Si existo invenies me

Девушка нервно постукивает пальцем по столу, глядя в отражение в давно остывшем чае. Гам маленькой забегаловки смешивается в белый шум, растворяясь неприятной дымке разума. Кора всё видела. — Нам нужно покинуть город, — тихо констатирует девушка, поджимая губы, не глядя на беловолосого собеседника, — Прямо сейчас, как можно скорее. — Тебе не кажется, что это уже слишком? — так же тихо отвечает Морис, устремляя взгляд мерцающих глаз на свою создательницу, — Мари, у тебя крыша едет. Это уже не любовь, а гипер защита и одержимость, — губы парня сжимаются в тонкую полосу, — Нельзя просо так резко бросить всё, потому что Кора его видела. В конце концов, на что ты надеялась? — Нет, можно! — рявкает девушка, впиваясь в белоснежные волосы руками. Повышение голоса привлекает внимание посетителей, заставляя всех зашушукаться, — Я не могу снова потерять его из-за такой бредовой оплошности. Нужно было уезжать, как только удалось его вернуть, — чуть тише продолжает розовоглазая. Зрачки сузились от подступающего страха, а учащенный пульс постепенно переходит в болезненный. За столом вновь повисает тишина. — Я против, — коротко отвечает Морис, спокойно глядя в белесую макушку склоненной головы, — Может я и часть тебя, но у меня тоже есть свое мнение, и сейчас ты ведешь себя чересчур импульсивно. У тебя сейчас нет достаточного количества ресурсов, чтобы просто взять и уехать. Тем более сейчас матры тебя никуда не отпустят, и… — парня прерывает тихий стук опущенной серебристой баночки перед ним, — Что это? — Ты прав, — кивает девушка, — У тебя есть свое мнение, но с ним я не могу согласиться, Морис, — Майко наконец поднимает голову, с сухим спокойствием глядя на своё создание, свой осколок, — Ты моя часть, которая приведет меня к той же пропасти, что и три года назад, если я не отпущу её, — розовые глаза встречаются с лазурными, — Ты — это я, но уже в далеком прошлом, последнее, что связывает меня с ним. Ты давно стал самостоятельной эволюционирующей личностью, которой я более не в праве приказывать, — беловолосая кивает в сторону баночки, — Это не достающая часть тебя, которую я намеренно отделила ещё при твоем создании. Если ты сольешься с ней, ты сможешь стать свободным от меня, — голубые глаза расширяются в шоке от услышанного, а губа нервно дрогает, — Я свой путь выбрала, теперь остается выбрать его тебе. Ты можешь отправиться со мной, а можешь остаться здесь, в Сумеру, — подытоживает Мари. — Но… — механизм коротко чертыхается, смахивая прядь с лица, — Как ты будешь без… — За меня не волнуйся, у меня есть твои прототипы, пусть и не наделенные таким же разумом. Оружие и инструменты у меня не пропадут, — обрывает девушка, понимая ход мыслей парня. — Вот как… — голубоглазый поджимает губы, не сводя взгляд с серебристого предмета, — Наша связь будет утеряна? — тихо интересуется парень. — Не совсем, мы будем чувствовать друг друга, но на куда меньшем расстоянии, километров пять, не больше, только мысли будет слышать сложнее, — сухо и ёмко отвечает учёная, — Ты Морис, не потому что я создала тебя таким, ты такой, потому что ты Морис. Ты сам в праве решать и отвечать за свою жизнь, — чуть помедлив добавляет блондинка. — Что ж… — механизм мнется, но после всё же протягивает руку к ”подарку”, — В таком случае, я выбираю себя, — палец подцепляет крышку, открывая взору мерцающую фиолетово-серую жидкость. Зубы нервно сцепляются, а с губ срывается судорожный вдох. Чуть помедлив парень опускает палец в жидкость, глядя на то, как та медленно присоединяется к его телу, — Спасибо… — неловкая благодарность за предоставленный выбор срывается с губ, пока в голове разрастается все большая пустота. Чужое присутствие медленно стирается из разума, оставляя лишь грубую горечь в груди. Поглотив всё, парень отставляет от себя сосуд, уныло глядя на девушку перед собой. Та лишь кивает, чуть прикрывая глаза. — Идём домой? — как ни в чем ни бывало спрашивает Майко, — Мне нужно собраться, — в ответ девушка получает лишь качание головой. — Приду, когда вы уйдете, не хочу смотреть на то, как ты покидаешь дом, — все же тихо отвечает парень, глядя на то, как учёная поднимается из-за стола. — Не смотри так печально, мы ещё встретимся, Морис, — на губах появляется грустная улыбка и кивнув на прощание, беловолосая наконец оставляет механизм в одиночестве, обрывая последнюю нить. — Ты должна быть счастлива, — шепчет парень, глядя в удаляющуюся спину.

