Неправильная игра

Гу Цзе несколько раз открывал рот и на мгновение лишился дара речи. Сюй Цзыюэ ждал, но не получил ответа. Вместо этого жар на его лице не мог утихнуть, пока они смотрели друг на друга. Гу Цзе посмотрел на Сюй Цзыюэ, казалось, на мгновение задумавшись, прежде чем беспомощно вздохнуть и вернуть себе выражение, которое было бы у человека, когда он смотрит на ребенка: — Не создавай проблем. Сюй Цзыюэ: Что это?! Сюй Цзыюэ злился всё больше и больше, но он ничего не мог поделать с Гу Цзе. Он снова застрял. И этот Гу Цзе, казалось, отличался от Сунь Мо и других. Хотя Гу Цзе, казалось, был очень добр к нему, это было из-за его детского лица. Если бы не это лицо... Сюй Цзыюэ вдруг понял чувства Остина. Но его лицо тоже было частью его самого! Так что если ему нравится его лицо, значит, он ему нравится! Но это рассуждение никак не повлияло на Гу Цзе, потому что любовь Гу Цзе была похож на детскую! Хм? Когда нормальный ребенок задает кому-то постарше такие вопросы, как «Мне нравится дядя/тетя/брат/сестра», разве они обычно не отвечают «Ты мне тоже»? Сюй Цзыюэ внутренне потер подбородок и почувствовал, что нашел прорыв. Но почему Гу Цзе был так чувствителен к личности ребенка? Сюй Цзыюэ не мог этого понять. Имеет ли это какое-то отношение к его прошлому? И эта перемена в отношении только что была слишком быстрой. Как будто у него было две личности. Этот мир должен длиться всего около десяти дней. С двадцатью одним игроком в начале, за исключением первого дня, уже только один игрок будет исключен каждый день НПС, а другой игрок будет исключен путем голосования. Другими словами, если они не найдут НПС до самого последнего дня, останется только два человека. Конечно, если бы их выпустили на десятый день после голосования, то осталось бы три человека. Среди них, скорее всего, будет НПС... Конечно, существовала также возможность того, что НПС будет исключен во время заключительного тура голосования. Прошел уже день, и уже был второй. Сюй Цзыюэ хотел покинуть этот мир чем скорее, тем лучше, потому что, как только людей станет меньше, больше внимания других людей будет сосредоточено на нем. Он боялся, что может возникнуть ситуация, когда Сюй Цзыюэ получит наибольшее количество голосов. И если после этого его не исключат, ситуация будет забавной. Сюй Цзыюэ принял решение. Даже если Гу Цзе всё ещё считал его ребенком, это не имело значения. В любом случае, ему просто нужен был утвердительный ответ. Даже если утвердительный ответ был потому, что он относился к нему как к ребенку, это всё равно считалось ответом. Сюй Цзыюэ принял решение и приготовился спросить ещё раз, но Гу Цзе уже развернулся и вошел в комнату, как будто боялся дальнейших допросов Сюй Цзыюэ. Сюй Цзыюэ, естественно, не стал бы полностью игнорировать других, поэтому в отношении ответа Гу Цзе перед таким количеством людей он мог только проглотить слова обратно. Гу Цзе и Сюй Цзыюэ вошли в комнату. Остальные мельком взглянули на них, прежде чем снова заняться перемещением шкафа в сторону. Сюй Цзыюэ осторожно почесал щеку. Он чувствовал, что атмосфера кажется неправильной, но не мог понять почему. Он увидел, что все остальные были вокруг шкафа, и просто вел себя так, как будто он искал ключи в другом месте. Поверхность шкафа после того, как его подняли его обратно, была довольно отвратительной, не говоря уже о поле. Они что-то нашли и использовали это для обыска тела уборщицы, особенно карманов, и даже обыскали шкаф, но ничего не нашли. — Уборщица также призналась, что у неё были ключи, но мы не можем их найти. Вполне вероятно, что кто-то вспомнил о ключах, когда произошел несчастный случай, и тихо забрал их, не сказав нам. — Возможно, их только что кто-то нашел, и он никому об этом не сказал. Сюй Цзыюэ посмотрел на одежду каждого. Ни у кого не было никаких странных выпуклостей. Персонал А предложил: — Давайте сделаем это. Мы либо обыщем друг друга, либо прыгнем, чтобы посмотреть, сможем ли мы что-нибудь услышать. Не многие были готовы к обыску, и большинство предпочитало просто слушать звук. Если у них были ключи и они прыгнули, должен был раздаться звук. Если ключ был найден только что, он должен быть спрятан в одежде. Но даже после того, как они некоторое время прыгали вверх и вниз, новых открытий не было. Сюй Цзыюэ даже не возражал против обыска, так как в его комбинезоне не было места, чтобы спрятать ключи, не делая это очевидным. После этого все отправились в комнату ликвидированного артиста, но и там ничего не нашли. Казалось, что они слепо голосовали во время этого раунда голосования. Потому что они всё ещё не нашли никаких улик, указывающих на НПС. На полпути повар ушел, чтобы закончить свою работу, так как он отвечал за их обед и ужин. Завтрака не было. И из-за череды событий, произошедших только что, никто не помнил, что они не завтракали. Поэтому, когда наступил обед, хотя еда была не очень вкусной, все по-прежнему ели много. Сюй Цзыюэ нашел место прямо напротив Гу Цзе, а ассистент по макияжу сел рядом с Сюй Цзыюэ. Сюй Цзыюэ обедал лицом к лицу с Гу Цзе, в то время как ассистент визажиста хихикнул и высунул голову перед его лицом: — Я только что услышал это. Сюй Цзыюэ посмотрел на ассистента по макияжу: — Что ты слышал? — Он тебе нравится. Сюй Цзыюэ пожал плечами и продолжил запихивать еду в рот. Ассистент по макияжу понизил голос и спросил: — Тебе нравится его лицо? Или его тело? Сюй Цзыюэ неопределенно ответил: — И то, и другое. Затем ассистент по макияжу прямо сказал: — Тогда переспи с ним! — Кха... кха кха кха... — Сюй Цзыюэ поперхнулся. Он налил в маленькую чашку воды и медленно выпил, чтобы проглотить пищу. Ассистент по макияжу покачал головой, разочарованно глядя на Сюй Цзыюэ: — В этом месте никогда не знаешь, когда кто-то уйдет. Поскольку он тебе нравится, секс на одну ночь лучше, чем ничего. Только не говори мне, что ты действительно хотел, чтобы это было по-настоящему? Сюй Цзыюэ взглянул на ассистента по макияжу, а затем на человека, сидящего напротив него, который, казалось, замедлил скорость еды. — Хаа... ты не понимаешь. Ассистент по макияжу ткнул Сюй Цзыюэ в руку: — Посмотри на себя. Если я не ошибаюсь, ты определенно всё ещё должен быть цыпочкой. — Цыпочкой? Ассистент по макияжу откровенно сказал: — Девственник. — ...Ох. Что за шутка! На самом деле он... Мысли Сюй Цзыюэ внезапно остановились. Нет, это неправильно. Даже если бы он хотел избежать этого, мог бы он сделать это с Сунь Мо, которого он знал меньше недели и всё ещё являлся старшеклассником? Мог ли он сделать это с Остином, нижняя часть тела которого представляет собой рыбий хвост, который больше похож на хвост акулы? Или он мог бы сделать это с куклой? Вспоминая эти слова... Это действительно не было вариантом для него... Затем Сюй Цзыюэ посмотрел на Гу Цзе. Гу Цзе уже закончил есть и медленно доедал свой суп. Если он и Гу Цзе и сделают это, то после он, возможно, больше не будет думать о нем как о ребенке — в конце концов, у них было бы «глубокое общение», так как же он всё ещё мог быть ребенком? Если это так, то сможет ли Гу Цзе относиться к нему как к взрослому и должным образом ответить на его признание? Невозможно... Поэтому Сюй Цзыюэ оттолкнул лицо ассистента по макияжу и решил усердно работать, играя роль «хорошего ребенка».

