Предел

      Молли Уизли ранним утром отправилась к Грейнджерам. Артур придумал, как по утрам отправлять чету на работу, потому Молли надеялась поговорить с женщиной до пробуждения мужей. У входа в гараж она столкнулась с Гермионой, прохладно поздоровавшись с девушкой, но тут же попытавшись тепло ей улыбнуться, миссис Уизли пропустила ее внутрь первой. Планы моментально пошли прахом.       Гермиона устроилась за столом, в комнате было сумрачно и тихо. Молли села напротив и нетерпеливо уставилась на лестницу. Молчание тяжело опускалось между ними, неудобство чувствовалось в позах, в мебели, в недостатке света. Обе волшебницы тяжело воспринимали вынужденное нахождение рядом, им вспоминались статьи из газет и фотографии, прошлые и нынешние подозрения.       Время тянулось и наконец наверху послышался писк электронных часов. Миссис Уизли улыбнулась, подалась вперед, собираясь заговорить, и остановилась, встретив настороженный взгляд Гермионы. Приложив палец к губам, женщина прислушалась к тому, как под крышей просыпались Грейнджеры.       Супруги спустились уже полностью готовые к выходу, их нисколько не удивило нахождение у них хозяйки дома: она часто появлялась по утрам, приученная следить за большим семейством. Встреча с дочерью напротив прошла несколько напряженно. Гермиона стеснялась говорить при Молли, быстро отрапортовала о своем здоровье и состоянии Аин, поинтересовалась, нужна ли помощь им, и собралась уходить. Узнав, что ее родители возобновили работу, ей захотелось разубедить их появляться на людях, но старшие решительно выступили против:       — Мы говорили с Артуром, и он уверен, что маги будут просто неспособны найти место нашей работы. Если дом еще найти они могут, да и по моему мнению, только наш старый дом, то найти частную стоматологию практически невозможно. Наши имена упоминаются только на табличках кабинетов.       — Я кое-что придумала, надеюсь, что скоро все закончится, — улыбнулась Гермиона и обняла мать.       Ее отец поцеловал девушку в лоб, и они оба подтолкнули ее к выходу. Молли, задумавшаяся о своем, уже занялась приготовлением кофе. Несмотря на рассеянность, появившуюся у миссис Уизли, миссис Грейнджер не пыталась ничего выяснить напрямую. Только отмечала, как тяжело женщина стала ходить, как часто выглядела бледной и потерянной. Если бы в ее характере было чуть больше жесткости, она бы непременно отправила хозяйку к врачу.       К концу завтрака к ним присоединился и Артур, готовый доставить своих лучших маггловских друзей на место их работы. Молли отправила его вместе с мистером Грейнджером, пообещав самой аппарировать с миссис Грейнджер чуть позже. Все четверо вышли на улицу, мужчины с хлопком исчезли с лужайки, а женщины пошли в сторону огорода. Миссис Уизли мимоходом пожаловалась на свои помидоры, выдворила попавшегося под руку садового гнома и, сбив дыхание, облокотилась на бочку с водой.       — С тобой что-то происходит? — мягким тоном поинтересовалась миссис Грейнджер.       Молли, помахав рукой перед лицом и поправив выбившиеся из прически волосы, ответила:       — Можно ли как-то узнать, беременна ли я?       Миссис Грейнджер нахмурилась, вспоминая, как велась беременность ее дочери. Магическое здравоохранение было абсолютно безалаберным.       — Способ есть, но неужели у вас нет никаких своих вариантов?       — В Мунго могут только подтвердить беременность, к тому же, они поставят в известность Артура о моем обращении. А колдомедиков с частной практикой я не знаю.       — Феодализм какой-то, — прошептала женщина.       — Мы с Артуром сами договорились об уведомлениях из больницы после его неудачного дежурства.       Миссис Грейнджер пообещала вечером принести для Молли несколько тестов на беременность, попутно убеждая ее в том, что с ней не может быть ничего серьезного.       Миссис Уизли боялась узнать о болезни. Беременности в ее жизни протекали иначе, обычно она не чувствовала себя так тяжело, стандартные зелья поддерживали ее в норме, а сейчас ни одно из них не сработало. А с другой стороны, ей хотелось узнать именно о том, что скоро у них вновь появится ребенок. Она была уверена, что это поможет всей ее семье, да и ей в первую очередь, справиться с враждебным окружением. Стараясь не думать о плохом, Молли воображала первые улыбки и шаги будущего малыша, как Джинни будет рада новому члену семьи и постепенно отпустит свое горе.       