Si existo invenies me

До заката осталось около пары часов и сумерское солнце перестало быть изнуряющим адским шаром. На улице еле заметно темнеет, а на всё ещё голубом небе уже вырисовывается полумесяц, поразительное явление. Местность близ горы Девантаки довольно влажная, именно поэтому даже вечером на траве присутствуют капельки росы, маленькие жемчужины, поблескивающие на зеленой траве. Ветер здесь тоже довольно приятный, влажный и прохладный. Одним словом, свежесть царит в каждом уголке этой части Сумеру. Где-то неподалёку малиновки тихо насвистывают какую-то песенку, смысл которой ясен лишь им самим. Волосы Майко чуть колышутся ветром, но к счастью они сохраняют свою прямую форму, беловолосой остается лишь мысленно радоваться, что влажность не делает её похожей на пуделя. Розовоглазая останавливается на краю утёса, можно немного передохнуть, до лагеря ей и предвестнику тащиться ещё минут двадцать, эта местность действительно довольно обширна. Небо тем временем медленно начинает желтеть. — Устала идти? — мужчина пристраивается рядом, хотя до этого всё время шёл позади, сохраняя тишину. Беловолосая же мысленно радовалась, что предвестник наконец-то перестал докучать ей вечными подколами, пусть и не обидными, но раздражающими, — Студенты Академии как всегда безнадежны, — Доктор медленно расползается в фирменной улыбке, а розовоглазая кривится, глядя на него. Спокойствие длилось не долго. — Ещё чего, — беловолосая обиженно отворачивается, — Я просто захотела полюбоваться пейзажем, — девушка раскидывает руками в стороны, призывая учёного осмотреться вокруг. Пара достаточно удалилась от гигантского механизма и теперь перед ними открылся восхитительный вид на него. — Тогда чего же у тебя ноги трясутся? — лицо мужчины искривляется в ещё более широкой улыбке, — Студенточка, — чуть помедлив добавляет Дотторе. — Я хербад, а не ”студенточка”, — шипя, Майко отворачивается от источника раздражения и усаживается на край обрыва, — Сам-то небось даже до дастура не дошел, гений. — До дастура дошел, к сожалению, хотя думаю, что нужно было уйти из этого болота слабаков пораньше, — голубоволосый, посмеиваясь, усаживается рядом. — В таком случае, хватит язвить мне, дастур Дотторе, — девушка обиженно отодвигается от мужчины, елозя ногами по земле, а тот разражается смехом, — Специально злишь меня? Не дождёшься, — розовоглазая бурчит себе под нос, опустив голову, а у предвестника начинается новая истерика. — Да что ты? Ты же уже вне себя, хербад Майко, — шутник сокращает расстояние между собой и собеседницей, а та вновь отодвигается, сурово глядя на мужчину. Наглец же продолжает передвигаться за ней, кажется ему доставляет удовольствие такая игра в ”кошки-мышки”, ведь в ней он в любом случае победит. — Разработала новый способ передвижения, хербад Майко? Боюсь, что так мы будем идти до лагеря дня три, не меньше, — беловолосая сурово сопит, а учёный не прекращает забавляться её реакцией. — Хватит смеяться надо мной, — девушка резко подскакивает, эмоции к сожалению берут верх, — ”Болото слабаков”? Да я в два счёта тебя уделаю, горе-дастур, столько слов от тебя, а действий полезных ноль, — Майко тут же прикусывает себя за язык, человек сидящий перед ней по силе сравним с архонтами и делать подобные заявления… Не безопасно. Но чудака в маске такая реакция только больше раззадоривает. — Хочешь сразиться, хербад Майко? — Доктор вновь оголяет острые зубы, но теперь это больше похоже на оскал, — Прекрасно, давай, — мужчина встаёт с обрыва и отряхивается, — Если ты выиграешь, я перестану ”смеяться” над тобой, по крайней мере подумаю об этом, — Голубоволосый встаёт напротив учёной, она же чуть прищуривается, оценивающе глядя на внезапно возникшего противника. Чуть помедлив девушка кивает и на её лице расползается Морис, полностью перекрывая его, — Ах, теперь и не полюбоваться твоими эмоциями, — страдальчески вздыхает предвестник Снежной, складывая руки на груди, — Нападай. Блондинка ещё раз молча оценивает соперника, тот выглядит весьма довольным и расслабленным. Тихо вздохнув девушка резко устремляет кулак в щеку учёного, а тот молниеносно перехватывает его, весьма ожидаемый исход, который хербад всё же сумела предугадать. Нога девчонки быстро устремляется на сгиб коленного сустава предвестника, с внушительной силой ударяя по нему. К сожалению реакцией мужчины служит лишь смешок и несильный толчок соперницы от себя. — Вот Вы и попались, Второй предвестник Снежной, Иль Дотторе, — хмыкает девушка и через мгновение мужчина падает на спину, к сожалению опираясь на локти. Секундного контакта хватило для того, чтобы Морис успел переместиться на ногу предвестника, а после резко потянуть её на себя. Механизм возвращается на тело