***

Вещи практически бездумно опускаются в походную сумку. В комнате стоит гнетущая тишина, прерываемая лишь копошением обоих. Одежда, книги, еда, средства гигиены. Складывается ощущение, будто бы девушка собирается в обычный медовый месяц с любимым. Зандик, завидев неразговорчивость возлюбленной, предпочел сохранять молчание, лишь изредка кидая дежурные фразы. Время тянется словно дёготь, вечер плавно перетекает в ночь. Последний домашний ужин оказывается не менее тихим. Лишь изредка раздается неприятный скрежет от столовых приборов и тарелок. Еда кажется абсолютно безвкусной, словно в рот силой запихнули кусок пластика и заставили проглотить. Посуда быстро оказывается вымытой и аккуратно задвинутой, сегодня девушка, на удивление, предпочла сделать это сама, бездумно натирая тарелки до блеска, стараясь вслушаться в пустоту в голове. Закончив со сборами и уборкой розовоглазая в очередной раз окидывает взглядом родное помещение. Все опустело, оставив за собой лишь призрачную тень присутствия. Это больше не её дом. В голове пролетают воспоминания связанные с этим местом. ”— Вот та-а-ак… Красотка! — темноволосая девчонка всплескивает руками, умиленно глядя на подругу, и передает ей зеркало,— Как вам? — Кора довольно оборачивается на парней сидящих за столом и недоуменно глядящих на белоснежные волосы хозяйки дома собранные в неимоверно странную причёску причёску. Два нелепых хвостика и чересчур пышные кудри выглядят действительно нелепо. — Ну… — Кавех кривится в наигранном восхищении, — Если бы ты была грумером, а Майко - пуделем, было бы неплохо… — блондин шикает от незамедлительного толчка в бок. — Очень мило, — вежливо отвечает Аль-Хайтам, — Но с прямыми всё же лучше. Кора возмущенно фыркает, оборачиваясь на свою ”жертву”. Два дня назад семнадцатилетняя шатенка загорелась навязчивой идеей стать визажистом и парикмахером назло своей семье. Продолжать обучение в научной сфере не было абсолютного желания, даже несмотря на наставления дедушки. Но, кажется, создавать что-то стильное и красивое у кареглазой получалось лишь на себе, потому идея начинала медленно крошиться. — А тебе как? — Кора воодушевлено смотрит на подругу, надеясь на похвалу. Но лицо розовоглазой выражает лишь большее недоумение, чем у парней. — Соглашусь с Кавехом, — через несколько секунд прыскает Майко, заливаясь смехом.” Взгляд опускается на стол, и пустующие стулья. ”— Кажется ты проиграла, — Морис хищно улыбается, выкладывая козырного короля на стол. Беловолосая насупливаться, глядя на свою последнюю карту. А после розовые глаза закогарются хитрым огнем. Козырной туз опускается на короля, покрывая его. — А, да ну нафиг, мне казалось он вышел уже, — разочарованно стонет Морис. — Ничья, — усмехается Майко, собирая карты со стола. Такие тёплые вечера за глупыми карточными играми всегда неплохо разбавляли рутину. ” Девушка оборачивается на распахнутый шкаф, проверяя его на наличие забытых, но нужных вещей. Взгляд невольно цепляется за задвинутое в дальный угол белоснежное пальто. С ним тоже было хорошо. Даже слишком, для человека, живущего в её времени. Но кажется, все её положительные надежды на этого человека оказались лишь результатом хорошей игры и безупречного знания психологии. ” — Эй! Фу, что ты делаешь, — Доктор чуть привстает и губами обхватывает пальцы учёной, отправляя пахлаву в себя и не забыв чуть прикусить девушку острыми зубами, — И что это было? — беловолосая кривится, глядя на только что облизанные пальцы, пока внутри опять начинает назревать комок специфичных чувств. — А что не так? — мужчина наконец расплывается в своей фирменной хищной улыбке, — Хозяин угощает гостя, всё как обычно. — Значит для тебя в порядке вещей облизывать людей? Я смотрю Омега весь в тебя, — в очередной раз хмыкает розовоглазая. — Не всех, нужно пройти отбор, чтобы стать удостоенным такой чести, — весело усмехается