enamored by you

      Много всего крутилось в голове Чонгука последние три недели.       Квиддич как раз были одним из этого. Он нервничал перед своим первым матчем в качестве капитана, не зная, насколько хорошими окажутся стратегии, которые он разработал со своей командой, в конечном итоге. К счастью, его товарищи — фантастические игроки, и именно они стали причиной того, что Когтевран выиграл свой первый матч.       Второе — это его учеба. Трансфигурация реально надрала ему задницу. Когда его группа работала над заклинанием по исчезновению мышей, при этом исчезнуть должна была только половина мыши. Чонгук всегда допускает ошибки, когда дело касается заклинаний с животными, ему не нравится использовать их в качестве подопытных. Хотя никто из них никогда не получал какие-то слишком серьёзные травмы, это всё равно пугало Чонгука все эти годы.       — Разве мы не жестоко обращаемся с животными? — застенчиво бормотал он своему соседу по парте на первом курсе, не зная, что в это время за его спиной стоит Гретингтон.       — У животных нет души, Чон, — сказал профессор, призывая Чонгука превратить порхающую бабочку в маленькой клетке в иголку.       «Но они все ещё живые. Они всё ещё чувствуют боль», — подумал парень про себя.       Наблюдая за тем, как другие студенты выполняют заклинание, не задумываясь, Чонгук решил, что, возможно, он просто такой наивный. Кроме того, животные (и насекомые) всегда возвращаются в свой прежний облик целыми и невредимыми.       Третье, о чём Чонгук думает в последнее время — это зимние каникулы. Уже через три недели он поедет домой к своей семье, с которыми не виделся с начала семестра. Чонгуку всегда нравятся поездки домой. Он скучает по готовке матери и по тому, как отец, возвращаясь с работы, слишком громко включает телевизор. Во время учебы в Хогвартсе Чонгуку часто не хватает такой простой домашней атмосферы.       Однако все эти думы быстро подавляются другой господствующей мыслью. Она настолько сильна, что Чонгук просто не может выбросить её из головы, как бы ни старался. И если бы эта мысль могла предстать в физическом обличии, то этот человек схватил бы его за горло, прижал к полу и душил, сладко хихикая и ярко улыбаясь, сверкая своими мягкими глазами и находя удовольствие в этой борьбе.       И, конечно же, этим человеком был Пак Чимин.       Чонгук уже дважды писал Хосоку с тех пор, как они встретились во время интервью для Athlete's Digest. Старший написал первый, и это письмо пришло уже на следующее утро после интервью. Он написал что-то похожее на то, что сказал тогда, объяснив, что хочет поддерживать связь и чаще списываться с Чонгуком, заявив, что хотел бы стать наставником, с которым можно поговорить о квиддиче, если младший хочет. Однако письмо закончилось тем, что Хосок сказал Чонгуку держать его в курсе всего, связанного с Чимином и что звездный охотник также может использовать Хосока как человека, перед которым можно выговориться.       По той же причине, по которой Чонгук изначально признался, что ему нравится Чимин, он пожал плечами и ответил Хосоку. В своём ответе Чон максимально кратко объяснил текущее состояние их отношений.       «Чимин совершенно бесстыдно флиртует, а я — нет. Чимин придумал причину проводить со мной каждый час. Он ведёт себя очаровательно со всеми, но со мной ещё более очаровательно. Что думаешь?»       Хосок ответил всего тремя предложениями: «Ты ему нравишься. Он тебе нравится. Сложи уже два плюс два».       Прочитав этот простой ответ Хосока, Чонгук уставился на пергамент, что от такого пристального взгляда в глазах начало мутнеть. Прежде чем он смог осознать, что сказал Хосок, Чонгук ответил, даже не задумываясь:       «Было бы намного проще общаться по телефону».       Не ожидая ответа на это, следующее письмо от Хосока пришло вместе с номером телефона.       Однажды днем, когда Чимин задержался на уроке, Чонгук оказался в классе магловедения. Несколько студентов сидели то тут, то там, листая ленты в социальных сетях на ноутбуках или играя в мобильные игры. Чонгук плюхнулся в одном из углов комнаты, где на полу разбросаны подушки рядом с книжной полкой с магловскими романами. Он вытащил из кармана телефон вместе с зарядным устройством и воткнул провод в розетку. Включив телефон, когтевранец открыл приложение с сообщениями и создал новый чат с Хосоком, уже добавив его контакт в тот момент, как получил последнее письмо.

Чон Чонгук

привет, Хосок

это Чонгук

я не знал, что у тебя есть телефон

Чон Хосок чонгук !! привет !! мой папа — магл, который ненавидит использовать сов для общения. честно говоря, телефоны, безусловно, более эффективны... волшебникам стоит иногда учиться у маглов как дела?       Чонгук растерялся от такого быстрого ответа. Переписываясь с Хосоком, он осознает, что написал ему, зная, что сейчас они будут говорить на определенную тему. Чон не обдумывал то, что старший сказал в последнем письме, не потому, что не мог, а потому что не хотел. И все же Чонгук отправился в класс магловедения, чтобы написать другу, как только появилась для этого свободная минутка. Он сделал это намеренно.

Чон Чонгук

я не знаю, как об этом говорить

Чон Хосок о чём? оу, о тебе с чимином?