создательницы и сползает с её лица, оставляя закрытыми лишь глаза. А дальше все происходит слишком быстро, для того чтобы девчонка могла уловить хотя бы последовательность произошедших действий. Резкий удар в районе голени, не менее резкое и быстрое падением, а далее неприятное давящее чувство в грудине из-за поставленной на неё ноги. — Мы ещё не закончили, хербад Майко, не отвлекайся, — оскал на лице мужчины с каждой секундой начинает пугать всё больше и больше. Беловолосая тихо цокает, а давление на груди увеличивается. Как он вообще успел за несколько секунд подняться с земли и сбить её с ног? С пальцев девушки быстро слетают электрические заряды, смутно напоминающие шипы. Такой поворот событий заставляет предвестника отшатнуться, а розовоглазая, воспользовавшись возможностью, быстро встаёт, замахиваясь ногой в сторону головы соперника. Её, к сожалению, как и кулак перехватывают и девушку с легкостью подвешивают над землей вверх тормашками. Майко тут же начинает вырываться, но в ответ слышится лишь звонкий смех. — Пусти, — шипит девушка пытаясь схватить мужчину за ноги, но тот отодвигает её от себя. — А как же волшебное слово? — Дотторе вновь смеется и начинает чуть раскачивать девчонку, держа её за ноги. Амплитуда всё же позволяет беловолосой ухватиться за ногу предвестника и пустить по ней электрический заряд. Доктор и на это действие издаёт лишь смешок и тихое шипение, а Майко мысленно жалеет, что порча осталась в сумке, мирно лежащей метрах в трех от неё. К сожалению, следующие мысли, посетившие голову девушки, не отличаются особым остроумием, но такой план может сработать. Резкое сокращение пресса и кулак хербада целится ровно между ног изгнанника Академии. Кулак не успевает одарить мужчину резкой болью, зато она уже через секунду летит на землю, цапарая колени и ладони. Беловолосая быстро встаёт, не обращая внимания на мелкие раны. — Тебя не учили, что лезть в такие места к малознакомым мужчинам нельзя, хербад Майко? Плохая девочка, — Дотторе наигранно качает головой, разочарованно цокая. — А тебя не учили, что люди — это живые существа, а не маятники, предвестник Снежной, — шипит девчонка, делая шаг назад. Зря. К большому сожалению, Сумеру подчиняется воле Дендро Архонта, а не Гео, возможно именно поэтому утёсы здесь имеют куда большую склонность крошиться. Под ногами девушки резко исчезает опора, а время будто бы останавливается. Все органы сжимаются и замирают в ожидании приближающейся пустоты. С губ успевает сорваться лишь судорожный вздох. По непонятной причине, чувство падания исчезает так же быстро, как и появилось, а вот руку теперь пронзает сильная давящая боль. Майко вскидывает голову, от шока Морис соскальзывает с её глаз, и теперь пара розовых камешков испугано смотрит на своего, как бы прискорбно не звучало, спасителя. Реакция Доктора и его физическая сила всё же поражают, он успел схватить её за предплечье, хотя стоял в паре метров от неё, а теперь с легкостью держит её над пропастью. Дотторе одним рывком притягивает девушку к себе и, придерживая её под лопатками, быстро отходит на безопасное расстояние от обрыва. Беловолосая лишь сдавлено вздыхает, аккуратно утыкаясь предвестнику в плечо, её немного потрясывает от произошедшего, и мужчина явно чувствует это. Ноги студентки беспомощно покачиваются в воздухе, сейчас вновь весьма хорошо ощущается разница в росте. — Что ж, кажется я победил, — шепчет предвестник, обдавая шею испуганной девушки горячим дыханием. — Ещё чего, это явно не твоя победа, если ты кончено не Моракс под прикрытием, — Майко аккуратно упирается подбородком в плечо мужчины, скомкано выдыхая. Дотторе до чёртиков странный и пугающий, а его физические возможности с каждой минутой поражают всё больше и больше. И это явно не полная его сила, он даже элементы не использовал. Таких людей принято бояться, именно поэтому они и становятся изгоями общества, пусть и могущественными, никто и рядом не желает стоять рядом с такой поехавшей машиной для убийств. Но для себя беловолосая лишь с удивлением отмечает то, что её страх к нему практически полностью испарился. Что-то до боли тёплое и знакомое было в этом мужчине, чересчур непонятное, заставляющее её лишь нервно прижаться к нему ближе при подобном контакте. — В таком случае кажется придётся продолжить поединок позже, а не то твой дружок возжелает зажарить меня на сегодняшнем костре, — предвестник наконец ставит девушку на землю, а та поворачивается в сторону. Лицо Аль-Хайтама как всегда практически безэмоционально, но чуть сведенные серые брови дают понять, что он в ярости. Парень быстро вышагивает в направлении пары учёных, а его развивающаяся накидка делает его вид ещё более суровым. Студент, молниеносно добравшись до