Какие виды секса практикуются в сексе по дружбе

Пэй Мин зашёл в гостиную и сразу почувствовал, что что-то не так. Атмосфера кругом царила гнетущая-удручающая. Линвэнь с видом «Господи, как меня уже это заебало» сидела с ногами в кресле и растирала виски, а Ши Уду угрюмо сверлил взглядом экран мобильника, словно тот нанёс ему смертельное оскорбление. — …ну как же ты не понимаешь?! — было последним, что Ши Уду успел бросить Линвэнь, прежде чем переключить своё внимание на Пэй Мина. — Старина Пэй, ну ты-то должен меня поддержать! — тон Ши Уду звучал требовательно и бескомпромиссно. Линэнь подняла ладони в жесте «я сдаюсь, тут уже ничего не поделать» и прикрыла глаза — похоже, у неё и без того был сегодня тяжёлый день. — Я весь внимание, — Пэй Мин бросил сумку с документами на журнальный столик и с деловитым видом присел рядом с Ши Уду. Морально он уже был готов в любой драме. — Я думаю, у Цинсюаня кто-то появился! — Ши Уду без лишних слов сразу перешёл к делу. Его лицо при этом имело скорбное выражение — примерно с таким видом обычно сообщают о том, что ваш близкий родственник тяжело болен. — О! Так это же кру… — Пэй Мин прервался на полуслове. Ему хватило сообразительности вовремя замолчать. Несложно догадаться, что действуя так опрометчиво, он с лёгкостью спровоцирует Ши Уду на конфликт. Учитывая состояние последнего, тот с радостью воспользуется возможностью в качестве временного громоотвода использовать окружающих. И знаете, кто бы там что ни говорил о том, что после ссор секс обычно страстнее и горячее, на Ши Уду это не распространялось. Единственное, что от него можно было получить после таких разборок — угрюмую физиономию и несколько часов (а то и дней) сурового демонстративного молчания. А Пэй Мин вообще-то возлагал на этот вечер определённые надежды и строил планы! Под сверлящим взглядом Ши Уду Пэй Мин прочистил горло: — …ужасно, — поправился он. — Да? Когда дело касалось брата Ши Уду, всё становилось очень сложным. Спустя годы Пэй Мин кое-как научились обходить острые углы и поменьше лезть не в своё дело. Даже Линвэнь предпочитала лишний раз не доставать Ши Уду со своей терапией, хотя, в отличие от Пэй Мина, она до сих пор не оставляла попыток проработать с ним этот вопрос. — Разумеется. Это хуже, чем просто «ужасно»! — зло бросил Ши Уду. — В последнее время он совсем ничего не рассказывает мне, а теперь ещё и это! Мой собственный младший брат завёл отношения и даже не поставил меня в известность. Это неприемлемо! К тому же, в его возрасте нужно думать об учёбе и поступлении в университет, а не морочить себе голову всякими глупостями. Линвэнь, до этого молчавшая, издала страдальческий вздох. Похоже, всю эту тираду она уже успела услышать ранее. — Он же подросток, бро. Разве они не все так делают? Постоянно флиртуют друг с другом, обжимаются по углам, ходят на вечеринки, во время которых пьют алкоголь, пробуют запрещённые вещества и устраивают оргии, а потом скрывают всё от родителей и старших? — Пэй Мин задумчиво потёр подбородок. Неизвестно, опирался ли он на свой личный опыт или на какой-то очередной похабный фильм про «подростков», выглядящих, по меньшей мере, как уставшие от жизни работяги с несколькими кредитами и проблемами с алкоголем. В случае Пэй Мина оба варианта могли быть верными. — Некоторыми из этих «подростковых» вещей я, кстати, тоже не против заняться сегодня, — добавил он с ухмылкой. Ши Уду смерил Пэй Мина холодным взглядом, а Линвэнь снова потёрла виски. Пэй Мин, кажется, понял, что где-то сделал прокол, неловко усмехнулся и попытался переключить внимание Ши Уду с этого досадного промаха: — Ладно-ладно. Так почему ты решил, что у него кто-то появился? Это сработало. Ши Уду тут же разблокировал экран телефона и повернул его так, чтобы Пэй Мин мог рассмотреть картинки. Замелькал ряд скриншотов: комментарии из соцсетей, несколько фотографий, на которых был запечатлен младший брат Ши Уду. Пэй Мин искренне старался понять, что же всё это должно значить, но его дедукции не хватило, чтобы уловить хоть малейшую связь между этими фрагментами информации. — Вот, — подытожил Ши Уду с серьёзный видом. Линвэнь устало прикрыла лоб, на самом деле незаметно состроив facepalm. Иногда «Холмс Уду» в своей маниакальности и дотошности мог затмить даже её. А она в порывах поиска истины бывала действительно устрашающей! Пэй Мин, выбрав капитуляцию, решил даже не пытаться имитировать хоть какое-то понимание и задал самый очевидный вопрос: — Что «вот»? — Я задала этот же вопрос, — подала голос Линвэнь. Ши Уду окинул своих партнёров разочарованным взглядом, словно размышляя относительно их умственных способностей, после чего принялся разжёвывать ведомые только ему одному «истины». На экране появился скриншот опубликованной несколько недель назад фотографии, сделанной в один из тёплых солнечных дней. Судя по обилию зелени, местом действия являлся какой-то парк или сквер. Ши Цинсюань лучезарно улыбался и смотрел в камеру. Ветер слегка растрепал его волосы, придавая образу игривости. Свет играл в тёмно-каштановых прядях, золотя их. В одной руке он держал рожок с мороженым, а другой изображал V-образный жест, позируя. — Видишь мороженое? — Ши Уду ткнул пальцем в экран, чтобы у Пэй Мина не осталось шансов его не заметить. Пэй Мин мог поклясться, что в этот момент Ши Уду выглядел как герой какого-то второсортного детективного фильма, который в самом конце утомительной истории легко и непринуждённо раскрывает всем остальным, кто же всё-таки убил старушку, сшивая белыми нитками какие-то абсолютно дикие и несовместимые события и улики. Но раз уж его дорогой друг и любовник пребывал сейчас в таком настроении, с этим ничего