Сказитель, он же Странник, можно просто Скара

      Десять.       Ровно столько главнокомандующих Фатуи нужно, чтобы поймать Странника. Точнее, десять плюс один Дотторе. Едва получив оповещение от группы об успешном распознавании исконного объекта, Доктор сам помчался по лесам Сумеру за своей, как он полагал, законной добычей.              Странник успешно вырубил четверых, и уже было собрался снова дать дëру, используя анемо стихию, как внезапно схватил от застрельщика фатуи особую пулю, в которой находилось парализующее вещество.       Находясь в воздухе, он думал лавировать к ближайшей ветке, но вдруг ощутил жуткую слабость и головокружение. Анемо стихия перестала ему подчиняться и он не смог вызывать её повторно. Не успев долететь до нужной ветки, тело куклы внезапно стало падать на землю, и Странника охватил ужас и страх. Он упал возле дерева, не в силах подняться обратно, однако почему-то всё видел, слышал и понимал.       Дотторе медленно подошёл к своей жертве и пока оставшиеся подчинённые связывали молодого мальчишку, он старательно всматривался в него, пытаясь вспомнить всë окончательно.       — Как же так получилось, что тебя все забыли? Я спрашивал о тебе других Предвестников, но они знать не знают про Шестого. Говорят, это место пустует более 400 лет. Это странно. Я точно помню, что ты был Шестым из нас… — холодная рука в атласной перчатке схватила Странника за подбородок, а стальная маска почти вплотную прижалась к нему. — Впрочем, скоро зелье закончит своё действие и ты мне сам всë расскажешь. Правда ведь? Мы ведь не хотим снова делать тебе больно?..       Он провёл указательным пальцем по губам мальчика, периодически меняя интенсивность надавливания на мягкую кожу.       Всем своим существом Странник ощущал опасность. Его интуиция просто кричала об огромной опасности этого безумного Доктора. Перед глазами ещё была жива сцена того, как он развлекался, изучая Сказителя. Все эти порезы и ножи..... И то, как его предшественник кричал, захлебываясь от боли.       Доктор неспешно достал из своего несесера какую-то колбу и огромный шприц, который тут же наполнил красноватой жидкостью из этой колбы. Схватив куклу за руку, он несколько мгновений изучал его руку, прежде чем торжествующе пробормотал что-то из раздела "Нашел, наконец-то!" а затем резко вонзил шприц в тело марионетки и ввел содержимое.       Внезапно Странник понял, что с ним происходит что-то непонятное. Кукла, что никогда не спала, почувствовала, будто её куда-то тянет. Картинка перед глазами стала расплываться, а голоса, которые он слышал всегда отчётливо стали нереально объемные и их смысл из-за этого потерялся, превращаясь в какафонию из звуков разной интонации и тембра. Последнее, что он успел разобрать, это как, видимо, Доктор неспешно ему прошептал:       — Поспи мой любимый образец. Скоро я вновь соредоточусь только на тебе в своих опытах.

