Неправильная игра

Шэнь Ци привел Сюй Цзыюэ в зону сжигания. Это место находилось в глубине коридора на первом этаже. Сюй Цзыюэ никогда раньше не заходил так далеко, потому что он никогда не обращал особого внимания на эту сторону здания, и, судя по тому, что он слышал от других игроков, всё обычно происходило на верхних этажах. Но он не ожидал, что это место будет моргом и мусоросжигательным заводом. Прежде чем Сюй Цзыюэ успел спросить, Шэнь Ци объяснил ему: — Пока в них ещё осталось дыхание, их можно спасти, но в ситуациях, когда мы не можем вовремя их вылечить, мы можем только кремировать их. Не можете вовремя их вылечить? Как только игрок входит в этот мир, медсестра назначает его в палату. Хотя он не знал, когда появятся игроки, где они появятся или как медсестры узнают, что они прибыли, не должно быть случая, когда игроки умрут, как только они прибудут в этот мир. То есть... если только они не покончат с собой после прихода в этот мир и больше не смогут спастись. Шэнь Ци протащил куклу по полу и бросил её в мусоросжигатель. Пламя охватило куклу, поглотив её целиком. Она таяла и распадалась у них на глазах. — Ясно, что я могу придумать способ, даже если они полностью парализованы, но всегда есть много людей, которые не хотят продолжать жить. — Шэнь Ци крепче сжал руку Сюй Цзыюэ, — Разве жизнь не важна для них? — Она важна. Но иногда не все могут думать об этом спокойно. — если они мучаются в течение длительного времени и также не могут сопротивляться, или если даже они будут сопротивляться, но ничего не изменится... Некоторые могут в конечном итоге найти это невыносимым и решить покончить со всем этим. — Тогда почему ты не хотел вечной жизни? — Шэнь Ци повернулся и посмотрел на Сюй Цзыюэ. Интуиция Сюй Цзыюэ подсказала ему, что на этот вопрос нужно ответить осторожно. «Вечная жизнь»... Это, вероятно, относится как к жизни в кукле. Маленькая кукла жила очень долго, но жизнь куклы вечна. Даже если у них были проблемы с телом, они могли заменить его другой частью. Что-то такое, как ещё можно назвать, кроме вечности? Сюй Цзыюэ спросил: — Ты раньше видел Эпифиллум? Шэнь Ци покачал головой. — Эпифиллум очень красив, но он также очень редок, потому что время его цветения очень короткое, и его очень трудно вырастить. Иногда он расцветал только один раз, а затем умирал. Поскольку это редкость, некоторые готовы ждать несколько дней и ночей, чтобы увидеть его цветение. Именно из-за этого он ценится. Если он цветет 24 часа в сутки, 365 дней в году, даже если его оставить на обочине дороги, никто не обратит на него внимания. Хотя он очень красив, видя его каждый день, его ценность упала бы в глазах людей. — То же самое верно и для жизни. Из-за того, что она коротка, из-за того, что она недостаточно длинная, жизнь следует беречь. Но в тот момент, когда вы становитесь неспособным умереть, это совсем другая история. — Если бы это было так, жизнь потеряла бы смысл. Шэнь Ци уставился на Сюй Цзыюэ, а затем протянул вторую руку, чтобы взять другую руку молодого человека: — Тогда я останусь рядом с тобой, хорошо? — Я состарюсь вместе с тобой и умру вместе с тобой. — Шэнь Ци ущипнул Сюй Цзыюэ за пальцы, — Видишь? Теперь я человек. Ладони Сюй Цзыюэ вспотели от нервозности, но он взял себя в руки и сказал: — Это не так. Шэнь Ци нахмурился. Он открыл рот, чтобы заговорить. Сюй Цзыюэ, однако, не дал Шэнь Ци шанса опровергнуть: — Как ты сюда попал? И как ты изменил своё тело? Шэнь Ци не был счастлив, но, услышав слова Сюй Цзыюэ, он на мгновение был ошеломлен: — Я пришел, чтобы найти тебя... Тебя можно найти здесь, в этом месте, но здесь могут быть только люди. Сюй Цзыюэ спросил: — Кто тебе сказал, что меня можно найти здесь? Шэнь Ци открыл рот, но не смог ответить. Потому что он вдруг понял, что ничего об этом не помнит. — И ты пришел сюда не для того, чтобы найти меня, ты перешел в совершенно другой мир. Это мир без Деревни Гуманоидов. Шэнь Ци поджал губы, продолжая смотреть на Сюй Цзыюэ. Он нахмурил брови, казалось, в раздумьях. Сюй Цзыюэ снова спросил: — Ты знаешь... систему? Лампа накаливания