Подарок из секс-шопа

Арсений не совсем помнит, как к этому пришёл, но не то чтобы он когда-то жалел о выборе своей профессии, если это можно так назвать. В то время, когда отец отправлял его на экономический, мама говорила о театральном, а бабушка с дедушкой твердили, что врач всегда нужен. Сам Арсений хотел год отдыха после подготовки к экзаменам, которые дались не совсем легко, с учётом того, что он сдавал: литературу, профильную математику и обществознание. Не самый лёгкий набор. Спасало только то, что он любил классическую литературу и читал вне школьной программы, а математический склад ума достался ему от отца. А вот с обществознанием пришлось повозиться. Родителей сильно радовало, что сын прислушался и сдал те экзамены, по которым можно выбрать достойную профессию; только он на выпускном заявил им, что ни в какой университет, по крайней мере, в этом году, точно не собирается. Начались ссоры и скандалы, только толку от них было ноль, потому что Арсений уже всё решил. Чтобы не просиживать всё время дома, он подумал, что нужно бы подзаработать денег, и устроился официантом в неплохой ресторан его города. Зарплата и чаевые его полностью устраивали, только отца — нет, и тот начал каждый день промывать ему мозг насчёт образования. — Ты же не хочешь всю жизнь работать официантом? — сказал тогда он. Арсений и не хотел, поэтому пришлось что-то решать. Сейчас Арсений учится на третьем курсе экономического университета в Москве и является секс-блогером. К этому он пришёл совершенно случайно. Когда Арсений переехал в Москву, отец согласился снимать ему квартиру и немного скидывать денег в месяц, потому что это была его инициатива, чтобы сын учился. Только у Арсения ещё с заработанных денег в ресторане остались накопления, и он решил, что нужно отпраздновать то, что он живёт один, и попробовать что-то новенькое в своей сексуальной жизни. Арсений не извращенец, но пальцы и рука в целом уже поднадоели, а в своем городе он так и не смог найти человека, который бы, так сказать, протянул хуй помощи. Хранить дома любого рода игрушки было опасно — мама во время уборки лазала по всем углам и легко могла обнаружить тайную жизнь Арсения Попова. Так у него в новой квартире появилась первая пробка. В тот, первый раз, когда она оказалась в нём, он кончил два раза, один из которых даже не касался себя. Тогда захотелось поделиться о своей находке, потому что когда он рассматривал ассортимент на сайте, то читал кучу отзывов, и многие были неудовлетворительными. Под этой же новинкой ещё не было ничего написано, и Арсений решил это исправить. Расписал ощущения, плюсы и минусы на страницу ворда и отправил со своего зарегистрированного аккаунта. Он с первого класса любил писать сочинения, и, наверное, можно на пальцах одной руки посчитать, сколько из них за одиннадцать лет были написаны на оценку ниже, чем пять. Поэтому выстроить все свои эмоции в правильный, грамотный и приятный для глаз текст не составило труда. После нескольких таких отзывов он решил, что было бы неплохо опубликовать это на более широкую аудиторию, поэтому через пару дней был создан инстаграм с ником vhoditivuhodit. Ему показалось это забавным. Теперь отзывы он писал на два сайта и всегда оставлял ссылку на инстаграм. Так подписчики потихоньку росли, пока не достигли отметку в десять тысяч, и сексшоп, в комментариях которого он себя пиарил, оставляя длиннющие отзывы, предложил сотрудничество. Тогда коллекция игрушек начала пополняться с невероятной скоростью, а вместе с этим начали появляться предложения о сотрудничестве от других магазинов. Так всё закрутилось и завертелось, унося Арсения в мир разврата и оргазма. Он чувствовал себя Ханной Монтаной, правда вместо микрофона у рта он держал резиновый член или ещё что поинтересней. Днём обычный парень, который ходил на пары в университет, сдавал всю домашку вовремя, защищал курсовые на пять, вечером пробовал новенький дилдо и печатал отзыв. Его всё устраивало. Сейчас Арсений бежит домой, потому что с минуты на минуту должны доставить пакет с новинками, которые он должен опробовать и прорекламировать, или же, если не понравится, то отослать обратно. Только зря спешил, потому что обещанный курьер с доставкой на пороге его квартиры так и не появился, а когда на телефон пришло уведомление с сообщением о том, что заказ был получен, Арсений решил напрямую писать менеджеру. — Здравствуйте, Арсений, — перезвонил ему Андрей — менеджер секс-шопа. — Давайте сверим адрес, чтобы убедиться, что заказ попал к вам в руки. Хотелось заорать в трубку, потому что заказ вообще-то не поступал, но он только тяжело вздохнул и согласился. Оказалось, что новенький курьер перепутал квартиру, так ещё и забыл уточнить у соседа Арсения, ждёт ли тот посылку. Когда Арсений разобрался с этим недоразумением, легче не стало, потому что теперь нужно идти к соседу, а тот, скорее всего, уже рассмотрел содержимое пакета. Сосед у него очень даже симпатичный. Арсений пару раз сталкивался с ним, когда выходил из своей квартиры, ещё один раз ехал с ним в лифте. На удивление, тот был выше самого Арсения — не то, что это сильная редкость, но и не каждый день Арсений мог смотреть на кого-то не сверху вниз, а снизу вверх. На голове у того постоянно было растрёпанное кудрявое гнездо, которое в последнюю их встречу отсутствовало. Вот тогда этот парень перестал быть очаровательным парнем-соседом, а стал каким-то гопником с района, но кто такой Арсений, чтобы судить другого человека за причёску. Он сам в десятом классе ходил с длинными, по плечи, волосами, а потом резко состриг всё почти под ноль, и не то чтобы сильно гордится этим. Ему — Арсению — явно не идёт ежик на голове, поэтому сейчас он каждый раз слегка подрезает чёлку и иногда сбривает виски. Делать нечего, придётся идти к соседу, только не как все нормальные люди, за солью или мукой, а за секс-игрушками и прочей лабудой с этим связанной. Арсений крутится перед зеркалом во весь рост в своей спальне, засматривается на домашние штаны, которые так хорошо облегают его подкачанные ягодицы, рассматривает мелкую дырочку на резинке и решает, что из-под футболки видно не будет. Обувает белые кеды, засовывая шнурки по бокам, чтобы не тратить время на шнуровку. Тапки потом лень мыть после грязного подъезда, поэтому это лучший вариант. Он выходит на лестничную площадку и ещё минуту смотрит на чужую железную дверь. В подъезде гуляет вечерний летний сквозняк, отчего по рукам бегут мурашки, и Арсений решает, что лучше уже поскорее с этим всем разобраться и пойти домой в тепло. Тем более, ещё реферат на завтра нужно сделать, и хотелось бы попробовать какую-то новинку. В общем, дел невпроворот. Стучит. Дверь не открывают. Мнётся, но решает, что сейчас можно быть и настойчивее. Стучит ещё раз. За дверью слышится ворчание, и через несколько секунд на пороге появляется растрёпанный сонный парень. Смотрит то ли зло, то ли растерянно. Скорее всего, он вообще не особо понимает, что от него хотят. Оба стоят и молчат: один потому, что, кажется, по помятой щеке, только проснулся, а другой — долбоеб очарованный. Сосед перед ним совершенно домашний и совершенно без футболки, приковывает к себе всё внимание, не давая и шанса сказать хоть слово, потому что, как бы сейчас это странно ни прозвучало, но хотелось бы, чтобы в подарочном пакете из секс-шопа был он. И Арсений сейчас совершенно точно не про секс-куклу, ему такое не нравится. Как-то раз, один магазин хотел прислать ему на пробу резиновую куклу и отдельно резиновую жопу — Арсений тактично их послал. Он совершенно точно никого не осуждает: каждый дрочит, как хочет — но он так не хочет. Не привлекает. Живое же лучше. А так ощущение, будто он кого-то насилует, хотя… — Ты чего пришёл? — спрашивает, потирая глаза с уже более ясным взглядом и сбивая с мыслей, которые совершенно точно ушли не туда. — А, — выдыхает Арсений. — Тебе случайно пакетик не доставляли? — М-м, — он проводит рукой по оголённому телу, останавливается на очаровательном, еле заметном животике, чешет возле пупка. Арсений тяжело сглатывает, замечая тёмную дорожку волос, скрывающуюся за резинкой тёмно-синих штанов. У Арсения нормального секса, по ощущению, не было всю жизнь, хотя почему по ощущению. Так получилось, что имея у себя в квартире запас дилдаков, пробок и всего прочего больше, чем в секс-шопе, Арсений не имел настоящего члена в заднице. Попов ни с кем не встречался дольше пары месяцев, но это не он говорил всем, что в его храм войдёт только избранный, это его партнёры, почему-то, не доходили. Дрочка или минет — пожалуйста, но ничего больше. Арсений не знает почему так, но он взрослый парень, уже даже почти мужчина, поэтому потребность у него присутствует. И очень даже сильная, судя по тому, как он