Какие виды секса практикуются в сексе по дружбе

Одно из правил их трио гласило: «Если никто не хочет ебаться с тобой прямо сейчас, развлеки себя сам», и каждый член их маленького «коллектива» интерпретировал это правило по-своему. Ши Уду предпочитал людям еблю их мозгов, Линвэнь «трахалась» с очередной научной работой по клинической психологии — или же с горячими профессоршами (первое предпочтительнее) — а Пэй Мин… Пэй Мин был самим воплощением этого правила. Он, его огромное либидо и тяга к сексуальным приключениям, пожалуй, и породили эту мудрость их повседневной жизни. Если в их уютненьком обществе наступал период «безрыбья», Пэй Мин всегда был не против новых знакомств и опытов. Особенно, если эти новые знакомства были с хорошенькими девами, а вот парни в его «потребительской корзине» являлись большой редкостью. Ши Уду мог бы порадоваться факту своей практически полной эксклюзивности, если бы ему не было кристаллически похер. К слову об «опытах»: как и у любого учёного-исследователя, не все опыты Пэй Мина заканчивались хорошо. Иногда взрыв «реагентов» получался настолько сильным, что волна захватывала помимо него самого и его окружение, в частности — Линвэнь и Ши Уду. Чего стоит одна история с Сюань Цзи, которая до сих пор иногда появлялась около их старой квартиры или у ворот универа и сыпала красочно-изощрёнными угрозами расправы над всем трио. Однако Пэй Мин не унывал — принимая все мелкие неудачи, он продолжал двигаться вперёд с гордо поднятой головой; словно мореплаватель эпохи великих открытий он шёл по волнам навстречу новым неизведанным землям. Главный плюс открытых полиаморных отношений был в том, что эти «исследования новых земель» никто не порицал, а иногда даже они поощрялись. Только и нужно было, что делиться «новостями», да проверяться на ЗППП. Для Пэй Мина выполнить эти небольшие условия было как раз плюнуть. — Как тебе эта? Они сидели вместе с Линвэнь, неспешно поглощая ланч и просматривая профили в Yidu. Душа и тело Пэй Мина требовали любви, которую его «сухие и бездушные», погребённые под завалом кандидатской работы (в случае Линвэнь) и сессии (в случае Ши Уду) партнёры давать ему не желали. Что до самого Пэй Мина, его вопросы учёбы не слишком заботили. Он уже успел на правах спортсмена-активиста заручиться доброй половиной «автоматов» к экзаменам, а вторая половина… ну, он надеялся на то, что всё просто пройдёт как обычно гладко. — Хмм… — пробормотал Пэй Мин, запихнув в рот порцию лапши. Он взглянул на фото профиля миловидной девицы с большими карими глазами миндалевидной формы и окрашенными в рыжий цвет волосами. — Не подходит, смотрим дальше, — будничным тоном заявила Линвэнь и свайпнула на следующий профиль. — Погоди, погоди, — Пэй Мин быстро проглотил лапшу и чуть не подавился, — она была ничего. Такая миленькая…. — Да ладно? Ты так почти про каждую скажешь, — проворчала Линвэнь, — а эта девушка ищет «истинную любовь», с которой сможет духовно расти и медитировать. Сомневаюсь, что тебе это подойдёт. Листаем дальше, или тебя внезапно заинтересовал поиск истинной любви? — Окей, окей, давай смотреть дальше, — нехотя согласился Пэй Мин. Он не спорил, потому что знал, что Линвэнь права. Он не сможет устоять перед симпатичными девушками и ему не важно даже, что написано в их профилях. Некоторое время они листали разные анкеты и рассматривали фотографии всевозможных дам. Пэй Мин чувствовал себя словно в картинной галерее, где почти каждая картина — произведение искусства. Линвэнь склонялась к тому, что это больше похоже на витрину онлайн-магазина. Когда они открыли очередной профиль, палец Линвэнь замер над экраном. Это однозначно мэтч — по крайней мере, для неё. Она посмотрела на Пэй Мина и заметила восхищённое выражение на его лице. Выходит, это мэтч и для него, хотя... в случае Пэй Мина это не удивительно. На фото была девушка с изящными, тонкими чертами лица. Однако имелось в её внешности что-то острое, своенравное