предвестник, наблюдая как девушка берет ещё один кусочек медового десерта. Беловолосая быстро отправляет лакомство в рот, слизывая с пальцев капельки меда, а после замирает, глядя как улыбка Доктора расширяется со скоростью геометрической прогрессии. — Нет! Нет! Нет! Даже не думай про это шутить! — Майко быстро достает палец изо рта, сурово грозя им хохочущему учёному. — Ты о нашем непрямом по… — мужчину обрывают на полуслове, прижимая руку к его губам. — Даже не произноси это! — визжит девушка жмурясь от смущения.” Все что было здесь, прошло и более никогда не повторится. Теперь это лишь медленно тлеющие воспоминания. Четыре утра. Холодный влажный ветер заставляет поежиться девушку, посильнее укутавшись в темную мантию. Весь город погрузился в спокойный сон, кажется, словно даже деревья и вся природа сейчас пребывают в сладкой дреме. Они собрались быстро, практически не раздумывая и не медля, понимая друг друга без слов. Невольно беловолосая оборачивается на выход из города, окидывая массивное дерево взглядом. Теперь всё встанет на свои места. Где-то там в далека остаются покинутые друзья, дом и работа. Всё что было дорого наконец растворяется, словно снег с приходом весны. На плечо опускается тёплая рука, заставляя девушку обернуться. В красных глазах прослеживается не меньшее сожаление, но так же твердая уверенность в правильности принятого решения. Без слов девушка кивает, коротко улыбаясь возлюбленному, а после берется за тёплую родную ладонь. Синхронно пара делает шаг, покидая родной город и скрываясь в ночи. Новая счастливая жизнь совсем рядом и ради неё можно и поспешить.

***

— Смотри какой миленький, — девушка хватается за щеки, умиленно глядя на кабаненка в дали. Покинуть Сумеру за день оказалось, как и ожидалось, практически неисполнимой задачей, слишком уж большую территорию охватывали владения Дендро Архонта. Но тем не менее, уже пятый день пара уверенно двигалась все дальше от города. Выбранный путь для того, чтобы покинуть Сумеру был не самым выгодным, преодолеть сначала лес, а после пустыню, дабы приблизиться к Фонтейну, было не лёгкой задачей. И тем не менее такой путь точно мог остаться практически незамеченным. Всего в двадцати минутах от них уже раскинулась суровая пустыня Сумеру, потому пара предпочла сделать небольшой привал и пообедать. — Может его тоже на шашлык пустить? — отвечает красноглазый, вскидывая взгляд на детеныша кабана. — Зандик, — рычит беловолосая, — Даже не думай. Парень коротко усмехается, переворачивая шпажки с мясом и овощами на костре, а после передает одну из самых зажаристых и сочных девушке. — Держи, попробуй, — красноглазый внимательно смотрит на то, как любимая откусывает небольшой кусочек мягкого мяса, а после довольно кивает, — Думаю он не менее вкусный, — Зандик вновь кивает в сторону кабаненка, получая лёгкий подзатыльник. — Хватит, он же ещё ребенок, — насупливается беловолосая, вновь получая смешок в ответ. Парень так же приступает к трапезе, изредка перекидываясь с девушкой дежурными фразами. Даже не смотря на изнуряющий путь, последние пять дней казались самыми прекрасными в жизни. Тишина и природа, только вдвоём, на пути к счастливой жизни. Закончив с обедом и передохнув, пара подхватывает походные сумки с земли, продолжая путь. Почва под ногами постепенно наполняется все большим количеством песка, а воздух становится куда суше и жарче. Беловолосая громко смеется от очередной шутки возлюбленного, но вдруг замирает, услышав странный шорох со стороны. В груди появляется неприятное предчувствие. Розовые глаза встречаются с красными, не менее серьезными и обеспокоенными. По телу расползается неприятное ощущение чужих хищных взглядов. Чуть помедлив, девушка уверенно вопрошает. — Здесь кто-то есть? — розовые глаза метаются по сторонам, в поисках источника раздражения, но ничего не обнаруживают, — Я спросила, здесь кто-нибудь