*

      — Какой же ты глупый… — Сказитель вздохнул и присел возле Странника, едва того обратно затянуло в подсознание. На его взгляд это случилось слишком уж быстро. — Я же просил тебя, не попадаться Доктору…       — Уж простите, — нервно огрызнулся мальчишка, согнув ноги и обхватывая свои колени в защитном жесте, — теоритически ты старше меня на 500 лет, естественно я глупее некоторых буду.       — Хах, ты даже научился огрызаться. Миленько. Нахида убьёт меня за такое влияние. — Он вновь засмеялся.       — Я боюсь. — Парень сильнее уткнулся в свои согнутые колени. — Неужели я не могу остаться тут, с тобой, не возвращаясь туда?       Он не хотел признаваться, но мерцание дерева Ирминсуль, возле которого он всегда встречал своего предшественника в подсознании, его очень сильно успокаивало. За последние дни он узнал слишком много для простой ожившей куклы. В минуты, когда разного рода мысли о предыдущей жизни, преследовали его, он предпочитал проводить тут, с Ним. Тогда мысли отступали, а колкая и вызывающая манера поведения его первоначальной версии, добавляли в его и так запутанную жизнь немного яркого и свежего. Ему нравилось время, в котором он общался с Ним. Даже если Тот другой и отчитывал его, не стесняясь в выражениях.       Скарамучча отрицательно покачал головой.       — Я до конца не разобрался с нашим феноменом. Знаю только, что полное уединение и тишина могут отправить управляющую телом личность в подсознание, но стоит кому-то прервать это состояние извне, личность будет выкидывать обратно в реальный мир. Бессознательное состояние в которое тебя погрузил Доктор этим уколом, видимо, тоже позволяет перемещаться сюда. Немного похоже на царство эвтюмии Эи, моей матери, — невесело усмехнулся Скара. — Вот только я не могу, подобно ей, выходить когда мне самому вздумается. Досадно.       Скарамучча потянулся к своему воплощению, и присел сбоку, облакачиваясь на согнутые ноги куклы.              — Продержись так долго, как только сможешь. Я попробую привести нам помощь, малыш. — Его голос стал тише. Следующие слова, вероятно, добавят мальчишке нервозности, но не предупредить, он не мог, — И, возможно, какое-то время меня тут не будет из-за этого.       Странник резко поменял положение, вытянув ноги, из-за чего бывший Предвестник упал на спину, а после и вовсе запрыгнул на инадзумца, неверяще смотря на него. В его глазах начала появляться паника.       — Ты бросишь меня?!.. Тебя не будет тут, если меня снова вырубит?..       Скарамучча, лëжа под Странником, горько улыбнулся. За эти несколько дней, что они были вместе, мальчишка сильно привязался к нему, и даже боялся допустить мысли о том, что его собеседник куда-то пропадёт. Возможно, он стал для него кем-то вроде того мальчика из его воспоминания, его первого друга, который, к сожалению, оказался донельзя смертным… Его уход, похоже, сильно ударит по психике мальчишки, это очень плохо. Он протянул руку к своему воплощению и коснулся его щеки, погладив ее большим пальцем.       — Это только временно. И, возможно, я вернусь сюда раньше, чем ты, поэтому не волнуйся об этом. Но я должен был тебя предупредить, чтобы ты не наломал дров, если вдруг, всё же, не найдешь меня. — Скара вздохнул, — Если будет совсем больно, строй башню в подсознании. Я так часто делал, когда Дотторе проводил эксперименты. Помогает не так сильно сосредотачиваться на боли.       — Ты серьёзно думаешь, что он будет меня препарировать?! — в панике воскликнул мальчишка.       — Конечно. Я бы стал на его месте. — Откровенно признался он, — И ему, на сколько я понимаю, тоже интересен феномен массовой потери памяти.       — Это очень больно… Когда отрывают руку или ногу?.. — Тихо спросил парень в бело-синих одеждах, отводя взгляд в сторону.       — Да. — признался Скара, — Слышал как кричат животные на фермах, когда их клеймят раскаленным железом? Ты будешь кричать также, если, конечно, он вдруг не смилуется. Если он будет достаточно добр, то болевой порог он тебе не включит. Хотя, я бы не сильно на это надеялся… — он взял его за руку, и погладил по запястье. — Он в бешенстве. Он не понимает причин. А когда Дотторе чего-то не знает, то сделает всё, что только возможно, чтобы найти ответы. Ни в коем случае не говори ему про Ирминсуль и меня. Молчи, лги, отнекивайся, вали всю вину на архонтов, но ни за что не говори ему правды. Получив даже кусочек истины, он начнет копать и может обо всем догаться. — предупредил Скара, а затем заметил, как фигура мелкого начала медленно становиться прозрачной. — Ты приходишь в себя в реальности, у нас мало времени… Удачи, малыш Странник. Я вернусь как только смогу. — Он натянуто ему улыбнулся.       — Возвращайся скорее, пожалуйста. — выдохнул Странник, опуская плечи и пропадая окончательно.       Скарамучча, продолжая лежать на полу уже в полном одиночестве, прикрыл глаза рукой. Его трясло от гнева, ведь по сути он отправил чистую версию себя в лапы этого психа, который однажды чуть его не сломал. «Как-будто в тебе было, что ломать», — язвительно возникла у него мысль, и он усмехнулся. А вот со Странником… Он боялся за него. Эта боязнь, да и вообще их связь, была иррациональна. Казалось бы, ему вообще должно быть всё равно на жизнь мальчишки, ведь это другой он. У него была другая жизнь и несомненно будет другое будущее, но… Этот ребенок был так похож на него… Сам Скарамучча был таким же, когда начал познавать мир людей и жил с Нивой в деревеньке Инадзумы. Такой же открытый всему миру и доверчивый… Доктор сломает его.       — Хей… Эи… Волновалась ли ты так за меня хоть раз?.. — тихо спросил он в пустоту, в принципе уже не ожидая ответа. Вспоминала ли она его хоть раз, за всë то время, что он ждал её, будучи запертым в павильоне?.. Пожалуй, Скарамучча сейчас впервые начал ощущать то, что многие называют «родительской ответственностью».       От злости и бессилия он впился зубами в кожу на своей ладони. Нельзя допустить того, чтобы Доктор сломал Странника.       Он вновь вздохнул и поднялся на ноги.       «Думай»… Достучаться до Кусанали он не сможет, не тот у него уже уровень. Но вот Путешественник… Он вспомнил, как был связан с этим человеком, когда был уже вмонтирован в Секи-но-Ками. Тогда он смог явиться к нему и поговорить. Возможно, получиться и в этот раз?..       Он подошёл к древу Ирминсуля в своём сознании и положил на него окровавленную руку.       «Пожалуйста… Всего лишь ещё одно чудо… Помоги мне. " — подумал он, прежде чем сосредоточился на Путешественнике, взывая к своей Электро стихии.       Древо засветилось изнутри, а затем по нему пробежалась рябь из различных помех, которые стали превращаться в воспоминания Скарамуччи о Путешественнике. Окружающая обстановка стала меняться, из успокаивающей синевы и звёздных дорожек всë стало окрашиваться различными оттенками серого… Пространство замерцало, воспоминания стали прерываться, перескакивая с одного на другое, пока внезапно фигура Сказителя также не стала монохромной и не исчезла, сливаясь с древом.