В этих коридорах ты мне фонари показывал

– Да ладно тебе, Вань, все же нормально? – парень и правда был обеспокоен состоянием друга, ведь завалить контрольную – самая главная ошибка, если учесть, в какой школе они учатся. – Все нормально? Нет, Саш! Всё просто ужасно, у меня и так репутация после того случая стала ещё ниже, теперь и это. Мне нужна хорошая характеристика, чтобы выбраться из этого ада, – рюкзак был уже готов слететь с худого плеча, потому что жестикуляция руками была слишком сильная, а эмоции слишком негативные. Александр лишь тяжко вздохнул и дальше поплелся за другом, дабы ещё раз попытаться усмерить его пыл. Школа для отбросов. Иван отправился сюда ещё в двенадцать лет, как полиция узнала о всех его деяниях. Несколько жертв, и все были жестоко побиты: вырванные с нервными волокнами глаза, пары клыков разлетелись по гладкому камню гаража. И только маленький мальчишка стоял посередине всего и держал в руке отрубленную голову животного. Жертвы были разные: котята, щенки. Иногда под руку могли попасться хомячки из зоомагазина. Он сам не понимал, что им тогда двигало, поэтому пришлось без упреков принять стискивающий запястье металл, который оставлял красные следы. Больно и ужасно. Особенно видеть разочарование в глазах мамы и ее слезы на морщинистых щеках, парня до сих пор мучают кошмары с того времени, отчего он иногда просыпает полностью уроки, получая очередной выговор. – Ну нашли эту крысу! Что такого? Это не значит, что твоих рук дело, – Бессмертных повернулся на приятеля и кинул полный злобы взгляд, прожигающий до самых костей. – Я единственный сюда попал из-за издевательств над животными, – Анеку оставалось все также тяжело вздыхать и плестись за парнем, потому что он — единственный, с кем хорошо общался. Все смотрели именно на него. Обводили глазами каждую клетку тела и с отвращением отводили взгляд, когда они попадали в поле зрения Ивана. Мерзкое подсасывающее под ложкой чувство наводило на тревогу и тряску в руках. В столовой было еще хуже. Парни прошли за дальний столик возле угла, наводя учеников на еще больший шепот и слухи. Но тут, как снег на голову, опустились кудрявые локоны на стол. – Привет, Иваш, и как там тебя... – Саша. – Точно! – палец потянулся вверх над головой, указывая на невидимую лампочку. – Свали, Пешков, тебе тут точно не рады. – грозный тон разнесся по столовой, приковывая к троим дополнительные глаза. – Ну чего ты, Ваньк, котенок неугомонный попался? – смех. Он был везде, он проникал в ушную раковину, оставаясь там надолго. Перепонки царапало, а кровь к щекам приливала с огромной скоростью. И каждый год одно и тоже. Все пять лет. Серёжа с соседнего курса доставал бедного русого из-под земли. Крысы, хомяки, попугаи были найдены в портфеле после уроков, а к ним прицеплены записки с полным описанием убийства. Это еще не самая жестокая проделка кудрявого, которая могла быть. Бывало и хуже. Как слышал сам парень, Серёжа попал сюда из-за того, что в прошлой школе подсыпал яд своей однокласснице в чай, но девочка, благо, отделалась лишь отравлением. Ваня с ним мог смириться, поэтому уже мало обращал внимание, но какая-то затаившееся обида вылазила наружу ночными слезами, от которых потом распухало на утро лицо. Выбежав из столовой под ехидные смешки, русый пошел в место, о котором мало кто знал, даже Саша. Там он чувствовал себя в безопасности и полном комфорте. Заброшенный заповедник с пустыми клетками — это напоминало парню о ужасном прошлом. Но никого укора совести не было. Наоборот, лишь воспоминания, которые он давно принял, и все образы жертв во снах. – Надо бы тут всё обустроить... – Кто здесь? – Иван подскочил и обернулся в сторону звука, сразу видя перед собой худого паренька с челкой на боку. – А, привет, Золо, – пугаться было зря. Это была Ванина теска, все его просто называли Золо, или же отсталый. Он был младше Бессмертных на два года и попал сюда из-за отставания в развитии, так как родителей мальчика жестоко убили. – Здравствуй, Дипинс, – парень поморщился на кличку, вспоминая, как он ее получил. – ты пришел сюда, чтобы помочь мне найти червяков? – Нет, просто мне тут нужно отдохнуть. – младший пожал плечами и упал на колени, сразу начиная рыться в сухой какой уже год земле. Русый мало обратил на это внимания, дети с ДЦП часто такое проворачивали, и всем стало на это все равно. К ним лежит полная опека преподавателей, но некоторым ученикам как-то удается контактировать с ребятами этого курса. Достав из рюкзака тетрадь с очередным конспектом, русый упал на деревянный ящик, начиная про себя бурчать все определения. Но маленькое шуршание рядом заставило тяжело вдохнуть и посмотреть на объект звука. – О, конспект по биологии. Я могу засушить для тебя червяка, и ты покажешь учителю все на нем. – его сейчас точно стошнит. В голове опять пронеслись холодным ветром воспоминания. – Нет, Вань, спасибо. – взгляд сразу потускнел, а голова опустилась вниз, также как и пластиковая баночка с червяками, которые то и дело бились об стенки. Какое бы состояние у старшего не было, но к ребятам с этого факультета он относился уважительно и по-доброму, поэтому ему ничего не оставалось как согласиться. Улыбка сразу заиграла на деформированом лице, а белые пятнышки в зрачках стали еще ярче. Бессмертных каждый день готов видеть эту улыбку, ведь она не приносила никакого дискомфорта. Все так, как и должно быть.