Лорд и Сокол: Путь к сердцу

Как и практически любая история, эта началась со случайности, со стечения обстоятельств. Младший сын окраинного, но влиятельного герцога д’Асана Вотанского просто прогуливался по рынку, отдыхая от давящей тяжести каменных стен. Он старался не замечать двух следовавших за ним стражников, приставленных отцом. Сколько бы Локи ни заявлял, что и сам может себя защитить, консервативный герцог считал, что маги – лишь балаганные шуты, не больше. Наверное, именно поэтому Один и отдалял от себя младшего сына, не одобряя его жизненный путь. А может, стражников приставили, так как молодой лорд при своём немалом росте, не самых широких плечах и вечной любви к тёмным камзолам выглядел чересчур хрупким. Впечатление усиливалось достаточно тонкими чертами несколько бледного лица и чёрными чуть вьющимися волосами, спадающими на плечи. Рынок, как и всегда, встречал гулом голосов, криками торговцев, запахами специй, мяса, пота людей и животных, звоном монет… Ноги сами несли вперёд, молодой лорд даже особо не смотрел по сторонам, просто наслаждаясь прогулкой. Но внимание внезапно привлёк слишком громкий гомон рядом. Локи огляделся и поморщился: он оказался на территории, отданной работорговцам. Цивилизованное государство, называется… Но, после победы в войне с магическими существами десять лет назад, представитель любой расы, отличной от людской, считался рабом. Варвары… Группа каких-то грубых, неотёсанных мужиков вовсю обсуждала парня в ошейнике, судя по доносящимся обрывкам разговора, кажется, оборотня. Они громко гоготали, тыкали в его обнажённый торс, дёргали за мелкие пёрышки, которые полоской росли вдоль линии позвоночника, отпускали унижающие шуточки - в общем, вели себя, как обычные невежи с садистскими наклонностями, коих среди покупателей рабов было предостаточно. Но этот оборотень… Он буквально закипал изнутри и, когда один из этих плебеев облапал его зад, не выдержав, кинулся на обидчика с кулаками. Естественно, он не сумел даже коснуться человека, на ошейнике мигом вспыхнули руны, и раб свалился к ногам покупателей, практически безмолвно дёргаясь в болезненных конвульсиях. Локи бы, как обычно, прошёл мимо, но в этот раз его зацепил взгляд... Несломленный, гордый… Компания местных вновь принялась отпускать сальные шуточки в сторону корчащегося в пыли раба, один особенно наглый даже пару раз ткнул оборотня в живот носком подбитого железом сапога. - Отойти, шваль! – словно со стороны, услышал свой голос Локи. Мужики обернулись с хищным выражением на лицах, желая разобраться с тем, кто посмел так нагло прервать их развлечения. Но двое хмурых стражников за спиной субтильного на первый взгляд мага и герб правящего дома на камзоле сразу поумерили их пыл. - В-ваша милость? – наконец-то дошло до громил. - Брысь отсюда, - рявкнул лорд и, полностью потеряв интерес к мужчинам, обернулся к торговцу. – Сколько за него просишь? - П-пятнадцать з-золотых, милорд, - промямлил тощий лысоватый мужичок. Да уж, великолепная репутация сложилась у Локи среди челяди… Мрачная фигура, что тут сказать? Младший сын герцога, да еще и колдун, а колдунов испокон веков не особо любят - боятся, и вечно все грехи на них сваливают. - Забираю, - Локи царственным жестом вытащил из кошеля монеты, а потом склонился над оборотнем, всё ещё находящимся под болевым заклятием. Провёл пальцами по щеке, мягко снимая воздействие рун, очищая сознание от иллюзии. Парень удивлённо вздохнул и распахнул глаза. Клинту не повезло уродиться оборотнем. По крайней мере, так он считал последние десять лет. Сначала позорный проигрыш в войне, где он был на передовой, потом не менее позорный плен… а дальше вся жизнь стала чередой унижений. Рабство, постоянное рабство у тех, кто считает своим долгом втоптать в грязь любого, кто не является человеком. Будто их заслуга в том, что они таковыми родились… Многие хозяева перепродавали Клинта, не желая видеть рядом непокорного раба – чудо ещё, что не убили. Странно, да? Иногда казалось, что уж лучше бы убили… И этот рынок такой же как и все прочие: грязный, шумный и