и даже немного опасное; показывающее, что она не просто нежный цветочек, а роза с шипами, которые могут и уколоть, если она этого захочет. На фото у неё яркий мэйкап, а одна прядь длинных черных волос окрашена в травянисто-зелёный. Её губы изогнуты в лукавой улыбке, а взгляд устремлён прямо в камеру, отчего создаётся ощущение, что особа на фото смотрит прямо тебе в душу. — Ух какая, — восхищённо выдал Пэй Мин, — думаю, это то, что нужно. — Двадцать три года, любит тусовки, чёрный юмор, одобряет полиаморные отношения, практикует шибари, занимается пол дэнсом… — Линвэнь зачитала факты из профиля девушки. — А она горячая штучка, — добавила она. — Будешь пробовать? Линвэнь подумала, что это дама и её профиль выглядят очень интересно. Если бы она не была так занята сейчас, возможно, и сама бы приняла в этом участие. — Однозначно! — глаза Пэй Мина загорелись энтузиазмом. Он забрал свой телефон у Линвэнь. — Спасибо, моя дражайшая цзе, — он поцеловал её в щёку и подмигнул, — дальше я справлюсь. *** Пэй Мин вошёл в шумный бар, чувствуя смесь предвкушения и нервного возбуждения. К его радости, у них случился мэтч с девушкой, которую они выбрали вместе с Линвэнь, и она охотно согласилась встретиться с ним в этот же вечер. Удача воистину благоволила Пэй Мину. Его сканирующий взгляд нашёл её быстро. Вот она — очаровательная Ци Жун, сидит за барной стойкой и болтает с барменом, как со старым знакомым, лениво покачивая стройной ножкой. Чёрные как воронье крыло волосы блестящим водопадом струились по её спине, а ядовито-зелёная прядь выделялась, словно маяк, привлекающий внимание. На ней была чёрная блузка с открытой спиной и короткая юбка. С этого ракурса Пэй Мин мог видеть её профиль, острые лопатки, узкую талию и привлекательный зад, а ещё пару очень длинных ног. Даже когда она сидела, было очевидно, что она выше, чем большинство девушек, которых встречал Пэй Мин. Однако эта деталь показалась ему интригующей и в каком-то смысле даже пикантной. На несколько мгновений Пэй Мин «залип». «Вот это женщина!» — восхищённо подумал он и отправил мысленную благодарность Линвэнь за то, что она помогла найти ему такую эффектную подругу на вечер. Закончив любоваться, он направился к ней, чтобы поздороваться. Ци Жун заметила его на полпути и улыбнулась, и Пэй Мин не мог не заметить озорной блеск в её глазах и соблазнительный изгиб губ — будто она знала что-то, чего не знал он. Он приветствовал её с уверенной ухмылкой, пытаясь скрыть своих внутренних бабочек: — Здравствуй, совершенство. Мне кажется, или неотразимая небожительница спустилась в этот бар прямо с небес, чтобы разделить вечер со мной? Прости, детка, но я забыл прихватить солнцезащитные очки и теперь рискую получить ожог сетчатки глаза из-за ореола сияния, которым ты окружена. Он уверенно улыбнулся ей, играя бровями, как и принято в сообществе опытных «альфа-самцов-соблазнителей-охотников» — Пэй Мин решил заходить сразу с козырей. Расчёт был точный (наверное), потому что, как и планировалось, девушка издала смешок, мило прищурив глаза. Улыбка Пэй Мина стала шире: он всегда был сторонником мнения о том, что смех женщины — это плюс тридцать процентов в шкалу прогресса в задании «Закончить этот вечер в одной постели». Девушка прекратила смеяться и, приподняв бровь, посмотрела на него. — И тебе привет, красавчик. Небожительница, говоришь? А что, если я не небожительница, а королева демонов, и ослепляет тебя не божественная аура, а сияние чистого зла? — подмигнув, парировала она, а затем растянула губы в лукавой улыбке и окинула его беззастенчивым, оценивающим взглядом с ног до головы. «А эта крошка определённо знает, чего хочет от этого вечера», — мелькнуло в голове Пэй Мина. Он расслабленно облокотился рукой о барную стойку. — Королева демонов, говоришь? — он тоже приподнял бровь, копируя её невербальный жест, — ну, тогда небеса должны грызть локти из-за того, что такое прекрасное создание досталось царству