облизывается, смотря на чужое оголённое тело. — Эй, — зовёт его сосед, — ты меня слышишь? — Да, прости. Не выспался просто, — ловит на себе немного насмешливый взгляд, а потом сосед скрывается в своей квартире, не закрывая дверь. То ли приглашая, то ли не пойми что — Арсений же прослушал всё, погружаясь в размышления. Арсений мнётся, не решаясь войти в чужую квартиру, потому что его вроде бы никто не звал, да и зачем бы его позвали. Хотя если сосед открывал пакет или видел, что там лежит, то мог набить лицо, потому что мало какой парень заказывает себе пакет секс-игрушек, хотя даже тут можно выдумать кучу ситуаций! Может, он решил подружке бокс собрать или над кем-то прикольнуться, а может у него девушка, и это всё для них. С другой же стороны, он мог позвать его к себе, чтобы опробовать арсеньевские покупки. В голове уже появляются горячие картинки, как его страстно целуют на пороге, выцеловывают шею, оставляя отметины, которые к завтрашнему дню расцветут сине-фиолетовыми пятнами, и придётся подбирать образ к водолазке, чтобы их скрыть. Как сосед подхватывает его под бёдра и утаскивает в свою спальню, сминая упругие ягодицы. Как он стонет от всех этих действий и тянется за поцелуем, чтобы после него оказаться на мягкой кровати с нависающим над ним соседом. Он и не замечает, как в реальности член дёргается от больших деталей и уже немного напряжённо выпирает. Решено: шагает в квартиру. Его встречает несильный запах табака и ягод. Прихожая мало отличается от той, что в его квартире: полка для обуви, небольшой комод и вешалка. У Арсения плюс к этому висит зеркало. Слышится шарканье ног по полу, и в коридоре появляется сосед, немного удивлённо смотря на него. — Э, ну вот, твой пакет, — протягивает чёрный с ручками, — Арсений, — добавляет. — Спасибо, — Арсений надеется, что это курьер назвал, а не сосед открывал пакет и видел какое-нибудь обращение, которое любят класть продавцы. Сам Арсений, слегка покрасневший и возбуждённый, в глубине души всё же надеется, что воображение у него проецируется на реальность, и вот сейчас всё произойдёт. Но они снова стоят в молчании, поэтому ничего лучше, чем скомкано поблагодарить ещё раз и попрощаться, Арсений не придумывает, и выходит из чужой квартиры. Открытая дверь не была приглашением. Влетает к себе в квартиру, хлопая входной дверью и закрывая на замок. Какой он взрослый мужчина, которому нужен нормальный секс — он больше походит на пятнадцатилетнего мальчишку, который понял, что ему понравился мальчик, который улыбнулся ему всего лишь раз. М-да уж. Полувставший член продолжает напоминать о его фантазии, и тихий стон разочарования вырывается из груди. Причём Арсений не особо понимает, почему расстроился из-за того, что фантазия не оправдалась, или из-за того, что он долбоеб. Тяжёлый пакет в правой руке отвлекает Арсения от потока угнетающих мыслей и напоминает о том, что новенькая игрушка поможет справиться с его потребностью. Конечно, не в полной мере, но хотя бы так. Несёт чёрный бумажный пакет в гостиную, ставит его на диван и раскрывает, чтобы посмотреть посылку. Мгновение, и он проклинает доставщика, который перепутал квартиры, потому что если сосед это видел, то его фантазия точно никогда не окажется реальностью. На поверхности лежат трусы с хоботом, блять. Леопардовые стринги с мордой слона и хоботом под член смотрят на Арсения, а тот на них. И тот случай, когда нет никакой искры, бури и безумия, как завещали великие. Не то чтобы они пели про трусы, но… блять. Стоит сказать, что такие подарочные пакеты они никогда не обсуждают, магазин сам присылает то, на что хотел бы увидеть отзыв. Только на эти трусы Арсений вряд ли сделает отзыв, только и напишет, что ткань приятная и качественная. И казалось бы, что на этом можно было бы остановиться, но розовые стринги — хотя скорее, это просто верёвочки — с шапочкой его вконец убивают. Ну да, правильно, пусть жопа мёрзнет, а тут шапочка греет. Вроде, всё верно, шапка на голову, просто на другую. Два вопроса: почему именно в этот раз, и нахуя ему это надо. Честно, ноль слов, один ахуй, потому что такой «подарок» ему делают впервые. Он осматривает эти два предмета и откладывает в сторону; в страхе, что же там ещё может быть такое, лезет в пакет. Дальше же оказывается фаллоимитатор под названием «волшебная ёлочка», которая и правда блестит на свету, как ёлка, разноцветными огнями. В руках оказывается летняя новинка в виде фруктового льда, что выглядит не так плохо. Правда, у Арсения никогда в жизни не возникало желание засунуть мороженое куда-то кроме рта — кажется, этим летом он исправит это. Самым адекватным в этом наборе оказывается обычный реалистичный дилдо с имитацией эякуляции. Его-то как раз и можно использовать сегодня, чтобы уже к завтрашнему вечеру написать отзыв. Трусы, так и не распакованные, отправляются на дальнюю полку, коробочки с новыми игрушками — в «коллекцию», Арсений — дописывать реферат. Завтра он обязательно предупредит менеджера секс-шопа о том, что на трусы отзыва не будет, но сегодня всё-таки развлечётся с одним из презентов (об этом он, конечно, сообщать не собирается). Как такового игривого настроения у Арсения нет, поэтому он решает воспользоваться фаллоимитатором с имитацией эякуляции. Простенько, но не значит, что плохо. По крайней мере, Арсений на это надеется. Идёт в душ, а потом заваливается на кровать, где уже давно лежит приготовленный и помытый дилдо, идущий в наборе к нему jizzle juice и смазка. Постельное бельё скомкано, и это начинает раздражать, поэтому приходится отказаться от комфортной позы, чтобы поправить сбившуюся простыню. Арсений ещё какое-то время тратит, чтобы решить, включать ли порно, или его хорошее воображение справится самостоятельно. В итоге решает для начала включить почти первое попавшееся видео, чтобы, так сказать, подогреть атмосферу, а дальше как пойдёт. Это порно оказывается русским, и Арсений больше ловит кринж, чем возбуждение от того, как актив шлёпает хрупкого паренька по заднице и орёт что-то типа «Да, сучка» или «Я трахну тебя так, что гланды вылетят». От этого лицо у Арсения знатно перекосило, но и посмеялся он тоже неплохо. Поэтому решил, что с комедиями на вечер покончено, нужно искать что-то достойное. На экране миловидный мальчишка с короткими кудряшками разговаривает со статным мужчиной в костюме. Арсений толком не вслушивается, тем более, что он почти не понимает, о чём они говорят. Наверное, для зарубежного порно и стоило учить английский в школе, но тогда Попова это не сказать, что заботило. Пока парни на экране от разговора переходят к лёгким поцелуям, Арсений выдавливает смазку на руку и ждёт, пока та хотя бы немного согреется от тепла его кожи. Первое движение он делает по ещё вялому члену; пока что он возбуждён только морально, от предвкушения члена в заднице. Кудрявый парень укладывает свою руку на чужой член, очертания которого хорошо заметно сквозь обтягивающие чёрные брюки, пока Арсений проделывает это же, только со своим. Через пару минут, когда на экране мужчина остаётся без штанов, а парень на коленях оказывается с членом во рту и всхлипами от дилдо, на который он в этот момент насаживается, Арсений сам стонет, когда кружит большим пальцем по головке, собирая естественную смазку и размазывая её по всей длине. Происходящее на экране уже не так волнует, потому что перед глазами резко возникает образ соседа: он чем-то похож на мальчишку из порно, только сосед не выглядит таким хрупким. И скорее Арсений встанет перед ним на колени, чем тот решит это сделать. Кончить без члена в заднице Арсений сегодня не планировал, поэтому он убирает руку с уже окрепшего члена и тянется за бутыльком смазки, чтобы выдавить её себе на пальцы. Переборщив с жидкостью, он выдаёт тихое «блять», когда смазка капает большой каплей на простыню. Сейчас Арсений решает не заморачиваться, просто перед сном сменит постельное бельё, потому что спать в смазке он не планировал. Первый палец погружается легко, не встречая сопротивления. Арсений стоит в коленно-локтевой, а если быть точнее, то задницей кверху, а лицом в подушку, потому что на одной руке не так легко стоять, тем более, когда в тебя входит палец. На фоне раздаются шлепки и тихие стоны, когда Арсений вставляет второй палец, увеличивая скорость движений, отчего дыхание сбивается, и когда он нащупывает уплотнение, то стонет громче мальчика с экрана телефона. Третий палец приходится добавлять уже медленнее, нежные стенки распирает от размера. Последнее время из-за учёбы, у Арсения нет ни сил, ни времени, поэтому его девизом стало «в кулачок и на бочок». Когда пальцы начинают приносить больше удовольствие, чем дискомфорт, Арсений ускоряет движения и громко стонет, снова перекрикивая мальчишку из видео. Дилдо, как