не попишешь. Пэй Мину оставалось только кивнуть и пробормотать короткое «ага». — Судя по цвету мороженого и месту, где сделано фото - это, скорее всего, фисташка, — Ши Уду заявил это с таким видом, словно вкус мороженого и был ключевой уликой этого дела. К удивлению, так и оказалось. Не прошло и пятнадцати минут погружения в детали «расследования», а голова Пэй Мина уже шла кругом. — Значит, вся проблема в фисташковом мороженом? — удивлённо уточнил он. Линвэнь, в свою очередь, не выглядела удивлённой — похоже, она уже успела ознакомиться с основными уликами. С непроницаемым выражением лица она сделала какую-то заметку в неизвестно откуда взявшемся толстом блокноте. Ши Уду бросил на неё осуждающий взгляд и продолжил: — Именно! Цинсюань любит клубничное и карамельное. В крайнем случае шоколадное. Он бы никогда не купил себе фисташковое! Значит, его кто-то угостил. Кто-то, кто не знает о «табу на фисташковое мороженое»! Но на этом фото он выглядит так, словно бесконечно счастлив и даже попробовал его, — указующий перст сместился на следы укуса на злосчастном шарике. — Вы бы стали есть нелюбимое мороженое и делать вид, что вас всё устраивает, если бы не пытались кому-то угодить? — Ши Уду торжественно обвёл глазами свою небольшую аудиторию. Пэй Мин понимающе закивал, бормоча «справедливо-справедливо». Он имел обширное представление о том, что иногда, чтобы добиться благосклонности девчонки, приходится ей подыгрывать и порой делать несвойственные для себя вещи. Линвэнь же к этому аргументу отнеслась скептически: — Я по-прежнему считаю, что это не доказывает наличия отношений. Друзья тоже угощают друг друга, и неудивительно, что не все осведомлены о предпочтениях твоего брата так же хорошо, как и ты. — Это ещё не всё, — Ши Уду не планировал останавливаться. В течение следующего часа Пэй Мин и Линвэнь подробно ознакомились со множеством «улик» и выслушали больше дюжины подобных рассуждений вроде: «Вы только посмотрите на эту брошь в виде рыбьего скелета! Разве мой брат мог сам выбрать себе такой уродливый аксессуар?» «Вот этот комментарий выглядит очень неоднозначно, похоже, его одноклассница намекает на что-то.» «А этот комментарий вообще был удалён спустя полчаса после публикации. Хорошо, что я успел сделать скриншот! Тут использован глагол во множественном числе: «приходите», — значит, комментатор имеет в виду кого-то ещё помимо Цинсюаня!» «Он опубликовал сторис о том, что ходил в кино на фильм про зомби! Цинсюань не смотрит ужасы.» В итоге Пэй Мину самому всё это начало казаться странным и подозрительным, однако Линвэнь умудрялась сохранять стойкость духа и не велась на теории заговора. — Почему ты не спросишь у него напрямую? — наконец уточнила она. — Это под любым углом выглядит стрёмно, так почему бы не просить? — Нет, тогда Цинсюань подумает, что я слежу за ним, — отрезал Ши Уду. — Но ведь ты и в самом деле следишь за ним, — Пэн Мин поддержал Линвэнь. Ши Уду выглядел так, словно в его спину вонзился предательский нож. Они явно были не на его стороне, и если от Линвэнь, после её многочисленных попыток «лечить его», он и ожидал чего-то подобного, то от Пэй Мина он надеялся получить хоть каплю понимания. «И ты, Брут», — горько подумал Ши Уду, наградив Пэй Мина угрюмым взглядом. — Это другое, — обиженно заявил он. Пэй Мин и Линвэнь переглянулись. Линвэнь многозначительно подняла брови, а Пэй Мин снова задумчиво почесал подбородок. Сам Ши Уду не видел тут абсолютно никакой проблемы. Разве может быть проблемой желание старшего брата заботиться о младшем? Сколько он себя помнил, Цинсюань и его благополучие всегда были для него приоритетом номер один. Он забирал его из детского сада и младшей школы, кормил и заботился, пока родители в поте лица трудились во благо семьи. Он защищал его от всех обидчиков и хулиганов; в младшей, средней и даже старшей школе каждый знал, что у Ши Цинсюаня есть крутой старший брат, с которым, в случае чего, придётся иметь дело. Он тратил с трудом добытые на подработках деньги, чтобы купить сладости и игрушки и порадовать младшего. Нет, в том, что он заботливый старший брат, который приглядывает за младшим, не может быть никакой проблемы. Именно поэтому он имеет право первым знать о том, чем живет его «подопечный». И именно поэтому к его мнению и авторитету должен прислушиваться Цинсюань. Не дождавшись никаких комментариев от своих партнёров, Ши Уду продолжил: — Мне необходимо убедиться наверняка. Можете поддерживать меня или нет, мне наплевать, — заключил он, — я спать, — и скрылся в своей спальне. «Вот тебе и потрахался», — разочарованно подумал Пэй Мин. Миссия: «Поддержать партнёра, приободрить и настроить на романтический лад» с треском провалилась. — Ну ладно, — пробормотал он и направился в душ. Линвэнь перед собой подобные смелые задачи даже и не ставила. Этот день сам по себе затрахал её так, что о физическом контакте с кем-либо помимо подушки и матраса она и думать не могла. Голова её гудела, а мозг настойчиво требовал оставить его в покое и выдать хотя бы шесть-семь часов сна. Выпив таблетку обезболивающего, она последовала примеру Ши Уду и тоже отправилась в спальню. *** Разумеется, в конечном итоге и Линвэнь, и Пэй Мин вызвались поддержать Ши Уду в его авантюре, которая, по их мнению, являлась полным пиздецом. Так уж у них было заведено: если ввязываться в дерьмо, то вместе. На этом принципе их трио держалось уже не первый год, умудряясь демонстрировать небывалую жизнеспособность даже в самых дрянных ситуациях, которых у них накопилось в достатке. — Как думаешь, может быть, это она? — Ши Уду показал Линвэнь очередной профиль. — Она часто комментирует его фотографии и оставляет