над его головой на мгновение замерцала, прежде чем вернуться в свое обычное состояние. — Ты — босс игрового мира, связанного с куклами. Если босс покинет мир, миру будет трудно продолжать работать, а если мир не сможет продолжать работать, он больше не сможет существовать. Система восстанавливает данные НПС из мира и перерабатывает их для повторного использования в другом мире. Сунь Мо узнал, что его мир был игровым после прослушивания разговоров Сюй Цзыюэ с другими игроками. Остин тоже знал об этом, и Гу Цзе, естественно, знал, потому что он знал о режиме игры «специальная фракция». Только куколка не знала. Таким образом, для него было бы практически невозможно покинуть свой мир. Потому что он не знал, что его мир — всего лишь игра. Но куколка упомянула, что он покинул Деревню Гуманоидов. Без маленькой куклы вокруг, даже если другие куклы были там, деревня не может продолжать существовать. Причина этого, вероятно, заключалась в том, что маленькая кукла содержит ключ к чему-то. Только с маленькой куклой вокруг другие куклы могут продолжать существовать. В любом случае, этот мир больше не может продолжать функционировать. Шэнь Ци усердно расшифровывал слова «босс», «НПС» и тому подобное, о которых упоминал Сюй Цзыюэ. К счастью, он многое пережил в своей жизни, поэтому довольно скоро смог понять это. Однако Шэнь Ци сказал: — Ты ошибаешься. — В чем я ошибаюсь? — Сюй Цзыюэ чувствовал, что его рассуждения звучат довольно логично. Здесь не должно быть никаких недостатков. — Я побывал во многих местах. — побывав во многих местах и почти сдавшись, он, наконец, оказался здесь. — Это не противоречит тому, что я сказал ранее. — Ты сказал, что деревня не сможет существовать, если меня там не будет... Но прошло очень много времени с тех пор, как я оттуда ушел. — Очень долго — это как долго? Шэнь Ци наклонил голову. Это было действие, которое иногда совершала маленькая кукла: — Десять... сто... или даже тысячи лет. Сюй Цзыюэ был ошеломлен. Он действительно не ожидал этого. Он побывал во многих местах и останавливался во многих из них, прежде чем, наконец, пришел сюда. У Сюй Цзыюэ немного пересохло в горле: — Тогда... В течение этого времени ты всегда блуждал? — Нет. — Ты встречался с другими людьми? — Да. — Они умерли по-разному? Шэнь Ци снова кивнул. Теперь Сюй Цзыюэ понял. — Люди, с которыми ты столкнулся, вероятно, являются другими игроками. Все места, где ты останавливался — это игры... Но ты просто не осознавал этого. — скорее всего, его уход нарушил и другие игровые миры, в конечном итоге приведя к тому, что он был брошен в этот конкретный игровой мир. Сунь Мо также сказал, что это было очень давно. До тех пор, пока он попросит Сунь Мо дать больше разъяснений, он сможет сказать, действительно ли он пережил много миров. Либо он и босс существуют в разных временных линиях; когда он играл в игры одну за другой, босс переживал бесчисленные миры. Или данные были разделены, и эти разные части были направлены по разным мирам, и по разным причинам. Возможно, это может быть похоже на случай с маленькой куклой. Если бы каждая часть начала выполнять «поиск», покидая миры, как только они закончат осматриваться, с таким количеством частей босса, идущих одновременно, был бы только один результат — игровые миры были уничтожены. В результате все данные были восстановлены и реорганизованы в первоначальный вид, прежде чем быть брошенными в это место. Он пришел к такому выводу, потому что боссы первых нескольких миров были более или менее связаны друг с другом. Если бы не это, Сюй Цзыюэ не осмелился бы высказать такое предположение. Шэнь Ци наблюдал за Сюй Цзыюэ, который всё ещё был в глубоком раздумье: — Ты игрок? — хотя он и отрицал слова Сюй Цзыюэ ранее, он не был глуп. После некоторых размышлений он мог в основном предположить, что всё, что сказал Сюй Цзыюэ, вероятно, было правдой. Но... игроки, о которых говорил Сюй Цзыюэ, все хотели... Шэнь Ци снова спросил: — Ты тоже хочешь убить меня? — Нет... Я нет... — Сюй Цзыюэ быстро покачал головой, — Я-я... Сюй Цзыюэ наконец выдавил из себя остальные