переполненный гомонящими людьми. И ведь знал же, что всё кончится болью и очередным унизительным падением, но вновь сорвался, борясь за свою честь, и упрямо сжимал зубы, не позволяя себе издать и звука, чтобы лишний раз не потешить самолюбие этих тварей… А потом боль внезапно отступила, и на миг весь мир заполнили глубокие зелёные глаза, в которых проглядывалась… забота? Та самая, тлеющая искрой в глубине этих глаз, которую Клинт видел в глазах матери, очень давно. Забота человека? Невозможно… Но... В то мгновение, когда незнакомец убрал мучительную боль, Клинт готов был встать на колени перед избавителем. Естественно, в следующую секунду эйфория схлынула, и оборотень был вновь готов защищаться до последнего, не подпуская к себе никого, особенно после слов работорговца о цене и осознания, что перед ним его новый хозяин. - Милорд, он… он очень своеволен… Милорд, он бунтарь, - лепетал торговец. Его новый хозяин кто-то из благородных? Ещё хуже… Они те ещё извращенцы… Но ничего, он и с этим справится. - Сам разберусь, - рявкнул новоявленный господин. «Разберётся» - отозвалось в голове Клинта каким-то глухим ударом. Всё будет хуже, чем он предполагал. Он ведь слышал об аристократишках, которые специально покупают себе бунтующих существ, преследуя лишь одну цель - сломать… Унижением и болью, физической и моральной… Попал… Путь до замка прошёл в молчании. Лорд уверенно шёл впереди, Клинт тащился за ним, изредка подгоняемый тычками стражников, стоило чуть замешкаться. И ведь не сбежишь – ошейник не позволит, вновь ударив болью. Нет, не сейчас, не хочется опять кататься по полу от жутких мучений… Процессия остановилась у покоев сына герцога. - Свободны, - сквозь зубы процедил чародей стражникам, - Оставьте нас. - Но… вы же слышали, милорд, этот оборотень может быть опасен… - начал один из «железных болванов». - Я понимаю, что мой папочка считает меня совсем слабым, но как-нибудь с одним оборотнем в ошейнике справлюсь. Пошли прочь! Раб напрягся и подобрался, стоило двери за ними двумя захлопнуться. Краем глаза он наблюдал за новым хозяином. Первое впечатление - «Вот верзила!» - сложилось ещё тогда, у рынка, сейчас же оно только усилилось, стоило рассмотреть покупателя. Даже весьма высокий Клинт был меньше человека сантиметров на десять. - Как твоё имя? – задал первый вопрос лорд. Интересно... Редко кто начинал именно с этого. - А какая разница? – упрямо выпалил Клинт, считая, что лучше с ходу пояснить, что с ним будет непросто, а потом уж ждать последствий, и внутренне напрягся, готовясь встретить новую вспышку боли за дерзость. Страшно и неприятно, конечно, но лучше, чем потерять настоящего себя. Хотя… в последнее время Клинт чувствовал жуткую усталость от всего. От этой борьбы, от вечного противостояния, не приводящего ни к чему. Иногда так хотелось просто сдаться, перестать сражаться и получить куда более сносные условия жизни. Вот только пока хватало силы воли гнать от себя подобные предательские мысли. - Мне не особо удобно общаться с кем-то, не зная имени, - пожал плечами маг. - Ну, Клинт, и что? – повернул голову оборотень, несколько удивлённый ходом разговора. Раньше и за меньшую провинность хозяева готовы были ударить. Те ведь тоже изначально хотели расставить все точки над i. - Приятно познакомиться, Клинт, я - Локи, - улыбнулся хозяин покоев, и вновь на миг в этой улыбке, в этих глазах промелькнуло что-то настолько тёплое, что захотелось сделать всё, только бы ещё раз это увидеть. Может, для всех остальных эта искра была чем-то малозначительным, но ему - рабу, так редко перепадало простого живого тепла, что даже маленькая кроха казалась драгоценностью. И вновь Клинт загнал эту непонятную эмоцию как можно глубже. Нельзя размягчаться, нельзя! Иначе его будет слишком легко сломать. А следующие слова нового хозяина вообще выбили из колеи: - Есть хочешь? - И что надо будет ради еды сделать? Попрыгать на одной ноге? Прокудахтать курочкой? – ядовито осведомился Клинт, чувствуя при этом, как желудок предательски прижался к стенкам живота, намекая, что давно уже в него ничего не