подруги, хватает её за руку и, сверкнув бирюзой глаз, оттаскивает к себе за спину, подальше от Второго предвестника Фатуи. Тот в свою очередь улыбается во все тридцать два, подобные людские эмоции лишь забавляют учёного. — Что Вы творите? — сквозь зубы цедит сероволосый, выжигая в маске мужчины дыру. — Ты о чём? — кажется улыбка Доктора становится только шире, а острые зубы опасно поблескивают в лучах заходящего солнца. — Вы напали на неё, я видел, а потом ещё и…— Аль-Хайтам воздерживается от упоминания объятий, поджав губы, но собеседник кажется понимает все без слов, потому что с его стороны раздается звонкий смех. — Хайтам, хватит, все в порядке, — Майко одергивает друга, выпутываясь из крепкой хватки, и кладет руку на напряженное плечо, — Я сама это начала, успокойся, мне никто ничего не сделал, — девушка ловит на себе суровый взгляд голубых глаз, которые кажется начали приобретать скорее оттенок индиго. Все выглядит так, будто студент готов начать читать подруге лекцию о поведении и самозащите, пока ты находишься наедине с маньяком с силой архонтов, но, поджав губы, он воздерживается от этого. — Идём, — Коротко кидает сероволосый, вновь хватая подругу за руку. — Стой, а… — розовоглазая вновь вырывается из хватки друга, озираясь в поисках сумки. — Что-то потеряла, хербад Майко? — девушка оборачивается на голос предвестника, в руках тот покачивает знакомую черную сумку. — Отдай, — шипит Майко, вырывая свою вещь из рук мужчины, а после перекидывает ручку сумки через плечо. — Утю-тю, какие мы злые, — улюлюкает голубоволосый и, быстро щелкнув учёную по носу, вальяжной походкой продолжает путь к лагерю, — До лагеря хотя бы сможешь дойти, хербад Майко? Голубоглазый щурится в след предвестнику, в очередной раз поджимая губы. Майко же мягко кладет руку ему на плечо и чуть улыбается. Немой жест ”всё в порядке”, заставляет студента вздохнуть и двинуться вслед за Дотторе, к лагерю. Девушка тоже вздыхает и смотрит на свои ноги. Они действительно устали, врачебный взгляд предвестника не подводит его, он был прав, когда сказал, что хербад выдохлась от долгого пути, а свежие царапинки делают его ещё более неприятным. Майко переводит взгляд на мужчин, ушедших вперед, и выставляет руку перед собой, пока Морис медленно начинает стекать с неё. — Издеваешься что ли? Я не буду тебя на руках нести, попроси этих двух, не думаю, что тебе откажут, — начинает бурчать Морис, всё ещё пребывая в жидком состоянии на земле. — Ага, как же, — Майко не сводит взгляда со спутников, не очень то хочется, чтобы они увидели преобразование механизма, как минимум Дотторе точно, — Ты и так всё время на мне сидишь, теперь твоя очередь. — Так вот значит как ты ко мне относишься? Я к тебе со всей душой и теплотой, — перед беловолосой наконец возникает мужская фигура, все ещё серого, металлического оттенка, — Выступаю в роли твоей опоры, щита и инструментов, — тело механизма начинает приобретать человечки оттенки, на голове появляется белесая шевелюра, — А ты… — механизм завершает превращение и теперь перед девушкой возвышается белобрысое чудо, страдальчески приложившее руку к лбу. На парне шелком растекается чёрная рубашка, заправленная в брюки сумерского фасона. На ногах красуются такие же чёрные кожаные сапоги. Тёмный наряд заставляет кожу парня выглядеть неестественно белой, будто бы сам архонт сошел с небес. Фарфоровая кожа поблескивает на солнце, белоснежные волосы отливают жемчужным оттенком. Все это делает вид парня ещё более драматичным. — Решил взять у Дотторе уроки актерского мастерства? — хмыкает девушка на излишний драматизм парня. Примерно так же наигранно театрально вел себя предвестник весь день. — Конечно, — Морис всё-таки прыскает и поворачивается к блондинке спиной, позволяя ей запрыгнуть на себя, — Ну что, обгоним этих чудиков? — механизм ехидно улыбается, оценивающе глядя на людей ушедших вперед голубыми глазами. Девушка же достает из внутреннего кармана пиджака темные очки, и закрывает ими глаза. — Конечно, но если меня укачает, пеняй на себя, — смеется девушка. Морис быстрым шагом направляется в сторону лагеря, постепенно переходя на бег. Майко же крепче хватается за плечи и шею механизма, утыкаясь носом за ухо парня, кожа здесь особенно мягкая и приятная. Всего за несколько секунд беловолосый обгоняет недоуменных мужчин, бурча что-то про ”болото слабаков” и посмеиваясь себе под нос. Беловолосая прыскает на комментарии парня и прикрывает глаза, наконец-то можно хотя бы немного отдохнуть. С горем пополам четверо всё же добираются до лагеря, там все остальные уже разводят костер и собираются готовить ужин. — О, Майко, Морис, вернулись? Как всё прошло? — Кавех приближается к знакомым, а беловолосая нехотя спрыгивает со