* * * * *

После обеда, хотя все не хотели выполнять задания в своем листе задач, их тела всё ещё следовали за ним. Например, тех, у кого была личность артиста, всё ещё фотографировали. Сюй Цзыюэ сидел на ступеньках, подпирая подбородок, и наблюдал за Гу Цзе. Каждое его движение было похоже на картину... Сюй Цзыюэ вздохнул, наблюдая за Гу Цзе. Кто-то вроде него определенно был бы потрясающим в реальности. Но... Эти игроки, которые все заперты в этой комнате побега, казалось, не боялись даже после нескольких смертей. А оригинальные НПС в этом мире... они настоящие энтузиасты комнаты побега? Почему они не боятся войти в это место? И почему они устраняют других людей? Сюй Цзыюэ вдруг подумал об этом. Было ли это потому, что именно так изначально была задана настройка? Сюй Цзыюэ посмотрел на остальных в зале. Группа собралась вместе, что-то обсуждая. Никто из них, казалось, не заботился о причине, по которой комната побега была такой. Должен ли он спросить Гу Цзе напрямую? Поскольку Сюй Цзыюэ считает, что он, скорее всего, является здесь боссом... Он просто не знал, насколько терпимо Гу Цзе отнесется к нему, как ребенку. В конце концов, даже если кто-то любит детей, это не значит, что они ответят на все их вопросы. Если каждый день выбывал один человек, то через десять дней... Если их освободят на одиннадцатый день, это означало, что должно быть по крайней мере десять игроков. В противном случае, будут ли НПС уничтожать себя в конце? Тогда, если среди них будет одиннадцать игроков, если они в конечном итоге проголосуют за игроков во время двух сессий голосования, кого НПС устранит в последний день? Сюй Цзыюэ внезапно впал в замешательство. Возможно ли, что НПС будет направлять других, чтобы устранить игроков, в то время как они сами не устраняют игроков? Разве это не означает, что отношения между НПС враждебны? И поскольку они знают, являются ли остальные НПС или людьми... Они друзья? Или враги? Сюй Цзыюэ посмотрел на Гу Цзе, а как насчет босса? Кого можно считать боссом этого мира? В голове Сюй Цзыюэ царил беспорядок. Целый день он не мог собраться с мыслями. После ужина он сообщил ассистенту по макияжу и подошел, чтобы постучать в дверь Гу Цзе. Позади Сюй Цзыюэ ассистент по макияжу намеренно сделал несколько странных, преувеличенных жестов и несколько раз присвистнул.