попадало. - Почему же? Просто скажи, чего ты хочешь, и сядь за стол, - пожал плечами лорд. - И в чём подвох? - Почему сразу подвох? Неужели я просто не могу тебя покормить? - Да ладно! Вы, чёртовы людишки, ничего не делаете просто так! Тем более аристократы! Думаешь, что я сейчас разомлею и раскроюсь, чтобы тебе было удобнее меня сломать, да? Не выйдет! – зарычал раб, совершенно потеряв страх. Он собирался укусить словами как можно больнее, и пусть потом последует наказание за дерзость, только бы сорвать слащавую маску с лица этого щёголя. - Не обобщай. Я полагаю, что ранее тебе приходилось общаться лишь с теми, кого людьми назвать можно только с очень большой натяжкой. И поведение твоих прежних хозяев оставляло желать лучшего. Но я ломать тебя не желаю. - А чего же ты желаешь тогда, а? - Честно? Я и сам не знаю, - пожал плечами лорд, проходя внутрь покоев, мимоходом проводя пальцами по кожаным переплётам книг, стоящих в открытом шкафу. - Хочешь, скажу, почему я тебя купил? - маг обернулся с лёгкой улыбкой - Из-за твоего взгляда. В нём я увидел столько внутренней силы, сколько ещё никогда не встречал… Такая воля достойна уважения, и я как раз не хочу, чтобы её втоптали в грязь. Не веришь? Вижу, что нет… Давай доверие за доверие? - Это как? – настороженно спросил оборотень. - Очень просто. Каждый делает по шагу навстречу. Давай так: я уберу заклятие с этой штуки, - тонкий палец провёл по металлу ошейника, – А ты не попытаешься меня ночью прирезать, да и не только ночью, да и не только прирезать, м? Ну и не попытаешься навредить кому-то в замке. - Уберёшь? Каким образом? Это сильнейшая магия, вживлённая не только в металл, но и в кожу, - заметил Клинт и хмыкнул недоверчиво, хотя внутри души что-то шевельнулось. Неужели он и правда сможет избавиться от ошейника? Неужели тогда будет возможность однажды убежать на свободу? - Не такое уж и сильное. Для деревенских колдунов - могущественное, но не для меня. У меня были хорошие учителя, несмотря на то, что отец не слишком одобрял мои занятия, да и дар немалый. Ну, так что, согласен? Даёшь своё слово? - Моё слово? Что стоит слово существа? – выплюнул оборотень. - Может, для большинства и ничего. Но оно дорогого стоит для тебя самого, не так ли? Я вижу, что для тебя честь - не пустой звук. - Хорошо, согласен. У тебя есть моё слово, - выдохнул раб. И ведь смотрит, сволочь, в самую глубь души. Никогда не умел Клинт нарушать клятвы… Ну и ладно, будто жизнь какой-то кучки человечишек важнее свободы… - Вот и чудно, - улыбнулся Локи, прекращая действия заклятия выявления лжи - всего лишь маленькая подстраховка, почему бы и нет? А потом вновь положил руку на толстый грубый металл ошейника. Тихо зашептал заклинания, аккуратно вплетая свою энергию между нитями прежнего заклятья, он медленно вытаскивал эти ниточки из узелков, заворачивая их во что-то безобидное, разрывал связи между организмом и сознанием оборотня с ошейником, мягко деактивируя сеть рун, выжженных на коже. – С моей стороны всё готово. Твой ошейник теперь не более, чем кусок железа, продолжающий фонить магией, чтобы не вызывать вопросов. И, Клинт, я знаю, что в числе функций заклятия был запрет на побег. Да, теперь тебя не вырубит при попытке смыться, но прошу тебя, не стоит. Ты же знаешь про отряды ловцов, знаешь, что они делают с беглыми… Я понимаю, что ты мне не доверяешь, но просто подумай, подожди, может, ты поймёшь, что я не такой жуткий монстр. Стоит ли сбегать ради того, чтобы до конца жизни скрываться в лесах и ежеминутно рисковать быть пойманным карателями? Просто попробуй посмотреть на ситуацию с другой стороны. Рядом со мной ты не будешь рабом, я не буду унижать тебя, заставлять делать то, чего ты не хочешь. Я предлагаю дружбу на равных. Конечно, на людях придётся сохранять видимость «приличия», ты же знаешь Закон, но… просто подожди и посмотри, ладно? Клинт лишь фыркнул, мотнув головой. Слова-слова-слова… Словам он верить отвык. Хотя да, не хотелось бы попасть к карателям… Он подождёт, так и быть, возможно, удастся восстановить силы, придумать стоящий план