по заказу, из-за того, что Арсений расставляет ноги шире, скатывается к его лицу. Пальцы выходят с громких хлюпом, и немного смазки скатывается по промежности, а потом и по ноге. Дыхание загнанное. Арсений поднимает лицо с подушки, опираясь на одну руку, и берёт искусственный член в другую. Синенькие выпирающие венки так и примагничивают язык Арсения к себе. Он облизывает головку, чувствуя привкус мыла, но не останавливается, ведёт языком по венам, очерчивая каждую. Рукой тянется до тюбика смазки, который стоит на прикроватной тумбочке. Обильно льёт её на фалос, размазывая по всей длине, и заводит руку за спину, приставляя головку ко входу. Искусственный член приятно растягивает стенки, и, когда тот оказывается полностью в Арсении, то вместе с вздохом перед глазами снова появляется улыбчивый сосед. Чёрт. Арсений ускоряет движение рукой, потому что организм неумолимо требует разрядки, вот только в такой позе не совсем удобно дрочить, поэтому необходимо справлять только дилдо. После нескольких попаданий головки по простате Попов чувствует, что на грани, поэтому давит на чёрную насадку, вставленную в искусственный член, чтобы содержимое выстрелило прямо в него. Густая белая жидкость полностью заполняет Арсения, вырывая из него стон, он кончает вслед за фаллоимитатором. Громко дышит, пока содержимое стекает по яйцам и ногам, валится на кровать, прямо в свою сперму, не находя в себе силы держать себя. Минут через пять или десять он пойдёт в душ, а сейчас хочется полежать. Искусственный член лежит рядом, и Арсений с улыбкой на лице сравнивает эти яйца со скорлупой грецкого ореха. Завтра он обязательно оставит положительный отзыв на данный товар, а сейчас отдыхать.

***

С соседом Арсений, по закону жанра, начинает встречаться в разы чаще. То они пересекутся возле квартиры, когда оба куда-то спешат — тогда ещё приходится ехать вместе в лифте. Арсений встречает соседа, когда забирает доставку: тот возвращается откуда-то домой, или они пересекаются возле железной подъездной двери. И не то чтобы Арсений возражал, только от этого почему-то внутри всё крутит, и появляется желание познакомиться, хотя бы имя узнать. Он даже подумывает, чтобы попросить соли или муки, что там ещё нормальные соседи просят. Только все эти варианты кажутся совершенным бредом. Арсений сам не понимает, почему его так цепляет этот парень, они ведь совершенно друг друга не знают. Это как любить фантик от конфеты, не попробовав саму конфету на вкус. Не сказать, что Арсений любил соседа или даже был влюблён, максимум он испытывал симпатию и интерес. В его случае ему нравилась обёртка, и он хотел попробовать конфету. Осталось только подойти к этой конфете. Самые гениальные мысли приходят ночью, когда можно несколько часов лежать и заниматься самокопанием, решая, что тогда, в две тысячи десятом пятого июля, нужно было сказать вот так, а не наоборот, может, и жизнь пошла бы лучше. Арсений не жаловался, просто в промежутке всех этих мыслей отыскалась совершенно глупая, но в три часа ночи — идеальная идея. Нужно просто сделать следующий заказ секс-игрушек в квартиру соседа. Тогда и повод будет зайти, и, может, он намёк уловит. Арсений надеется, что тот окажется любопытным и точно заглянет в пакет, хотя он до сих пор не уверен, что сосед заглядывал в прошлый. Поэтому уже на следующий день Арсений закидывает в корзину новую приглянувшуюся анальную пробку, съедобный лубрикант и, на свой страх и риск, кидает голубую анальную цепочку, которая на конце смахивает на мордочку лягушки. До чего он докатился. Господи. Боже. За прошлый отзыв на дилдо продавец благодарит его, а подписчики в социальных сетях активно скупают товар. Арсений доволен своей работой. Да и в общем после того фаллоимитатора он оказался довольным; он бы с удовольствием повторил, только вот времени на это совершенно не хватает. На учёбе преподы как с цепи сорвались в преддверии сессии, поэтому приходится носиться из одного кабинета в другой, чтобы сдавать все конспекты, доклады и рефераты. Заказ приходит как раз, когда Арсений находится дома, поэтому он как идиот трётся возле своей входной двери, поглядывая в глазок, чтобы следить, когда приедет курьер. Сосед беспрекословно принимает заказ, расписывается и, не скрываясь за дверью, всё так же продолжает стоять в подъезде, рассматривая содержимое. У него на губах появляется лёгкая улыбка, а потом он делает то, чего Арсений точно не ожидал. Звонит ему в дверь. Приехали. Арсений продолжает пялиться в глазок на парня, который стоит прямо за дверью и упорно жмёт на звонок. В голове рой мыслей, потому что, а что делать? Как бы нужно открыть дверь, но Арсений к этому не готов. С другой стороны, а к чему готовиться? Нужно открывать. — Привет, — сразу же говорит он. — Привет, тут снова по ошибке доставили, — и тянет пакет Арсению. — Ой, спасибо. Нужно позвонить и разобраться, хотя я ещё в прошлый раз разговаривал с ними, чтобы такое не повторялось. Но эти новенькие курьеры — жуть, — выдаёт Арсений. Может, всё-таки надо было в театральный поступать, вон, как играет. Станиславский, будь он тут, кричал бы: «верю!», но Арсений рад, что его тут нет, иначе он бы ещё и охуевал от ситуации. — Как я могу тебя отблагодарить? — Не знаю, — выдаёт он. — Но я подумаю, — подмигивает и уходит к себе в квартиру. И как это воспринимать? Это было подобие флирта, или Арсений снова себе всё напридумывал? Может, и не флирт, конечно, но настроение у соседа точно игривое. По-хорошему, им хотя бы имена друг друга узнать, хотя его имя уже знают. Это нечестно. Арсений снова разбирает пакет с покупками и садится писать отзыв на смазку от какой-то ноунейм фирмы, которая оказывается не такой дорогой, какую Арсений обычно покупает, но и по качеству чуть уступает. Текст о смазке сменяется текстом о финансовой стабильности стран, а день сменяется ночью. Из-за сессии Арсений забывает о том, что он пытается подкатить к соседу. Да, заказ из сексшопа в чужую квартиру — это своего рода подкат, и никто Арсения не переубедит. Он не видел соседа уже пару недель и начал скучать по их случайным подъездным столкновениям. В голове всё ещё не может ужиться мысль, что, кажется, ему кто-то понравился, потому что Арсений точно не отличается любвеобильностью. Дальше плотских утех у него заходило редко и заканчивалось по его инициативе. Не тянуло, не хотелось. А тут вот появился кудрявый улыбчивый сосед, и Арсения переклинило. Кажется, да, изначально Попов думал о нём, как об очередном сексуальном увлечении, но в какой-то момент мысли свернули с этой скользкой, смазанной лубрикантом дорожки и вывернули на спокойную тропу, вымощенную первой настоящей симпатией. Арсений совершенно точно испытывает некий дискомфорт, потому что понимает, что очередной заказ из сексшопа не поможет сблизиться с соседом, а только покажет, какой он озабоченный. Ну вообще, если же у них что-то выгорит — а Арсений допускает такую мысль, — то пусть заранее знает, с кем связывается. От тоски и непонимания, что делать с совершенно новыми и непонятными чувствами, Арсений заходит в пекарню, чтобы купить себе любимые маковые булочки и заесть проблемы, которые он сам себе придумал. Миловидная кассирша Ирина упаковывает четыре — Арсений решил, что может себя побаловать — маковки в бумажный пакет и с улыбкой на лице благодарит за покупку. Закатное солнце слепит, окрашивая улицу в тёплый жёлто-оранжевый цвет. Арсений подставляет лицо под последние лучи этого дня и достаёт одну булочку, потому что хочется съесть её сейчас же. Он медленно идёт домой, наслаждаясь лёгким вечерним ветром, и тем, что впереди полтора месяца отдыха. Арсений выходит из лифта, с тяжёлым вздохом смотрит на чужую дверь и подходит к своей, вставляя ключ в дверной замок, пока не замечает небольшой листочек в железной двери. «Пойдём в кино? От: Дружелюбного соседа». Вот так просто, без всяких махинаций и придумывания глупостей. У Арсения расплывается не только улыбка на лице, но и он сам, потому что он к такому не привык. К такой простоте. Сам бы он ещё месяц придумывал способ выловить соседа или заказал бы на его адрес ещё несколько покупок, но в этот раз уже точно не из секс-шопа. Конечно же, Арсений соглашается и пишет свой номер, чтобы договориться о дне встречи в телеграме, или где будет удобно соседу. Интересно, это свидание, или тому просто скучно? И Арсений же ему типа должен, поэтому тот его и позвал. Это бы было максимально тупо, поэтому Попов надеется, что это самое что ни на есть настоящее свидание. Арсений так же, как и сосед, подкладывает листок ему в дверь со своим согласием и номером. Пока ждёт, когда тот ему напишет, съедает ещё одну булку и начинает смотреть новый сериал. Просмотр прерывает некий А в телеграмме. А это сосед, завтра свободен?