демонов, а не им. К внутреннему удовлетворению Пэй Мина его ответ вызвал ещё один смешок со стороны его собеседницы. Чёрт, похоже, он не зря так много времени проводит, репетируя все эти незаменимо-полезные фразочки из мужского паблика втайне ото всех. Они заказали напитки и расположились в угловой кабинке, окружённые оживлённой атмосферой бара. Мягкий гул голосов посетителей смешивался с нотами электронной музыки. В воздухе витал аромат авторских коктейлей: дразнящая смесь цитрусов, пряностей и трав. Тусклые светодиодные лампы мягко освещали бетонные полы и полированные столешницы столов, погружая помещение в интимный полумрак. Пэй Мин был очарован присутствием Ци Жун и не переставал любоваться новой знакомой. Ци Жун была открытой и дерзкой, она говорила о своих увлечениях и интересах с такой страстью, что Пэй Мин слушал, лишь изредка имея возможность вставить свои пять копеек в её болтовню. Однако это его не смущало. Её чувство юмора было острым, и она говорила с ним так, как будто они знали друг друга уже годы, совершенно не стесняясь быть пошлой и даже грубой. Постепенно их разговоры становились всё более и более интригующими, и Пэй Мин чувствовал, что между ними определённо есть искра. Поэтому спустя пару часов непринуждённых бесед и нескольких выпитых коктейлей, он решился задать ключевой вопрос: — Итак, какие ожидания у восхитительной Королевы Демонов от встречи с красавчиком из Yidu? — спросил он, слегка наклонив голову и улыбнувшись. О да, самомнения и уверенности в себе Пэй Мину было не занимать. А с поступлением алкоголя в организм уровень этой уверенности, как правило, рос в геометрической прогрессии. Ци Жун откинулась на спинку кресла с игривой ухмылкой на губах. — Можно было бы сказать, что я здесь только ради коктейлей и хорошей компании, но, по правде говоря, я люблю и другие совместные активности, — она подмигнула ему, а затем слегка прикусила губу, играя с вишенкой в коктейле. Губы Пэй Мина растянулись в довольной улыбке: — О, дорогая, поверь, я достаточно хорош в этом виде спорта. Теперь он точно знал, что они на одной волне. *** Очень скоро Ци Жун, ухватив его за руку, увлекла Пэй Мина по узким и витиеватым улочкам квартала баров. Её квартира находилась совсем рядом, поэтому именно эта точка и стала конечной целью их приземления. Пэй Мину показалось, что он участвует в марафоне «Кто быстрее доберётся до места назначения без потери сознания от перевозбуждения». Квартира Ци Жун была небольшой; стены были выкрашены в насыщенные цвета, преимущественно в оттенки зелёного и чёрного, в углу стоял пилон для рole dance, небольшой столик у дивана был усыпан книгами и бумагами. На полках стояли свечи в чёрных подсвечниках, композиция из сухоцветов и коллекция камней, мерцающих в холодном освещении. Пэй Мин с любопытством провёл кончиком указательного пальца по шероховатой поверхности аметистовой жеоды. — У тебя тут миленько, — прокомментировал он, поворачиваясь к Ци Жун. Ци Жун хмыкнула, растянув ярко-красные губы в улыбке. — В таком случае добро пожаловать в мою скромную обитель, — промурлыкала она, сокращая расстояние. Её пальцы коснулись лица Пэй Мина, оставляя невесомое прикосновение, очерчивая линию челюсти: — Мы можем продолжить выпивать и общаться... а можем сразу перейти к более интересной части. От такого прямого предложения во рту Пэй Мина пересохло от предвкушения. В этом вопросе читалось неприкрытое предложение продолжить вечер в горизонтальном положении. «Вау, эта детка очень горяча. Непривычно, когда женщины настолько уверенно берут ситуацию под контроль», — подумал он с лёгкой растерянностью, но изобразил на лице уверенную улыбку. — Ох, красотка, я не вижу смысла тратить время на выпивку, ведь твоя компания сама по себе уже кружит мне голову, — произнёс он, уверенно облокотившись плечом о дверной косяк. Ци Жун улыбнулась ещё ярче, в её чёрных, как обсидиан глазах, плясали ведьминские огоньки. — Тогда чего мы