Чон Чонгук

да

Чон Хосок просто выговорись. я обещаю, что никому не расскажу ( ◡‿◡ )       Что-то в этом странно успокаивающем смайлике придало Чонгуку силы следующий час продолжать диалог с Хосоком, и именно в это время он осознал то, что уже знал, но до сих пор даже не хотел затрагивать.       В тот день, когда Чонгук стоял в коридоре, ведущем к Башне Когтеврана, после того, как прошла встреча с Намджуном, а Чимин кружил вокруг него со своим знойным голосом, тем сам заставляя внутренности трепетать и таять, несмотря на то, что он уже привык к такому поведению старшего, у него хватило смелости ответить.       «Я тебе нравлюсь», — прямо сказал он Чимину.       Чонгук прозрел во время переписки с Хосоком, осознав, что он нравится старшему, и, возможно, Чон отвечает взаимностью. На протяжении всего этого времени слизеринец становился всё ближе и ближе, вытаскивая Чонгука из зоны комфорта. В начале семестра когтевранец едва мог смотреть ему в глаза, но сейчас, спустя всего лишь три месяца, он уже может отвечать Чимину с ухмылкой.       Однако в некоторые моменты Чонгук всё ещё стесняется. Да, Чимин по-прежнему влияет на него, и Чонгук не может остановить его, хотя, по сути, даже не пытался. Чимин всегда контролирует ситуацию: первым здоровается с Чонгуком, всегда первым приглашает куда-то и, конечно, первым прикасается. Он направляет в нужное русло их разговоры и взаимодействия, целенаправленно отводит в те места, которые могут взволновать Чонгука. Все это кажется запланированным, но по по итогу выходит очень легко и непринужденно.       И что, если Чонгук сделает то же самое в ответ?       Он позволял Чимину руководить в их отношениях, какими бы они ни были сейчас. Чонгук не возражает против этого, но при этом понимает, что если все же продолжит позволять доминировать над собой, то ему никогда не хватит смелости доминировать самому. Он никогда не сможет дать Чимину то, чего тот сейчас так очевидно ждеё и хочет.       В те разы, когда Чонгук смущал и волновал Пака, то никогда не делал это намеренно. Все происходило само собой, когда когтевранец даже не задумывался об этом в моменте. Возможно, Чонгуку всё же нужно меньше думать и просто плыть по течению.       И хотя он по-прежнему нервничает, все еще не уверен, Чон знает, что ему просто нужно сделать этот шаг. Хосок лично сказал ему об этом во время фотосессии.       В тот момент, стоя перед Чонгуком, Чимин пытался сохранить нейтральное выражение лица, но младший смог заметить, как глаза того на мгновение расширились, но затем снова быстро вернулись в прежнее спокойное состояние, как брови чуть приподнялись, но затем слегка нахмурились. Он как будто обдумывал ответ Чонгука и даже не знал, как на это реагировать.       — Долго же до тебя доходило, — сказал старший, но его голос слегка дрожал.       Чонгук, правда, изначально не догадывался и не понимал. Личность Чимина была для него настолько величественной, так что он воспринимал его действия как что-то соответствующее личности. И ведь Чон даже не знал старшего слишком хорошо до этого учебного года, поэтому и не понимал разницы между тем, как тот ведёт себя со всеми, и тем, как он ведёт себя с Чонгуком. Не помогло и то, что Чимин ведёт себя так же и с Тэхёном, своим лучшим другом. Чонгуку пришлось искать и обращать внимание, но конкретные детали между ним и Кимом, чтобы понять существующую разницу. И только в Хогсмиде весь пазл, наконец, сложился.       При этом Чонгук неосознанно отрицал это. Он знал, что Чимин открыт для большинства, но всё же никогда не задумывался об этом в отношении себя. Чонгук никогда не хотел романтических отношений, поэтому у него никогда их и не было. Он всегда был сосредоточен на учёбе и квиддиче, потому не знал, что из себя представляют романтические отношения и как их распознать. Парень знал лишь о драматичной влюбленности, которую испытывали к нему люди вроде участников Куки Клуба. Соответственно, Чонгук также никогда не испытывал влечения к кому-либо.       Конечно, он считает людей всех полов объективно красивыми, но никогда — субъективно. Чонгук встречал разные парочки и считает их милыми. Ему нравится романтика, а его любимые фильмы чаще всего это любовные истории, но он никогда не думал обо всем этом в контексте самого себя. Был всегда лишь сторонним наблюдателем и никогда не принимал участия, поэтому не мог понять, когда кто-то искренне заинтересован в нём. Чимин же вёл себя привычным образом, так что Чонгук не распознал его намерений.       Когтевранец также никогда раньше не думал о мужчине в таком плане, хотя и о девушке тоже не задумывался. Однако один из этих вариантов более распространен и принят в обществе, нежели другой, поэтому мысли о мужчине в этом ключе гораздо более неясные в сознании Чонгука. Большинство полагают, что когда у звёздного охотника в конце концов появится партнёр, то это будет девушка, просто потому, что это более традиционно. Чонгук думал так же.       А потом Чимин, словно бронированный поезд, протаранил эту стену из стереотипов, даже не раздумывая. И когда Чонгук осознал, что его физически влечёт к Паку, это стало ещё одной недостающей деталью головоломки, которая позволила его разуму раскрыться и осмыслить всё в подробностях.       И почему Чимин решил, что Чонгук когда-нибудь ответит ему взаимностью? Неужели он думал, что сможет повлиять на младшего? Пак настолько уверен в себе?       Мысль о том, что ему нравится Чимин, пугала Чонгука, когда он писал Хосоку, и пугает до сих пор. И все не потому, что предвзят или боится мнения окружающих. Это первый раз, когда Чонгук почувствовал, что на него влияет тот, кто ему нравится.       И это Пак Чимин, чёрт побери, что уже крайне пугающе!       Любые прошлые влюбленности или предложения были очень поверхностными и лишь оттолкнули Чонгука. Но Чимин никогда не давил на парня больше, чем тот мог выдержать, даже несмотря на то, что иногда Чон ходит по краю. Он никогда не намекал на то, что Чонгук должен реагировать и отвечать так, как того хочет от него Чимин. Когтевранец уверен, что если явно не захочет чего-то большего между ними, то Пак будет уважать это решение.       Но.       Чонгук хочет (что бы это ни было в конце). Он так долго боялся того, что это значит для него, но почему? Что такого парализующего в том, что Чонгук кому-то нравится и это чувство взаимно? Он не знает, куда по итогу это всё приведет и что это будет означать, когда они достигнут определенного этапа, но ему хотелось бы это выяснить.       И так как Чонгуку потребовалось достаточно времени, чтобы всё это осознать, возможно, ему никогда больше не следует затягивать.       — Это действительно заняло слишком много времени, — сказал Чонгук, и, должно быть, при этом выглядел не так, как обычно, потому что Чимин, похоже уже на грани того, чтобы позволить своему холодному выражению лица развалиться на куски. — И что же теперь? — поинтересовался Чон.       — Что ты имеешь в виду? — Чимин недовольно нахмурился, стараясь не выдать себя.       — Что ты хочешь от меня? — непринужденно спросил Чонгук, став более расслабленным теперь, когда он принял решение менять доминирование над собой. — Я могу нравиться тебе, и ты ничего с этим не делаешь. Или же ты можешь желать самых разных вещей. Так что из этого?       Чимин, приоткрыв рот от шока, издал притворный смешок. Чонгуку стало интересно, что слизеринец думает о его внезапной уверенности.       — Я не думаю, что кто-то может увлечься кем-то, не желая ничего от этого получить.       — Итак, чего же хочешь ты?       Глаза Чимина стали темнеть, и становится понятно, что он пытается сохранить свое доминирование, однако Чонгук не собирается позволять ему и дальше себя контролировать. Несмотря на то, что сердце когтевранца бешено колотится, он выдерживает взгляд Чимина и даже заставляет себя сделать шаг на встречу, сокращая расстояние между ними. От этого действия старший смутился и, ослабив взгляд, начал переводить его с лица Чонгука в сторону, на пол и, в конце концов, снова вверх. Чимин сглотнул и сделал шаг назад, но Чонгук последовал за ним, пока слизеринец не наткнулся на стену позади себя, на что младший лишь склонил голову, понимая, что заманил парня в ловушку. Сегодня как раз тот день, когда на Чимине нет обуви с высокой платформой, которая добавила бы ему роста, поэтому сейчас он выглядит маленьким по сравнению с Чонгуком, который носит массивные кроссовки.       Чимин раздраженно выдохнул и нервно усмехнулся.       — Мерлин, — прошептал он. Он посмотрел на него сквозь прикрытые веки. — Думаю, довольно ясно, чего я хочу.       Чонгук едва приподнял уголки губ в улыбке и мог поклясться, что взгляд Чимина дрожит.       — Недостаточно ясно.       Чонгук говорит серьёзно. И хотя он и понял, что нравится Чимину, но все ещё не знает, как именно. Хочет ли слизеринец с ним встречаться? Или быть друзьями с привилегиями? Чимин не похож на человека, склонного заводить серьёзные отношения, однако, возможно, ему нравится Чонгук больше, чем младший сам думает. Но чего именно хочет Чимин — неясно.       Оглядываясь назад, можно сказать, что Пак никогда не скрывал своих чувств, но сказал бы тот когда-нибудь о них открыто вслух, если бы Чонгук не догадался сам? Чимин всегда настаивал на том, чтобы когтевранец сказал первым. А что, если бы Чонгук так никогда бы и не признался?       — Я не буду уточнять, — сказал Чимин, внезапно удивив этим парня. Не такого ответа он ожидал. — Не скажу, пока ты мне не покажешь.       Показать ему? Показать ему что?       После такого неожиданного ответа бдительность Чонгука дрогнула настолько, что Чимин вновь обрёл уверенность. Он оттолкнулся от стены и прошел мимо Чона.       — Да, ты мне нравишься, — холодно признал он, и, услышав это из собственных уст Чимина, Чонгука пронзила какая-то волна. — Но нравлюсь ли я тебе?       Он повернулся боком, чтобы немного оказаться лицом к лицу с Чимином. Теперь, когда старший снова вернул своё привычное поведение, учтивое выражение лица Чонгука заколебалось, но Пак, казалось, этим не обеспокоен.       — Ты разобрался в моих чувствах, но ещё тебе предстоит полностью разобраться в себе, верно?       Чонгук не ответил. Он не может, когда Чимин так пристально смотрит на него.       — Как только ты это сделаешь и сможешь показать мне, что это так, тогда я покажу яснее то, чего я хочу. А до тех пор… — он затих с озорной ухмылкой. — Полагаю, мне придется стараться ещё больше.       — Стараться больше в чём? — Чонгук едва дышит.       Чимин подошёл к нему и нежно заправил прядь волос за ухо Чонгука, как будто тот какой-то любимый домашний питомец. Он надул губы и произнёс:       — В этом.       Чонгук вдруг подумал, что если Чимин сделает что-то большее, чем просто проведёт рукой по волосам, например, подойдёт немного ближе, то, возможно, Чон сможет показать ему свой ответ. Если бы он сделал первый шаг, то когтевранец смог бы найти в себе смелость ответить так, как этого ждёт старший.       Но Чонгук не смог. Он может смотреть Чимину в глаза, может переживать маленькие прикосновения, может говорить с ним более уверенно теперь, но для всего остального и большего ему нужна помощь.       Чон не заглядывал так далеко.       Чимин прав, ведь Чонгук ещё не разобрался в себе. Он знает, что чувствует к нему старший, знает, что его самого тянет к нему и что ему нравится Пак, но так ли это на самом деле? Неужели ему действительно нравится слизеринец больше, чем поверхностное определение этого слова? Да, он хочет этого, но не знает, как всё осуществить.       Когтевранец переосмыслил всё, когда Чимин мило улыбнулся ему и провёл пальцами по его волосам. Если бы он знал, чего на самом деле тот хочет от него, то, возможно, смог бы разобраться в себе, но не хочет так глупо подставляться, если окажется, что увлечение старшего это лишь что-то мимолетное.       Ведь такого не может быть, верно? Особенно, если Чимин полон решимости «стараться больше».       Нет, это не мимолетные чувства. За последние несколько месяцев Чимин стал близким другом даже до того, как они решили использовать этот ярлык «друзья». Чонгук проводил с ним больше времени, чем с кем бы то ни было, и именно Чимин стал инициатором их совместного времяпровождения. Когтевранец пережил с ним столько всего: они смеялись, плакали, говорили друг с другом о серьёзных вещах и многом другом. Чонгуку так хочется, чтобы слизеринец пришёл к нему, когда они не вместе. Он с нетерпением ждет времени, которое смогут провести вместе наедине. Чимин стал практически всем, что занимает мысли Чонгука.       Возможно, старший действительно нравится ему.       Чимин был прав. Чонгуку нужно сделать первый шаг, так как тот не собирается ничего предпринимать, пока не убедится, что младший согласен и готов. Это уважительно по отношению к Чонгуку и показывает, что Чимин настроен серьёзно.       Это определенно не что-то мимолетное.       Не успел он решить, что делать дальше, как в коридор со стороны Парадной лестницы вбежали двое младших учеников. Чонгук, не раздумывая, отпрыгнул от Чимина, и оба студента пристально посмотрели на него, пока проходили мимо них в Башню Когтеврана. Когда Чон мельком взглянул на старшего, ожидая увидеть, что тот разочарован тем, что младший сразу же отстранился в присутствии учеников, но вместо этого слизеринец ухмыляется.       — Знаешь, ты правда очарователен, — Чимин кивнул головой в сторону входа в башню и произнес: — «Приятных сновидений, Чонгук», — после чего развернулся и ушел, прежде чем Чон успел что-либо сказать или сделать.