смайлики. Половину субботнего утра они провели, изучая инстаграмм Ши Цинсюаня. Линвэнь рассмотрела фото темноволовой девушки с по-детски невинным личиком. — Маловероятно, — она быстро листала ленту фотографий и трэды под ними, — Комментарии, которые она оставляет, совсем не похожи на флирт, к тому же, — она продемонстрировала Ши Уду переписку под одним из постов девушки: — я думаю, она флиртует с вот этим вот парнем. Ши Уду вынужден был согласиться: Линвэнь была в одном шаге от получения учёной степени в области психологии и копаться в людях — было её стезёй. — А как насчёт этого? Он лайкает все его фотографии. Какое-то время Линвэнь внимательно изучала аккаунт миловидного парня. — Нет, не он, — в конце концов заключила она. — Этот в очень близких отношениях с неким «Сань Ланом», а твой брат ему, скорее всего, просто хороший друг. Линвэнь уже успела откомментировать целый перечень кандидатов на роль пассии Ши Цинсюаня, но так и не смогла выделить никого, явно ведущего себя, как человек, состоящий с ним в отношениях. — Ладно. Спасибо, — Ши Уду забрал у неё телефон, — я в универ. Линвэнь окинула его взглядом полным сочувствия. «Расследование в соцсетях не привело ни к чему. Он по-прежнему мрачнее тучи и хандрит. Я сегодня буду поздно, развлеки его», — она отправила сообщение Пэй Мину, после чего, отключив все уведомления, вернулась к написанию диссертации, от которой её отвлек Ши Уду. *** В деканате было на удивление пусто: только скучающий студент-секретарь лениво перекладывал бумажки на своём столе. Он одарил посетителя равнодушным взглядом, даже не удосужившись кивнуть в знак приветствия. Ши Уду его приветствие и не требовалось: — Цзюнь У у себя? — спросил он и, не дожидаясь ответа, устремился к двери, ведущей в кабинет декана. — У него посетитель, — бросил парень; тон его был под стать выражению лица - бесстрастным. Ши Уду остановился. Когда декан факультета является твоим дипломным руководителем, это даёт ряд преимуществ, однако они всё ещё не настолько велики, чтобы врываться к нему в кабинет, когда тот принимает посетителей. — Окей, — Ши Уду сел на один из стульев, расположенных у стены. Студент никак не отреагировал. С таким же скучающим видом он закончил с бумажками, после чего уселся на своё рабочее место, достал телефон и гарнитуру, воткнул один наушник в ухо, и, судя по звуку стучащих по гладкому экрану пальцев, принялся активно чатиться. А может, что-то записывать. Ши Уду было абсолютно наплевать, чем он там занят. Он тоже достал телефон, раздумывая, как лучше убить время. Пэй Мин в это время должен был быть в зале на тренировке, а Линвэнь он сегодня и без того уже успел замучить. Поэтому Ши Уду принялся изучать собственный план работы над дипломом, размышляя о том, что ему предстоит сделать. Фоном жужжали не покидающие его последние несколько дней мысли. «Доброе утречко, братик (´ ∀ ` *)», — Ши Цинсюань, словно почувствовавший мысли старшего брата, прислал сообщение. Суббота и воскресенье были выходными днями в его школе, поэтому такое позднее пожелание доброго утра не удивило Ши Уду, но от комментария он не удержался: «Утро было примерно пять часов назад, но привет». В ответ последовал целая серия сообщений: ШЦС: Братик, я всю неделю учусь изо всех сил так, что мозги плывут» ШЦС: Не ругай меня, пожааааааалуйста (｡T ω T｡) ШЦС: Молодой организм требует много времени для отдыха! ШЦС: Я сплю и восстанавливаюсь, чтобы грызть гранит науки с удвоенной силой! ШЦС: Ты, кстати, приедешь домой на следующих выходных? Мама будет печь пирог с ягодами! ШЦС: Все соскучились! ШЦС: Поэтому ты просто обязан приехать! (◕‿◕✿) Ши Цинсюань как всегда был полон энергии, а его сообщения неизменно пестрили смайликами на все случаи жизни. «Раз будет пирог, то приеду», — написал Ши Уду и, усмехнувшись, принялся набирать следующее сообщение, предвосхищая ответ брата. «Только из-за пирога???? (ಥ﹏ಥ)» — ответ Ши Цинсюаня пришёл практически сразу. ШУ: Не только. ШЦС: Я знал, что ты по нам тоже скучаешь! ╰(*´︶`*)╯♡ ШУ: Цинсюань, не дурачься! Тебе не кажется, что это по-детски: использовать так много смайликов? ШЦС: Нет. ШЦС: «(⊃｡•́‿•̀｡)⊃━✿✿✿✿✿✿» ШУ: Цинсюань… ШЦС: Хорошо-хорошо, прости. Я бы не прав… ШЦС: Блин, надо готовиться к занятию с репетитором. ШЦС: Напишу позже ШЦС: (づ◡﹏◡)づ Несколько мгновений на лице Ши Уду играла лёгкая улыбка. Он быстро набрал короткое «ОК. Удачи» в ответ на эту текстовую бомбардировку. *** Три дня ресёрчей социальных сетей не привели ни к какому результату. Линвэнь заявила, что дедлайны очередного этапа её диссертации полыхают (как Москва в 1812), и теперь она готова выступать в этом расследовании только в качестве лингвистического эксперта с уклоном в психологию межличностных отношений, а не рядового следователя, поэтому Пэй Мин теперь отдувался за двоих. Он впервые пожалел о том, что, в отличие от Линвэнь, не так подкован в области психологии. Знаний, как вести себя со своим партнером, который в одно мгновение превратился в маньяка-сталкера, ему явно не хватало. Он беспомощно слушал рассуждения Ши Уду, искренне желая наконец разобраться с этой ситуацией и вернуть всё на круги своя. Он с удовольствием провёл бы это время в постели, занимаясь более приятными вещами, чем слушал очередную «теорию заговора», однако вслух такого, по очевидным причинам, говорить пока не решался. Пэй Мин удрученно наблюдал за расхаживающим по кухне Ши Уду, размешивая сахар в кружке с кофе. Расследование зашло в тупик, что привело их маленькую команду в уныние — точнее, в уныние пришёл Ши Уду. Линвэнь с головой погребло под книгами, научными статьями и тезисами авторитетных учёных. Пэй Мин оставался последним островком бодрости в этом