Предел

      Горбин с недовольной миной прохаживался по магазину. Совершенно случайно от одного знакомого он узнал о предстоящем дне открытых дверей в особняке Блэков, и теперь ему было просто необходимо отправить туда кого-то. Сам он с Поттером дел иметь не собирался, но вот отправить туда своего нового работника он мог. Пусть Малфой и называл себя сторонним консультантом, он все же брал жалованье из его кармана и жил благодаря его заданиям.       Драко появился ближе к обеду, когда Горбин уже начал терять терпение. Он постарался взять себя в руки, памятуя о старых временах, и нежно начал:       — Мистер Малфой, у меня для вас есть важное дело.       Драко едва закрыл дверь, услышав неприятный голос хозяина лавки. Пройдя к прилавку, он облокотился на столешницу и улыбнулся:       — Поэтому я здесь.       Горбин ухмыльнулся, пошарив рукой в каком-то сундуке и вытащив оттуда письмо. Не показывая его Драко, он рассказал о своем близком друге, боевом товарище и прочее и прочее. Младший Малфой лениво разглядывал витрину за Горбином, не обращая внимания на его слова, краем уха уловив адрес и фамилию Блэк, он на секунду дольше задержал взгляд на странном чайном сервизе и немедленно поправился, так и не утратив скучающего выражения лица.       — Не думаю, что Поттер выкинул семейные реликвии. Ты с ним знаком, у вас даже хорошие отношения.       Драко перевел взгляд на хозяина лавки и ухмыльнулся, кивнув головой. Отношения с Поттером были ни к черту, только говорить об этом он не собирался. Обговорив детали, Драко снисходительно простился и покинул лавку. Он быстро вышел из Лютного переулка и направился к лавке Уизли. Рон все еще не мог его терпеть, впрочем, чувства Малфоя были взаимны, но с близнецом, имени которого он, можно сказать, не знал, старые разногласия были забыты. В первый свой визит в лавку Малфой подвергся насмешкам, стерпел и завоевал толику уважения. Было неудобно общаться с Уизли, не называя его по имени, но Драко боялся назвать имя умершего брата случайно и испортить только наладившийся контакт.       Вход в лавку украшала цветная надпись со списком новых товаров. Драко быстро вошел, стараясь открыть дверь как можно меньше, чтобы не зазвенел колокольчик. Как правило, ему это удавалось, но не сегодня. Близнец-Уизли привычно болтался среди покупателей, демонстрируя товар, а Рона нигде не было видно. Драко подошел к гриффиндорцу, отметив на его мантии красную ленту.       — Опережаешь события? — поинтересовался Малфой.       Уизли улыбнулся, потянул ленту за край, и она стала зеленой:       — Думаю, стоило исключить змеиный факультет, но это тестовый образец.       — Я хотел узнать о событии в особняке Блэков. В честь чего день открытых дверей? Поттер решил устроить презентацию своей счастливой жизни после помолвки?       Уизли оглядел магазин, одна из посетительниц с улыбкой повернулась к ним, услышав фамилию героя. Подхватив Малфоя под локоть, Уизли потащил его на лестницу, где пока никого не было.       — Помолвка была тайной, — заметил Уизли вскользь, — прекрасно осведомлен, толкаешься, как и отец, в каждом коридоре?       — И в каждой лавке, — улыбнулся Малфой.       О помолвке Драко ничего не слышал, но его догадка оказалась верной: Поттер всегда делал шоу из своей жизни.       — Ладно, только дело не в этом. Особняк отремонтировали не из-за предстоящей свадьбы, Гарри дал работу Гермионе, и теперь она покажет плоды трудов своих.       — Грейнджер стала строителем?       — Что-то такое, да. Хочешь поторговать лицом и там?       — Разумеется.       Уизли сложил руки на груди, с сомнением скривив губы:       — Будь благоразумен, тебе не стоит встревать в скандалы.       Малфой только махнул рукой и помчался вниз. На выходе он широко отворил дверь, но колокольчик молчал, кинув взгляд на лестницу, он заметил, как Уизли опускает палочку и прячет ее в карман. Смутившись, Малфой направился к банку. Обменяв несколько галеонов, он отправился в маггловский Лондон и, взяв такси, поехал на площадь Гриммо. Обойдя ее, он не увидел нужного дома. С детства от матери он знал, что попасть туда не простая задача, кажется, его родственники были параноиками. Скорее всего, часть заклинаний с дома снимут в день показа. Было ясно, что для Горбина там ничего не осталось. Гермиона вряд ли сохранила хоть сколь-нибудь интересные магические предметы, а уж от темных избавилась в первую очередь.       