Требуется секретарь…

Грета поеживалась. Выход в из теплого вагона в морозное декабрьское утро никому не нравился, все недавние пассажиры разбежались по сторонам. Ей тоже необходимо поспешить. Наконец-то она приехала домой спустя месяц разлуки с матерью. Девушка с ужасом представляла встречу с матерью. И даже не встреча, не объяснение пугали ее, а люди. Люди вокруг будут злословить у себя за чашечкой кофе, обсуждая ее поступок. А ведь они не знают самое главное - ее маленькое сердечко разбито на мелкие кусочки. «Это не важно, - отмахнулась она от грустных мыслей, - весь городок скоро будет знать, что я вернулась, надо маме все рассказать, а потом...» Грета не успела додумать и незаметно подошла к калитке дома. Выдохнув для смелости, девушка вошла в любимый садик. Сейчас он казался не живым, необхоженным. Грета тихо пробралась в дом, стараясь, чтобы ни одна половица не скрипнула, но мать, раскрыв объятия, вышла ей навстречу. - Грета, доченька, ты вернулась? Но почему так скоро? Что произошло? Она была все той же худенькой, болезненной женщиной в сером заштопанном платье, только седины в волосах прибавилось, а тени под глазами выдавали её усталость и тоску. - Наверное, я влюбилась. Он сильно старше меня, но такой чудесный и чуткий. Он так хорошо помог мне! С этими словами Грета достала из кармана деньги. - Неужели моя дочка согрешила? Продала свою невинность? - думала ее мама. - Мамочка, это не то, о чем ты подумала. Я работала у него ассистенткой влюбилась! Не знаю, как так вышло, но моя любовь чиста! - Тогда почему ты плачешь? Что случилось? - Я не могу быть с ним! - Не можешь? Он женат? Ты же всегда была разумной! Как ты могла полюбить женатого мужчину? Не прячь свое лицо , ответь, милая, ты же не совершила глупость? - Нет, нет, он одинок. Совершенно одинок. Но я ему не ровня. Меня никогда не примут его родственники и друзья. - О чем ты? Что значит не примут, - мамино лицо мгновенно окрасил румянец возмущения, - ты у меня красивая, умная, смелая девушка. Да любой мужчина почтет за честь твое внимание! Грета услышала, как дверь снова заскрипела, в комнату кто-то вошел. И тут внезапно дочь с матерью услышали бархатный голос. - Хватит страдать и объясните толком, Фройляйн Эберхард. - Карл, это Вы? - обернулась Грета. - Действительно, объяснитесь. Не имею чести лично быть представленным. Я Карл Хофмайстер, работодатель и друг этой прекрасной девушки. Грета с нежностью посмотрела на своего любимого мужчину. Неожиданно она быстро подошла к нему и обняла. Мама девушки хотела бы ее пожурить за такое, как ей казалось, фривольное поведение. Но она видела, как любит ее дочка, так что просто слегка улыбнулась. Грете было все равно, что Карл старше ее любимой матушки, ее чувства были куда сильнее. Карл вначале почти окаменел от неожиданности, но потом обнял девушку. Он смотрел на маму возлюбленной, столкнувшись с проницательным взглядом, убрал руки и подошел к ней, встал на колено и спросил: «Могу ли я просить руки Вашей дочери? Я ее люблю и хочу провести с ней остаток жизни. Да, я далеко не молод, но готов быть опорой Греты, любить ее». - Дети мои, - женщина прослезилась, - конечно, я даю согласие. Карл встал и нежно поцеловал возлюбленную в губы, так легко, что она почти ничего и не почувствовала. - Берегите ее, она очень хрупкая, хотя старается быть сильной. - Я обещаю заботиться о Грете, ценить ее и ее юное девичье сердце. Обвенчались они вскоре в маленькой церквушки, куда девушка часто ходила в детстве. Церемония была тихой и скромной. Присутствовали только самые близкие. Мама девушки тихо плакала от счастья за свою дочь, а сами новобрачные не отрывали влюбленных взглядов друг от друга. Невеста была самой красивой в новом платье молочного цвета и с жемчужными украшениями. Фрау Эберхард, вылечившись, переехала в новый дом дочери. Наконец-то Грета и Карл соединили влюбленные сердца и стали счастливы.