Арс

Да

Они договариваются о том, на какой фильм пойдут в кино, и Арсений думает, насколько адекватно идти на свидание — это же свидание? — с парнем, которого он совершенно не знает. Но с другой стороны, на свидания и ходят, чтобы познакомиться поближе, а с другой стороны, на свиданиях убивают, а ещё, с другой стороны, в кино не то что можно будет поболтать, с ещё одной стороны, он же знает, где этот парень живёт, но с другой стороны, мёртвому ему не то чтобы пригодится эта информация. Рассмотрев это (не)свидание под разными углами, Арсений приходит к выводу, что живёт он один раз, и почему бы не рискнуть, вдруг это его судьба. При всей своей невлюбчивости Арсений весьма романтичная натура. Они договорились на вечерний сеанс, потому что А — Арсений в голове называет его так, потому что под этой буквой может скрываться как Аркадий, так и такой же Арсений, — любит поспать, да и сам Попов решил отоспаться в первый день каникул. Только выработанный режим за год мешает ему, поэтому уже в девять утра он варил себе кофе и прикидывал в голове список дел на день. Было решено, что ранний подъем нужно использовать с пользой, именно поэтому Арсений набирает ведро воды, льёт туда моющее и полдня ползает на корячках, вымывая каждый угол квартиры. Ближе к двенадцати он включает колонку с музыкой, но негромко, потому что боится разбудить соседа, который ничего не писал с пяти утра. Вечером, после того, как они договорились о том, на какой сеанс пойдут, разговор перетёк в совершенно другое русло, а потом сосед резко начал кидать мемы. Для Арсения даже такая переписка уже была чем-то непривычным, потому что всё его общение в интернете состояло из переписок с секс-шопами или подписчиками, которые либо восхищались им, либо задавали миллион глупых вопросов. Ещё, конечно, были хейтеры, но с ними переписка была короткой, так она ещё больше походила на онлайн монолог. Арсений сам не понимает, как так получилось, что он остался без друзей. Их просто никогда не было. Нет, конечно, в детском саду он дружил с каким-то Данилом, но по окончании подготовительной группы и с началом обучения в первом классе в разных школах это общение испарилось. Потом в первом классе он сидел за одной партой с мальчиком по имени Кирилл, но во втором классе их рассадили, и на этом дружба закончилась. А дальше Арсений постоянно был где-то в своём мире, в который он так никого и не пустил; конечно, он общался со всеми своими одноклассниками, но не было ни одного, кому можно было рассказать о ссоре с родителями, о первом влечении и тем более, о том, что ему кажется — это влечение не к девочкам. В университете ничего не изменилось: Арсений так же общается со всеми и ни с кем одновременно, потому что нет среди этих людей человека, которому он мог бы доверять. Так получается, что о его «хобби-работе» знает только он сам, и не то чтобы это была какая-то тяжёлая ноша, но хотелось бы с кем-то обсуждать кринжовых подписчиков или не менее кринжовых продавцов, которые иногда предлагают рекламировать товар просто за спасибо. odinraznepidoras Здравствуйте!) Мы начинающая компания и хотели бы попросить, чтобы вы рекламировали наш товар, взамен же гарантируем удовольствие от наших игрушек, которые будьте добры вернуть через месяц)))))))) Или такое: vgopynestudno Доброго времени суток! Хотим предложить сотрудничество, мы только открыли первый магазинчик и хотели бы, чтобы вы рекламировали наш товар. Чтобы это было не за просто так, мы пришлём к вам курьера, и можете развлекаться не только с игрушками;) С этого Арсений вдвойне охуел, потому что они что впоследствии потом клиенту тоже так товар отправлять будут. Это типа "купи вибратор и получи в подарок курьера" или как? Конечно, такие пользователи летели в бан. Арсений выходит из душа. С волос на оголённые плечи капает вода, а из-за сквозняка по телу бегут мурашки, от чего Попов ежится и ещё раз промакивает полотенцем волосы. Через час они встречаются с соседом в подъезде, потому что кинотеатр как раз находится не так далеко от их дома, и решено было прогуляться вместе. Вообще настроение у Арсения сто из ста, потому что на улице светит солнце, птицы щебечут что-то на своём, а он идёт на свидание с очаровательным парнем. Это он ещё молчит о том, что это его первое свидание в жизни, и внутри всё так и трепещет в ожидании. Он сам себе немного удивляется. Для полного счастья хотелось бы узнать имя того, кто ведёт его на свидание, потому что Арсений уже заколебался подбирать имена на а. Он уже даже открыл все мужские имена на первую букву алфавита и играл в «сидел козёл на лавочке, считал свои козявочки», прямо как в детском саду. Пока он развлекал себя, то наткнулся на имя Альфонс — Арсений всю жизнь думал, что это мужик, который живёт за счёт женщины, а оказывается, это немецкое имя. Век — живи, век — учись. Самое сложное — это выбрать, что надеть, потому что вечерний летний город совершенно непредсказуем. Решает, что чёрные обтягивающие ноги, как вторая кожа, джинсы — это классика, поэтому теперь осталось подобрать к ним верх. Достаёт в цвет к штанам футболку и откапывает в шкафу рубашку в чёрно-белую клетку, которую он надевал, кажется, всего пару раз. Крутится перед зеркалом, а потом решает, что рубашку пока можно снять, потому что на улице явно ещё жарко. Цепляет на палец кольцо-печатку, которое родители подарили на восемнадцатилетие; папа, конечно, ворчал, что обычно мужики на совершеннолетие просят машину или квартиру, а не какое-то кольцо, но смирился. Тем более, это точно было в разы дешевле какого-нибудь спорткара, который Арсений хотел. Смотря на кольцо, он так не вовремя вспоминает, что давно не звонил родителям, поэтому убедившись, что до выхода у него ещё есть время, Арсений нажимает на контакт «маменька». — Арсюш, привет, родной, — говорит мама и улыбается. Он всегда звонит ей по видеосвязи. — Привет, мам, как у вас дела? — со всей нежностью в голосе спрашивает он. Пока и не позвонил, даже не знал, как соскучился по маминому голосу. — Хорошо-хорошо, папа на работе, я вот кушать готовлю. Ты хорошо питаешься? Вон щёк вообще нет, исхудал весь, — Арсений видит, как она закатывает глаза, и слышит тяжёлый вздох. — Да хорошо я кушаю, просто постоянно учусь и работаю, поэтому, может, и похудел, — Арсений для них подрабатывает официантом, потому что вряд ли отец оценит по достоинству его настоящую работу. — Когда приедешь? — именно поэтому Арсений не звонит, потому что этот вопрос всегда ставит в тупик. Последний раз он приезжал к ним полтора года назад на мамин день рождения, а после небольшой ссоры с отцом решил, что им лучше общаться на расстоянии. — Не знаю, работа же, — пожимает плечами и сам себя начинает пожирать за враньё. — Приезжай, мы соскучились, — мама пристально его рассматривает. — Ты на свидание, что ли, собрался? — лукаво улыбается она. — Типа того, — аккуратно говорит Арсений. Он не делал каминг-аут перед родителями, потому что просто не было необходимости. Ещё давно, когда Арсений только осознал свою сексуальную ориентацию, то пришёл к выводу, что расскажет о ней родителям только после того, как появится человек, с которым он захочет их познакомить. Пока таких людей не было. — Когда познакомишь нас? — аккуратно интересуется мама. — Это только первое свидание, мам. Если это будет серьёзно, то обязательно. Сам Арсений не знает, хочет ли он это серьёзно. На самом деле, сейчас он и не должен этого знать: он совершенно не знает соседа, да далеко ходить