ждём? — она махнула рукой и направилась в сторону единственной жилой комнаты, безмолвно приглашая Пэй Мина следовать за собой. Пэй Мин переступил порог комнаты, которая, как и ожидалось, оказалась спальней, и… замер. Это было точно не то, чего он ожидал. Мир всевозможных сексуальных утех беззастенчиво и с комфортом расположился в крошечной спальне Ци Жун. Пэй Мину казалось, что он попал в экзотическую базарную лавку, некоторые из товаров которой выглядели так, будто могли бы стать артефактами в музее Индианы Джонса. Он был не просто удивлён, но даже слегка испуган тем, насколько хорошо укомплектованной была эта комната. Его глаза расширялись с каждой новой деталью, которую он замечал. «Твою мать», — подумал он, уставившись на «выставку» анальных пробок. Пэй Мин смотрел на все это с широко раскрытыми глазами и поднятыми бровями. Его голова была полна вопросов, которые лопались в мозгу, как пузырьки в бутылке шампанского. Казалось, тут было всё: от кожаных флоггеров до невинно-розовых пуховых браслетов-наручников, от аккуратных силиконовых фалоимитаторов до массивных чёрных гигантов, которые скорее были машинами убийств, а не имитацией человеческого члена. На одной из стен висела коллекция верёвок для шибари и несколько плетей. Стоящий в углу манекен, одетый в латексную одежду и кожаную портупею, был последним штрихом в картине этого «данжена на десяти квадратных метрах». Ци Жун всё это время наблюдала за ним, игриво приподняв бровь. — Эмм… У тебя, кажется, тут… целый арсенал, — наконец выдавил Пэй Мин, неловко откашлявшись. Ци Жун не смогла удержаться от смеха. Её глаза сверкали искорками веселья и лукавости, когда она подошла к кровати и взяла в руку флоггер, похлопав им по ладони. — Ага, — подтвердила она. — Целый арсенал для укрощения непослушных мальчишек и девчонок. Пэй Мин попытался прикинуть, как использовать хотя бы десятую часть этой «пещеры сокровищ». Впервые за вечер он почувствовал себя как ребенок в магазине иностранных игрушек. Он был далеко не самым тёмным человеком в теме секса (попробуй остаться тёмным, когда живёшь с Линвэнь в одной квартире), однако большую часть из этого он видел только в тематическом порно. «Охренеть. Интересно, она предложит использовать что-то из этого сегодня вечером? Это чертовски неловко…» Ци Жун ещё несколько мгновений смотрела на него, а затем, качая бёдрами, направилась прочь из комнаты. — Ладно, красавчик, сядь и расслабься, — бросила она, взглянув на него через плечо, — я вернусь через пару минут. Пэй Мин посмотрел ей вслед, вздохнув. Он подошёл в полке и задумчиво ткнул пальцем в огромный силиконовый фалоимитатор, наблюдая за тем, как он покачивается из стороны в сторону. Достав телефон, он написал короткое сообщение Линвэнь. «Это пиздец… Если я не вернусь домой, знай, меня сковали цепями и продали в рабство.» Линвэнь не ответила, и жалобы Пэй Мина остались без внимания, поэтому он, вынужденный нервничать в одиночку, скромно сел на край кровати, дожидаясь Ци Жун. *** Ци Жун вернулась спустя пятнадцать минут, одетая в коротенький шёлковый халат чёрного цвета, который подчёркивал каждый её изгиб. Ткань струилась по её фигуре, добавляя ещё больше очарования её и без того чарующей внешности. Её волосы были слегка влажными, они рассыпались чёрными волнами по плечам — очевидно, она только что была в душе. Этот образ подкупил Пэй Мина и почти перебил эффект неоднозначного впечатления. «Ладно, по крайней мере, она безумно горяча», — подумал он, скользя взглядом по видению перед ним. Ци Жун поймала его взгляд и слегка подбоченилась, позволяя разглядывать себя. На её губах играла хитрая улыбка. Однако очень скоро ей надоело ждать, и изящным жестом она развязала пояс своего халата, позволив тонкому шёлку соскользнуть с плеч. В этот момент перед взором Пэй Мин развернулся момент истины. Его глаза расширились от неподдельного удивления. Ткань струилась вниз по гладкому, красивому телу, обнажая совершенно