спины механизма, — Устала? — блондин мягко улыбается. — Да, утомилась немного, — девушка потягивается и поправляет очки, — А у вас тут как? — Кроме нервного Аль-Хайтама ничего смешного, — красноглазый садится на землю перед пеньком, на котором разложены ножи и дощечка, и возвращается к нарезке мяса для ужина, искоса глядя на соседа. Тот в свою очередь сидит поодаль всех, как всегда держа книгу в руках, но взгляд бирюзовых глаз направлен поверх строчек. Кажется ещё немного и студент просверлит во втором предвестнике Фатуи дыру, — Он весь день себя изводил, боялся, что с тобой что-то случится, — продолжает блондин уже немного тише. Беловолосая лишь вздыхает, переводя взгляд на учёного в маске. — Нет, со мной всё в порядке, — девушка садится рядом с другом, теребя душку очков, при этом не сводя глаз с предвестника, — Он вполне себе безобидный, хотя заноза в заднице та ещё, похуже Мориса будет, — мужчина сидит чуть поодаль всех и мирно беседует с коллегой в очках. Со стороны предвестники выглядят довольно комично, находясь в подобной атмосфере. Два аристократа в походе, сидящие на поваленном дереве, странное зрелище. Их одежда абсолютно не вписывается в такое место. — Это кого ты занозой в заднице назвала? — механизм обиженно цокает и наигранно кривится, — Уу, не повезло, — Морис прыскает, глядя как две студентки прерывают беседу Девятого и Второго, держа в руках маленькую миску с ягодами. Панталоне как всегда вежливо улыбается, принимая угощения принесенные студентками, а Дотторе кривится и отворачивается. — Я не разделяю чувств Аль-Хайтама к тебе, — вдруг продолжает Кавех, останавливая нарезку мяса, — В смысле, моё отношение к тебе… Немного другого формата… — блондин нервно постукивает пальцем по ножу, пытаясь сформулировать мысль, — Но я согласен с тем, что тебе нужно быть осторожнее рядом с ним. Даже если он ведет себя как обычный человек и весьма мил с тобой… Мы все знаем, кто он такой. Будь то слухи или рассказы Коллеи, он не вяжется с понятиями ”адекватность” и ”доброта”, так что старайся быть начеку, — архитектор поднимает красные глаза на беловолосую, — Даже если в нём, ты увидишь то, что видишь в себе и тебе это понравится, не сближайся с ним… — Да, — почти беззвучно отвечает девушка, чуть кивая и задумчиво глядя на предвестника. Мужчина, кажется почувствовав её взгляд, тоже поворачивает голову в её сторону, на губах тут же растягивается хищная улыбка. Даже сквозь маску его взгляд ощущается невероятно тяжелым грузом, заставляя Майко поёжиться и переключить внимание на что-нибудь другое. — Тебе помочь чем-нибудь? — скучающе спрашивает механизм, глядя на блондина. — Да, будь добр, принеси специи из моей сумки, нужно приправить мясо, — нервное настроение Кавеха тут же улетучивается и он возвращается в привычное, немого забавное задумчивое состояние, мило улыбаясь. Теперь каждый занят своими делами. Кора продолжает липнуть к предвестникам, пока её подруга слушает рассказы самого младшего из них. Аль-Хайтам все же отложил мясо и теперь, препираясь, помогал своему соседу, пока Морис комментирует каждое их слово, крутясь рядом. Нарек и Айзек тоже заняты приготовлением ужина, нарезают овощи и разводят костер. Майко же плечом облокачивается о близстоящий пенек и, глядя на розовеющее небо, погружается в свои мысли.

***

— Вы готовите в разы лучше, чем готовят в столовых рабочих корпусов Фатуи, восхитительно! — восклицает рыжеволосый, пережевывая шашлык, приготовленный студентами. Все сели в круг рядом с костром и ужинали, на небе тем временем разлился малиново-оранжевый закат. Начинал круг Аль-Хайтам, слева от него расположились Нарек и Айзек, а справа беловолосая учёная. Сразу за Майко сидел Кавех, окончательно рассорившийся с соседом и не пожелавший сидеть рядом с ним. Следом расположились предвестники в компании двух шатенок с обеих сторон. Кора как всегда жалась к Второму, а Сора к младшему из гостей Снежной. Больше всего повезло Панталоне, оказавшемуся между двумя коллегами. — Пребывая в экспедициях нам приходится учиться хорошо готовить, так готовит большинство студентов, — Сора чуть пододвигается к предвестнику, — Тем более любая девушка обязана хорошо готовить, чтобы стать прекрасной женой, — шатенка чуть улыбается и сверкает глазами. — Ты ведь и пальцем не пошевелила, пока все готовили, — хмыкает Морис, ехидно улыбаясь. — Что ты несешь, я вообще-то… — девушка раздраженно поворачивается на механизм. Беловолосый улегся на землю перед создательницей и, закинув ногу на ногу, покачивал носком сапога в воздухе, вырисовывая в нём невидимые круги. Он был единственным, кто не ел. — Что? Скажи ещё, что стала талисманом и мысленно помогала готовить, — блондин поворачивается на кареглазую, задорно сверкая