побега. Наверное, стоит заставить себя проявить немного гибкости и сделать вид, что покорился, а потом... Ведь ошейник больше не сдерживает! Значит, свобода ближе, чем когда-либо! Локи улыбнулся, наблюдая за внутренней борьбой «покупки», всё сильнее убеждаясь в правильности своего поступка. Такой экземпляр душевной силы не должен быть в грязи и цепях, слишком интересен, не хочется его ломать. Пусть это будет маленькой слабостью, блажью, ведь он может себе её позволить, верно? В конце концов, жилка исследователя почти никогда не угасала, порой толкая на необдуманный поступки. Но что-то подсказывало, что жалеть о таком “соглашении” не придётся - может, хвалёная интуиция магов? А если всё же сбежит… Что ж, значит не судьба - переключится на какую-то иную интересность, а если нет, то станет лишь ещё более заманчиво разложить на составляющие эту загадку. Впрочем, кроме подобных “экспериментов” Локи вообще мало что волновало. Ему было, по сути, плевать на весь мир, пока этот мир не мешал ему. Из череды будней его вырывали лишь вот такие вспышки, несущие что-то новое, захватывающее, а потом окружающее вновь становилось скучным и обыденным, но пока... - Так что ты хочешь на обед? – осведомился Локи. - Мясо, - бросил оборотень, проверяя, насколько этот человечишка готов быть «равным». Обычно рабов кормили объедками, а мясо даже большинство людей не могло себе позволить. Но лорд лишь хмыкнул и, открыв дверь, отдал приказ пробегавшему мимо слуге. Неожиданно, но приятно. - Расскажешь о себе? – спросил Локи, пока они ожидали обед. - И что же вас интересует, ваша милость? – с сарказмом осведомился оборотень, не торопясь раскрывать душу, в которую так усердно лезли. Мало ли, для чего этот странный колдунишка может использовать полученные знания. - Что расскажешь, то и интересует. Надо же что-то знать о том, с кем будешь делить крышу, верно? Например, скажи мне, какая у тебя звериная форма. Ты ведь оборотень? - Сокол я. - Я мог бы догадаться, - усмехнулся хозяин покоев, осматривая растрёпанные тёмно-русые волосы, похожие на перья со встречающимися белыми стрелками, внимательные глаза цвета расплавленного янтаря и вспоминая ту тонкую полоску небольших, в тон волосам, перьев вдоль позвоночника. - Мог бы, - согласился оборотень. – А мне так и сверкать голым торсом или ты, решив считать меня равным, дашь мне одеться? - Без проблем, птица моя, - Локи ещё раз оглядел грудь Клинта, что-то мысленно примерил и сплёл пальцами фигуру, буркнув пару слов. На руки соколу упала рубашка из плотного шёлка. – Я ведь маг, не забыл? – улыбнулся аристократ, заметив недоумение во взгляде. Оборотень фыркнул и уже хотел натянуть на себя рубашку, но был остановлен. - Может, пока еду несут, ванну примешь в купальне? - Локи махнул рукой в сторону двери, а Клинт спорить не захотел: его давно мучило желание отскрести от себя грязь. Купальня оказалась просторным помещением, отделанным каким-то камнем, кажется, мрамором. Вдоль стен стояли деревянные скамьи, полки из морёного дуба… И несколько бочек с водой. – Располагайся, - бросил чародей, активировав пару рун на одной из бочек, из-за чего вода в ней нагрелась практически до состояния кипятка. Оборотень вернулся из купальни, чувствуя, что жизнь хоть немного, но наладилась. Так приятно было ощущать на теле удобную и нежную ткань после всего того, что на него напяливали раньше. Не говоря уже о том, что ему впервые за долгое время дали нормально вымыться. На полочках обнаружились и душистое мыло, и мочалки, а уж тёплая вода для купания так вообще была чем-то запредельным! А потом Клинт нагло уселся на один из стульев у небольшого столика в покоях и искоса глянул на лорда, ожидая, когда его погонят прочь. Нет, ну разве человек позволит существу есть с ним за одним столом? Но колдун вновь улыбнулся мягкой, понимающей, будто отеческой улыбкой, лишь на дне зелёных глаз почудилась лукавая искринка, но не злая, просто… игривая. И Клинт мог бы ещё долго смотреть в глаза своего нового хозяина, но в дверь постучали, и, получив разрешение войти, слуга, сгибаясь под тяжестью подноса, занёс