⚡️

      Той ночью Чонгук переписывался с Хосоком под одеялом, пока его соседи по комнате спали. И снова был потрясен тем, как быстро отвечает друг.

Чон Чонгук

Я сделал это

Чон Хосок ТЫ СКАЗАЛ ЕМУ ЧТО ОН ТЕБЕ НРАВИТСЯ??!?!?

Чон Чонгук

нет

я сказал что нравлюсь ему

хотя он уже знал это

Чон Хосок можешь ли уточнить пожалуйстаааа

Чон Чонгук

он знает то, что я знаю, что я нравлюсь ему

и я вроде как дал понять, что он мне нравится в ТАКОМ плане, но…

Чон Хосок но что?

Чон Чонгук

он сказал мне, что не будет уточнять, чего он хочет от меня,

если я не сделаю этого первым

Чон Хосок ты не сказал ему, что он тебе нравится?

Чон Чонгук

нет??

Чон Хосок омг ты идиот

Чон Чонгук

я не знаю, как именно он мне нравится

Чон Хосок он тебе либо нравится, либо нет

Чон Чонгук

он нравится мне, но я не знаю КАК

Чон Хосок тебе нравится проводить с ним время?

Чон Чонгук

да

Чон Хосок ты скучаешь по нему, когда он уходит?

Чон Чонгук

возможно

Чон Хосок ты скучаешь у тебя возникает желание поцеловать его?       Чонгук замер. Несмотря на то, что он понимает, что его тянет к Чимину, до сих пор он не думал о том, чтобы как-то действовать в соответствии с этой информацией. Он видел Пака, когда тот присоединился к нему на утренней зарядке, и, разглядывая его тонкие, но подтянутые руки в кофте с короткими рукавами, подумал, что его раскрасневшееся лицо и зачёсанные волосы после пробежки по зеленому полю для квиддича должно быть похоже на то, как бы он выглядел в другой ситуации. В примерочной магазина в Хогсмиде, когда Чимин переодевался, Чонгук уже заметил его изгибы, тонкую талию с крепкими бёдрами, такое стройное, но всё ещё подкаченное тело. Он задумался о густых чёрных волосах, которые Чимин зачесывает назад пальцами в кольцах, о невероятных глазах, которые при улыбке превращаются в полумесяцы, о полных губах, по которым он проводит языком…       Блять.       Чонгук покачал головой, когда почувствовал, как лицо начинает теплеть и краснеть. Чон Хосок ответь на вопрос, джей кей

Чон Чонгук

я не знаю

Чон Хосок лжец

Чон Чонгук

когда он сказал мне, что я должен быть честен с ним,

чтобы он в ответ тоже был честен,

был момент, когда я хотел

всего секунду

Чон Хосок и?

Чон Чонгук

и ничего

Чон Хосок окееей мы вернемся к этому что значит быть честным?

Чон Чонгук

я тот, кто спросил тебя об этом

Чон Хосок я полагаю, что он хочет, чтобы ты сказал ему, что он тебе тоже нравится ЧТО ТЫ И ДОЛЖЕН БЫЛ СДЕЛАТЬ

Чон Чонгук

но я не знаю КАК !!

Чон Хосок омг мы ходим по кругу

Чон Чонгук

плиз, помоги

Чон Хосок я пытаюсь, но ты не облегчаешь мои старания

Чон Чонгук

окей и что если я буду с ним честен, то что тогда?

Чон Хосок тогда вы будете встречаться или что-то типа того?? это не так сложно

Чон Чонгук

что если чимин не хочет встречаться?

Чон Хосок эм, если опираться на то, что ты написал мне ранее о нём и на то, что ты написал в своём письме, то кажется будто он реально реально хочет

Чон Чонгук

ты так думаешь…?

Чон Хосок Иисус Христос ДА

Чон Чонгук

что если он хочет просто переспать или??

Чон Хосок что ТЫ хочешь, чонгук? похоже чимин хочет, чтобы ты сказал ему, чего хочешь именно ты

Чон Чонгук

кажется, ты не понял, что я сказал уже четыре раза

я не знаю, что я хочу

я никогда до этого не был в такой ситуации

Чон Хосок оно и видно

Чон Чонгук

:/

Чон Хосок мило что произошло после той секунды, когда «возможно» ты хотел его поцеловать, но не сделал этого?

Чон Чонгук

чимин сказал, что я милый

Чон Хосок я МЁРТВ послушай твои действия понятны. или ничего не делать, как это и было, или сделать что-то. ты сделал что-то сегодня и к чему это привело? к прогрессу, мой друг

Чон Чонгук

наверное

Чон Хосок для меня очевидно, что ты ему нравишься и он тебе нравится, и поэтому тебе следует делать то, что кажется правильным

Чон Чонгук

вот бы ты был здесь и сделал это вместо меня

ты когда-нибудь видел мультфильм с крысой,

которая контролировала шеф-повара,

чтобы тот мог хорошо готовить?

я бы хотел, чтобы ты был моей крысой T_T

Чон Хосок бро, из-за тебя я начал хрипеть просто скажи ему, что ты чувствуешь. или поцелуй его и займитесь диким сексом, я не знаю