Спрятавшись в одном из проулков, Драко исчез. Вернувшись домой, он направился к матери, на его счастье, она была на месте, хотя последнее время чаще бывала на встречах. Возможно, именно Люциус не давал ей развернуться, почувствовать себя живой, запирал и заставлял следовать своим безумным идеям, впитанным еще в школе.       Драко рассказал о предстоящем событии на Гриммо, Нарцисса не проявила удивления, у нее даже оказалось личное приглашение от Поттера.       — Пойдем вместе. Я так понимаю, это обед в честь помолвки? — Нарцисса не отвлекалась от бумаг, не глядя выудив конверт из стопки.       Драко бегло просмотрел текст приглашения, из него не было понятно ни цели, ни круга общества, обозначено лишь присутствие журналистов. Драко положил листок обратно на стол и, пообещав Нарциссе поужинать сегодня дома с ней, закрыл дверь в ее кабинет.       Вечером в их доме оказалась семья полукровок, и даже маггл-отец восседал за одним столом с Нарциссой. Волшебница-мать сидела рядом со своей дочерью, молодой девицей, скорее всего, учащейся на шестом курсе. Девушка имела довольно пресный вид, не интересовалась ходом беседы и не ела, ее не угнетал интерьер и не страшил вид главы попечительского совета. Нарцисса и другая волшебница то и дело нахваливали девушку, которая едва ли хоть раз посмотрела на Драко. Последний же разглядывал ее с интересом, как и ее отца.       Дождавшись конца ужина, когда домовики подали кофе, Драко завел разговор с магглом. Как и большинство избранников магов, он долго не знал о волшебном мире, но после свадьбы жена немного его просветила, показав пару «фокусов». В браке появилось трое детей, и только одна дочь, средняя, унаследовала магическую силу матери. Драко едва сдержался, чтобы не заявить об отсутствии пользы браков с грязнокровными. В его голове прозвучал осуждающий голос отца. Маггл рассказал о своем нейтральном отношении к магии, его не очень впечатляло образование дочери, оно было неполным, с женой они договорились о параллельном обучении среди магглов. Девушке это давалось тяжело, но она не роптала.       Драко снова вернул взгляд на девушку, теперь он заметил в ней и некоторую измученность.       Допив кофе, Драко сбежал, оставив мать одну с гостями. Сватовство прошло не так гладко, как хотелось бы Малфоям. Нарцисса не смогла увлечь сына, а сын не смог держать заинтересованное лицо при посторонних. Укладываясь спать, Драко ожидал визита Нарциссы с чередой порицаний, но она не пришла.       В назначенный день, облачившись в новую мантию, Драко спустился в маленькую гостиную при бывшем кабинете отца. Нарцисса отлучилась на завтрак с кем-то из новых подруг, и, пользуясь отсутствием лишних глаз, Драко позволил себе пройтись по запретным местам. Зайти в кабинет он не решился, только внимательно разглядывал памятные вещицы. Здесь до сих пор лежали забытые перчатки отца на чайном столике, несколько выпусков газет, которые предполагалось читать ожидающим аудиенции. Драко улыбнулся, газеты меняли каждый день и теперь тоже, хотя ни одного посетителя больше нет. Просто никто не предупредил домовиков об этой глупости. Да и сам Люциус не отменял своего распоряжения, а ведь появление в доме Волдеморта стерло все его самоуважение и главенство.       Драко просмотрел газеты, сложил их на прежнее место и пошел к окну. За плотными занавесками скрывался вид на главные ворота, он почти забыл об этом. Притронувшись к ручке кабинета, Драко глубоко вздохнул и вернулся в центр гостиной. Никаких бумаг, никаких семейных вещей. Большую часть предметов изъяли, лишив мэнор половины его красоты и помпезности. Когда Драко еще пытался работать в министерстве, ему показалось, что в кабинете министра он видел картину из кабинета отца. Уверенности не было, ведь в кабинете он бывал редко, и все же сомнения в нем остались.       