слова: — Я просто хочу, чтобы я тебе нравился. Теперь Шэнь Ци вспомнил. Это правда, что Сюй Цзыюэ ушел сразу же после того, как он сказал, что он ему нравится. — Я больше не буду этого говорить. Сюй Цзыюэ знал, что так и будет, но сейчас это было не самое важное. — У тебя есть какие-нибудь мысли по поводу того, что я тебе только что сказал? — Пока ты здесь, я всегда могу быть боссом. Сюй Цзыюэ: «...» Хорошо, ты очень быстро принял свою новую личность. Но если бы это было так, другой, вероятно, взорвался бы от гнева... И тот, кто стоит перед ним, может даже не знать о том, что происходит между ним и этим другим. Он должен придумать, как убедить его.... — Я знаю способ не дать тебе уйти. Нет, это трудно... В конце концов, у него всё ещё было то обещание, которое он дал Остину. Сюй Цзыюэ колебался несколько секунд, прежде чем, наконец, сказать: — На самом деле... до встречи с тобой я побывал в нескольких других мирах. Шэнь Ци нахмурился. Он явно не выглядел довольным, но всё же кивнул и сказал голосом, который был немного более тусклым, чем обычно: — Да. Этот его поступок действительно напоминал маленькую куклу. — Там есть кое-кто... кто подсознательно отреагировал на моё признание после пробуждения... — Сюй Цзыюэ неловко кашлянул. По сравнению с признанием, о котором говорил Сюй Цзыюэ, Шэнь Ци почувствовал себя более неловко, когда услышал слова «после пробуждения». — Вы спали вместе? Выражение лица Сюй Цзыюэ было пустым: — Ээ.... Шэнь Ци: «...» После того, как они некоторое время молча смотрели друг на друга, Шэнь Ци, который, наконец, нашел Сюй Цзыюэ, снова решил отступить. В любом случае это уже произошло, так что злиться сейчас было бессмысленно. — Отныне ты можешь спать только со мной. Сюй Цзыюэ почувствовал из слов Шэнь Ци, что он, похоже, имел в виду «спать вместе» с Сюй Цзыюэ, просто лежа вместе на кровати, чтобы заснуть. Это было не то... о чем он думал. Если бы это было так, он мог бы опровергнуть это без колебаний, но это не было... Он слишком забегал вперед или у маленькой куклы... не было таких желаний? — Что касается ответа для тебя, у меня есть свои способы. — Шэнь Ци отвел Сюй Цзыюэ от мусоросжигательного завода и поднялся на лифте на второй этаж. Крики со второго этажа достигли ушей Сюй Цзыюэ, как только лифт достиг его. Сюй Цзыюэ стоял в лифте, не желая выходить. Шэнь Ци на мгновение опешил. Затем он поднял руку и нажал кнопку закрытия. В его голосе было немного сожаления и обиды: — Я забыл. Хотя он помнил только, что Сюй Цзыюэ боялся темноты, когда они были на лестнице, он мысленно отметил, что всегда должен учитывать реакцию Сюй Цзыюэ, прежде чем что-то делать. Если Сюй Цзыюэ не хотел этого слышать, значит, он этого не услышит. Шэнь Ци нажал кнопку тринадцатого этажа. — Что ты забыл? Ты хотел подняться на второй этаж? Зачем? — хотя его голос тоже слегка изменился после того, как он услышал это, это было не так уж плохо. Ему просто нужно было время, чтобы прийти в себя. Итак, Сюй Цзыюэ шагнул вперед и нажал кнопку второго этажа. Но к этому времени лифт уже достиг тринадцатого. — В этом нет необходимости. Тринадцатый этаж подойдет. — Шэнь Ци не ответил на его вопрос. Но когда они поднялись на тринадцатый этаж, Шэнь Ци повел Сюй Цзыюэ прямо в комнату. Стены в этой комнате были плотно заполнены всевозможными конечностями, а посередине стоял верстак, заполненный различными инструментами и незаконченной ногой. Все эти конечности были пропорциональны человеческому телу... — Это... — Это протезы. Но после их прикрепления они работают даже лучше, чем оригинал. Такая работа действительно подходила здешнему Шэнь Ци... Когда Сюй Цзыюэ оглядел комнату, он краем глаза увидел, как Шэнь Ци взял ножницы и поднес их к своему вытянутому языку. Сюй Цзыюэ бросился к нему быстрее, чем успел подумать, чтобы выхватить ножницы. Он был так потрясен, что больше не мог контролировать выражение своего лица: — Что ты делаешь?! Шэнь Ци несколько раз моргнул и сказал с улыбкой: — Таким образом, ты не сможешь зачистить игру. Сюй Цзыюэ посмотрел на Шэнь Ци одновременно с гневом и отчаянием... Он