бескрайнем океане, однако волны мрачной тоски постепенно затопляли и его берега. В их общей квартире царила атмосфера напряжения и сосредоточения, и ещё одним неприятным событием являлся негласно объявленный запрет на секс. Не то, чтобы они обсуждали эту тему, предпочитая заниматься своими проблемами вторую неделю подряд. Пэй Мин пришёл к выводу, что заразился общими упадком духа — даже мотивации для каких-то случайных интрижек в тиндере у него не появлялось. Сделав глоток крепкого кофе, Пэй Мин прикрыл глаза. Сегодня он спал просто дерьмово: проклятые соседи из квартиры сверху решили затеять ссору и вопили полночи. Ему пришлось присоединиться к их милой разборке, чтобы заткнуть нарушителей спокойствия, пригрозив вызвать копов. Теперь ему чертовски хотелось спать. Ши Уду в отличие от него пребывал в нервном предвкушении: через несколько часов им предстояла важная миссия. Пэй Мин испытывал смешанные чувства относительно этой затеи, но всё-таки поддержал её. План Ши Уду был прост и изящен, подобно плану Колумба о путешествии в Индию. Только их путешествие намечалось в пригород, а вместо золота и специй им нужны были доказательства того, что у Ши Цинсюаня появились отношения. Как потом Ши Уду собирается распорядиться этими знаниями, Пэй Мин старался не думать. Откуда вообще появилась эта гениальная идея? Это было первым вопросом Пэй Мина, когда Ши Уду заявил, что они едут загород. Ответ был прост: Ши Цинсюань опубликовал фотку, подпись под которой гласила, что он собирается потусить с друзьями. Казалось бы, вещь абсолютно обычная для старшеклассника, однако Ши Уду рассудил иначе. «У него экзамены на носу. Какие гулянки? Его точно пригласили, а он не смог отказаться», — заявил он с таким видом, словно это было самой очевидной вещью. Вертящуюся на языке мысль о том, что подростки часто любят бунтарить и тусить вместо того, чтобы учиться 24/7, Пэн Мин оставил при себе. Вместо этого он быстро допил кофе и пошёл натягивать джинсы. *** Поездка заняла меньше часа. Расположившись на небольшой парковой скамейке, они попивали холодные напитки. Парк — именно сюда, если верить подписи под фото, планировал идти Ши Цинсюань. — Жарко, — пожаловался Пэй Мин. Погода стояла тёплая, однако Ши Уду заставил его нацепить толстовку с капюшоном и тёмные очки. Сам он вырядился в том же «элегантном» стиле, и теперь они выглядели как два шпиона из какой-то дерьмовой комедии или как торговцы дурью. Если бы Ши Уду попросил Пэй Мина нацепить на голову искусственный куст, это его даже не удивило бы. Ши Уду его страдания не тронули. Он молча следил за входом в парк с видом пограничника на особенно неспокойной границе. Дай ему в руки винтовку, и он пристрелит любого нарушителя спокойствия, который покажется рядом с его братом. Время шло, но цель на горизонте так и не появлялась. Ши Уду несколько раз проверял соцсети, ожидая получить какой-либо апдейт информации. Однако ничего об изменениях планов Ши Цинсюаня им узнать не удалось. Устав, Пэй Мин принялся листать посты в группе с мемами, периодически поглядывая на своего сообщника. Ши Уду посмотрел на него с осуждением, но от комментариев воздержался. — Смотри, — резкий шёпот под ухом заставил Пэй Мина вздрогнуть от неожиданности. Он попытался проследить за направлением, куда Ши Уду посылал настойчивые кивки. — Она ничего такая. Фигуристая, — согласился Пэй Мин. — Чего? Лицо Ши Уду было каменным — казалось, ещё немного и он устроит драку. — Ну, девушка… — неуверенно ответил Пэй Мин. Он снова взглянул на девушку, одиноко стоящую около раскидистого клёна: высокая, светловолосая, в коротком платье, она смотрелось неуместно эффектной в этом небольшом парке и, наверняка, пришла на свидание. Ши Уду проследил за его взглядом, на секунду сжал губу в тонкую полоску и недовольно заворчал: — Да не туда смотри. Левее, около лавки с напитками. Пэй Мин посмотрел в указанном направлении. Рядом с небольшим строением стоял Ши Цинсюань, взгляд его был устремлён на меню, напечатанное сразу на стекле заведения. Чуть поодаль стоял парень в алой рубашке с коротким рукавом. Он держался отстранённо, однако Ши Цинсюань несколько раз обратился к нему и получил какие-то ответы. Выглядел он при этом странно смущённым, словно ему было не очень комфортно находиться с ним один на один; или же он его стеснялся. Ши Уду задумчиво хмыкнул. Взгляд его был убийственно холодным. Ши Цинсюань, похоже, определился с выбором и что-то заказал. Потом он посмотрел по сторонам. На мгновение Пэй Мину даже подумалось, что прямо сейчас он их рассекретит. Однако внимание Ши Цинсюаня привлёк парень, идущий в его сторону. Он радостно принялся махать и улыбаться. — Этот? — тихо поинтересовался Пэй Мин. Он рассматривал миловидного парня, с которым Ши Цинсюань принялся что-то живо обсуждать. Очень скоро его окликнул бариста и вручил стакан с каким-то напитком. Двое его спутников не стали ничего заказывать, поэтому троица тут же удалилась, направляясь в сторону той части парка, где располагалось декоративное озеро. — Нет, — Ши Уду проводил их мрачным взглядом, — тот, что в красном. — Почему? — удивился Пэй Мин. — С тем, что в красном, он почти не общался, а второго встретил с распростёртыми объятиями. — Второй - просто друг. Так сказала Линвэнь. А ещё она сказала, что у него, скорее всего, уже есть отношения. Пэй Мин с удивлением посмотрел на Ши Уду, приподняв бровь. — Что до ублюдка в красном, я его не помню. Либо у него нет аккаунта, либо он ничего не пишет, чтобы не спалиться. Лично я склоняюсь ко второму и я запомнил его лицо. — Ладно… — протянул Пэй Мин, по-прежнему ничего не понимая. — Но всё-таки, как ты понял, что у них что-то есть? — Цинсюань