плоскую мужскую грудь. Это была часть головоломки, которая не соответствовала его первоначальным предположениям, и осознание поразило его, как удар молнии. Его рот приоткрылся, застыв в форме буквы «О», отражая всю глубину его изумления. Мозг Пэй Мина изо всех сил старался обработать неожиданный поворот событий, эту внезапную задачку, которую подкинула ему его судьба и жажда поиска приключений на свою задницу. Скрип винтиков в его голове был практически слышен в тишине комнаты. Как он, блять, вообще мог упустить этот момент? Ци Жун не мог (ла?) сдержать озорной смешок, наслаждаясь очаровательным замешательством Пэй Мина. Прошло несколько долгих минут, пока Пэй Мин вспомнил, что обладает даром речи и, заикаясь, пробормотал, отчаянно пытаясь разобраться в ситуации: — Подожди… я… ты… я не знал… я имею в виду, твоя грудь… это… — А что с моей грудью? — Ци Жун поднял бровь, изображая удивление, и окинул взглядом свою плоскую грудную клетку, словно проверяя, всё ли в порядке. — Подожди… подожди минутку! — снова пробормотал Пэй Мин, и его голос надломился, словно он наконец смог осознать всю суть мироздания и сделать величайшее открытие. — Ты имеешь в виду… ты не девушка? Смех Ци Жуна танцевал в воздухе, его глаза озорно сверкали. Он неторопливо подошёл к Пэй Мину, ухмыляясь. Он замер в одном шаге, так близко, что Пэй Мин практически мог ощущать жар его тела и запах вишнёвого шампуня. — О, дорогой Пэй Мин, ты определённо не торопился, чтобы понять это. Должен ли я был носить табличку с указанием моего гендера или показать тебе свой паспорт при знакомстве? Пэй Мин удивлённо моргнул. — Нет, но … я просто не ожидал… — он замялся, не зная, что сказать. И, действительно, почему он решил, что Ци Жун — девушка? Он не мог вспомнить, чтобы что-то на это указывало, ну, помимо того, что на Ци Жуне было надета юбка, а ношение юбки, если уж быть совсем объективным, не делает тебя автоматически девушкой. В профиле Ци Жуна не был указан гендер, а сам он за вечер общения ни разу не использовал какие-то гендерные местоимения, насколько вообще Пэй Мин мог припомнить. Хотя мыслительные процессы сейчас ему давались ещё сложнее, чем обычно. — Ладно, ты меня одурачил. Полностью. А может, я сам себя одурачил, — в конце концов вздохнул он. Ци Жун только фыркнул в ответ и покачал головой. — Значит, ты… ты считаешь себя девушкой? — Пэй Мин имел небольшой набор знаний в этой области, да и те были получены только благодаря просвещению Линвэнь. — А вот и нет, — Ци Жун лукаво посмотрел на него. — Я всё ещё парень. Удивлён? Это называется «кроссдрессинг», если хочешь знать точное название. — Вот как… Понял, — задумчиво произнёс Пэй Мин, вспоминая, что такое слово фигурировало в анкете Ци Жуна, но он не придал этому значения. Блядь, почему Линвэнь не удосужилась объяснить ему, что это такое? Она-то наверняка знала о сути этого загадочного «кроссдрессинга». Неужели она не заметила или… Пэй Мин слегка нахмурился. «Кроссдрессинг», мысленно повторяет он. На самом деле, он нихрена не понял, но что поделать, жизнь полна странных концепций и… увлечений. Ци Жун изогнул бровь, наслаждаясь игрой, в которую они были вовлечены. Растерянное выражение лица Пэй Мина казалось ему одновременно смешным и привлекательным, а тот факт, что он не убежал в первую секунду осознания — хорошим знаком. Он наклонился ближе, и его голос источал кокетливое очарование:. — О, какая прелесть, ты что, покраснел? — он дразняще коснулся кончиком указательного пальца подбородка Пэй Мина, слегка впиваясь острым ноготком в мягкую кожу. — Ты сможешь справиться с этим, или мне уже стоит звонить в службу экстренной помощи? Это был вызов, к которому жизнь его не готовила, однако он не был бы Пэй Мином, если бы не смотрел в лицо новым открытиям уверенным (или почти уверенным) взглядом. Он прикладывал усилия, чтобы хотя бы немного взять себя в руки, и его растерянное выражение лица медленно трансформировалось в неуверенную