не нужно, он не знает его имени, а это вообще самое простое. Но если брать серьёзные отношения не в контексте соседа, то ответ будет положительный. Арсению хочется всего того, что делают все эти до ужаса раздражающие влюблённые парочки. Ему так же хочется с кем-то, кто заведомо не является обозначенным в голове Арсения, как проходной вариант. Целоваться, обниматься, смеяться с какой-то нелепой херни, а главное хочется ощутить заботу и любовь, да хотя бы симпатию со стороны другого человека. Пока что он испытывал только исходящую от своих партнёров сексуальную симпатию. Это совершенно не то. Арсений абсолютно точно хочет, чтобы рядом был человек, которого он познакомит с мамой. — Мам, мне уже пора, — посматривая на время в углу экрана, говорит Арсений, — передавай папе привет. — Хорошо-хорошо. Звони почаще, — улыбается она в камеру, — мы тебя любим. — Я вас тоже, — помахав в экран, Арсений отключается. На удивление, после разговора с мамой его настроение резко ползёт вверх, не то чтобы до этого оно было где-то внизу. Просто обычно после созвонов с родителями Арсений отходил пару дней, грузил себя, что он плохой сын, что не звонит, не приезжает, а тут как-то без упреков, совершенно обыденный разговор с мамой. После такого и звонить чаще хочется. Он идёт в коридор и надевает почти новые белые кроссовки; там в уголках уже после пары прогулок появились заломы, но если не рассматривать под микроскопом, то их и не разглядеть. Арсений напоследок ещё раз смотрится в зеркало, подмечая мелкие морщинки от недавней улыбки и, прихватив рубашку, выходит из квартиры. — Привет, — прилетает в спину после второго поворота ключа в замке. Это сосед уже стоит на лестничной площадке и ждёт его. — Привет, — Арсений растягивает губы в улыбке, убирая ключи в карман. Они молча едут в лифте. Тишина не давит совершенно, но и не даёт расслабиться, запуская в голове Попова мыслительный процесс, заставляя его прокручивать варианты тем для разговора, которые он видел на каком-то женском сайте. Выходят на улицу, где вечернее солнце отдаёт остатки тепла, чтобы за ночь город не погрузился в холод. Отросшие немногочисленные кудряшки, которые были до того, как сосед подстригся, светятся золотисто-оранжевым цветом, отражая тепло. Арсений немного залипает, и вопрос вырывается сам собой. — Зачем ты остриг своё гнездо? — только после того, как Арсений спросил, он подумал, что это «гнездо» звучит как-то грубо, но не успевает исправиться, как сосед, расплываясь в улыбке, уже говорит: — Не знаю, — пожимает плечами, — просто захотелось что-то поменять. Тем более мама каждый раз звонила и причитала: «в вашей Москве что, нет парикмахерских?», ну я и решил её порадовать, — посмеивается. — А мне нравилось, ты был как большой одуван. — Антуан-одуван, звучит, — смеётся он. Теперь Арсений залипает не только на кудряшки, но и на маленькие кошачьи зубки. Сам себе удивляется, когда ловит себя на этой мысли, но отмахивается и смеётся вместе с соседом. Пока не понимает. — Так тебя Антон зовут? — немного неуверенно спрашивает Арсений. — Ну да. Стой, ты что, не знал? — совершенно точно удивляется он. — Откуда: ты так и не представился, а я постоянно забывал спросить, в телеграмме у тебя просто «А». — Ты пошёл со мной на свидание, даже не зная моего имени? — То есть это свидание? — вопросом на вопрос. Антон снова смеётся, согласно кивая. По пути в кинотеатр они больше не молчат, как в лифте, разговор сам по себе выстраивается, и никакие женские форумы не нужны. Антон оказывается очень смешным: всё, что он говорит, Арсений хочет запомнить, чтобы потом из этого сделать «сборник шуток соседа Антона». На самом деле их общение окутывает таким теплом и уютом, а уже заходящее за горизонт солнце заливает небо розовым цветом от чего где-то внутри Арсения зарождается нежность. Арсений на самом деле не уверен, что это из-за цвета неба, скорее из-за самого Антона, но от этой мысли становится ещё лучше. По пути они решают, что покупать попкорн в самом кинотеатре — невыгодно, тогда внутренний еврей или же просто экономичность, передающаяся от отца, совершенно точно ликует. Потому что ну правда, отдавать триста пятьдесят рублей за маленький бочонок попкорна — это грабёж, и Антон согласно качает головой, поэтому они заходят в магазин и закупаются разными вредностями. Только уже когда оказываются возле входа в зал, понимают, что план дал сбой и им некуда убрать свои запасы. В каких-то кинотеатрах сотрудники могут не пустить со своим, но в некоторых попадаются адекватные люди, которые понимают, что совершенно точно не хочется покупать что-то в самом кинотеатре. Тут ни один из них не был, поэтому об отношении сотрудников они не знают, и Антон придумывает гениальный план. Он выискивает какого-то подростка с рюкзаком и просит засунуть всё накупленное к нему. — В зале я у тебя это заберу, — поясняет он парню. А потом даёт ему двести рублей за недолгое хранение. Даже с таким вложением в «сейф» выходит дешевле. Решают, что открыть все пачки с сухариками и чипсами лучше до начала фильма, чтобы потом не шуметь и никому не мешать, правда, с началом фильма с задних рядов начинает доносится шуршание, будто бы весь зал разом решил всё пооткрывать. Вряд ли бы они вдвоём кому-то помешали. Места у них были в центре зала, потому что ещё в переписке решили, что задние ряды неудобные, а передние вообще отстой. Антон тогда сказал, что как-то купил билет на первый ряд, так у него потом шея болела неделю, потому что приходилось её задирать. У Арсения же нашлась ответная история про последний ряд, что оттуда экран наоборот чуть ниже, и кажется, что после того сеанса у него и появился второй подбородок. Обычно Арсений ненавидит людей, которые не умеют смотреть и наслаждаться фильмом, но как можно ненавидеть Антона, он не понимал, поэтому выслушивал каждое предположение насчёт развития сюжета. На самом деле, сначала Арсений хотел высказать ему, что они пришли смотреть фильм, а не трындеть, но потом повернулся в его сторону и как-то смягчился. Тот, оказывается, всё это время смотрел на него, пока шептал комментарии, и в зелёных — в зале кинотеатра это не видно, но Арсений подметил чужой цвет глаз ещё когда они шли, — глазах отражается какая-то детская радость. Они смотрели нового Человека-паука. Точно, Антон же говорил, что человек-паук — его любимый супергерой. Во время фильма у Арсения из ниоткуда появляется желание взять Антона за руку; от этого желания кончики пальцев покалывает, и он сам не понимает, откуда оно появилось. Только решает действовать. Поэтому кладёт руку на тот же подлокотник, что и Антон, а потом медленно двигает её ближе, пока не достигает желаемого. Правда, кажется, что Антон тоже решил действовать, потому что он первый касается Арсения мизинцем, медленно поглаживая, отчего у Попова сердце ускоряется. Он отвечает тем же, пока рука Антона не оказывается поверх его. Остаток фильма Арсений залипает на их руки; как они правильно смотрятся вместе. По окончании фильма они счастливые вываливаются в холл и сразу же идут на улицу, где похолодало, и тогда Арсений гордится своими взрослыми мыслями, что всё-таки не зря взял с собой рубашку. Решают прогуляться, поэтому выходят в противоположную от дома сторону и идут, куда глаза глядят. Арсению невероятно хорошо. Ещё лучше становится, когда они забредают в какой-то малоосвещённый парк, и Антон переплетает их пальцы, продолжая рассказывать какую-то историю. Антон оказывается из Воронежа, сейчас учится