нечеловеческой синевой глаз. — Слышь, белобрысый, — Кора встаёт на защиту подруги, шипя словно кошка. — Что? — парень переворачивается на живот и упирается подбородком в руки. — Может хотя бы не будешь здесь тюленье лежбище устраивать, весь аппетит пропадает, — не найдя аргументов в защиту подруги шатенка переходит в нападение. — Единственное, от чего у людей здесь может пропасть аппетит это ваши заигрывания с предвестниками, Кора и Сора, — парень растягивается в лучезарной улыбке, глядя как щеки студенток начинают багроветь от ярости. — Как часто у вас проходят такие экспедиции? — Девятый решает тактично перевести тему. — Всё зависит от студента, в большинстве случаев каждый сам решает это, — спокойно отвечает сероволосый, подключаясь к разговору, — Например дриеши всё время находятся в странствиях и экспедициях, некоторые же предпочитают заниматься исследованиями не покидая Академию. — Эта экспедиция больше похожа на дружеский поход, эх, вот бы все командировки Фатуи были такими, — Тарталья мечтательно вздыхает и устремляет взгляд в небо, — Моим братьям здесь бы понравилось. — Может им стоит поступить в Академию? Уверена, они не менее умные, чем Вы, господин Тарталья, и смогут здесь обучаться, — Сора ещё ближе пододвигается к парню, покручивая прядь волос на пальце. — Если в твоем понимании, он умен, я бы посмотрел на людей, которых ты считаешь глупыми, — Дотторе выглядит раздраженным, — Им до Академии, как до Селестии. — Что Вы имеете в виду, Док? — Кора встаёт на защиту одиннадцатого, не дав тому открыть рот в возмущении на коллегу. — Вот именно, что Вы имеете в виду, Док, Кора же сюда поступила, — Морис вновь начинает ехидничать, за что получает пинок в ребро от создательницы, — Ай. — Может лучше поиграем? — Нарек встревает в разговор, пытаясь перевести всех на более дружелюбную ноту, — Можно в правду или действие… Хотя… — парень переводит взгляд на Майко, за весь вечер не проронившую ни слова. Девушка тут же кривится, видя, что все взгляды студентов устремляются на неё. — Я пас, — фыркает блондинка, закатывая глаза. Из-за очков этого конечно же не видно, но исходя из мимики на её лице, траектория глаз очевидна. — А вот я не пас, — Морис садится по-турецки, чуть-чуть хихикая. — Ладно, — кивает брюнет, чуть поджимая губы, — Все остальные тоже за? — Я не буду, — скучающе говорит Доктор, тут же натравливая на себя атаку Коры. — Но, Док, — девушка вцепляется в белоснежное пальто предвестника, заставляя того оскалиться, — Без Вав игра будет невероятно скучной. — Да, Дотторе, хорошо же сидим, я тоже буду играть, — Панталоне подключается к уговорам, — Давно я в такие игры не играл. — Меня не интересуют детские игры, — голубоволосый отцепляет от себя пальцы шатенки. — Ну не только же детские тела тебя должны интересовать, иногда и в детские игры поиграть можно, — девятый не отступает, лишь слащаво улыбается, а в кругу повисает неловкое молчание вперемешку с нервным хихиканьем, — И вообще, если согласишься я… — брюнет пододвигается к уху коллеги, что-то шепча ему, так, что никто не слышит то, о чем он говорит. — Ладно, — раздраженно фыркает мужчина, а все присутствующие одаривают пару удивленными взглядами. — Что ж, начнём, — Нарек хлопает в ладоши, — Кто-нибудь хочет начать? — Я, — Чайлд, будто маленький ребенок тянет руку, а Нарек кивает ему, призывая начать, — Морис, правда или действие? — Мм, правда, — беловолосый откидывается назад, упираясь к колени создательницы, та вновь курит, пытаясь отвлечься от нервозности. — Насколько вы с Майко близки? В плане…— Аякс хитро улыбается, а интонация его звучит скорее напыщенно и пошло. Девушка закашливается табачным дымом, а механизм разражается хохотом. — Ближе, чем ты думаешь, — блондин смахивает с глаз невидимые слезинки. — Я про то, что может быть были какие-то пикантные ситуации, — предвестник сверкает голубыми глазами, в ожидании чего-нибудь интересного. — Ты в своем уме вообще? Он биологически мой сын фактически, — прокашлявшись отвечает девушка за свое создание. — Ну и что, я ведь всегда на твоем теле… И на одежде… И под ней… — Морис театрально понижает голос до томного и поворачивается на беловолосую, тут же получая подзатыльник, — Ай, больно вообще-то, вот значит как ты относишься к своему ребенку. — Как же, — фыркает девушка, вновь затягиваясь. — Кора, правда или действие? — голубоглазый возвращается к игре, хищно глядя на шатенку. Та в свою очередь выглядит недовольной. — Действие, — чуть подумав отвечает девушка. — Пересядь на три метра от предвестников, — Морис весело улыбается, глядя как шатенка недовольно поджимает губы и пересаживается на противоположную сторону, а Дотторе облегченно вздыхает. Это остается незамеченным для всех, кроме Майко. — И