вёл себя рядом с ним, словно стеснительная девица. Ты сам не заметил, как он мялся? — зло процедил Ши Уду. Судя по всему, злясь и на брата, и на парня в красном, и на Пэй Мина вместе взятых. — Поехали домой. Тут больше нечего делать, — добавил он. — Дерьмо. Иногда ты бываешь чертовски устрашающим, — произнёс Пэй Мин, с восхищением взирая на Ши Уду. *** Ши Уду потребовалось всего полдня, чтобы найти аккаунт своей жертвы. У того действительно он был, что закрепило мнение Ши Уду о намеренном сокрытии информации. — Хитрый мелкий ублюдок Хуа Чэн, тебе меня не переиграть, — пробормотал он, рассматривая единственную ухмыляющуюся фотографию профиля. «Уже нужно вызывать санитаров?» — Пэн Мин написал сообщение Линвэнь, бросив озабоченный взгляд на партнёра. «Возможно», — Линвэнь лениво потянулась. — Если продолжите сплетничать обо мне за моей спиной, я перестану с вами разговаривать, — от Ши Уду не укрылась их маленькая уловка. Пэй Мин прочистил горло, неловко усмехнувшись. Линвэнь выглядела так, словно её эта угроза не тронула. — И что теперь мы будем с этим делать? — уточнил Пэй Мин. — Поговорим с ним по-мужски, — твёрдо заявил Ши Уду и принялся строчить кому-то сообщения. — Я в деле, — бодро отозвался Пэй Мин. Видеть Ши Уду в унынии ему нравилось гораздо меньше, чем в состоянии нервного возбуждения и жажды крови. Второе, по крайней мере, сулило авантюры и веселье, в отличие от первого. «Боги, дайте мне терпения», — взмолилась Линвэнь. *** «Ублюдок в красном» проигнорировал все его сообщения. Яростно набрав очередное «ответь, сука, или хуже будет», Ши Уду бросил смартфон на диван. Тот подпрыгнул на мягкой обивке и с жалобным стуком упал на кафельный пол. Ши Уду и бровью не повёл, не потрудившись даже поднять и проверить несчастный девайс. Это была сороковая грёбанная попытка вывести этого человека на контакт. — Вот же гадёныш, — прошипел Ши Уду. Его стенания привлекли внимание Пэй Мина, который сидел рядом и смотрел боевик, идущий по кабельному ТВ. — По-прежнему не отвечает? — поинтересовался он, не отрывая глаз от экрана. Прямо сейчас главный герой уничтожал целую банду своих врагов, оперируя при этом внушительным арсеналом всевозможного оружия. Кровь, кишки, крики и взрывы — о да, именно так хочет провести свой пятничный вечер каждый человек в мире. — Нет, — подтвердил Ши Уду. Пэй Мин наконец перевёл на него взгляд. Они сидели плечом к плечу, и он мог буквально физически чувствовать, как напряжён его партнёр. — Слушай, — начал Пэй Мин. — А может хрен с ним? — он перекинул руку через плечо Ши Уду, притягивая его к себе ещё ближе. — Разве стоит какой-то засранец твоего внимания? Посмотри по сторонам, тут есть кое-кто гораздо лучше, симпатичнее и харизматичнее! — Когда это касается моего брата - стоит, — отрезал Ши Уду, тряхнув плечами, — нужно его достать. Он попытался скинуть руку Пэй Мина, однако это ему не удалось. Спустя пару попыток он прекратил это бессмысленное занятие, уставившись на валявшийся на полу мобильник. «Упрямый, как мул», — подумал Пэй Мин. Растирающими движениями он принялся массировать сначала плечи Ши Уду, потом перешёл на шею и затылок, пытаясь хоть немного развеять скопившееся напряжение. — Не подкатывай ко мне, я не в настроении, — пробормотал Ши Уду. В противовес своим словам он прикрыл глаза, позволяя Пэй Мину продолжать этот внезапный массаж. — А я и не подкатываю. Я в курсе, что мне ничего не светит, когда ты такой, — тут же откликнулся Пэй Мин. В душе, разумеется, он надеялся на обратное. Ши Уду приоткрыл один глаз, метнув на него осуждающий взгляд. — Найди себе уже кого-нибудь в тиндере, если так хочется потрахаться. Или просто дрочи в гордом одиночестве, — проворчал он. — Дрочить в компании - веселее. Могу продемонстрировать, — парировал Пэй Мин и издал негромкий смешок, когда Ши Уду ткнул его локтем в бок. — Я же сказал, что не в настроении. — Тогда чего бы ты хотел? — Пэй Мин не терял надежду сделать этот пятничный вечер хоть капельку интереснее. — Не знаю. Может, выпьем? — предложил Ши Уду. Эта идея явно импонировала Пэй Мину. — Черт возьми, да, — тут же отозвался он и подорвался так резко, что размякший от его прикосновений Ши Уду вздрогнул. — Мне нужно пять минут и я буду готов, — сообщил он. Прежде чем отправиться к себе, он завернул в комнату Линвэнь. Как и ожидалось, ей сейчас было не до развлечений. *** Они выбрали бар в центре города по методу «ткни пальцем в первое попавшееся заведение». Бар оказался небольшим, шумным местом, с толпой посетителей и внушительной барной картой. Они не стали искать свободный столик и просто уселись за барную стойку. Пэй Мин жестом подозвал бармена и заказал два бокала портера; после пива пошли шоты. Пространство между глотками заполнялось разговорами, в основном они обсуждали учёбу и новую программу общих тренировок в спортзале. Пэй Мин, подсадивший Ши Уду на совместные походы в зал, считал своим долгом чуть ли не каждые несколько недель менять их программу, адаптируя и совершенствуя её. Разговор шёл бодро, выпивка шла ещё бодрее. Ощущая, что его уже ведёт, Пэй Мин положил голову на кулак и обвёл взглядом посетителей бара начинающим соловеть взглядом. — Твою ж… — удивлённо выругался он. Когда он увидел засранца, которого Ши Уду в течении целой недели пытался выцепить, ему показалось, что он даже немного протрезвел. Это что за грёбанное, мать его, совпадение? — Ммм…? — Ши Уду посмотрел на Пэй Мина из-под прикрытых век; он был ещё более пьяным, чем сам Пэй Мин, — что такое? Пэй Мин не ответил: просто кивнул в сторону объекта внимания, наблюдая, как быстро меняется взгляд Ши Уду с расслабленно-ленивого на агрессивно-убийственный. — Сейчас я его