на втором курсе, у него специальность связана с компьютерами — Арсений не запомнил название, потому что оно слишком длинное и не совсем понятное. У Антона оказывается забавная фамилия — Шастун, и Арсений невольно примеряет эту фамилию себе, точно, как пятиклассница или пятиклассник, он уже тогда этим занимался. Например, Арсений Депп звучит круто, или Арсений Ди Каприо необычно, но привыкнуть можно, Арсений Лето звучит, как мем, поэтому с Джаредом Лето им ничего не светит — решил тогда Арсений. Вот Арсений Шастун точно звучит, попробуйте доказать обратное. — Я, кстати, хотел сначала позвать тебя в зоопарк, но потом подумал, зачем: слон у тебя уже дома есть, а что ещё там смотреть: — ни с того, ни с сего говорит Антон, и Арсений сначала совершенно не понимает, о чём речь. А потом в памяти всплывают те трусы, и Арсений тут же хочет провалиться под землю и заржать. Антон-то не знает, что это ему прислали в подарок, а он бы сам себе такое никогда не заказал. — Это не мои, это подарок. — Тебе что, секс-шоп присылал в подарок трусы с хоботом? — Получается, что так. Арсений пока не готов рассказывать о своём хобби. Он не стесняется того, что приносит ему деньги и удовольствие, просто пока рано. Да и он привык, что об этом знают только он и его квартира. Даже менеджеры секс-шопов не знают, как он выглядит, наверное, думают, что это какой-то задрот-дрочила заказывает у них всё это. Но по факту Арсений дрочила, может, даже и задрот. Антону об этом пока знать необязательно. Вечер заканчивается замечательно. Ближе к часу ночи они заходят в подъезд и мнутся возле своих квартир. Арсений хочет, чтобы Антон его поцеловал, но видит, как тот не решается, поэтому Попов решает, что хотя бы тут он должен взять ситуацию под свой контроль, а не как с руками в кинотеатре. — Поцелуешь меня? — кокетливо спрашивает Арсений. Да, это так он берёт всё в свои руки. — А ты этого хочешь? — Если бы я не хотел, я бы не спрашивал, — закатывает глаза Арсений. Только Попов замолкает, как ощущает на губах чужое дыхание, а потом и мягкий поцелуй. Антон медленно перебирает губами, аккуратно сминает нижнюю и совершенно точно не собирается углублять поцелуй. Арсению этого и не надо. Он тянется руками к антоновой отрастающей шевелюре — господи, как он хотел дотронуться до этих волос, — и мелко, короткими ногтями чешет Антону затылок. Тот укладывает руки на талию, чуть прижимая к себе. Отрываться совершенно точно не хочется, у Арсения дыхание ускоряется, а сердце танцует тектоник от того, как его нежно и трепетно целуют, но приходится, потому что даже на такие невинные поцелуи член в штанах реагирует. Арсений совершенно точно не хочет торопиться. — Спокойной ночи, — шепчет Антон, — спасибо тебе за вечер. — Спокойной ночи, — расплываясь в улыбке, отвечает Арсений и скрывается за дверью своей квартиры.

Арс

И тебе спасибо

Пишет он в телеграмме и откладывает телефон, засыпая.

***

Одним свиданием они не ограничиваются. Арсений тащит Антона в парк, чтобы покататься на роликах, Антон ведёт Арсения в батутный центр, потом вместе решают пойти ещё раз в кино, где Шастун предлагает поехать с ним и его друзьями за город. — Арс, это тебя ни к чему не обязывает, просто будет круто, — говорит тогда Антон. — А если я хочу, чтобы обязывало, — Арсений надеется, что он про отношения, потому что за две недели их общения они так и не начали встречаться. Ну то есть они продолжали целоваться, проводить время вместе, держаться за руки и обниматься, но как такового обсуждения их статуса отношений не было. — Ты хочешь быть моим парнем? — немного неуверенно говорит Антон. — Это сейчас предложение или вопрос? — Предложение, — уже уверенно говорит Антон, хотя Арсений думает, что это был скорее вопрос, но решает на этом не зацикливаться, тем более ответ на оба будет — да. А потом они поехали на пару дней за город с палатками. Было и правда очень хорошо, Арсений давно так не отдыхал. Они тупо купались-пили-купались-пили-ели-загорали-пили-танцевали-пили-ели-спали и так по кругу. Отдых на десять из десяти. Арсений жил в одной палатке с Антоном, тот так его и представил друзьям: — Это Арсений, мой парень. А в ответ посыпалось: — Дима, очень приятно, наслышан. — Серёжа, ты тот самый сосед, да? — Илья, наконец-то, Тоха подкатил. Друзья тогда по полной спалили Антона. Оказалось, что он тоже давно поглядывал на симпатичного соседа, отчего улыбка Арсения, наверное, была видна даже из космоса. Всегда приятно, что ты кому-то нравишься. В последнюю ночь на берегу озера, когда все уже улеглись спать, Арсений ну прямо озверел и накинулся на Антона. Сначала он остервенело целовал и кусал его губы, а потом так же быстро и резко спустился ниже и отсосал. Он сам до конца не понял, был ли это алкоголь или это из-за воздержания. Ведь опуститься перед Антоном на колени он хотел ещё с того дня, как тому по ошибке прислали его, арсеньевский, заказ. Сейчас, спустя три года, когда оба уже закончили институты, Антон работает по специальности и учится в магистратуре, а Арсений продолжает вести свой инстаграм и писать отзывы. Они живут вместе, съехались через пару месяцев отношений. Сначала Попов думал, что они слишком спешат, но быстро понял, что нет. Совместное проживание не приносило никакого дискомфорта до того момента, как Антон не спалил Арсения с огромным дилдо в коленно-локтевой позе. Он тогда ему ещё не рассказал. — Арс, скажи честно, тебя что-то не устраивает? — совершенно спокойно спросил Антон. — Меня всё устраивает, — натягивая на себя штаны, отвечает Арсений, а член, до этого стоящий колом, опускается из-за накатившего волнения. — Тебе, может, не нравится мой размер или он тебя не удовлетворяет? — Нет, ты что. Антон, меня полностью устраивает твой член, ты вспомни, сколько раз я кончал без рук. Ты чего несёшь вообще! — возмущается Арсений, потому что его правда всё устраивает и он не хочет, чтобы Шастун в себе сомневался. — А что тогда? — поднимает на него глаза. — Это моя работа. — Ты вебкам-модель? Тут где-то камера? — удивляется он. — Нет-нет, — затараторил Арсений. — Ты чего, нет. Я… сейчас, — он достаёт телефон, открывая свой профиль в инстаграм, и начинает свой рассказ. — Так это ты такие охуенные отзывы пишешь, — говорит Антон. — Я подписан на тебя ещё с того момента, как на этом аккаунте была только тысяча подписчиков. Теперь уже удивляется Арсений, потому что за время их отношений он даже и не думал проверять, подписан ли на него Шастун, а тут оказывается, что перед ним сидит его фанат. Если когда-нибудь у него будут брать интервью и спросят про отношения с фанаткой, то он просто поправит интервьюера на "фанат". Хотя с чего это у него будут брать интервью, а тем более задавать такой вопрос, он же не репер какой-то. — Блять, Арс, я так испугался. Не то чтобы это стало для меня какой-то глобальной проблемой, но о такой работе обычно предупреждают. Как хорошо, что ты всего-то пишешь отзывы, — выдыхает он, а потом делает серьёзное лицо и спрашивает: — То есть тебя в сексе всё устраивает? — Конечно! Дурачина. После этого решено было экспериментировать вместе: тот огромный дилдо через пару дней в Арсения заталкивал Антон, а потом ещё и помогал писать отзыв. Арсений познакомил его со всей коллекцией, которую чудом он мог скрывать какое-то время. Когда Попов переезжал к Антону, тот и не заглядывал в его пакеты, поэтому он смог просто закинуть пакет с коробками в дальний угол шкафа, чтобы не мешались, а Антону сказал, что там ненужный