к чему это? — девушка раздраженно смотрит на механизм. — Можешь считать это мужской солидарностью, — Морис улыбается ещё шире. — Что ж, теперь моя очередь, — Кора выдыхает, в попытке расслабиться и натягивает на лицо милую улыбку, — Дотторе, правда или действие? — Кажется не помогло, — шепчет механизм создательнице, а та чуть улыбается на такое замечание. — Правда, — предвестник скучающе вздыхает. — Какие девушки Вам нравятся, Док? — шатенка прикусывает губу, пытаясь выжечь в маске мужчины дыру. — Те, которые не ты, — Морис не удерживается от комментария, прыская в кулак. — Я не тебя спросила, — шипит девушка, злобно глядя на беловолосого, и вновь поворачивается на объект обожания. — Умные, — коротко отвечает предвестник. — Ну фактически я так и сказал, — беловолосый заливается смехом и на него тут же сваливается шквал негативных девичьих возгласов. В воздухе повисает тёплая атмосфера дружеского вечера. Почти все наслаждаются игрой, в кругу не перестает раздаваться смех. Рядом потрескивает костер, отдавая характерным запахом. Где-то в траве пищат кузнечики и цикады, давая понять, что группа находится в глуши. Небо уже начало приобретать тёмно-фиолетовый оттенок, всё ещё с подтонами малинового и оранжевого. Майко чуть улыбается глядя на Мориса, даже он кажется весьма неплохо влился в компанию. Незаметно для всех девушка подхватывает сумку и тихо удаляется. Воздух начинает становится всё более и более прохладным, заставляя беловолосую немного поёжиться. Уйдя на достаточное расстояние от лагеря девушка оборачивается, а после переводит взгляд на гигантский механизм, отсюда он виден прекрасно. Это место довольно сильно напоминает то, в которое когда-то привел её возлюбленный, но это все ещё не оно. Наверняка за четыре сотни лет то милая полянка успела полностью зарасти. Вздохнув, Майко садится под ближайшее дерево, опираясь о его ствол спиной, а после достает найденный сегодня исследовательский дневник. Ещё раз судорожно выдохнув воздух, девушка прикусывает губу и приступает к чтению. ”С каждым днём Зандик становится всё страннее и страннее, он практически не выходит из дома и всё время проводит с этой Мари. Из отношения больше похожи на романтические, нежели на рабочие, это выводит меня из себя…” ”Сегодня я видела, как Зандик возвращался домой с букетом из падисар, но когда я подошла к нему и спросила для кого это, он разозлился. А когда я рассказала это Шираве, она сказала, что вчера ночью видела, как Зандик целовался с какой-то девушкой в парке у Академии. Эта белобрысая сволочь поплатится за то, что посмела прикоснуться к моему Зандику” — Значит тогда нас всё-таки застукали… — тихо шепчет беловолосая, переворачивая страницу и вспоминая ночные прогулки с возлюбленным. На следующих страницах девушку ожидают всё те же негодования Сохре по поводу не разделенной любви и рассказы о строгом отце. Отец Шивы, на удивление, был довольно строгим мужчиной, если верить страницам дневника. И к Зандику этот мужчина питал исключительно негативные чувства. Майко пролистывает несколько страниц и наконец находит то, что искала. То, что случилось с любимым после их расставания. ”Зандик вне себя в последние дни, кажется у него что-то произошло с этой девушкой. Выглядит так, будто не спал несколько дней, почти не ест. Когда мы спросили про Мари за обедом, в него будто бы бес вселился, сначала разбил тарелки, а после перевернул стол. А потом Аниса сказала, что видела, как он плачет… Никогда бы не подумала, что он может заплакать…” Сердце девушки болезненно сжимается, на глаза наворачиваются слёзы. Сколько боли пришлось пережить этому и так напрочь разбитому человеку? Беловолосая пролистывает страницы дневника, мельком глядя на их содержание. С каждой страницей упоминаний Зандика становится всё меньше и меньше, кажется они очень отдалились с Сохре за несколько лет, и чувства её со временем и взрослением начали понемногу остывать. ”Мы провели исследование этого леса вместе с Зандиком. Хотя рост зоны Увядания, появившейся в других районах, сказался на местной экосистеме, всё не так плохо, и биологическая популяция здесь отличается большим разнообразием... В воде мы обнаружили несколько новых видов панцирных жуков, одному из них дали название «скарабей нахидад». Ладно, назовём его «Даром Дендро Архонта», хе-хе. Зандика заинтересовали древние механизмы, которые мы здесь обнаружили... Зандик очень молод. Молод и талантлив. Но как же он упрям. И дисциплины, которые он изучает, никак не связаны с даршаном Амурта. С каждым днём он будто бы всё больше и больше сходит с ума, его эмоции практически не контролируемы. Прошло три года, с тех пор, как его девушка бесследно исчезла. После этого случая он стал абсолютно другим. В Академии