Время тянулось бесконечно в потоке обязательств. Женщина накладывала бытовые заклинания, ощущая, как сквозь ее магию проходит поток рутины. Несколько раз она подходила к комнате дочери, слушала, как та ходит из угла в угол, но не решалась войти. В ее силах было научить, как справиться с утратой, обернуть боль светлой тоской, но пока все слова казались лишними.       Пообедав сама, Молли собрала поднос для дочери. Там были несколько маленьких сэндвичей, пара салатов, пудинг, чашка чая и стакан пива. Мистер Грейнджер приволок им целый ящик маггловского напитка в нарядных железных банках.       В комнате Джинни был беспорядок, ее вещи валялись на полу, а на покрывале кровати лежали снитч, красный свитер и новенькие очки в тонкой золотой оправе. Очки мистер Уизли купил на день рождения Гарри и не успел подарить. Где их хранили, и как их нашла дочь, Молли не знала, но и спрашивать не стала — если они помогают ей, то пусть они будут здесь. Джинни отошла от окна и села за свой маленький столик, куда мать поставила поднос, сдвинув всякую мелочевку в сторону.       — Как дела, детка?       Девушка только качнула головой и взялась за вилку. Решительно съев несколько овощей из салата, она сжала свободной рукой горло и провела вниз, будто помогая себе глотать. Молли села на краешек кровати, боясь, что ее сгонят, и принялась рассказывать Джинни о ее детстве. Как ей было весело с близнецами, которые развлекали ее с самого рождения. Сначала матери не нравилось внимание мальчиков, тем более, что они любили обижать Рона, но к сестре относились иначе. Сорванцы устраивали для нее театр теней в большом белом шалаше. Тогда у девочки не было своей спальни и они с Роном делили одну комнату, близнецы доводили младшего брата до слез, выдворяли его, и дальше начиналось представление.       — Но ты же никогда не бывала с нами? — удивилась Джинни, отпивая немного пива. — Откуда ты знаешь, что делали Джордж и Фред?       Молли села чуть удобнее, скрестив руки под грудью, и продолжила вспоминать:       — Конечно, я должна была утешать Рона, твои братья будто собирались избавиться от него, — в голосе женщины звучало забытое возмущение, а Джинни засмеялась. — Билл тогда пошел в Хогвартс, Чарли был занят играми, а Перси бесконечно читал, изводя нас с отцом вопросами. Потому близнецы, научившиеся собственным играм, демонстрировали их только тебе. Театр теней я видела с улицы, ну а про шалаш догадалась. Эти несносные дети украли мою праздничную скатерть, подаренную тетушкой Мюриэль, между прочим.       Джинни снова рассмеялась и рассеянно, справляясь с собой, съела немного пудинга.       Вечером чета Грейнджеров пришла на ужин, впервые за долгое время младшая Уизли вышла к столу, проявляя некоторый интерес к гостям. Артур только подзадоривал ее: дочь спрашивала о популярных игрушках в детстве Гермионы, он просил объяснить, как маггловские дети с ними играют, и так до бесконечности. К чаю Грейнджеры выдохлись. Мужчины ушли на крыльцо, Джинни к себе, а женщины, окруженные немытой посудой, наконец остались наедине.       Миссис Грейнджер вытащила коробочки с тестами, описала процедуру, объяснив насколько важно действовать четко по инструкции, и отдала их хозяйке дома. Молли оглядела кухню и сунула упаковки в один из пустых глиняных горшков.       — Утром, узнаем утром, — убежденно сказала волшебница.       С крыльца донеслись радостные возгласы Артура, обе женщины вздрогнули и обернулись к окну. Со стороны дороги к ним приближалась чья-то фигура. Выйдя на крыльцо, миссис Грейнджер узнала походку дочери. Забеспокоившись, что привело ее так поздно, женщина бросилась к ней, но та замахала рукой, успокаивая:       — Мам, все хорошо! Мне просто нужно поговорить с мистером Уизли.       