хлам. По идее, не соврал, потому что с Антоном это всё ему было не нужно. Арсений переехал к Антону, а не наоборот, потому что, как оказалось, тот эту квартиру не снимал, она досталась ему от бабушки. Точнее та переехала в деревню недалеко от города и отдала свою квартиру единственному внуку. Поэтому решено было не платить за съём, а сразу переехать к Шастуну. Сегодняшнюю субботу они решили провести дома, пока ни одному из них не надо было идти ни на учёбу, ни на работу; но тупо валяться Арсений отказался и предложил устроить генеральную уборку в шкафах. Если быть точнее, то выкинуть весь ненужный хлам, особенно избавиться от вещей, которые ни один из них не носит, потому что из шкафа уже всё буквально вываливалось из-за отсутствия места. Тогда Антон предложил отвезти ненужную одежду к бабушке, потому что там она может использовать её на тряпки или давать самому Антону, когда он приедет помогать с огородом. Конечно, делал он это редко в силу нехватки времени, но всё же. На этом они и сошлись. На пороге уже стояло два маленьких и один большой пакет, но это был не предел. — Арс, а почему я на тебе их никогда не видел? — интересуется Антон, крутя на указательном пальце стринги с хоботом, прости Господи, слона. — Господи, где ты их откопал? — В дальнем углу. Ты что, пытался скрыть от меня эту красоту? — Нет, Антон, я пытался больше никогда не видеть этот ужас, который мне прислали. — Я ещё когда их увидел впервые, подумал, что ты ёбнутый. Не то чтобы сейчас что-то изменилось, — и в Антона летит его же жёлтое худи. — Выкинь их, только не в пакет к твоей бабушке, она не переживёт. — А ты их мерил? — игриво интересуется он. — Нет, я тебе что, на слона похож? — Померь, — и тянет их Арсению, — пожалуйста. — Антош, ты ебобо? — Немного, но мне просто интересно. Ну пожалуйста, А-арс, — тянет его имя. Арсений уже говорил, что не может отказывать Антону? Если нет, то вот, говорит, выходя из ванной комнаты с опущенным хоботом. Антон, честно, до последнего держится: он уже сидит весь красный, но момент, и от его серьёзного лица остаётся только покраснение. Истерический смех разрезает тишину, тот аж издаёт странные звуки ртом и валится на пол. Арсений же, сама невозмутимость, сложил руки на груди и смотрит на то, как его парень бьётся в истерике. Сам он даже не хочет смотреть, потому что умрет от кринжа или от смеха вместе с Антоном. — Это лучшие трусы! — орёт сквозь смех он. — Надеюсь, ещё не поздно написать отзыв. Арсений цокает и всё же решает посмотреть вниз. Хобот слона идеально сел на его член, сама по себе формулировка ужасна, а если ещё представить не трусы, то вызывайте дурку. Арсений разглядывает, как хоботок грустно свисает, и думает, что в стоячем положении выглядело бы лучше. Не так уныло. Проверять он не собирается. Сейчас же это было буквально до слёз, которые у Антона катились по щекам от смеха. — Что ж ты, милый, невесел. Что ж ты хоботок повесил, — цитирует (почти) сказку Антон, снова уходя в истерику. Тут уже и Арсений не сдерживается и начинает смеяться с Антоном, отчего тот самый хоботок начинает шевелиться, что вызывает ещё больший ржач. Арсений решает, что так они точно не успокоятся, поэтому идёт снимать их, напоследок пару раз попрыгав, чтобы окончательно убить Шастуна. — Так, мы не выкидываем эти трусы, я считаю, что теперь мы этим будем поднимать друг другу настроение в самые плохие дни. Потому началась мелкая ссора из-за трусов с хоботом, после которой Арсений пошёл к другому шкафу, который хранил в себе не повседневную одежду, а все куртки и обувь. Там как раз он начал разбирать свои пакеты с дилдо и пробками. Антон присоединился к нему позже. Там Антон ничего не заставил его примерять, но они общими усилиями выбросили то, что им двоим точно не пригодится, и оставили то, что хотели бы использовать в сексе. Выкинули анальную цепочку, у которой на конце была морда то ли лягушки, то ли змеи из какого-то мультфильма. Антон так и не вспомнил, из какого. Шастун настоял, что в ближайшее время хочет попробовать с Арсением фаллоимитатор в виде фруктового льда, потому что "ну Арс, на улице жара, вот и охладим тебя". Сам Арсений его даже не распаковывал. Уборка закончилась пятью большими пакетами на мусорке и двумя большими и тремя маленькими для бабушки Антона. В следующий совпадающий выходной они поехали в деревню отвезти собранное добро, там их задержали на два дня. Бабушка Антона — наичудеснейшая женщина, она первый день их откармливала, как свиней на убой, а второй день предложила лежать и просто греться под солнышком. Только вот ни один из них не мог себе позволить, чтобы пожилая женщина ползала на корячках, вырывая сорняки, и таскала тяжёлую ещё советскую железную лейку. Поэтому уже вечером, наработавшись, они валятся на кровать и сразу же засыпают. А когда у обоих начинается отпуск, то Антон вспоминает об очень интересной вещице, которую они не унесли на помойку, а оставили для дальнейшего пользования — тот самый фаллоимитатор в виде мороженого. Поэтому с утра тот закинул его в холодильник, так и не сняв упаковку, чтобы к вечеру они смогли воспользоваться игрушкой. Арсений выходит из душа, когда Антон, как ребёнок, который ожидает свой подарок на день рождения, потирает руки друг о друга, а глаза его горят от одного только ожидания. Что же с ним будет, когда они приступят. У Арсения же, кажется, профдеформация, потому что таких сильных эмоций, как Шастун, он точно не испытывает, он за всё это время успел испробовать разное. Но пожирающий взгляд Антона будоражит и подогревает интерес, тот жадно рассматривает каждую оголившуюся часть тела Арсения: он вышел в одном полотенце, потому что знает, что и оно не особо нужно и полетит с его бёдер в ближайшие две минуты. Арсений медленно подходит к Антону, останавливаясь между его разведённых ног; тот так преданно смотрит снизу вверх и укладывает руки на бёдра. Гладит и поднимается выше, не отрывая глаз от подкачанного тела Арсения, руки проходятся по талии, очерчивают рёбра и пальцами задерживается на уже затвердевших тёмных сосках. Арсений судорожно выдыхает, когда тот большими пальцами гладит бусинки, очерчивает ареолы. Антон целует живот Арсения, прижимается щекой и ластится, как настоящий кот, рукой Арсений цепляется за копну наконец-то отросших кудрей, чешет тому за ухом и, кажется, слышит урчание. Ну точно котяра. Руками Антон снова спускается ниже, доходит до тазобедренных косточек и сначала гладит их через ткань чёрного махрового полотенца, а потом уже разводит то в стороны, чтобы представить себе вид на всего Арсения. Целует выпирающие косточки, каждую по несколько раз, а потом зарывается носом в пах Арсения, вдыхая его всего. В груди приятно щемит от такой нежности. Антон вообще всегда нежен, даже когда они пьяны, даже когда до искр перед глазами хочет Арсения. Он всегда обращается с ним, как с самым ценным на этой планете. От этого каждый раз прошибает, как в первый, и Арсений плавится в тёплых любимых руках, как любимый сыр Антона. Он ведёт носом по уже привставшему члену, оставляет мелкие поцелуйчики, руками поглаживая округлые бёдра Арсения, а потом резко насаживается на всю длину. Арсений задыхается от неожиданности, потому что щемящая нежность резко сменяется горловым минетом. Антон такой: сейчас он выцеловывает каждый миллиметр его тела, а через секунду трахает так, что кровать жалобно скрипит, а Арсений не менее жалобно скулит. Антон насаживается быстро, резко, а потом замедляется, отчего