ходит всё больше слухов о том, что его хотят исключить, ведь его идеи и мысли пугают Мудрецов. В результате нам не о чем говорить, даже несмотря на то, что мы исследуем это место вместе. Какая жалость... Мы с Зандиком обсудили особенности местной флоры и фауны, а также обменялись догадками о моделях эволюции местных видов, это был очень приятный разговор. Несмотря на то, что я уже давно оставила все надежды быть вместе с ним, каждый раз моё сердце трепещет при виде него. Вечером мы решили устроить пикник…” Пикник? Майко хмурится, а в груди непроизвольно сжимается колючий комок ревности. Девушка хмурится, отгоняя неприятные мысли и возвращается к чтению. ”Мы отправились на пикник. Я жалею, что всё так произошло. Жалею, что не верила в то, насколько он ужасен. Жалею, что восхищалась им…” — Что… — с губ девушки срывается нервный вздох. Последующие строки читать становится страшно. ”Всё было проходило гладко, мы мило беседовали и пили чай. Ровно до того момента, пока я не решилась заглянуть в его дневник, когда он отошел, чтобы нарвать закатников. Моё любопытство погубило меня. Описывать его мысли и идеи… Да что там, даже думать о том, что он думает страшно. Одна из его мечт — создать бога, идеальное существо, по силе превосходящее всё живое на земле. Сама мечта неплохая, но методы её достижения… И это лишь малая часть того, что он желает сделать. Исходя из его записей, можно точно сказать, что он уже проводил эксперименты на людях. Он действительно псих. Когда он увидел, что я читала его дневник, в него будто бы дьявол вселился. Неудивительно, что он был зол, если кто-то узнает о том, что узнала я, скорее всего его заключат в темницу Фонтейна, если не казнят. Зандик избил меня. Было больно. Чертовски. Кажется ему доставляла удовольствие моя боль. Его крик и хохот плотно въелись в мой головной мозг, кажется будто я всё ещё слышу их. А его улыбка. Я никогда не забуду это, она застыла перед моими глазами. Нечто, больше похожее на оскал. Больше всего меня поразили его глаза. Они стали намного краснее, нежели раньше, чистейшая кровь жертв, принесенных им во имя ”благих целей”. Он утащил меня сюда, в этот жуткий руинный механизм. Я взаперти. Еды здесь нет, воды тоже, я обречена на смерть. Пока я вырывалась, я вырвала прядь волос Зандика, вложила её в карман обложки дневника, как последнее напоминание о нём. Мне жаль, что он стал таким. А стал он таким из-за неё. Если бы Мари не появилась в Сумеру и никогда не встретилась бы с Зандиком, он бы не сошел с ума. Если бы она не бросила его, он бы не стал этим чудовищем… Кажется, это последние мои слова, последние мои строки. Будь счастлив, мой любимый Зандик, каким бы монстром ты не был…” На страницы дневника градом начинают сыпаться крупные слёзы, девушка до крови прикусывает щеки, в попытке не закричать. Тело пробивает мелкая дрожь, в перемешку с жаром. Судорожно выдыхая, беловолосая раскрывает один и кармашков на обложке и замирает. Мягко проводит подушечками пальцев по голубой пряди, будто бы проверяя её существование. Не выдерживав, девушка отбрасывает от себя дневник покойницы в раскрытую сумку и поджимает под себя колени. Тело начинает содрогаться в темп бесшумным всхлипам, медленно перерастающим в истерику. Тонкие белые пальцы до боли сжимают белоснежные волосы. Розовые радужки хаотично дёргаются из стороны в сторону, пытаясь что-то выискать в зеленой траве. На улице совсем стемнело и похолодало, горячие слёзы обжигают лицо, ощущаясь тысячей острых иголок на мягкой коже. Голову пронзает режущая боль в районе висков, настолько сильная, что хочется начать биться головой об стенку. Дрожа, девушка будто в трансе разворачивается и обхватывает руками ствол дерева, до боли впиваясь в него ногтями. Замахнувшись, розовоглазая готовится к ощущению тупой боли от столкновения лба с деревом, но сталкивается с гладкой кожаной поверхностью. Размытое зрение не позволяет увидеть объект перед собой, да и состояние мозговой деятельности девушки сейчас ее лучшее. Издав подобие рыка учёная ещё раз замахивается, но на этот раз кожаная поверхность тут же прижимается к её лбу, отодвигая назад и придвигая к чему-то? Или кому-то? Голова девушки оказывается прижатой к мужскому плечу, в нос ударяет призрачно знакомый запах лимона и химикатов. Бледные руки с побелевшими костяшками всё ещё впиваются в древесную кору и беловолосая рывком пытается вновь приблизиться к дереву, но руки резко отрывают от дерева, прижимая к её телу. — Не надо портить свое милое личико, хербад Майко, — раздается бархатный голос над ухом. Горячее дыхание его обладателя обдает шею и уши девушки, заставляя её чуть вздрогнуть, но на удивление размякнуть в мужских руках. Разум и зрение все ещё затуманены. Беловолосая