ухмылку. Нет, он ещё не совсем обработал эту ситуацию, но когда он отказывался от сексуальных приключений. — Шутишь? — Пэй Мин замаскировал сомнения смешком, — я в порядке, просто ты меня удивил, вот и всё. Неужели он правда покраснел? Ци Жун сократил расстояние ещё сильнее, его палец соскользнул с подбородка Пэй Мина, и он игриво коснулся его волос. Его взгляд искрился от веселья и предвкушения, когда он наклонился ближе и соблазнительно прошептал: — Тогда будешь моим пёсиком на эту ночь? «Что, БЛЯДЬ?» — в горле Пэй Мина пересохло. Он сглотнул и медленно кивнул. Какого хрена? Пэй Мин стоял, словно статуя, изучая Ци Жуна полным любопытства и нервозности взглядом, пытаясь понять, как должен чувствовать себя на этом новом поприще. Из-за слишком непривычного расклада вещей его обычная самоуверенность дала трещину, и под игривым взглядом Ци Жуна он чувствовал, что настоящий король положения в этот раз не он, а его новый знакомый. Ци Жун наблюдал за ним, как кошка, которая заметила мышь и теперь готовится к прыжку. Он снова погладил подбородок Пэй Мина, словно пытаясь его подбодрить, однако его прикосновения были властными, уверенными и снисходительными. Его голос звучал мягко, почти нежно, что резко контрастировало с хищным огоньком в его глазах: — Расслабься, красавчик. Будет весело. Обещаю, — он подмигнул. — Ммм… Окей, — Пэй Мин вновь кивнул, бормоча единственное, что он мог сказать. Он медленно, но верно смирился с фактом, что на этот раз управлять положением будет не он. Это заставляло его чувствовать себя странно… Он всё ещё нервничал, но не мог не ощущать любопытство. Ци Жун улыбнулся в ответ на его кроткое согласие. Медленно подняв руку, он коснулся его губ. Пэй Мин почувствовал, как его сердце забилось быстрее от этого маленького, но интимного жеста. Его руки слегка затрепетали, когда он коснулся руки Ци Жуна в ответ, держа её на своем лице. Его дыхание слегка сбилось, когда Ци Жун наклонился и поцеловал его, запачкав его губы своей красной помадой. Это был совсем не нежный поцелуй, грубый, глубокий и властный, сбивший Пэй Мина с толку ещё сильнее. Однако на мгновение он забыл обо всём на свете, теряясь в интенсивности этого поцелуя. К зудящей нервозности и неуверенности начал примешиваться разгорающийся огонь неизбежного возбуждения. Разорвав поцелуй, Ци Жун приблизился к его уху и, обжигая кожу горячим дыханием, прошептал: — На колени, пёсик. Сердце Пэй Мина пропустило удар, а затем сделало переворот. Нет уж, это слишком много новых впечатлений для него за один вечер! Он сглотнул и… медленно встал на колени. *** [На следующий день] — Как вы меня заебали… Шесть утра! Вы можете потише обсуждать всё это фетишистское дерьмо? Вообще-то я пытался спать, — Ши Уду, сонный и с взъерошенными волосами, ворвался на кухню, как мстительный демон. Пэй Мин и Линвэнь синхронно повернули головы в его сторону, и это было бы смешно, если он не был так зол от того факта, что эти двое уже некоторое сидят и обсуждают шибари, петплей, плётки и прочую хрень. — У нашего дорого Пэй Мина была слишком незабываемая ночь, чтобы её не обсуждать, — невозмутимо отрезала Линвэнь, игнорируя потоки гневной энергии, исходящие от Ши Уду. — Цзе, может, не надо об этом, — проворчал Пэй Мин, неловко отводя взгляд. Последнее, чего он хотел — пересказывать свои приключения ещё и Ши Уду, а потом выслушивать от него саркастичные комментарии. Он в очередной раз заёрзал на стуле. Сказать, что это было незабываемая во всех смыслах ночь — ничего не сказать. Тело Пэй Мина по-прежнему чувствовало каждое прикосновение чужих рук и… других предметов. А его задница и некоторые другие места до сих пор ныли. Ши Уду поднял бровь, всё ещё выглядя недовольным, но теперь немного любопытным (совсем немного). — И какие приключения на свою задницу ты нашёл? — спросил он недоверчиво. — Надеюсь, в этот раз под нашей дверью никто не подожжёт пакет с дерьмом? «Приключение на задницу» — столь