На Гриммо Малфои немного опоздали, но на крыльце происходила сумятица, множество лиц пытались попасть внутрь. Нарцисса задержала сына, ухватив за рукав, только когда толпа схлынула, они направились к дверям. Привычным жестом миссис Малфой повернулась в узком коридоре и ошеломленно замерла. Портрета Вальбурги не было на месте. Домовой эльф провел их в просторную гостиную, где теперь находилось изображение миссис Блэк. Она тут же заметила Нарциссу, и у них завязался разговор, Драко же смешался с толпой, ища глазами знакомые лица. Ни Поттера, ни Уизли, ни Грейнджер не было.       У камина стояла молодая ведьма, ее лицо было знакомо Драко, вспомнить имя не удавалось, пришлось прислушиваться к монологу. Скорее всего, он видел ее в компании с Поттером, когда-то в Хогвартсе. Ведьма рассказывала о творческом подходе Гермионы, предлагала воспользоваться думосводами, чтобы оценить проделанную работу, они были установлены в каждой комнате для удобства посетителей. Разрешено было осмотреть все комнаты, кроме одной спальни, дверь в которую была заперта.       Драко заметил одну стеклянную витрину у окна. Подойдя к ней, он внимательно оглядел ее содержимое. Среди вещей был занятный, но сильно поврежденный медальон с буквой «С», а более ничего. Оторвавшись от людей, Драко прошелся по помещениям, заглядывая в каждый угол. Мимо запертой двери он прошел несколько раз, вытащить палочку он не успевал из-за снующих туда-сюда магов. Собираясь рискнуть, он свесился через перила вниз, оценивая обстановку. Дверь за его спиной отворилась сама, и оттуда вышла Грейнджер, тут же затворив проход.       — Малфой, — робко произнесла она.       Драко повернулся, улыбнувшись ей. Девушка выглядела прекрасно, у нее появились приятные круглые щечки, волосы были аккуратно собраны, мантия плотными складками струилась вокруг нее.       — Чудесно выглядишь, Гермиона.       Смутившись, она опустила голову.       — Судя по всему, ты не теряла времени даром после Хогвартса. Это была грандиозная идея, мэнору тоже не достает свежего взгляда.       — Это предложение по работе?       — У меня нет денег, чтобы заплатить тебе.       Гермиона смешалась еще сильнее, попыталась было пройти мимо Драко, но остановилась.       — Зачем ты пришел сюда?       — Случайно узнал, что ты будешь здесь, — ответил Драко, но увидев, как девушка вздрогнула, добавил:       — Нет-нет, не беспокойся. Мне тогда все понравилось, если бы ты действовала несколько иначе, мы могли бы и продолжить.       Он шагнул к Гермионе и положил ладонь на ее плечо. Боясь интимных прикосновений или нечаянной публики, Драко довольствовался этим касанием и глубоким взглядом. Гермиона не отпрянула, замерев.       — То есть, ты пришел сюда только из-за меня?       Драко качнул головой, опустил руку и отступил на шаг:       — В курсе ли ты, что я работаю в лавке «Горбин и Бэркес»? Я здесь по заданию. Что за этой дверью?       Гермиона засмеялась и тут же оборвала смех. Взяв Драко за руку, она впустила его в развороченную комнату.       — Я тебя перехвалил, — заметил Драко.       Грейнджер сердито цокнула языком:       — Я не успела. А почему ты пошел работать в Лютном?       Драко носком ботинка оттолкнул от себя останки кровати, отошел к окну и получше осмотрел комнату.       — Магия крови? — вместо ответа спросил Драко.       — Да.       Гермиона подошла поближе к Малфою, остановившись от него в паре шагов.       — Мне больше негде работать, все относятся ко мне с большим подозрением. А карьера Лорда известна всем, так почему бы и не начать провоцировать публику.       От неловкости Драко совершенно забыл о гостях. Он иногда вспоминал Гермиону, думал о возможном романе, но не зная ее местонахождения, не предпринимал и попытки найти ее или ее родителей. Сейчас же, видя ее во плоти, он не знал, как действовать, стоит ли даже флиртовать с ней. О ее жизни не было ничего известно, она могла оказаться и помолвленной.       — Я сто раз хотела извиниться перед тобой…       Гермиона все еще находилась слишком далеко, чтобы он мог до нее дотронуться:       — Это лишнее, правда. Ты боишься подойти ко мне? Я не причиню тебе вреда, но ты все еще вольна убить меня.       Гермиона закатила глаза, шагнула вперед, будто под принуждением, и замерла подле Драко. Слабо потянув ладонь к его груди, она заглянула ему в глаза, не замечая осуждения, прильнула к его плечу.       — Можно поцеловать тебя? — спросил Драко.       — Да.       — Видишь, нужно только спросить.