придушу, — процедил Ши Уду и подорвался с места. Пэй Мин последовал за ним, слегка покачиваясь. Они достигли Хуа Чэна в пару секунд; тот сидел за столом в компании парней. Когда над ним возникла фигура Ши Уду, с маячившим позади Пэй Мином, он только лениво поднял взгляд, вскинув бровь в немом вопросе. — Гадёныш, какого дьявола ты не отвечаешь на мои сообщения?! Хоть язык Ши Уду и заплетался, выглядел он всё ещё достаточно грозно. — Так это ты тот психопат, который строчит мне бесконечные сообщения? Пэй Мин подивился тому, что этот нахал умудряется выглядеть так спокойно и даже ухмыляться, когда над ним буквально навис жаждущий крови Ши Уду. — Я сказал, что у меня к тебе разговор. Теперь не отвертишься, — процедил Ши Уду, — Идём, поговорим, — он попытался схватить Хуа Чэна за ворот рубашки, однако тот ловко откинул его руку. — Ещё раз меня тронешь - пожалеешь, — пригрозил он, сохраняя всё то же спокойное выражение, однако улыбка с его лица всё-таки исчезла. Ши Уду и Пэй Мин проследовали на улицу в небольшой переулок, возле которого расположился бар. Слегка помедлив, Хуа Чэн и ещё несколько его дружков отправились следом. — И чем обязан? — сложив руки на груди, Хуа Чэн первым начал разговор. — Ещё смеешь спрашивать, — выплюнул Ши Уду, — отвали от него, по-хорошему предупреждаю. — От кого? — уточнил Хуа Чэн, — ты можешь быть конкретнее, или тебе мешает алкоголь? Товарищи Хуа Чэна, видимо, сочтя это за шутку, разразились гоготом. Пэй Мин недовольно цокнул. — Ах, ты. Ши Уду не мог стерпеть подобного дерзкого отношения от какого-то сопляка. Резким движением он схватил его за ворот рубашки. Что-то блеснуло в воздухе. Гогот на фоне оборвался так же резко, как и начался. Пэй Мин широко раскрыл глаза, наблюдая. — Я же сказал. Ещё раз тронешь - пожалеешь. Что из этого тебе не понятно? — растягивая слова произнёс Хуа Чэн. Глаза его опасно сузились, в руке было зажато лезвие ножа, которое он приставил к животу Ши Уду. — Дерьмо, — выругался Пэй Мин. — Какого хуя, чел?! Хуа Чэн молчал — похоже, он считал, что уже достаточно ясно выразил свою позицию. Ши Уду опустил взгляд, рассматривая нож. Алкоголь в его крови не давал в полной мере осознать всю сложность ситуации. — Слушай, убери эту хрень, — потребовал Пэй Мин, опасаясь, что его партнёр сейчас усугубит ситуацию и схватит ножевое, — мы сейчас отстанем от тебя и просто свалим. — Что? — возмутился Ши Уду. Нож, судя по всему, его не особо волновал: он повернул голову и бросил возмущённый взгляд на Пэй Мина. — Тогда забери своего дружка, — произнёс Хуа Чэн с равнодушным видом. Он убрал нож так же быстро, как и достал. Пэй Мин так и не смог понять, где он его прятал. Оттолкнув Ши Уду, Хуа Чэн отправился обратно в бар, его спутники скрылись следом. Пэй Мин испытал волну облегчения. Он всегда был не прочь надрать задницу какому-нибудь идиоту в честном бою, однако прекрасно понимал, чем может закончиться поножовщина. Схватив Ши Уду за предплечье, он потянул его к себе, не позволяя отправиться следом. Шу Уду попытался сопротивляться: — Отпусти. — Нет. Он неадекватен. Ты же видел нож. Ши Уду снова дёрнулся, пытаясь высвободить предплечье. — Отпусти, — опять потребовал он. — А потом придётся везти тебя в больничку. Мне оно надо? — Ты меня за идиота держишь? Пэй Мин промолчал. Он всё ещё чувствовал, что хмель застилает его мозги и мешает мыслительному процессу, однако эта небольшая стычка его слегка отрезвила. Ши Уду буквально кипел от гнева, и Пэй Мин его прекрасно понимал. Он и сам хотел бы поставить гадёныша на место, но ему хватало здравомыслия на то, чтобы отложить это дело на более благоприятное время. — Нахуй всё, — громко выругался Ши Уду и всё-таки вырвал руку из захвата. Пэй Мин хотел снова удержать его, однако вместо того, чтобы отправиться в бар и карающей дланью завершить начатое, Ши Уду нетвёрдой походкой, со всей грацией рассекающей водную гладь в шотрм Каравеллы, пошёл в противоположном направлении, невнятно бормоча под нос ругательства. Пэй Мин, решивший, что это добрый знак, и больница им сегодня точно не грозит, последовал за ним, сопровождая своего ступника в его небольшом морском круизе. Его облегчение продлилось недолго, а круиз оказалось действительно небольшим: спустя несколько метров Пэй Мин стал свидетелем низвержения Ши Уду. Тот пал в битве, споткнувшись о предательский, коварно торчащий из мостовой камень, и рухнул лицом вниз. — Твою ж… — Пэй Мин подбежал ближе, садясь рядом с Ши Уду на корточки, — ты как? Ши Уду какое-то время лежал ничком, не подавая признаков жизни, а потом перевернулся навзничь. Из носа обильно струились дорожки крови, заливая губы и подбородок. — Ахуенно, — пробормотал он и прикрыл глаза. *** Линвэнь принесла из кухни новый пакет со льдом, передала его Ши Уду и уселась на край его постели. Он принял лёд молча и со скорбным видом приложил к синяку, который расползся сине-бордовым пятном под его правым глазом. Как сказал Пэй Мин, ему повезло. Как сказала Линвэнь… Ладно, ему не хотелось воспроизводить в своём сознании всю ту возмущённую тираду, которую она выдала им, разбуженная в четыре утра. Сам Ши Уду признавал, что ситуация, в целом, для него завершилась с самым минимальным из возможного ущербом. Мало того, что он избежал ножа под ребро, так ещё и отделался лёгкими ушибами, когда его лицо решило поздороваться с каменной кладкой мостовой. Несколько синяков, счёсанная кожа на локте и лютое похмелье — скромный набор побочных эффектов, который подарил ему пятничный вечер релаксации в баре. С кем ни бывает. Однако легче от этого осознания ему не становилось. — Лицо - красота, — заключила Линвэнь, рассматривая его. Действительно, «красота» — иначе и не