Чон Чонгук

окей, спокойной ночи, хосок

Чон Хосок (*¯ ³¯*)♡       На следующее утро Чонгук уже стоит в вестибюле и держится за лямки своего рюкзака, посматривая на вход в Большой Зал, скрестив ноги.       — Что ты делаешь? — спросил Эллис и остановился, когда оглянувшись назад заметил, что Чонгук не следует за ним.       Несмотря на то, что Чимин не сидит или не здоровается с Чоном в Большом Зале, он всё ещё тут. Старший по-прежнему видит, как Чонгук заходит, и смотрит на него этими «спальными глазами» (данное описание Чонгук придумал только вчера вечером после того, как закончил переписываться с Хосоком, решив, что это идеально объясняет взгляд Чимина), и это влияет сильнее теперь, когда чувства к когтевранцу официально раскрыты. Он вскидывает брови и слегка ухмыляется, от чего Чонгук весь краснеет.       У младшего пересохло во рту, когда он вспомнил о решимости, которую проявил прошлой ночью. Чонгук понял, что ему нужно настоять на своем и дать Чимину попробовать собственное лекарство. Немного волнительно было наблюдать за тем, как Чимин опешил, когда Чон, переняв контроль на себя, прижал слизеринца к стене и наблюдал, как тот тревожно оглядывается по сторонам. Но Чонгук так легко оступился, когда Чимин вновь вернул свою уверенность.       — Я иду, — сказал он другу, покрепче сжимая лямки и проходя мимо Эллиса, чтобы войти в Большой Зал.       Стол Слизерина находится рядом со столом Когтеврана, поэтому Чонгук проходит мимо Чимина каждый день, направляясь к своему привычному месту. Проходя между столами, он уже краем глаза замечает старшего, который, как обычно, сидит на противоположном конце скамейки, прислонившись спиной к стене так, чтобы ему было видно всю комнату.       Точнее, чтобы он мог видеть Чонгука.       Младший не встретился с ним взглядом. На самом деле он даже не посмотрел на Чимина, проходя мимо, и просто устроился за своим столом, как обычно сев спиной к парню. Поэтому, не видя его реакции, он прошептал Минджуну, который сидит напротив него и уже завтракает:       — Чимин смотрит сюда? Будь незаметным.       Минджун вскинул на это свои идеальные брови, но всё же сделал то, о чём попросили.       — Как и всегда.       — Но как он смотрит? Улыбается? Дуется? Хмурится?       — У него такой влюбленный взгляд, — друг закатил глаза и вернулся к помешиванию чая, от которого пар поднимается вверх, словно клубы дыма. — Он всегда так смотрит в твой затылок.       — То есть он не смотрит как-то иначе? — Чонгук тут же поднимает руку и застенчиво почесывает упомянутый затылок.       — Нет. На самом деле он сегодня выглядит сексуальнее, чем обычно. Я уверен, что он нарушает школьный дресс-код.       Чонгук подавил желание развернуться и посмотреть своими глазами, как именно Чимин нарушает правила.       — Почему ты спрашиваешь? — сказал Эллис рядом с ним и уже хотел повернуться из-за собственного любопытства, но Чонгук успел схватить его за руку и остановить.       — Нет-нет, не оглядывайся, — поспешно проговорил он. Заметив озадаченный взгляд Эллиса, Чонгук убрал руку, не желая показаться чрезмерным. — Я не хочу, чтобы он знал, что я говорю о нём.       Чонгук не знает, чего ожидать от Чимина. Ещё накануне вечером он боялся, что, не ответив на вопрос Чимина о своих чувствах, тот разочаруется. Однако вместо этого слизеринец поклялся, что будет испытывать его ещё больше, и назвал милым.       Почему все называют Чонгука милым? Ему вот не кажется, что он ведёт себя мило.       — Что это между вами двумя? — спросил Минджун совершенно небрежно, но было видно, что его глаза всё же заинтересованно сверкают.       — Ничего.       Его соседи по комнате, в особенности Минджун, уже достаточно дразнили его из-за ложных предположений. Если бы они узнали, что их предположения, возможно, уже не такие уж и ложные, то Чонгук никогда бы не увидел конца всем этим поддразниваниям. Если уж он и Чимину не может признаться в своих чувствах, то рассказать об этом соседям по комнате и подавно. На данный момент Чонгук собирается продолжать отрицать и избегать всего, что они (Минджун) говорят. Привыкшие к неопределённым ответам охотника, Минджун лишь вздохнул и отпил свой напиток.       Но его глаза внезапно расширились, он осторожно опустил стакан и, выпрямившись, посмотрел на что-то позади Чонгука, радостно скаля зубы.       Чонгуку даже не нужно долго думать, чтобы догадаться, что… кто там.       — Доброе утро, — сказал Чимин.       Нет. Чимину не разрешено подходить к Чонгуку в Большом зале. По сути, он запретил ему это делать, когда слизеринец начал «охранять» Чонгука несколько недель назад. Единственным исключением было утро в Хогсмиде, но тогда всё было иначе. Чимин пришёл за младшим только тогда, когда они собирались отправляться в деревню. И пришёл он не для того, чтобы просто поболтать.       Чонгук никогда не хотел, чтобы Чимин общался со его соседями по комнате. Есть очень много причин, почему это не самая хорошая идея. И нет, это не потому, что он стесняется Чимина или что-то в этом роде. Просто его соседи очень неловкие, и Чон знает, что старший проглотит всё, что они скажут, из-за чего ситуация станет только хуже. Чимин весёлый и наслаждается самодовольством, и когтевранец уже чувствует, как тот прекрасно поладит с Минджуном.       Этого самый большой страх Чонгука.       — Ой! — Минджун ахнул так драматично, что Эллис фыркнул на это. — Доброе утро!       Чонгук почувствовал руку Чимина на своём плече, когда тот сел на скамейку рядом с ним и сказал:       — Не возражаешь, если я присяду?       Нет смысла спрашивать, когда ты уже это сделал.       Чонгук так сильно стиснул зубы, что кажется, будто сейчас потянет мышцы на щеках. Он медленно повернулся к Чимину и постарался произнести спокойно:       — Что ты делаешь, м?       Минджун был прав. Чимин сегодня действительно выглядит сексуальнее и это определенно не школьная форма: нет ни мантии, ни жилетки, ни свитера, ни галстука. Всё, что на нём сейчас есть, это белый пиджак с расстёгнутыми тремя верхними пуговицами, воротник также распахнут, обнажая острые ключицы с нежной кожей. Рукава закатаны до локтей, а на запястьях красуются серебряные браслеты. На шее висит двухслойная цепочка, подходящая к висячим серьгам. Всё это сочетается с разделенными на пробор и зачесанными назад волосами так, что лоб более открыт, чем обычно. И, похоже, он только что нанёс бальзам для губ, потому что его они идеально блестят.       Чонгук знает, что слизеринец сделал это намеренно. Абсолютно специально.       — Я просто пришёл посидеть с тобой, — легко ответил он, тепло улыбаясь, но Чонгук уже знает, что за этим милым личиком скрывается определённая цель. — И наконец официально познакомиться с твоими друзьями, помимо тех быстрых столкновений в коридорах, — он посмотрел на Минджуна и Эллиса, вежливо протягивая руку. — Привет, я Пак Чимин.       — Оу, мы знаем, — с энтузиазмом сказал Минджун, пожимая руку с обычной грацией, несмотря на своё нынешнее веселье. У него правда нет чувства стыда. — Я Ли Минджун.       — Эллис Фэйб.       Даже Эллис, который, как считал Чонгук, всегда будет на его стороне, сидит с весёлой ухмылкой, пожимая руку Чимина, но при этом поглядывая на Чона, явно наслаждаясь нынешней ситуацией.       Когтевранец лишь недоверчиво вздохнул.       Так вот что Чимин имел в виду, когда сказал, что будет стараться изо всех сил… однако Чонгук не думал, что тот затеял что-то подобное.       — Я могу уйти, если хочешь, — невинным голосом продолжил старший, опираясь локтем на стол и подпирая щёку ладонью. — Если ты правда не хочешь, чтобы я был здесь, просто скажи.       Чимин считает, что эти несколько слов — его туз в рукаве. Чонгук никогда не отказывал ему, как бы далеко он ни заходил. Когтевранец знает, что если хочет показать Чимину, что может взять бразды правления в свои руки, то нужно сделать что-то противоположное тому, что ждёт старший.       — Хорошо, — сказал Чонгук, пожав плечами и вскинув бровь. — Тогда уходи.       Чимин моргнул. Очевидно, что такой ход Чона сработал, поскольку парень перед ним колеблется, не зная, как отреагировать. Он и не думал, что когда-нибудь услышит от Чонгука такое.       — Прошу прощения?       — Я сказал: иди, — Чонгук слегка отмахнулся его, как будто он едва ли стоит такой суеты. — Я не хочу, чтобы ты сидел здесь, так что вернись к своему столу, — затем младший сладко улыбнулся, когда Чимин даже не пошевелился, и сделал то же самое двусмысленное выражение лица, что и слизеринец мгновение назад. — Но мы ещё увидимся позже, да?       Когда в примерочной ранее Чимин сказал, что когтевранец может уйти, если захочет и когда захочет, Чонгук расценил это как заботу. Старший увидел неуверенность в парне раньше, чем тот сам понял. С каждой минутой, проведенной вместе, Пак внимательно и осторожно вёл себя, не забывая о комфорте и границах.       Но сейчас, когда Чимин сидит среди соседей Чонгука, он не чувствует себя неловко. Ведь понимает, что то, что делает Пак, похоже на игру, и потому, наконец, он решается подыграть. В противном случае старший продолжит контролировать ход игры, так что Чонгуку нужно самому сделать шаг.       Слизеринец какое-то время просто смотрит на него с открытым ртом, проводя языком по зубам. Он не выглядит злым, расстроенным или обиженным. Он выглядит впечатлённым.       Чонгук отвернулся от него.       — Хорошо, — наконец сказал Чимин и начал вставать. — Минджун, Эллис, не хотите ли вы присоединиться ко мне за столом Слизерина? Обещаю, мы не кусаемся.       Чонгук поперхнулся бы, если бы у него во рту была еда. Он повернул голову и уставился на Чимина, не в силах сохранять спокойное выражение лица из-за этого неожиданного поступка.       — Ты серьёзно? — спросил Минджун, уже поднимаясь со своего места.       — Минджун! — воскликнул полушепотом Чонгук, стреляя молниями.       — Ты мне не друг, если скажешь мне не идти, — полушепотом ответил Ли и, забыв о чае, пошел обходить стол Когтеврана, чтобы добраться до Слизерина.       — Не смей, — Чонгук повернулся ко второму.       Эллис замешкался, но затем взглянул на Чимина, а потом на Минджуна, который уже быстро перебрался на другую сторону.       — Давай, Эллис!— позвал друг.       — Прости, Чонгук, но я не могу оставить Минджуна одного. Я буду модератором! Да, прослежу, чтобы он не сделал и не сказал ничего плохого.       Эллис неравнодушен к Минджуну, хотя и яро отрицает это, когда разговор заходит о них двоих. В такие моменты Чонгук действительно понимает, в чём заключается преданность его друга.       — Прекрасно, — Чонгук ошарашенно смотрит, как Эллис уходит, а Чимин, поймав его взгляд, ухмыляется. И это такая красивая ухмылка, что Чону пришлось вспомнить, что на самом деле это ухмылка змеи. Слизеринец просто покачал головой и провёл рукой по волосам младшего, как сделал это накануне вечером.       Он мысленно выругал себя, когда по его коже пробежали мурашки от нежного прикосновения Чимина.                          Чонгук не собирался унижать своё достоинство, передвигаясь на противоположный край стола только для того, чтобы следить за Чимином и его друзьями, хотя и подумывал об этом. Вместо этого он остался сидеть на своём месте, спиной к ним, беспокойно подергивая ногой и гадая, о чём они разговаривают.       Другой его сосед по комнате, Чарли, пришёл прямо перед окончанием завтрака и съел оставшиеся яйца и шоколадные круассаны. Он был слишком занят, набивая едой свои толстые щёки, так что ему потребовалось целых шесть минут, чтобы хотя бы заметить, что здесь сидит лишь Чонгук.              — Где все? — спросил он, тяжело сглотнув и осмотрев стол. — Адриан всё ещё в комнате, но я думал, что остальные уже ушли сюда?       Чонгук указал большим пальцем себе за плечо.       — Что они делают там с Чимином? И почему ты не с ними? — Чарли потёр глаза, пытаясь осмыслить увиденное.       — Потому что они дураки, а я не хочу быть свидетелем такого дурачества.       Чарли разразился смехом, но охотник проигнорировал его.       — Чёрт, — усмехнулся Чарли. — Можно и мне пойти?       — Нет.       Он надулся, схватил ещё один круассан и оторвал зубами ещё кусок. По крайней мере, на Чарли когтевранец может положиться.       Когда завтрак закончился, Чонгук не стал смотреть на Чимина и своих соседей, не желая доставлять первому удовольствие. Он вышел из Большого зала как ни в чем не бывало и направился к кабинету на урок трансфигурации, и это первое занятие за сегодня.       Исчезающие заклинания сейчас гораздо важнее.       К сожалению, он учится с Минджуном и Эллисом в одном классе, поскольку этот урок для пятого курса Когтеврана (и Гриффиндора). Однако партнершей Чонгука по парте была однокурсница по имени Ханна, которая никогда не разговаривает с ним, помимо тех случаев, когда им нужно выполнять парное задание. Минджун и Эллис сидят за столом позади него, и первый час сдвоенного занятия был лекцией, поэтому они не могли шептаться с ним о том, о чём болтали с Чимином.       Минджун попытался, но Гретингтон очень быстро его заткнул.       Во второй половине урока была практика, и весь класс стоял и непринужденно работал, совершенствуя исчезающие заклинания. Это, к сожалению, позволяет студентам разговаривать во время работы, а значит, Минджун и Эллис могут всё рассказать.       Ханна держалась особняком, и Чонгуку стало интересно, шепчется ли она со своими подругами в свободное время о том, о чём болтают Чонгук и его друзья, несмотря на её молчаливое спокойствие во время урока.       — Чимин такой очаровашка, — продолжил Минджун, без особого труда применяя заклинание, чтобы мышь исчезла из клетки и возвратилась обратно. — Все это знают, но быть получателем его внимания? — Минджун мечтательно положил руку на сердце. — Как ты справляешься, Чонгук?       Я не справляюсь.       — Я слышу жужжание жука или что-то в этом роде? Хм, — Чонгук сосредоточился на своей мышке и направил палочку.       Минджун бросил на него недовольный взгляд, когда Чон взмахнул палочкой, и мышь, к счастью, исчезла целиком. Для этого потребовалось немного практики, но в конце концов, он освоил это заклинание.       — Почему ты не хотел, чтобы Чимин сидел с нами? — спросил Эллис, всё ещё сидя в кресле. Гретингтон прошел мимо, и он тут же выпрямился и начал вести себя так, словно работает со своей мышкой. Когда тот ушёл, чтобы проверить другой стол, Эллис снова развалился. — Ты же везде с ним.       Как Чонгук может объяснить причину, но при этом не выглядеть придурком? Для них все это не имеет смысла, поэтому он расскажет то, что прокатит.       — Ты знаешь, что я... застенчивый.       — Ох, дорогой, — Минджун скорчил милую гримасу. — С нами тебе не нужно стесняться Чимина! Эллис, разве это не мило?       — Конечно?       — Чонгук, — начал Минджун, подходя к нему и кладя руки на плечи, будто собирается сказать что-то важное. — Мы всегда здесь для тебя. Мы твои друзья. Я знаю, что часто дразню тебя, но, судя по тому, что произошло этим утром, становится ясно, что всё это время я был прав насчёт вас двоих.              Чонгук вздохнул и оттолкнул от себя Минджуна, а Эллис сдержал смех.       — Знаешь, Чимин не сказал ничего особенного, — заговорил Эллис после того, как успокоился.       — Что ты имеешь в виду? — Чонгук едва наклонил к нему голову.       — Он просто спрашивал о тебе. Обыденные вещи: ложишься спать рано или поздно, предпочитаешь яичницу-глазунью или другое, принимаешь душ ночью или утром.       — Это было очень по-домашнему, — добавил Минджун с понимающей ухмылкой.       Это не тот разговор, который он представлял между Чимином и его соседями по комнате, но в результате Минджун все равно ухмыляется, так что это по-прежнему проигрыш.