хочется самому насадить того полностью, но Арсений знает, что сегодня Антон хочет делать всё сам. Он это чувствует, улавливает его настроение. Поэтому терпит. Член болезненно стоит, требуя активной стимуляции, но ему этого не дают. Шастун ещё пару раз берёт на всю длину, а потом поднимает на Арсения совершенно невинный взгляд и посасывает головку, удерживая зрительный контакт. Это пиздец. Антон Шастун — это пиздец. А потом горячий рот пропадает, оставляя после себя зудящее желание додрочить, но нельзя. Антон берёт смазку, и по одному лишь взгляду Арсений понимает, что ему нужно встать в коленно-локтевую. Шастун целует одну половинку, вторую же прикусывает, чтобы потом быстро и без каких-либо предупреждений — Арсений не ожидал! — проникнуть в него языком, совсем ненадолго, но у Арсения крышу снесло знатно. Кажется, его стон был слышен всему подъезду, но это не впервые. Пальцы Антона оказываются в нём так же резко и внезапно, как и язык, он продолжает растягивает его одним пальцем, вылизывая. Арсений совершенно не сдерживает себя, только утыкается лицом в матрас, чтобы хоть немного быть тише — в соседней квартире теперь живёт семейная пара с ребёнком. Арсений выгибается навстречу уже двум пальцам и громко стонет, когда в нём оказывается третий, так ещё и в добавок с антоновым языком. Это запрещённый приём. Дыхание сбито к чёрту, а член уже болит от напряжения. Антон, кажется, это чувствует и берёт его в свою свободную руку, ускоряется, чтобы уже через пару минут Арсений со стоном, от которого звенит в ушах, кончил ему прямо в руку. Шастун даёт возможность отдышаться, пока снимает с себя домашние растянутые треники вместе с трусами, а потом хлопает Арсения по правой половинке попы, чтобы он перевернулся. Арсений смотрит на раскрасневшегося Антона, видит, как часто вздымается его грудная клетка и невероятно сильно хочет поцеловать. Он приподнимается на локтях, и Антон, уловив это, встаёт коленями на кровать и наклоняется к Арсению, сразу же проникая языком в его рот. Жадно целует, вылизывает каждый сантиметр рта, руками тянет на себя, но в итоге валится сам. Вот такие они оба обнаженные лежат, как слипшиеся пельмени, и целуются, руками блуждая по телам друг друга. Арсений стонет в чужой рот, когда Антон рукой проводит по ещё чувствительному члену, большим пальцем обводит головку, размазывая по всей длине уже успевшую выступить естественную смазку. Когда член в руке Антона окончательно крепнет, тот оставляет короткий поцелуй на арсеньевских губах и тянется к упаковке того самого мороженого. Шуршание пакета затихает, а сердце Арсения только ускоряет движение. Что там он говорил, нет такого предвкушения? Он безбожно соврал, потому что сейчас его чуть ли не подбрасывает от предвкушения того, что будет. У Антона взгляд уже давно поплывший, но сейчас, когда он трогает фаллоимитатор, во взгляде сумасшествие. Арсений лежит перед ним совершенно открытый — делай, что хочешь, — он знает, что Антон точно не причинит ему вреда, поэтому терпеливо ждёт, пока он размажет по всей длине «мороженого» смазку и уже наконец-то вставит в него. Только огромное желание не говорит о том, что он, оказывается, готов к тому, что испытает. Горячие стенки обдаёт холодом, нет, морозом, и Арсений позорно скулит. Ощущение непонятное и совершенно точно не привычное, его рвёт изнутри, и он мечется по кровати, пытаясь уйти от холода, но Антон придерживает его за талию, оставляя красные следы от пальцев. — Остановиться? — интересуется Антон. — Н-н-не-т, — стонет Арсений, когда «мороженое» проходит глубже. Арсений видит, как Антон улыбается. Фаллоимитатор погружается глубже и попадает по простате, холод вместе с жаром прошибает Арсения, и от собственного стона у него звенит в ушах. Антон целует его в поясницу, языком собирает капельки пота и входит до конца. Контраст ощущений вызывает дрожь в теле. Антон ускоряет движение «мороженого» внутри Арсения и наклоняется, чтобы поцеловать. Целует нежно, языком проходится по нижней губе, прикусывает верхнюю и ловит стоны. — Анто-он, — хрипит Арсений, — я хочу тебя, — признаться, не то чтобы это секрет. Антон, напоследок мазнув языком по линии челюсти, вытаскивает самотык почти до конца, а потом резко вставляет на всю длину и так же резко вытаскивает снова. Арсений теряется в ощущениях, и ему кажется, что он скорее кончится, чем кончит. Антон его быстро переворачивает обратно на спину. Внутри всё жжёт от прохлады, но это совершенно точно приносит удовольствие, нежели дискомфорт, а когда горячий член Антона оказывается в нём, то последней мыслью у Арсения — смерть, а потом пустота. Член у Антона крупнее, и стенки горят от контраста, от увеличения размера, Арсений горит вместе с ними. Потом происходит что-то невообразимое. Антон погружает в него то свой член, то «мороженое»; то уже перестало быть обжигающе холодным, но, по сравнению с Антоном, оно было льдом. Всё правильно, на упаковке же написано «фруктовый лёд». Арсений уже не стонет, орёт, ему уже пофиг на соседей с их ребёнком, его мир сейчас заканчивается на его заднице, а точнее на том, что находится внутри. Антон громко дышит и в момент откидывает фаллоимитатор в сторону, начинает вбиваться сам. Арсений руками, которыми смял всю простынь к чертям, притягивает нависшего над ним Шастуна и прижимается к его припухшим губам. Шастун кончает первым, прямо в Арсения, с протяжным стоном, но по инерции ещё делает пару толчков. Не выходя из Арсения надрачивает ему, пока тот не кончает второй раз за этот вечер, а потом валится рядом. Дыхание сбито у обоих, ужасно хочется пить, потому что во рту всё пересохло, а ещё хочется в душ, потому что, кажется, от Арсения начинает пахнуть потом. Но так лень куда-либо вставать, тело не чувствуется совсем, только стенки горят, но это нормально. — Всё хорошо? — с придыханием спрашивает Антон. — Мг, — только и выдавливает из себя Арс. Антон знает его идеально, поэтому идёт за водой и возвращается ещё и с влажными салфетками. — Дурачина, ты кончил в меня, тут нужен душ, — беззлобно говорит Арсений, и улыбка сама по себе растекается по его лицу, как он по кровати. Антон минуту смотрит на него, будто бы что-то соображая, а потом уходит, возвращаясь только через минут десять, когда Арсений уже на грани сна. Он ничего не спрашивает, просто берёт Попова на руки и несёт в уже набранную ванну. — Я решил, что так будет лучше, отмокнешь, я тебя потом обратно утащу, — не даёт Арсению вставить и слова и уходит. Антон такой: заботливый, милый, нежный, тёплый и уютный. Антон самый лучший, и Арсений не понимает чем заслужил такого чудесного парня; он как-то сказал это Антону, тот ещё и обиделся, потому что "Арс, ты что дурак, зачем меня заслуживать, ты же сам не хуже, может даже и лучше, мы просто два лучших человечка, которые нашли друг друга". Антон заходит в ванну с горой постельного белья, кидает его в стиралку, но стирать не ставит, знает, что тогда напор воды будет хуже. Антон такой: он просто отнёс Арсения в ванну, а сам сменил постельное бельё, хотя Попов лежал, как бревно в то время, как Антон отдавал все силы. Он надел трусы, но зачем, ему без них лучше. — Антон, идём ко мне, — смотрит пристально снизу вверх и ждёт. Антон вымученно улыбается и кидает трусы в корзину для грязного белья, оказываясь за спиной Арсения. Целует плечи и затылок, шепчет нежности, и Арсений снова тает. — Не хочешь поехать через пару дней к моим родителям? — шепчет Арсений. Уже давно нужно было их познакомить.