Предел

      Гермиона отписалась от рассылки газет, погрузившись в собственную жизнь. Если раньше она еще переживала за магический мир, не могла снять с себя ответственности, то теперь старалась наладить свой быт. Несколько раз в неделю Винки отправляла Аин в мэнор, поздним вечером туда же перемещалась и сама Грейнджер. Почти каждый день она проводила на стройке с тремя новыми помощницами. От этих волшебниц, постарше нее, обычно и удавалось узнать все новости. Например, была назначена дата свадьбы Поттера и Уизли, ходили сплетни про Рона и Драко. Последнего видели несколько раз у банка и еще чаще у министерства, считалось, что компенсация за пребывание в тюрьме не устроила Малфоя. Это не соответствовало действительности, но чем был занят Драко, Гермиона не знала.       Каждое утро, отправляясь на стройку, девушка с замиранием сердца представляла, о чем будут свежие сплетни. Помощницы были уверены, что начальница по-прежнему дружна со своими школьными друзьями, не общается с подозрительными личностями и не имеет семьи. Их взгляды умеренно-радикальные, и с этим можно смириться, желания объяснить правду не было. Да и знал ли кто-то, включая Гермиону, нечто подобное. Сменив свое окружение, получив поддержку от другой стороны, а удар в спину от человека с безупречной репутацией, Гермиона утратила ощущение истины. Остались только происходящее, покорность и компромиссы.       Заколдовав план здания на бумаге, Гермиона начала переносить его в реальный пейзаж. Такой уровень волшебства всегда восхищал зрителей, потому закончив с заклинанием, девушка поспешила попрощаться с колдуньями. Сегодня ей хотелось заняться семьей, которую она несколько забросила.       Чета Грейнджеров снова обживалась в своем домике. Гермиона оказалась на заднем дворе в беседке, проверив все ли с ней в порядке, вызвала Винки и попросила привести Аин. Девочка очень любила своего дедушку, заставляя бабушку соперничать не только с Нарциссой и семьей Уизли. Привыкшая к перемещениям, Звездочка небрежным жестом поправила прическу и юбочку, сошла со ступеней беседки под руку с домовухой и направилась к задней двери. Гермиона посмотрела на Винки, и та ответила ей полным понимания взглядом. Ребенок уже мог играть роль леди.       В доме все было готово для приема гостей: по всем углам Аин ждали игрушки, любимые книги внучки выставлены, на плите готовился обед. Миссис Грейнджер первой встретила своих девочек, провела их в гостиную и вернулась на кухню. Винки пошла за ней, звеня своим голоском, предлагающим помощь. Гермиона отметила некоторую нервозность в жестах матери, но тут же выкинула это из головы, пока ей не встретился отец, нервничающий не меньше, а то и больше жены.       Отрывисто поговорив с дочерью, мистер Грейнджер предложил ей поспать наверху, набраться сил перед обедом, пообещав позаботиться о внучке. Гермиона попыталась узнать, что стряслось, но отец категорически отрицал наличие плохих новостей. Решив перестать выяснять причины странного поведения, девушка подчинилась и отправилась наверх полежать.       Обернувшись мягким пледом, привезенным от Уизли, Гермиона вспоминала прошлое. Она занималась важными вещами, помогала магам создавать уют, воздвигала новые дома для счастливой жизни. Это было действительно нужное, она чувствовала, как радуются молодые пары, получившие возможность жить подальше от родственников, как благодарен пожилой одинокий волшебник, поселившийся в маленькой лесной хижине.       Теперь о дочери знал Драко и его мать, больше не нужно было скрывать свою личную жизнь, страшась гнева Малфоев. Не получая газет, Гермиона каждый день забывала облачаться в свою броню, все меньше ее раздражали громкие звуки, почти не пугали случайные возгласы на улице, и палочка больше не казалась ей пистолетом, направленным в голову. Снова волшебство обретало свежесть, дарило детскую веру в чистоту. Любовь, которую вопреки всему, каждой собственной клеточке, Гермиона испытывала к Драко, тоже держала ее на плаву. Сколько бы раз не рушился мир, рядом с ней всегда встанет семья, друзья и любимый. На грани сна ей представился Гарри, смеющийся и живой, тянущийся к ней. Завтра обязательно она напишет ему письмо, пойдет навстречу дорогому человеку. Поттер не сможет не понять ее аргументы, раз уж он восстановился для свадьбы, то самое время ему подумать о подруге, сделавшей эту свадьбу возможной.       Ближе к обеду ее разбудила мама, вместе они отправились в ванну и там девушку расчесали, как в детстве. Словно на праздник миссис Грейнджер вытащила духи из закрытого ящика под раковиной и аккуратно капнула дочери на запястья. Растерев парфюм, волшебница вдохнула аромат, который слышала последний раз до поступления в Хогвартс.       — Жаль, что ты не в платье.       Гермиона сонно пожала плечами. Интерьер вокруг не был похож на их старый домик, но запахи и ощущения вернули ее в детство. У нее снова не было дочери, не было странной любовной драмы, тяжелого разрыва с другом. Вот-вот мама возьмет ее на руки и понесет к столу, завтракать, собираться в детский сад.       Разморенная коротким, но глубоким сном, девушка лениво потянулась и пошла на кухню вслед за матерью. Стол украшала новая белая скатерть, мистер Грейнджер расставлял приборы, а Аин, стоя на стульчике, командовала парадом. Винки, сложив ручки на груди, негодующе следила за несносным чадом. Пять тарелок уже стояло на столе, когда глава семейства вопросительно уставился на домового эльфа, одновременно вытаскивая из ящика шестую тарелку.       — Эльф не ест с хозяевами, — пропищала Винки, впрочем, без своего обычного ужаса.       — Никто об этом не узнает, садись с нами, — лениво протянула Гермиона, упав на стул рядом с дочерью.       Винки поморщилась, влезла на стул по другую сторону от своей воспитанницы и настороженно подняла уши вверх. Грейнджер улыбнулась своей победе, не будь она такой сомлевшей, радость бы накрыла с головой. Домовуха аккуратно поправила приборы, повертелась по сторонам и, заметив, как миссис Грейнджер собирается нести на стол блюдо, щелкнула пальцами, и еда сама полетела в нужное место.       Когда стол был полностью сервирован, Гермиона пришла в себя. Повязав салфетку дочери, волшебница обратила внимание на количество приборов. Предположив, что ожидается гость, она нисколько не удивилась звонку в дверь. Мистер Грейнджер отправился открывать и вскоре вернулся вместе с Драко. Как ни в чем не бывало Малфой поздоровался со всеми, улыбнулся Аин и получил искреннюю улыбку в ответ. С недавних пор, как маг перестал напоминать мертвеца, девочка стала к нему чуть более благосклонна, да и сказывалась любовь Нарциссы к сыну и чувства, хоть и смешанные, но положительные, Гермионы.       — Мое имя Драко Блэк, — представился волшебник.       Незамедлительно Гермиона вскинула на него глаза, подобралась и еще ровнее уселась на стуле. Меж тем он продолжал:       — И сегодня мне бы хотелось попросить вашу дочь выйти за меня замуж. Гермиона, ты согласна выйти замуж за Блэка?       — Я бы и за Малфоя со второго раза согласилась, — произнесла девушка, не сдерживая слезы.       — Только зря с мамой переделывали пригласительные, — шепотом, но с апломбом заметил новоявленный Блэк.