⚡️

      Вместо того, чтобы пойти в библиотеку и, как обычно, поработать там перед ужином, сегодня он пошёл туда только для того, чтобы оставить записку Чимину, который всё ещё был на уроке по заклинаниям, и вернуться заниматься в гостиную Когтеврана.       В записке было одно слово: наказание.       Чимин должен понять, что если он сделает что-то подобное тому, что было утром, то Чонгук отныне отреагирует на это соответствующим образом.       Несмотря на то, что Чон немного зол на старшего, когтевранец поймал себя на том, что улыбается, думая обо всём этом.       Чонгук понял, что слизеринец своим поступком показал, что не собирается отступать, несмотря на нерешительность младшего. Он уже говорил, что никуда не уйдёт, и, возможно, таким способом доказывает, что будет ждать.       Хотя, впрочем, таким методом он мог намекнуть, чтобы Чонгук поторопился.       А как Чон может показать Чимину, чего он хочет? Конечно, может просто подойти и сказать, но, кажется, это не то, чего от него ждёт старший.       За последние три месяца Чимин никак не признавался словесно. Он показывал свои чувства, будь то посредством флирта или искренних разговоров, но младшему потребовалось некоторое время, чтобы распознать это. Основная причина, по которой Чонгуку потребовалось так много времени, чтобы всё осознать, заключалась в том, что Чимин был не просто обаятельным или милосердным.       Он выражал свои чувства.       Выражал их соблазнительной улыбкой или мягким взглядом, нежными касаниями пальцев или взмахом руки. Он притянул к себе Чонгука, как гравитация, и заставлял ходить по краю, никогда не зная, что слизеринец сделает дальше.       Чимин выражал свои чувства к младшему. И эти чувства подобны наклейкам, которые располагались на груди и которые проникали так глубоко. Но только сейчас он понял, что многие наклейки Чимина были полностью для него.       Однако в случае Чонгука всё наоборот.       Он умеет скрывать свои чувства, и у него не было опыта для их проявления. И если уж Чон не одарен тем, чтобы уметь выражаться словами, то выражаться через действия и подавно.       Да, он может притворяться, совершать свои маленькие доминантные фокусы, но это немного сложно, потому что подобное неестественно для него. Не его привычный стиль поведения. Хотя, признаться честно, ему нравится видеть, как Чимин замирает от внезапных поступков Чонгука. Он в восторге от того, как меняется динамика между ними, хоть и на короткие мгновения.       Но всё рушится в тот момент, когда Чимин снова берёт верх.       Накануне вечером он действовал под воздействием чего-то вроде адреналина, но теперь, когда Чонгук может спокойно поразмыслить над ситуацией, ему трудно понять, как именно он должен действовать дальше и добиться того, чего хочет. Как когтевранец может открыть и показать свои чувства Чимину, если так легко распадается рядом с ним на кусочки? Ему нужно быть собранным, чтобы показать все свои эмоции.       Пока Чонгук размышлял об этом, к нему подошел студент и сказал, что Намджун ждёт снаружи и хочет поговорить.       В замешательстве Чон сразу же направился к выходу из гостиной, ведь аврор точно так же звал его накануне. Кажется, стоило уточнить у ученика подробнее.       Что ж… конечно, это не Намджун, а Чимин.       Увидев слизеринца, Чонгук тут же развернулся, не зная, что ему и сказать. Он не готов пока дать ответ и боится, что если проведёт хотя бы минуту со старшим, то Чимин обведёт его вокруг пальца, и из-за этого не сможет здраво думать.       Но старший тут же бросается вперёд и хватает за руку, удерживая на месте.       — Подожди-подожди, — настаивает, обхватив Чонгука двумя руками. Они так и стоят на месте, пока Чимин говорит: —Ты ведь не сердишься на меня? — он смотрит уязвимо, в его глазах мелькает беспокойство, и это настолько шокирует Чонгука, что он даже забыл снова развернуться в сторону гостиной.       — С чего бы мне сердиться?       — Из-за вчерашней ночи? Сегодняшнего утра? Я… я волновался, что для тебя это слишком, — его голос тихий, и Чонгук видит, как Чимин искренне обеспокоен тем, что когтевранец может расстроиться из-за него.       Он положил руку на руки слизеринца, чтобы тот отпустил его. Чимин неохотно согласился и всё же медленно опустил руки, отступая назад. Он словно боится, что если отпустит, то Чонгук убежит от него.       — Да, утром было слишком, — с наигранным хладнокровием признался Чонгук, пытаясь весело разбавить напряженную обстановку. Однако лицо Чимина только больше нахмурилось от беспокойства, а не ярко засветилось, как обычно, напугав этим младшего. Он отвёл взгляд и сказал более серьёзно: — Но не вчера ночью.       Чимин просто уставился на него, и в его глазах не было ни игривости, ни веселья. Именно тогда Чонгук понял, насколько серьёзно, должно быть, относится к нему Пак, раз он так беспокоится о любых незначительных действиях, которые могут расстроить младшего. Раньше Чимин никогда не выражал подобного беспокойства, но сейчас своими действиями слизеринец показывает более глубокое определение своим чувствам к Чонгуку. Он уже говорил старшему, что тот недостаточно ясно дал понять, чего именно хочет от их отношений, однако вот этот короткий, но такой важный момент даёт какие-то новые и более ясные подсказки.       — Я не злюсь, — мягко отвечает Чонгук, желая убедиться, что Чимин правда правильно понял его. — Ты сказал, что будешь стараться ещё больше, и я решил подыграть. Ты не хочешь этого?       Чимин озадаченно взглянул на парня, но затем в его глазах мелькнуло что-то более радостное. И Чонгуку это показалось таким очаровательным.       — Это твой способ раскрыться мне? — спросил он и внезапно расхохотался, откинув голову назад. Вот, наконец, и появился этот ликующий Чимин, которого Чонгук хорошо знает. — То есть вот почему ты вдруг стал таким уверенным в себе и всё такое? Ох, как мило.       Чонгук скрестил руки на груди и пробормотал:       — Я не милый.       — Милый прямо сейчас, — Чимин лишь усмехнулся и ухмыльнулся.       — Если уж на то пошло, то это ты милашка.       — Оу, правда? Как? — Чимин вскинул брови.       Старший лишь пытался подшутить, но Чонгук с лёгкостью поддался.       — Когда ты не ведёшь себя… вот так, — он махнул рукой в его сторону так, будто это объяснит его мысли, — то ты вполне… добропорядочный.       Чимин наклонил голову.              Как Чонгук может это объяснить? Каким бы очаровательным и соблазнительным ни был Чимин, он всё ещё милый. На самом деле другого слова для описания не нашлось. Интересно, думает ли Чимин так же и о нем?       — А это добропорядочно? — Чимин шагает ближе к парню, при этом посматривая своим фирменным взглядом, который так легко очаровывает. Чонгук мгновенно перенесся в прошлый вечер, где они так же стояли в коридоре близко друг к другу. — Мило?       Если и существует какой-то идеальный момент, чтобы подыграть, то это вот и он. Сейчас, когда искреннее беспокойство Чимина наконец исчезло.       — А как насчёт этого? — Чонгук посмотрел на него, пытаясь повторить такой взгляд.       — Безусловно мило, — Чимин лишь расплылся в улыбке.       Чонгук надулся, заставив старшего ещё больше рассмеяться, но он не хочет этого. Если сейчас Чимин воспринимает напористые действия Чона как что-то милое, то он и дальше будет так думать.       Потому Чонгук сказал:       — Если бы я показал тебе то, что ты хочешь, то это было бы уже не так мило.       Услышав серьёзность в искреннем и тихом тоне Чонгука, слизеринец перестал смеяться и внимательно посмотрел на него.       — Что ж, так как я этого всё ещё не видел, то довольно трудно поверить, — он пытался быть не жестоким в своих словах, а наоборот — побуждающим.       Чонгук не знает, как показать то, чего он хочет. Ведь всё, что сейчас происходит, нельзя осознать за один день. Он понял до конца, что нравится Чимину, только в последние несколько недель, и хотя Чонгук при этом понимает, что может сам испытывать те же чувства, все сейчас происходит слишком быстро, чтобы успевать угнаться. Чон резко перешёл от вопроса «можно ли вообще считать Чимина своим другом» к вопросу «хочу ли я его поцеловать». Если под фразой «стараться ещё больше» слизеринец подразумевал то, что попытается подтолкнуть его к определённому ответу, то окей. Возможно, это правда поможет.       — Тогда продолжай стараться, — сказал Чонгук в ответ, бросив на него понимающий взгляд, как будто это приглашение.       Чимин огляделся вокруг: и хотя коридор сейчас пуст, так как все затаились где-то перед ужином, который начнется через полчаса, случайные люди всё ещё проходят тут.       — Ты хочешь, чтобы я сделал это здесь?       — Ну…       — Разве ты не предпочитаешь уединение? — Чимин подошёл ближе, не скрывая улыбки. Он протянул руку и коснулся пальцами запястья Чонгука. — Может, пойдём в более уединённое место?       Чонгук почувствовал, как после этих слов у него забилось сердце, а дыхание стало неровным, но он всё равно остался на месте, не отступая назад.       — Ты хорош, признаю.       — Я знаю, — Чимин подмигнул.       Так вблизи когтевранец может рассмотреть мельчайшие детали на коже старшего, которые обычно незаметны. Благодаря этому неземная красота Чимина кажется ему более земной, и внезапно захотелось провести большим пальцем по его щеке.       — Просто… оставь это между нами, — серьёзно сказал Чонгук, отойдя немного, чтобы было удобнее говорить. — Не так, как сегодня утром. Да, было весело и всё такое, но я, правда, не хочу вовлекать в это своих соседей по комнате.       Видя искреннее желание и просьбу Чонгука, Чимин мягко кивнул в знак понимания.       — Я только за.       Краем глаза Чонгук увидел, что кто-то идёт по коридору в сторону гостиной Когтеврана. Когда они подошли ближе, он увидел, что это Адриан. Тот взглянул на Чонгука и Чимина и закатил глаза с насмешкой, даже не скрывая своего презрения и проходя мимо них в гостиную.       — Ладно, если без шуток, — прошептал Чимин, странно поглядывая на затылок Адриана, — то он, должно быть, упал на голову в детстве, раз ты так ему не нравишься.       — Эй, прекрати, — смущенно смеясь, попытался он.       — Как он живёт с тобой, если его это так раздражает? Спроси его, не хочет ли он поменяться местами, потому что я с радостью поменяюсь с ним.       Чонгук легонько шлёпнул Чимина по руке, сдерживая улыбку.       Мгновение спустя по коридору прошла Джина, и улыбка Чонгука померкла.       Слишком уж совпало то, что Адриан появился прямо перед ней.       — Чонгук! — воскликнула она, подскочив к нему с широкой улыбкой. — Как твои де..?       — До свидания, Джина, — Чимин оборвал её, даже не дав договорить. Он схватил девушку за плечи и развернул обратно, подтолкнув ко входу в Башню Когтеврана. Джина слишком маленькая, чтобы успешно сопротивляться, однако она попыталась.       — Чимин! Отстань от…       Дверь в гостиную Когтеврана открылась, и оттуда вышло несколько учеников, благодаря чему Чимину было намного легче затолкать Джину туда, не беспокоясь об ответе на вопрос, который необходим для входа. Он хлопнул в ладоши, словно стряхивая их после тяжелой работы. Оказавшись за линией входа, Джина выхватила палочку и наслала на Чимина «Проклятье желейных ног», нагло ухмыляясь, когда его ноги подкосились, и он упал лицом на каменный пол. Пак выругался, когда студентка закрыла дверь, не дожидаясь его ответа.       Чонгук не мог не рассмеяться над затруднительным положением слизеринца, но всё же подошёл к нему, чтобы помочь подняться. Эффект от заклинания ещё не прошёл, поэтому он снова чуть не упал, когда попытался встать, но Чонгук был рядом и успел подхватить его, хихикнув.       — Разве тебя не беспокоили эти двое? — пробормотал Чимин, встав на ноги и потирая бёдра. — Что-то произошло?       Чонгук покачал головой. Он не думал об Адриане и Джине с тех пор, как заметил их переглядки в Хогсмиде. До сих пор у него не было причин думать об этом, но сейчас, увидев, как они входят в гостиную, причем оба по одному и всего за несколько мгновений друг от друга, кажется немного подозрительным.       — Кто знает, — вздохнул Чонгук. — Честно говоря, мне всё равно.       И это правда так. Поначалу было странно, но сейчас, стоя перед Чимином, он понял, что вряд ли стоило об этом думать в первую очередь, особенно когда есть кто-то более важный, на ком можно сосредоточиться.       В кармане брюк Чонгука завибрировал телефон, прерывая его мыслительный процесс.       До сих пор Чон никогда не носил с собой телефон в Хогвартсе. Он всегда оставлял в его комнате, в ящике прикроватной тумбочки, и почти никогда им не пользовался, если только для связи с родителями, чтобы не писать по почте. Чонгук также берёт его с собой, когда уходит из школы, но, находясь внутри, нет смысла таскать его. Однако теперь он часто переписывается с Хосоком, потому всегда держит телефон при себе, готовый ответить на любое сообщение.       Чимин заинтересованно заглянул в него, пытаясь разглядеть экран, но Чонгук быстро прижал его к своей груди.       — Что-то скрываешь? — поддразнил Чимин, снова пытаясь рассмотреть что-то на экране. Но Чонгук крепко прижимает его к себе, пятясь ко входу в Башню.       — Куда это ты идёшь?       — Извини, но никто из другого факультета не может войти, — Чонгук смущенно улыбнулся.       Он врезался в дверь без ручки, но молоточек в виде орла, красующийся в центре, сказал:       — Пароль.       — Э-ТО, — Чонгук быстро ответил на загадку и поспешил внутрь, пока Чимин не успел задать ему ещё вопросы.       Уловив растерянное выражение лица слизеринца, когда дверь закрылась за ним, Чонгук огляделся вокруг и устроился в ближайшем кресле. Чон Хосок расскажи новости

Чон Чонгук

ещё не прошло даже 24 часов с нашего последнего разговора

Чон Хосок у тебя есть новости или нет?

Чон Чонгук

(-_-;) …

вроде как

Чон Хосок я ждууу ты моя ежедневная доза веселья, джей кей

Чон Чонгук

это поэтому ты так быстро отвечаешь?

разве ты не занят?

Чон Хосок ты знаешь, что я не играю, если нет матча, который даже не каждую неделю, и я не тренируюсь каждую секунду, так что не так сильно занят, как ты думаешь

Чон Чонгук

. . .

это сложно объяснить

это похоже на то, будто мы играем в игру

Чон Хосок весёлая игра?

Чон Чонгук

иногда веселая, иногда пугающая

Чон Хосок но пугающая в хорошем смысле, так?

Чон Чонгук

да (х_х)

Чон Хосок вы уже поцеловались?

Чон Чонгук

НЕТ

Чон Хосок ахахаха успокойся какую игру ты имеешь в виду?

Чон Чонгук

окей, я думаю что чимин всегда играл в игру, но теперь присоединился я, когда заметил, что этот слизеринец играет, не прочитав правила

Чон Хосок окей… ты хороший игрок?

Чон Чонгук

блять, нет!

Чон Хосок влладпдатлул

Чон Чонгук

я пытаюсь.

я играл прошлой ночью и немного сегодня,

но чимин просто выигрывает

Чон Хосок как он может выигрывать, если игра ещё даже не окончена? или будет ли она когда-нибудь закончена?

Чон Чонгук

то есть получается, теперь я должен жить в той ситуации,

когда чимин может сводить меня с ума,

хотя мне при этом нужно потратить все свои усилия,

чтобы сделать тоже самое с ним?

