято демонстрировать своё обнажённое тело. — Вы не человек! — резко оборвал её русал, цвет хвоста которого напоминал мерцание амметиста.       Оливия растерялась от такого агрессивного тона. Мать предупреждала её, чтобы она не рассчитывала на тёплый приём. Первые недружественные звоночки уже пошли. — Штейн, не груби! — вмешался гофмейстер. — Прошу его простить, принцесса. Штейн военный, а также главный охранник дворца, и такт ему не свойственен. Мы выполним просьбу, ваше высочество, какой-бы странной она не казалась.       Когда мужчины наконец отвернулись, Оливия начала судорожно стаскивать с себя простенькое платье. Руки от волнения её плохо слушались. Оставшись в одной повязке, которая плотно прикрывала грудь, девушка с шумом и совсем неэлегантно плюхнулась в воду.       Мгновение и Оливия жмурится от боли. Снова эти ощущения, словно тело выкручивают судорогами. Ноги срастаются вместе, а внутренности кипят, будто их заливают расплавленным оловом. Лёгкие горят огнём, а голову распирает давлением так сильно, что кажется, она сейчас лопнет. Каждая трансформация быстротечна, но она подобна маленькой смерти. Ещё мгновение и боль отступает также быстро, как и началась. Девушка, наконец, открывает глаза и просто млеет от увиденного.       Никогда в жизни Оливия не могла видеть так ясно. Как будто сами лучи солнца озаряют вокруг подводный мир, несмотря на то, что на небе уныло светит только луна. Словно толщи воды и царящий мрак вокруг не в силах скрыть всё то великолепие, что таят в своих просторах океанские глубины. Даже днём на поверхности не бывало так светло, как сейчас она наблюдала под водой. Ничего подобного, она и близко не видела в пресноводных озёрах. А зрение можно настраивать, как подзорную трубу и видеть на много миль вперёд. Она даже сумела разглядеть дно рыбацкого судна, дрейфующее вдалеке. — Это потрясающе! Я могу видеть под водой, как днём, да ещё так далеко! Такие яркие краски! Я никогда не думала, что океан так восхитителен! — девушка не смогла скрыть восторга, и, наконец, обратила внимание на своих сопровождающих.       Как только Оливия взглянула на мужчин, на мгновение её взяла оторопь от восхищения. Она и раньше слышала, что о красоте русалок слагают легенды, но реальность оказалась куда удивительнее. Их длинные светлые волосы были собраны в высокие хвосты, и отливали золотым свечением. Лица настолько утончённые, будто их лепил с ювелирной аккуратностью самый искусный скульптор. А выразительные глаза, под цвет их хвостов, сияют подобно драгоценным камням — воистину завораживающее зрелище. Ни одному из художников ещё не удалось в точности увековечить на своём холсте их божественную красоту.       Конечно, русалы отличаются от основной массы человеческих мужчин более худощавым телосложением, ведь под водой им не приходится напрягаться. Но их стройная комплекция придаёт облику только таинственного шарма. К тому же русалки настолько могущественны в своей стихии, что физическая сила им ни к чему.       Мужчины, казалось, не замечают восхищённых взглядов девушки. Их внимание также привлекло рыбацкое судно. — Эстрахи, нам некогда разбираться с несанкционированной рыбалкой — решим это здесь и сейчас! — наконец нарушил тишину Штейн.       Под водой его голос, лаская слух, звучал так бархатно, что до Оливии не сразу дошёл смысл.       Гофмейстер слегка нахмурился, обдумывая, как лучше поступить и вскоре выдал свой вердикт: — Топи!       Слова Эстрахи подействовали на Оливию отрезвляюще, и она тут же вышла из ступора. — Стойте! Как можно! — возмутилась девушка. — Может у них есть лицензия, вы ведь даже не разобрались! — Их дно судна не отмечено знаком нашего флага, к тому же они рыбачат ночью — тут не о чем разбираться, принцесса! — абсолютно равнодушным, но таким же бархатным голосом поделился Эстрахи. — Но зачем же сразу топить, ведь можно…       Не успела Оливия договорить, как перед её глазами вдалеке развернулась страшная сцена. Под рыбацким судном из ниоткуда образовался огромный водоворот. Массивная воронка с бешеной скоростью утащила корабль с его пассажирами в свою пучину, разворотив его на обломки. Несчастные рыбаки навсегда были погребены под толщей воды. Девушке даже почудилось, что она слышала их отчаянные крики о помощи, пока те не захлебнулись. Страшная и беспощадная смерть. Оливии стало дурно. — Нам пора, ваше высочество, — Эстрахи вернул её в действительность.       Гофмейстер схватил принцессу за руку и поплыл вперёд, увлекая её за собой в глубь океана. Штейн последовал за ними, замыкая цепь. Оливию не покидало чувство, что её сопровождают не как принцессу, а стерегут словно пленницу. Хорошо хоть кандалы не накинули.       Но всё равно, до чего же было здорово плыть в океане. Хвост так легко маневрирует в солёных водах: его ничего не сковывает, словно летишь. И если бы не недавняя жуткая сцена, которая до сих пор стояла у неё перед глазами, то Оливия с удовольствием бы насладилась плаванием.       Они двигались так стремительно, что уже скоро достигли дна океана, и принцесса своими глазами увидела великолепие Симаийского дворца. В который раз за ночь Оливия испытала визуальный экстаз. Но что же ждёт её за этими величественными стенами — девушка не знала.