назовёшь. — Чёртов паршивец, — пробормотал Ши Уду, гипнотизируя настенные часы. Их стрелки медленно ползли по циферблату, сообщая, что он валяется в постели большую половину дня. Все его планы на эти выходные автоматически канули в бренное небытие, а мысли о том, что на следующей неделе он будет вынужден предстать с таким эффектным лицом в универе, подогревала его ярость и жажду крови ещё сильнее. — Если бы не он… Линвэнь закатила глаза. Ей-богу, она была терпелива. Даже слишком терпелива. — Хватит, — перебив, потребовала она. Это прозвучало так уверенно и хлёстко, что Ши Уду осёкся на полуслове. Его полный удивления и праведного гнева взгляд устремился на Линвэнь. Повисла пауза. — Понял… Если я тебя заебал, так и скажи, а не возись со мной. Мои проблемы - это мои проблемы, ты не обязана тратить своё время на меня, — Ши Уду первым нарушил молчание. На Линвэнь он не смотрел. Вместо неё Ши Уду с демонстративно-отрешённым видом созерцал серую стену. У их троицы и раньше случались ссоры и конфликты разных масштабов и степени экспрессивности, однако практически все они касались общих вопросов и никогда не переходили в конфликты интересов. — Меня заебали твои методы решения проблем, — отрезала Линвэнь, не ведясь на эмоциональную манипуляцию. Ши Уду наградил её тяжёлым взглядом вместо ответа. — Напоминаю: если ты однажды свернёшь себе шею, аренду придётся делить на двоих, а этого мне нахрен не надо, — добавила Линвэнь. «Ну спасибо». — Постараюсь не свернуть, — угрюмо пообещал Ши Уду, устраиваясь удобнее на своём ложе. Всем свои видом он источал нежелание продолжать диалог, ожидая, что Линвэнь уйдёт. Линвэнь не ушла. Вместо этого без лишних предисловий она перешла в наступление: — Позвони ему и поговори. Ши Уду приподнял бровь: — Думаешь, у меня есть желание говорить? У меня даже номера его нет! К тому же, я писал ему десятки раз, он не отвечает. И… Что это за выражение лица? — Я имела в виду твоего брата. Позвони Ши Цинсюаню, — повторила Линвэнь с видом строгой, но терпеливой преподавательницы. — Зачем мне ему звонить? — Он - источник всех твоих волнений. Лёд постепенно таял, накапливая конденсат на поверхности пакета. По лицу Ши Уду текла тонкая дорожка воды, прокладывая свой путь по скуле к подбородку, а оттуда перебираясь на шею. Линвень, взяв небольшое махровое полотенце, стёрла каплю прежде, чем она упадёт на ворот пижамы, после этого завернула полотенце на манер слюнявчика на этот самый ворот. Ши Уду молча позволял ей делать то, что она считает нужным, и только когда Линвэнь выпрямилась, ответил: — Нет. Все волнения и проблемы от гадёныша, который крутится рядом с ним. — Не смещай фокус, со мной это не выйдет, — Линвэнь была непреклонна. Действительно, уболтать Линвэнь — навык, подвластный разве что только небожителям, и то не факт. Сама же она в этом искусстве была необычайно сильна. Слишком долгое нахождение с ней в одной комнате могло негативно сказаться на сознании жертвы. Несколько часов и несчастный уже будет считать терапию благословением божьим, а беседу — ключём к решению любой проблемы. Тьфу-тьфу. — Смотри, — продолжила она, — если ты волнуешься за брата, а поводы волноваться, как вы вчера выяснили, есть, самым логичным решением будет поговорить с Ши Цинсюанем открыто и выразить свою обеспокоенность. Вполне вероятно, он не знает, что его друг, — она наверняка намеренно использовала это слово, чтобы избегать триггеров, — как-то может быть связан с криминальной сферой. Линвэнь сложила ладони и ещё сильнее стала походить на какого-нибудь стереотипного важного психолога из старого кино. — Просто наседая на этого парня, вместо того, чтобы поговорить с братом, ситуацию ты не изменишь. Если ты, конечно, не планируешь его убить. В таком случае конкретная проблема, безусловно, решится… — задумчиво добавила она, — но тогда тебя посадят, и… — Да-да, аренду вам придётся делить на двоих, я понял, — ворчливо прервал её Ши Уду. Линвэнь только усмехнулась. Наклонив голову, она выжидающе смотрела на Ши Уду, позволяя ему обдумать её слова. Ши Уду именно этим и занялся. Идея поговорить с Ши Цинсюанем напрямую по-прежнему казалась ему плохой, однако здравое зерно тут всё-таки было. Этот засранец Хуа Чэн уже показал, что с головой у него не в порядке — такого сложно будет запугать угрозами или договориться. Садиться в тюрьму также не входило в планы Ши Уду. Оставался единственный вариант: убедить брата разорвать всякие отношения с этим злополучным нарушителем его, Ши Уду, покоя. С какой стороны не взгляни, идея с каждой минутой становилась всё привлекательнее, начиная лучиться аурой благородных мотивов. — Ладно, — нехотя проворчал Ши Уду. — Ладно? — переспросила Линвэнь. — Я позвоню. Линвэнь кивнула. Лицо её осталось нейтральным, но в глазах загорелись искорки довольства. И за это её было сложно упрекнуть: убедить этого упрямца что-то сделать — достаточно весомый повод для гордости. *** — Ты должен перестать с ним общаться! — тон Ши Уду был требовательным и бескомпромиссным. На том конце линии повисла тишина. Ши Уду прочистил горло, призывая брата к ответу. — Братик, я не понимаю, — голос Ши Цинсюаня дрогнул. «Понимает», — раздражённо подумал Ши Уду. Он знал своего младшего брата как облупленного и даже по телефону мог прочитать его. — Понимаешь, — уже вслух произнёс он, — ты обязан перестать общаться с этим отбросом и разорвать все отношения, какими бы они там ни были. Снова тишина. Да, ему тоже тяжело, чёрт возьми, но сколько можно молчать и тянуть резину? Терпение никогда не было сильной стороной Ши Уду. — Цинсюань? — Но почему? — всхлипнул Ши Цинсюань; больше он не пытался отрицать наличие этого самого «его». — Он