Чон Хосок сделай шаг к нему, и, возможно, ты выиграешь раунд

Чон Чонгук

ты знаешь, что я не могу сделать этого

Чон Хосок а тебе лучше бы сделать это, так как ПОХОЖЕ на то, что он хочет от тебя этого сколько ещё я буду говорить тебе это и сколько ещё ты не будешь этого делать?

Чон Чонгук

хосок, мы переписываемся типа только 3 недели

Чон Хосок да и пройдёт ещё 3 недели, где мы ходим по кругу в наших сообщениях, если ты не сделаешь шаг

Чон Чонгук

я собираюсь.

вечером.

Чон Хосок оууу, ты обозначил период уф! просто думай о том, что я сказал, джей кей

Чон Чонгук

(буду Т_Т)

      Так Чонгук и размышляет о том, что ему сказал Хосок. На самом деле это всё, о чем он думает в последнее время. Дни идут, а Чимин продолжает нагло флиртовать, и даже больше, чем до этого, а поскольку Чонгук подвергается влиянию слизеринца, ему всё труднее скрывать это и сдерживаться. Если в начале года он словно ходил по краю горного обрыва, то теперь же он свисает с него, держась за веревку, нити которой потихоньку обрываются. С каждым днем ​​веревка ослабевает, и с каждым днем ​​Чонгук всё ближе к падению.       Он слаб. Он с трудом держится за неё, но отказывается отпускать. Сплошная головоломка.       Хосок и Чимин были правы. Хотя он логически понимает, каким будет его ответ, сейчас Чонгук нерационален. Вот что с ним делают тревога и страх. Из-за них человек принимает нерациональные решения, даже если его разум твердит обратное. Именно это удерживает Чонгука от каких-либо действий, потому что даже если он понимает и чувствует всем своим существом, что действительно хочет Чимина и действительно хочет начать действовать в соответствии с этими чувствами, то его разум просто не позволяет. Каждый раз, когда когтевранец задумывается об этом, его сердце начинает колотиться, а во рту пересыхает, и по итогу он просто не может пошевелиться.       Но Чимин настаивает.       Ох, вот именно из-за него Чонгуку трудно оставаться спокойным.       Ещё одна причина, по которой Чонгук до сих пор не сделал своего шага, заключается в том, что просто никогда не находилось подходящего момента. Они всегда на людях, на виду у посторонних любопытных глаз. Единственные моменты, когда они остаются вдвоём — это редкие ранние утренние пробежки вокруг стадиона, но парни не единственные, кто тренируется на поле, и в большинстве случаев там бывают и другие люди. Просто нет нормального места, где можно остаться с Чимином наедине, по-настоящему наедине, где никто им не помешает и не ворвётся.       Не считая Выручай-комнаты.       Чонгук уже давно там не был, с самого Хэллоуина. И дело не в том, что он не хочет идти, просто нет причин. Маленькая уютная комнатка, которая появлялась для него и Чимина, используется в качестве убежища в первую очередь для Чонгука после смерти Марины. Первые несколько недель у него были проблемы со сном: он начинал видеть мертвое тело девушки всякий раз, когда закрывал глаза. Однако в Выручай-комнате, на мягкой кровати с окнами, пропускающими лучи солнца, где никто, кроме Чимина, не может его найти, он хорошо высыпался.       Но эти кошмары, к удивлению Чонгука, прекратились слишком быстро. Он был рад избавиться от них, но отчасти почему-то чувствовал вину за то, что пережитый ужас не нанёс более длительную травму. Когда он думает об этом таким образом, то звучит как-то эгоистично и странно, но ведь Чонгук никогда не видел чего-то настолько ужасного до этого, потому ему кажется странным, что подобное не отложилось в голове на более длительный период времени.       Чонгук всегда может пойти туда, но если он будет там с Чимином, то у него не будет оправданий, и это пугает, поэтому Парень просто избегает Выручай-комнату.       И так продолжается уже чуть больше недели.       Чонгук беспокоился, что за то время, пока он отсутствовал, в комнате что-то изменится, с тех пор, как они с Чимином были там несколько раз. Однако, к счастью, всё осталось как прежде.       Маленькая комнатка, как и всегда, выглядит очень комфортабельно и уютно: в углу стоит низкая кровать с кучей подушек и одеял, на красивых полках висят гирлянды, которые также тянутся вдоль стен, а через окна виден пейзаж, который на самом деле фальшивый, но кажется таким же реальным, как и территория снаружи. Однако всё же есть небольшая разница: вместо двух стульев в одном углу, тех самых, на которых Чимин уснул, когда впервые привёл сюда Чонгука после смерти Марины, стоит диван кремового цвета. Он стоит прямо напротив окна, сквозь стекло которого видно мираж солнца над цветущей луговой долиной.       Чонгук подошёл к окну и попытался отворить его, удивившись, когда оно открылось. Дунул тёплый ветерок, развевая льняные шторы, закрепленные по бокам. Когтевранец закрыл глаза, вдыхая сладкий цветочный аромат, который доносится с луга, а разогретый воздух согревал его кожу. Всё это кажется таким реальным, что на мгновение он думает, что это правда.       Сейчас Чонгук пришёл в Выручай-комнату не потому, что хочет исчезнуть на каком-нибудь пустом лугу, а с намерением побыть одному. Он устал, но ему нужно сделать домашнюю работу, и это место подходит для полного уединения, не считая холодного пустого класса или тёмной раздевалки на квиддичном поле.       Единственный недостаток Хогвартса в том, что никто не остается наедине с собой. Студенты спят в общих спальнях, вместе едят и ходят на занятия. И это худший кошмар для интроверта, хотя обычно такое никогда не беспокоит Чонгука, но так бывает до тех пор, пока у него не появляются те редкие моменты, когда ему просто отчаянно нужен перерыв.       Он сел на диван и скинул рюкзак, облокотившись спиной на подлокотник и подминая под собой одну ногу, а другую свесив с края. Чонгук чуть наклонился вперёд и стал читать учебник по трансфигурации, который лежит на подушках дивана. Он планировал посвятить субботний день подготовке к предстоящему экзамену, который состоится в конце первого семестра, но в итоге просто решил использовать своё копировальное перо, чтобы оно вставляло нужные отрывки сразу на пергамент, не переписывая самому от руки. Заниматься таким, кажется, бессмысленно, поскольку это не отличается от подчеркивания, но он решил, что если будет читать и писать одни и те же фрагменты снова и снова, то что-то из этого и запомнится.       Кроме того, он слишком измотан, чтобы нормально учиться. И измучился Чонгук из-за Чимина. И, естественно, он знает, что сам в этом виноват.       Из-за самоуверенных выходок слизеринца на протяжении последней недели Чону все труднее было держать себя в руках на публике. Старший больше не делал ничего подобного тому, что он вытворял за столом Когтеврана с друзьями Чонгука, но определённо начал стараться больше, когда им удавалось оставаться наедине. Именно такие мелочи и стали решающим фактором.       Однажды в библиотеке Чимин последовал за Чонгуком в пустой ряд и прижался к его спине, потянувшись через плечо за книгой, которая ему определенно не была нужна, прошептал «прошу прощения», а его горячее дыхание щекотало шею Чонгука. Когда они шли вместе по коридорам, слизеринец почти всегда прикасался к нему, будь то рукой, переброшенная через руку Чонгука, или же сжимая мантию на спине, словно озорной ребенок, чтобы его вели куда-то. Теперь он говорит более открыто, делая комплименты глазам, губам и волосам когтевранца. И комплименты не только его внешности, но и таланту, уму и личности. Каждое второе слово было наполнено откровенным кокетством.       Чонгук решил действовать так же, как и Чимин, стараясь изо всех сил. Даже больше, чем когда-либо. В те моменты, когда Чон не слишком переживал из-за близости старшего, он задирал его так, что у того краснели щеки. Это было довольно весело, хотя и не всегда легко. В большинстве случаев Чимин не поддавался и не смущался, но когда это всё же происходило, Чонгук чувствовал себя победителем.       Слизеринцу не потребовалось много времени, чтобы найти его в Выручай-комнате. Он пробыл в одиночестве всего около часа, а затем дверь открылась, и на входе показался старший, который одет в не типичную для себя одежду: белая футболка поверх спортивных штанов, подчеркивающая его стройную фигуру. Волосы не уложены по пробору, поэтому челка просто прикрывает лоб.       Его глаза засверкали, когда он встретился взглядом с Чонгуком, и в этот момент Чимин выглядит таким невинно юным, что младший чувствует тепло, которое разливается по всему телу, словно распускающийся цветок, и это тепло гораздо сильнее, чем тёплый ветерок, что нежно дует через открытое окно.       Но Чонгук снова наклоняется и смотрит в свой учебник. Если бы он обратил внимание на Чимина, то ничего бы не вышло.       И все же он пришёл в их общую комнату, зная, что это единственное место, где Чимин может найти его, если не сможет найти младшего в других местах в школе. Возможно, Чонгук пошёл сюда намеренно, даже не задумываясь об этом, как будто что-то в глубине подсознания тянуло его в это место. Возможно, как бы он не хотел побыть один, Чонгук всё равно желал, чтобы Чимин нашёл его, и он знал, что так и будет.       