обед. Мясо, и правда мясо! Настоящее мясо! Уже только запах одурманивал, а желудок подкатывался к горлу, желая побыстрее получить угощение. Оборотень буквально накинулся на еду, первую минуту даже не чувствуя вкуса. Когда он в последний раз ел нормальную и вкусную пищу? Слишком давно… А рабов перед продажей по негласному правилу вообще не кормили, чтобы посговорчивее были с новыми хозяевами, стараясь заслужить еду. А таких бунтарей, как Клинт, днями морили голодом перед отправкой на рынок! Естественно, что продавцы заботились, чтобы покупки не приняли совсем отощавший вид, тут уж зависело от выносливости отдельно взятого раба, но зверский голод вызывали у всех. Любимым “трюком” у продавцов было сначала откормить раба, даже если тот и “не заслужил”, чтобы не было измученного и полудохлого вида у товара, а потом уже не кормить - заодно и на контрастах играют, сволочи... - Эй, полегче! Никто же не отнимает, - в какой-то момент прохладные пальцы легли на кисть с зажатым ножом, с которого сокол и ел. - Ммм? – что-то нечленораздельно сказал оборотень, которого волновал лишь сочный кусок мяса в окружении картофеля и небольших помидорок. - Говорю: никто не отнимает, не спеши, некрасиво же и некультурно. - А какая разница? – Клинт всё же проглотил пищу и уставился на своего, вроде как, повелителя, который ел так, будто находился на приёме у короля. – С каких пор рабов должны волновать изящные манеры? – с сарказмом спросил сокол. - Всех остальных, может быть, и не должны, но ты же не хочешь себя считать рабом, верно? Не есть как животное – простой жест самоуважения. В ответ оборотень бросил пристальный взгляд на нового господина, словно пытаясь найти подвох, но есть стал чуть помедленнее, наслаждаясь вкусом каждого кусочка. Когда-нибудь этот человек скинет свою маску доброжелательности, так что неизвестно, удастся ли ещё вкусно покушать. - А мамить меть мем? – с набитым ртом спросил Клинт. - Прожуй, а потом скажи, - тоном строгой мамаши ответил маг. - Запить есть чем, спрашиваю, - сокол послушно проглотил кусок. - Так же лучше, верно? – улыбнулся аристократ, а потом жестом фокусника заставил кувшин подняться над столом и разлить что-то красное по кубкам. Клинт с готовностью схватил предложенный напиток и сделал большой глоток, осушая сосуд, после чего едва удержался от того, чтобы выплюнуть и обрызгать своего хозяина. - Что это за лабуда? – недовольно спросил оборотень, скобля зубами язык, чтобы избавиться от странного кисловатого, терпкого привкуса. - Сам ты лабуда, - обиделся чародей. – Ценнейшее вино, между прочим, пятилетней выдержки, с южных склонов! - Не забудь сказать, что стоит больше меня, - отозвался сокол. Его слова не впечатлили, эта странная жидкость как была гадостью, так ею и осталась. - В золотом эквиваленте, кстати, да, - терпеливо продолжил «просвещение» Локи. - Всё равно фигня! – упрямо заявил Клинт. - Варвар, - буркнул лорд, но сделал пас рукой, наполняя кубок водой. – Доволен? - Более чем, - нагло ухмыльнулся раб, принимаясь за свой «плебейский» напиток. - Милорд! – в дверь усиленно застучали. – Милорд, вас просит Его Светлость! - Вот вечно всем что-то от меня надо… Вернусь, наверное, вечером, не скучай, - бросил лорд, аккуратно утираясь салфеткой, и встал из-за стола. Клинт кивнул и снова занялся мясом на тарелке. Дверь захлопнулась за Локи, и оборотень воспринял это как знак того, что можно утащить пару уцелевших помидорин с хозяйского блюда. Ну, не будет же аристократ объедки доедать, верно? А существа не привередливы, от них не убудет… Сокол откинулся на стуле, впервые за долгое время ощущая сытую негу - раньше-то никто до отвала не кормил… Нет, всё же тут он немного задержится, пока этот аристократишка хочет играть в заботу. А теперь хотелось спать. Взгляд несколько раз скользнул между софой и широкой кроватью под балдахином, потом Клинт нагло ухмыльнулся и, скинув стоптанные полусапоги, плюхнулся на постель. Посмотрим, что на это скажет лорд… Существо устроилось поудобнее, наслаждаясь мягкой периной. Клинт даже не заметил, как провалился в глубокий сон.