психопат, опасная личность и неадекватный. Общается с подозрительными личностями, — Ши Уду припомнил сомнительную компанию, которая сопровождала Хуа Чэна, — и бросается на людей с ножом, — холодно выдал он свой самый весомый и неопровержимый аргумент. — Что? Как? — в голосе Ши Цинсюаня звучал неподдельный ужас. Ши Уду выдержал паузу, позволяя брату осмыслить сказанное. Он был почти доволен эффектом, который ему удалось произвести. Теперь все боевые «ранения» казались ему не напрасными, а идея «позвонить и поговорить» очень здравой. И почему он раньше так не сделал? — Братик, — судя по тону, Ши Цинсюань был готов заплакать, — может, это было какое-то недоразумение? — Недоразумение? — сердито фыркнул Ши Уду. — Вчера вечером я лично стал свидетелем этого. Ши Уду не стал углубляться в подробности, решив что контекст, включающий его собственное поведение и его последствия, тут абсолютно не важен. — Вчера вечером? — растерянно переспросил Ши Цинсюань. — Но ведь вчера вечером мы вместе с Хэ-сюном ходили на ночь кино…. Мы… Он не… Он ничего плохого не делал, это правда, — принялся оправдываться он. Вечер кино? Что за чёрт? Вчера вечером этот гадёныш точно был в баре, а не на каком-то пресловутом вечере кино. Неужели Цинсюань вконец отбился от рук и пытается покрывать этого отброса, несмотря на его, Ши Уду, аргументы? Или же… СТОП. — Хэ-сюн… — голос Ши Уду был холоднее льда. — Какой, чёрт его дери, Хэ-сюн? — Ну… — Ши Цинсюань замялся, явно не понимая, чем вызван этот внезапный вопрос и как на него нужно ответить. Пазл в голове Ши Уду, до этого сложившийся так ладно и чётко, начал давать трещины. Каким хреном Хуа Чэн смог стать Хэ-сюном. Может ли быть, что «Хуа Чэн» — это псевдоним? Но что насчёт «ночи кино»? Почему Цинсюань так нагло врёт ему, несмотря на то, что он только что сказал, что лично видел описанное? — Ну… мы вроде как встречаемся, — Ши Цинсюань сделал ещё одну попытку, через силу выдавливая из себя эту информацию. — Ты же сам о нём заговорил. Я хотел тебе рассказать, правда, но как-то не успел… — бормотал он. В голову Ши Уду закралась ещё одна теория. До безумия простая и объясняющая нестыковки «пазла», и оттого столь поганая. — Так. Хватит звать его «Хэ-сюном», скажи мне полное имя этого засранца, — потребовал он, не позволяя брату и дальше продолжать бормотать свои невнятные оправдания. — Братик, он правда не мог сделать ничего плохого… Самоконтроль Ши Уду давался всё сложнее. — Цинсюань, я задал вопрос. Имя? — властно произнёс он, стараясь не повышать голос выше, чем нужно. — Хэ Сюань, — неуверенно произнёс Ши Цинсюань, — но почему ты спрашиваешь? Я думал, ты уже знаешь… С полминуты Ши Уду молчал, обдумывая эту скудную, но кардинально меняющую ситуацию информацию. — Он учится в твоём универе, — добавил Ши Цинсюань, похоже, всё ещё пытаясь оправдаться. Ши Уду прикрыл ладонью глаза, тяжело вздохнув. Свежий синяк при прикосновении неприятно засаднил, но он не обратил на это внимания. Память, пусть и не сразу, но подбросила ему образ этого самого «Хэ Сюаня», который «учился в его универе». Если это, конечно, был он. Чёртов пресный секретарь в деканате, занимающийся невесть чем и смотрящий на посетителей так, словно в своём познании настолько преисполнился, что окружающие для него не интереснее пыли на книжных полках в этом самом кабинете, где он работал. — Братик? Неуверенный голос Ши Цинсюаня вывел его из размышлений. Похоже, он молчал слишком долго. Ши Уду снова прочистил горло. — Ясно, — ответил он отстранённо. — Братик, я клянусь, что вчера был вместе с Хэ-сюном… Я не знаю… я не понимаю, как случилось то о чем, ты говоришь, — жалобно произнёс Ши Цинсюань. «Зато я понимаю», — раздражённо подумал Ши Уду. Напоминание, что его милый младший братик «вчера был вместе» с этим пресным секретарём-второкурсником тоже не добавляли ему баллов хорошего настроения. — Не важно, — в конце концов отрезал он. — Можешь над этим больше не размышлять. Объяснять, что в своём шпионаже он вышел не на того человека, он не собирался. Это воспринималось как личное поражение, унизительное и позорное. Ши Цинсюаню знать об этом точно не положено. Ши Уду предпочёл бы, чтобы Пэй Мин и Линвэнь тоже остались в неведении. В голове крутилось множество мыслей, большая часть из которых состояла из матерных слов. Это новое знание временно выбило почву из-под его ног. Ши Уду ещё обдумает это позже, когда голова будет гудеть меньше и когда блеяние невинного агнца-Цинсюаня не будет отвлекать. — Братик, ты не злишься? — судя по всему, Ши Цинсюань воспринял такой ответ как добрый знак: в голосе его звучала надежда. — Нет, — соврал Ши Уду. Он злился. На себя, на вонючего секретаря Хэ Сюаня, на маргинального отброса Хуа Чэна. На Цинсюаня он тоже немного злился. Он злился так, что ему хотелось, по меньшей мере, на кого-нибудь наорать — или лучше что-то сломать. Вместо этого он сильнее прижал пальцами синяк, пытаясь укротить эмоции. — Точно? — Да. — Хорошо! Не злись, пожалуйста. Кстати, мама просила тебе передать… Ши Цинсюань, тем временем, похоже, совсем оправился от потрясения, вызванного недавним разговором. Такой беззаботности младшего Ши Уду только подивиться мог. Ши Цинсюань с лёгкостью переключился на тему дома, учёбы и своей повседневности. Спустя пару минут он уже весело щебетал, рассказывая последние новости. Шу Уду старательно слушал его, однако выходило плохо. Его головная боль постепенно усиливалась, ссадины и мышцы раздражающе ныли, а затухшая злость преобразовалась в апатию. Когда разговор, состоящий по большей части из болтовни Ши Цинсюаня, завершился, Ши Уду тяжело вздохнул. «Боги…» Он непременно ещё вернётся к этому вопросу, но явно не сейчас.