Однако не обращать на него внимания сложно, потому что Чимин плюхнулся рядом, похлопывая по дивану, словно проверяя, насколько он удобен. Затем он подтягивает ноги вверх и скрещивает их так, что его голени практически касаются учебника по трансфигурации, а сам он поворачивается к Чонгуку.       Тот сосредоточенно читает записи перед ним.       — Занят? — весело спрашивает Чимин.       — Совсем немного, — отвечает Чонгук, продолжая работать.       Чимин наклоняется вперёд, опуская голову так, чтобы заставить младшего посмотреть на него. Его лицо чистое, без косметики, в глазах нет привычной припухлости, а губы изогнуты так, будто он ухмыляется.       — Ты уверен?       Чонгук медленно вдыхает и выдыхает, отводя глаза. Он чувствует слабый запах одеколона Чимина: что-то вроде легкой ванили, смешанной с древесиной.       — Очень уверен.       Чимин проницательно прищуривается, и Чонгуку кажется, что тот видит его насквозь.       — Чонгук.       — Мм?       — Ты уже трижды скопировали и вставил одно и то же предложение.       Он замер, уже подняв руку с копировальным пером над записями, а затем просмотрел свой пергамент, осознав, что так оно и есть.       Чимин лишь хихикает, видя это удивленное выражение лица Чонгука, и широко улыбается, но это явно не привычный флирт, которому так часто подвергается когтевранец в последнее время. Улыбка тёплая и настоящая. Его глаза прищуриваются, превращаясь в полумесяцы, и теперь видно его щечки. А искусственный солнечный свет, который струится сквозь окно, словно жидкое золото, освещает Чимина даже ярче, чем настоящее солнце. Лучи падают на его обычно теёные глаза, подсвечивая их до более заметного и глубокого темно-коричневого оттенка, который можно рассмотреть только под таким ярким и чистым светом. А его тёмные волосы, словно густые чернила, здорово блестят на свету так, что Чонгук может отчетливо видеть каждую прядь, пока старший бездумно ерошит их рукой.       Чимин, одетый в эту простую одежду и смотрящий с мягкой улыбкой — это самое красивое, что Чон когда-либо видел.       И именно поэтому он, не раздумывая, наклонился вперёд и поцеловал парня.       Когтевранец не был уверен, на что будет похож поцелуй. Чонгук много раз видел это по телевизору, в реальной жизни и даже представлял себе чаще, чем хотел бы признаться. Он не думал, что обмениваться слюной будет приятно, но представлял мягкие губы и чей-то запах, который окутывал бы его. Задавался вопросом, правда ли возникнет эта искра, о которой говорят многие.       Чонгук всегда беспокоился о том моменте, когда он, наконец-то, кого-то поцелует. Как будут двигаться его губы? Будет ли кто-то руководить в поцелуе, словно в танце? Когда следует остановиться? Обязательно ли использовать язык?       Чонгук так много представлял это в своей голове, но все эти мысли улетучились, когда его губы прижались к губам Чимина.       Младший замер так на три секунды, и в это время в его голове была полная пустота, но потом пришло осознание, что он натворил. Чонгук отстранился с дрожащими глазами. Толком ничего и не произошло, но его грудь часто вздымается и опускается. Он был так спокоен и расслаблен, но внезапно осознав всю ситуацию, все его нутро сжалось. Парень взглянул в глаза Чимину, ожидая реакции.       Может, для поцелуя было рановато? Хотел ли Чимин, чтобы Чонгук поцеловал его? Конечно, он сказал, что ему нравится когтевранец, но что если...       и вот Чимин целует его в ответ.       Они целуются мучительно медленно, будто рядом с ними бомба, которая вот-вот взорвётся, если они посмеют двигаться слишком быстро. Эта медлительность только усиливает их физическое напряжение.       Чонгук чувствует, как Чимин схватил лацканы его пиджака, удерживая парня на месте, чтобы тот не смог ускользнуть. Чон осторожно поднимает руки, чтобы обхватить ими лицо старшего, и чуть ли не тает на месте, когда понимает, что лицо слизеринца меньше длины его рук и идеально помещается в ладошках.       — Блять, — дрожащим голосом шепчет Чонгук, не в силах удержаться от ругательств, когда его захлестнул поток эмоций. То, что он сейчас поражен — это еще мягко сказано. Чон медленно опускает руки на колени, едва откидываясь назад. И он шокирован, увидев Чимина таким же взволнованным.       Кажется, будто он вцепился в пиджак Чонгука не для того, чтобы удержать его на месте, а чтобы удержаться самому.       — Ты уверен, что ни с кем раньше не целовался? — пробормотал Чимин, но в его голосе нет ни капли веселья. По тону понятно, что сейчас он уязвим больше, чем когда-либо слышал Чонгук. Каждое его слово будто тонкий лёд, который вот-вот треснет.       Он покачал головой, всё ещё находясь в оцепенении. Чонгук ожидал, что старший усмехнется и сделает какой-нибудь дразнящий комментарий. Лжец. Он ожидал, что тот скажет или посмотрит этим своим взглядом. Но сейчас же Чонгук предполагает, что Чимин застигнут врасплох самоуверенностью младшего. Хотя и не ожидал, что тот будет настолько шокирован.       При этом на лице слизеринца читается очевидное облегчение, что наталкивает на мысли: не боялся ли Чимин, что Чонгук никогда не начнет действовать.       — Прости, — бормочет когтевранец, не совсем понимая, за что извиняется, и едва моргает, пытаясь взять себя в руки.       Чимин лишь раздражённо вздыхает и хватается за пиджак Чонгука, притягивая его к себе для поцелуя вновь.       На этот раз всё происходит более страстно, как будто Чимин пытается заверить, доказать или убедить Чонгука в чём-то. Его разум просто опустел, когда старший глубоко поцеловал его. Он прижался к Чимину так, что тот встал на колени, наклонившись и удерживая руками голову Чонгука, пока тот в ответ осторожно обхватывает талию старшего.       И как же он возбужден. Чимин страстно целует его, зарываясь пальцами в волосы. Чонгук чувствует его горячее дыхание на лице и касается ладонями оголившихся участков кожи на талии, где задирается футболка. Это нереально. Чонгук даже не уверен, правильно ли он всё делает. Ну, а если и нет, то Чимину, похоже, всё равно.       Он прижимается к груди когтевранца и продолжает целовать его так, будто он тонет, а Чонгук — это кислород. Слизеринец приоткрывает губы и хочет проникнуть языком, прося об этом младшего, и тот позволяет, думая, что они могут продолжать целоваться без остановки, и это будет хорошо. Чонгук чувствует, как Чимин ухмыляется ему в губы, а затем начинает хихикать. Старший поднимает голову, разрывая поцелуй, и смотрит на Чона, а затем снова прижимается к губам для поцелуя. Он опускается на бёдра, отодвигая забытый в порыве страсти учебник по трансфигурации, который они уже наполовину смяли.       — Я никогда раньше не целовался, — прошептал Чонгук. — Правда.       Чимин улыбается в ответ, и Чонгуку кажется, что эта улыбка способна излечивать от всех болезней.       — Ты великолепен, — сказал слизеринец и засмеялся, запрокинув голову. Этот прекрасный смех озаряет любую комнату и поднимает настроение. — О, Чон Чонгук. Наконец ты показал мне, чего хочешь. И знаешь ли, что это значит?       Он покачал головой. Когтевранец не думал, что Чимин сможет смотреть на него ещё пристальнее, чем бывало до этого, но вот где мы сейчас, и это происходит. Его взгляд не пугающий или свирепый, не дерзкий или милый.       Чимин просто абсолютно очарован.       — Это значит, что ты можешь делать со мной всё, что захочешь. Использовать меня. Разбивать моё сердце. Всё, что захочешь.       — Но я не хочу с тобой так поступать.       — Но ты можешь, потому что я тебе позволяю, Чимин начинает улыбаться.       — Чимин, — Чонгук просто хмурится, не совсем понимая, что тот имеет в виду.       — Мм, — старший блаженно прикрывает глаза, слыша собственное имя из уст напротив.       — Чего хочешь ты?       Открывая глаза, Чимин расплывается в широкой ухмылке так, что Чонгуку трудно не ответить тем же. Его счастье заразительно.       — Тебя. Всего тебя. И только тебя.       Чонгук привык к флирту, поддразниваниям и кокетству. Но Чимин сейчас такой, каким он его никогда не видел. Он воплощение чистой эйфории, когда смотрит на Чонгука так, словно тот его собственная падающая звезда, а ещё его глаза так блестят. Нет никаких скрытых мотивов или похотливых намеков, наоборот, только искренняя радость.       Чонгук был настоящим дураком, когда думал, что симпатия Чимина это что-то мимолётное.       — И я у тебя есть, — прошептал Чонгук, стараясь не заикаться из-за нервного напряжения. — Помоги мне.       Чимин продолжает ухмыляться, так ярко сияя в лучах солца, что Чонгук осознал, что у парня слезятся глаза. Но почему? Чимин потянулся и схватил руку Чонгука, поднося её к своему лицу и прижимая ладонь к щеке. Он поворачивает голову, чтобы поцеловать ладонь.       — Помогу.       Чонгук всё ещё волнуется. Он никогда раньше не целовался, не встречался и не спал, поэтому понятия не имеет, как вести себя с кем-то в романтических отношениях, а особенно, когда это сам Пак Чимин.       Но он научится.       Когда Чимин так прижимает ладонь к лицу и с такой любовью смотрит, Чонгук разделяет его радость и чувствует, как внутри него расцветает то же самое счастье, что на мгновение беспокойство исчезает.       Он просто смотрит на Чимина.       Только на Чимина.

⚡️

Чон Чонгук

я поцеловал его

Чон Хосок заткнись о господи твою мать!!!! РЕАЛЬНО ??!?!

Чон Чонгук

да