Все вернулись в дом. Грейнджеры старались сгладить утреннюю холодность, Молли немедленно налила для гостьи чай и усадила за стол, а Артур принялся шутить о медвежатах. Гермионе показалось, что она сошла с ума после дня, проведенного в погоне за Наземникусом, и теперь просто не понимает, о чем говорят окружающие ее нормальные люди.       — Мистер Уизли, у вас есть способ связаться с мистером Флетчером?       — Зачем тебе Наземникус? — спросила Молли, подталкивая к девушке тарелку с пирогом.       — Мне необходима его консультация, — обтекаемо ответила девушка.       Миссис Уизли послала хмурый взгляд чете Грейнджеров, призывая их вмешаться и остановить свою дочь, но они сделали вид, что не понимают намека.       — У нас есть возможность связаться с ним по старым каналам ордена, — размышлял Артур вслух, — но я не уверен, что он ответит на зов.       — Попробуйте, пожалуйста.       — Я пошлю ему весточку, а ты отправляйся в дом на Гриммо. Если он явится, то только туда.       Гермиона кивнула:       — Завещание Гарри так и не нашли?       — Ни единого следа, но пока не вышел срок. Дом уже обыскали, как и его кабинет. При этом он точно заявлял, что завещание есть при нескольких свидетелях.       Вдохнув побольше воздуха, девушка быстро заметила:       — Последнюю волю найти не могут, зато опубликовали список трех Д.       Мистер Уизли болезненно сморщился, Молли непонимающе посмотрела на девушку, а потом на мужа. Гермиона расслабилась, реакция Уизли убедила ее в беспочвенности собственных подозрений. Мужчине было явно неприятно, а женщина впервые слышала о каком-то списке. Нехотя Артур пустился в объяснения, а успокоенная Гермиона смогла прикоснуться к еде. Снова Нора стала ее вторым домом, утраченным по недоразумению и обретенным с легкостью волшебства.       В особняке на Гриммо весь недавний ремонт приобрел мягкий серый оттенок. Подняв пыль в воздух, Гермиона несколько раз чихнула, прежде чем оказалась на кухне. Ждать пришлось недолго, Наземникус вывалился из камина, задев головой висящий там котелок.       — Мисс Гермиона, — произнес он хрипло, склонившись в шутливом поклоне, — а я уже слышал, что вы интересуетесь моей персоной. Думал, отправлю сову при случае.       Девушка, сидевшая за столом, жестом предложила сесть и ему. Перед ней на столешнице лежали кожаный кошель и палочка. Выложив из мешочка несколько золотых монет, она дождалась, когда Наземникус усядется, и спросила:       — Кто убил Гарри Поттера?       Маг потряс головой и зашелся кашлем:       — «Пророк» писал, что подозревают Драко Малфоя.       — Малфой был со мной, я его алиби. Итак, кто убил Гарри Поттера?       Девушка выложила еще монету.       — Министерство, — уверенно продолжил Наземникус, наблюдая, как появился еще галлеон, — если говорить точнее, то вам надо было давно заметить, что Поттер больно уж мешался под ногами сильных мира сего. Его начальник буквально выл от его выходок, интервью и прочей чепухи. А Кингсли, говорят, был крайне недоволен тем, что вы, мисс, отказались от карьеры и исчезли с горизонта. Разве можно контролировать человека, о грехах которого ты не знаешь? Очень сложно замарать непубличную личность. Но смерть Поттера произошла вовремя, удалось и вас испачкать. Рональд же мог помешать расправиться с другом, и как удачно, что он дал показания о некоем блондине, пусть личность и не установлена.       Гермиона поднялась, взяла палочку и, подтолкнув к магу кошель, пошла к выходу из кухни:       — Благодарю за помощь.       Маг, вытряхнув остатки из кошелька, склонил почтительно голову и принялся пересчитывать золотые монеты.       Гермиона вышла на крыльцо, закрыв за собой дверь, опустила глаза на свои кроссовки и начала аппарировать. Тут что-то привлекло ее взгляд, нечто странное под ногами. Неосознанно она вытянула ладонь куда-то в сторону и схватила вместо воздуха чью-то руку. Ее и неизвестного захватило в волну аппарации и выбросило сначала в поле, но Гермиона мгновенно аппарировала в лес, а потом на берег реки. Сдернув с неизвестного мантию-невидимку, она без удивления обнаружила молодого аврора с удлинителем ушей в руках и расщепленного несколькими бесконтрольными перемещениями.       Убедившись, что маг без сознания, Гермиона связала его и перенесла к мэнору.