судорожно выдыхает и прикрывает розовые глаза, в попытке расслабиться, а после откидывается на плечо спасителя её лба. Мужчина переводит руку со лба студентки на её плечи, попутно задевая щеки и шею пальцами, облаченными в кожаные перчатки. Обнимает крепко, но на удивление мягко и приятно, немного поглаживая плечи и руки девушки. Неизвестный чуть наклоняет голову к лицу девушки, прислоняясь к её горячей щеке своей, на удивление холодной как лёд, при этом чуть задевая мягкую кожу краем чего-то металлического, не менее холодного. Мужская грудь мирно вздымается под девичьей спиной, это тоже действует достаточно успокаивающе. Спустя несколько минут объятий, беловолосая выпутывается из мужских рук, их обладатель с неохотой, но всё же отпускает её. Майко поворачивается на спасителя и оглядывает его. Дотторе. Кто же ещё. Мужчина мирно стоит напротив, глядя на девушку из-под маски. При лунном свете его образ выглядит особенно завораживающе. Множество ремешков и клепок на его теле поблескивают и переливаются, голубые пряди у лица чуть колышутся несильным ветром, а белоснежная кожа будто бы светится. Странная птичья маска придает его образу загадочности. Говорят глаза — зеркало души, так вот у мужчины стоящим перед измотанной девушкой заглянуть в это зеркало, и понять хотя бы примерно, что у него на уме невозможно. Смутившись розовоглазая отводит взгляд и опускает голову. — Извините, — шепчет девушка хриплым голосом, продолжая пялиться себе под ноги. — За что? — Доктор абсолютно спокоен, в его голосе не прослеживается привычных ноток насмешки и веселья. — За это, — вздыхает девушка и обходит мужчину, усаживаясь на обрыве и устремляя взгляд на луну. Предвестник бесшумно опускается рядом с ней, — Можно вопрос? — всё так же тихо и хрипло спрашивает девушка. — Ты ведь уже его задала, — уголки губ голубоволосого чуть дёргаются, а после все-таки отвечает, — Да, спрашивай, — мужчина чуть дергает рукой, призывая девушку спрашивать. — Если бы ты узнал, что из-за тебя человек… сошел с ума, какова была бы твоя реакция? — девушка все ещё говорит слишком тихо и неразборчиво. Дотторе немного удивленно поворачивается на неё, а после разражается громким заливистым смехом на всю округу. — Нашла у кого такое спрашивать, — мужчина не перестает смеяться, — Мне и дня не хватит, чтобы пересчитать количество людей, которых я свёл с ума, о какой реакции может быть речь, — предвестник сгибается пополам, хватаясь за живот со смеху. — Я не об этом… Если бы это был кто-то близкий тебе, возможно любимая… — беловолосая не обращает внимание на припадок мужчины и устремляет взгляд на носки своих сапогов, — Если бы этот человек превратился в неконтролируемое чудовище, вредящее другим людям. — Говоришь так, будто бы у тебя кто-то в хиличурла превратился, — Дотторе заливается новой волной смеха. — Забудь, — раздраженно рыкает девушка и встаёт, направляясь к сумке. — Тебя это пугает? — предвестник резко перестает смеяться и голос сменяется на до жути серьезный, леденящий и жесткий. Майко вопросительно поворачивается на мужчину, тот все ещё сидит к ней спиной, облокотившись руками об землю, — То, что он стал ”неконтролируемым чудовищем”. — Нет, потому что я знаю, что мне он никогда не причинит боль, — тихо отвечает девушка, а мужчина оборачивается на неё, — Но когда я думаю о том, через что ему пришлось пройти из-за меня, становится так… Больно… — в уголках глаз вновь начинают скапливаться слёзы. Дотторе медленно встаёт и подходит к учёной, аккуратно вытирая капельки скатившиеся на щеки, — Он должно быть ненавидит меня… — совсем тихо, практически неслышно. — А ты бы прошла через это, будь ты на его месте? — голос мужчины звучит непривычно серьезно. — Да, — чуть помедлив кивает беловолосая. — И ты бы возненавидела его за это? — всё так же серьезно, с нотками холодка. — Нет, как я могу возненавидеть того, кого люблю? — девушка резко вскидывает голову от некоторого удивления, а на лице Дотторе вдруг возникает улыбка. — Тогда че ты паришься, — Второй предвестник резко хлопает девушку по плечу, заставляя ойконуть, — Если его чувства так же сильны, а я уверен, что это так, тогда он не будет тебя ненавидеть, — голубоволосый задорно проходит вперед, следуя в каком-то своем направлении, кажется в сторону лагеря, а розовоглазая вскидывает бровь на такую резкую смену настроения. — Откуда тебе-то знать? Ты же даже не знаком с ним, — бурчит девушка, поднимая сумку и равняясь с мужчиной, который почему-то заливается смехом. — Я всё знаю, Майко, можешь не сомневаться, — на лице Доктора возникает лучезарная улыбка, все ещё похожая на оскал. А девушка почему-то прыскает на замечание мужчины и улыбается в ответ. Эта ночь надолго останется в памяти обоих.