спрятал ножницы за спину, чтобы Шэнь Ци не взял их снова. — Что случилось? — и всё же этот человек, казалось, не думал, что с этим что-то не так. Сюй Цзыюэ опустил глаза. Он не осмеливался взглянуть на Шэнь Ци: — Ты... даже если ты это сделаешь, если другие НПС ответят, я могу уйти. Рука, протянутая, чтобы взять ножницы у Сюй Цзыюэ, замерла и медленно опустилась. — В таком случае... им тоже следует отрезать языки. Сюй Цзыюэ быстро взглянул на Шэнь Ци в шоке. — Я просто шучу. — Шэнь Ци посмотрел на Сюй Цзыюэ, — Если это так, то ты можешь просто перестать встречаться с другими — это нормально? Если это так, то это ничем не отличается от того, как это было в Деревне Гуманоидов. Сюй Цзыюэ обнаружил, что застрял в бесконечном цикле. Но если он не прорвется через это, ситуация будет плохой... Если он будет заперт и сможет всё время видеть только одного человека... даже если бы это было лицо, которое нравится фейсконщику, как он, он не смог бы этого сделать. Сюй Цзыюэ положил ножницы обратно на стол. Шэнь Ци взглянул на них, но больше не делал никаких движений, чтобы взять их. Сюй Цзыюэ подумал об этом и смог выдавить только одну фразу: — Ты знаешь о других Шэнь Ци? Шэнь Ци кивнул: — Я... пришел из седьмого санатория. Ты понимаешь, что это значит? — Я видел двух других Шэнь Ци. — Они позволили мне прийти сюда. — Ты — данные. Ты думаешь, что можешь оставаться со мной, как человек, до самой смерти, но даже если ты больше не кукла, ты не состаришься, как я. Шэнь Ци, казалось, догадался, что Сюй Цзыюэ собирался сказать это: — Тогда я могу превратить тебя в куклу, и мы сможем навсегда... — затем он вспомнил, что произошло после того, как Сюй Цзыюэ превратили в куклу. Сюй Цзыюэ ненавидел это. Сюй Цзыюэ отвернулся: — Вот почему то, что ты говоришь, просто невозможно... Даже если ты запрешь меня, запретишь мне встречаться с кем-либо ещё и не скажешь этого сам, в конце концов ты останешься один. Шэнь Ци молча поджал губы. В комнате на минуту, а может, и на две, воцарилась тишина. — Я тебе не нравлюсь. — Шэнь Ци посмотрел на Сюй Цзыюэ и вспомнил радость, которую он испытал, когда тот выбрал его из тысяч кукол в музее. Думая об этом сейчас, он чувствовал, что всё это было шуткой. — Ты мне... — Шэнь Ци резко остановился, — Я готов умереть вместе с тобой, но ты не хочешь жить со мной. Он повторил: — Ты не хочешь жить со мной. Сюй Цзыюэ не мог не поднять глаза, чтобы посмотреть на Шэнь Ци, но он встретил только Шэнь Ци, смотрящего на него глазами, полными боли и горя. Следы слез на его щеках были чем-то, чего никогда не было, когда он был куклой, но теперь, когда он стал человеком, он может плакать. Но даже в этом случае он не был тем, кого хотел Сюй Цзыюэ. Сюй Цзыюэ не любил врать, но самой большой его ложью было «ты мне нравишься». Он чувствовал, что, вероятно, был не единственным, кто был обманут, но даже несмотря на всё это, он не хотел, чтобы Сюй Цзыюэ показал, что это была ложь. Было бы лучше, если бы он продолжал обманывать его. — Я не лгал тебе. — Сюй Цзыюэ беспомощно поднял руку, чтобы вытереть влажные пятна слез на лице Шэнь Ци, но как только они были стерты, их заменили новыми. Человек перед ним продолжал беззвучно плакать. Человек, проливающий слезы, явно не был тем, что часто можно увидеть, но это сильно огорчало Сюй Цзыюэ. — Я действительно не лгал тебе. Я пытаюсь придумать решение, и именно поэтому я пришел сюда. — Сюй Цзыюэ поднял обе руки и помог вытереть слезы Шэнь Ци. Однако его объяснение, казалось, было бесполезным, потому что Шэнь Ци продолжал плакать. Через некоторое время глаза Сюй Цзыюэ покраснели от беспокойства. Он мог только беспомощно опустить руки: — Я солгал тебе... но... Я не лгал, что ты мне нравишься. Я также кое-что пообещал остальным. Я действительно хочу найти решение для этого. — Если ты являешься данными, то мне просто нужно получить твои данные, или если ты можешь получить свои данные, и мы можем изменить их сами, чтобы ты больше не контролировался системой. Как это звучит? Наконец заговорил Шэнь Ци, который всё это время молчал. — Как мне их получить?