шаблонная метафора, которая в этот раз подходила ситуации как никогда лучше. Пэй Мин не смог удержаться от недовольного стона. — Шисюн, — взмолился он, страдальчески поднимая брови, словно пытаясь отвадить Ши Уду от дурной идеи выпытывать подробности. Однако Ши Уду не выглядел, как человек, который готов проявить хоть каплю милосердия и сострадания. Не тогда, когда его разбудили в шесть утра. — Ммм? — он сложил руки на груди, прислонившись к стене. Линвэнь скривила губы, пытаясь скрыть ухмылку. Кажется, она тоже была не слишком способна на сострадание. «Что за засранцы?» — подумал Пэй Мин горестно. — Да чтоб вас! Вы должны меня поддерживать, а не вот это вот всё! — возмутился он. — Да, но ты же сам на это подписался, — Линвень невинно подняла брови, — кто знал, что ты окажешься таким нетолерантным и безрассудным. — Я не нетолерантный, — парировал Пэй Мин сердито. — Ты могла бы заранее мне объяснить, что это значит, а не подкладывать мне кота в мешке. А остальное… Я же не мог просто отказаться и уйти! Это было бы не по-пацански! Линвэнь цокнула языком и покачала головой. — Кто-то объяснит мне, что происходит, или вы продолжите меня игнорировать? Линвэнь наклонила голоову набок, переведя взгляд на Ши Уду, который снова начал закипать от недовольства. — Пэй Мин сходил на свидание с парнем-кроссдрессером и стал его пёсиком на ночь. Теперь он жалуется, что я не остановила его, — она пожала плечами. — Пёсиком? — Шу Уду фыркнул, подняв брови. — Старина Пэй, всё настолько плохо? Пэй Мин встал с недовольным видом. — Всё, вы чертовски бесите, ещё одно слово про «пёсика» и я тут что-нибудь сломаю, — заявил он, складывая руки на груди в защитной позе. — Да ладно тебе, — вздохнула Линвэнь, — в этом нет ничего постыдного. Это просто опыт, отнесись к этому положительно или хотя бы нейтрально. В конце концов, с кем не бывает. — Со мной не бывает, — безжалостно прокомментировал Ши Уду, наконец отлипая от своей стены. — Ты не помогаешь, — пробормотала Линвэнь. — А я и не пытаюсь, — Ши Уду с невозмутимым видом подошёл к кухне, чтобы поставить вариться кофе. — Кстати, кто-нибудь ещё будет кофе? — Нет, — ответил Пэй Мин, — лучше пойду к себе, тут слишком токсичная атмосфера, — на слове «токсичная» он сделал акцент и хмурясь посмотрел на Линвэнь, намеренно используя слово из её лексикона. Линвэнь только развела руки в сторону, глядя на то, как униженный, но не поверженный Пэй Мин скрывается в коридоре, направляясь в спальню. Ши Уду даже не повернул головы, продолжая засыпать кофейные зёрна в кофе машину. По его мнению, плохое настроение Пэй Мина — не слишком высокая цена за его пробуждение в такую жуткую рань. Пэй Мин ворочался в постели, пытаясь уснуть уже час. Несмотря на усталость и интенсивные «ночные активности», сон не шёл к нему. Шторы в комнате были плотно задвинуты, но через щели проникал солнечный свет, раздражая и без того расшатанные нервы. Он понимал, что его партнёры в какой-то степени правы и он единственный, кто ответственен за тот опыт, который получил, однако в кои-то веки хотелось бы хоть каплю солидарности и моральной поддержки. «Засранцы», — недовольно подумал он, повернувшись на другой бок. Его телефон, лежащий под подушкой, завибрировал, уведомляя о новом сообщении. — Ну кто там ещё… — пробормотал Пэй Мин, достав телефон и разблокировав экран. Он защурился от яркого света экрана. Первое, что он увидел — фотографию чёрного кожаного ошейника с шипами и массивным кольцом для цепи. Ц.Ж.: «Утречка, пёсик. Смотри, какой милый ошейник у меня есть для тебя на следующий раз. Гав гав ~» Пэй Мин несколько минут тупо смотрел на фотографию и сообщение, чувствуя, как его уши горят, а щёки заливаются румянцем стыда. — Ну нахер, — издав раздражённый стон, произнёс он и нажал на кнопку «заблокировать контакт». Закинув телефон в шкафчик прикроватной тумбочки, Пэй Мин, испытывающий вселенское разочарование, закутался в одеяло, совершая ещё одну попытку уснуть.