есть? — повторяет беловолосая. — Так-так-так, — из-за дерева всё же показывается мускулистый мужчина, а в след за ним выходит ещё человек двадцать таких же громил, окружающих пару. Пустынники, ну конечно, куда же без них, — Ты должно быть та самая хербад Майко, верно? — мужчина надменно вскидывает голову, растягиваясь в мерзкой улыбке. — Тебе-то какое дело? — фыркает девушка, напрягаясь. Наёмники? Матры сумели их выследить? Нет, после произошедшего этих ребят точно бы не стали нанимать. — Да так, пришли вот должок забрать, — пустынник с характерным лязгом оголяет клинок, а улыбка становится шире, — Ты же не думала, что после убийства нашего господина, люди пустыни так просто оставят тебя в покое, хербад Майко? — мужчина делает вальяжный шаг вперед. Интонация его вкрадчива и размеренна, словно у хищника готовящегося к нападению. — Ещё шаг сделаешь и тебя придётся по кусочкам собирать, мусор, — рыкает Зандик, заслоняя любимую спиной, — Уж поверь, четвертовать я умею, — красные глаза наполняются нездоровой яростью. — Так-так, нашла себе телохранителя, сучка? — слова парня кажется абсолютно не заботят пустынника, заставляют лишь гоготнуть. — Ты… — красноглазый вспыхивает, хватаясь за рукоять меча закрепленного на бедре, но на его запястье опускается крепкая хватка. — Не надо, — шепчет девушка, серьезно глядя на противников. Два десятка против двоих, не очень-то воодушевляет. Будь рядом с ней перрвозданные конструкции и контроль над ними, как в прошлый раз, всё было легко до невозможности, но сейчас они оба практически беззащитны. Воздух становится ещё более душным и вязким. Даже несмотря на облака, скрывшие солнце, кажется будто кожа с каждой секундой разгорается все сильнее. — Парень, ты можешь свалить, ты нам, так-то, не нужен, — фыркает пустынник, обращаясь к Зандику, — Я считаю, что место должна быть только заслуженной, — приторно и пафосно, аж тошнит. — Считать не устанешь? — вновь рычит мужчина, впиваясь вглядоим в противника. — Что ж, как хочешь, — вновь усмехается пустынник, — Меньше слов, больше дела. Приступайте, ребята, убейте обоих. По команде мужчины срываются с места, нападая на пару. Не медля девушка образовывает в руках серебристые клинки, отражая атаки. Парень так же не отстает, выхватывая меч из ножен. Время становится тягучим, словно дёготь. Скрежет лезвий разрезает барабанные перепонки словно пули. Беловолосая совершает резкий выпад, выпуская волну электричества в противников, те же лишь шипят от неприятной боли. Девушка в свою очередь не желает отступать, окачивая четырех пострадавших водным потоком порчи. Её она, к своему прискорбию, не решилась выкинуть, и кажется не зря. Теперь все семь элементов были ловко прицеплены под одеждой, оставляя для противников интригу. Болезненный крик заставляет вздрогнуть, но не отвлечься. Где-то сзади раздается неприятный хлюпающий звук, от безжалостно изрезанных Зандиком тел, раненых, кажется, куда более нужного. — Ах ты, мразь, — главарь присоединяется к битве, ловко атакуя девушку. Клинок молнией проходит по мягкой щеке, оставляя на ней влажную царапину, на что девушка отвечает новым потоком электричества. Розовые глаза мимолетно смещаются в сторону, глядя на возлюбленного. Ему досталось чуть больше противников, вероятно потому что тот являлся мужчиной. — Зандик, сзади! — девушка чуть наклоняется в сторону парня, со спины на которого готов напасть один из пустынников. Резкий толчок в спину и проткнутое плечо заставляет всё в глазах помутнеть. — Мари! — смесь страха за любимую с животной яростью срываются с губ парня, и тот тут же получает клинок в живот. Пара валится с ног, а изо рта обоих стекают капли крови. — Тц, какая жалось, вам стоит меньше отвлекаться друг на друга, — усмехается главарь, глядя на раненых противников, те тоже успели атаковать пустынников достаточно, и всё же даже десять человек против двух, оставалось все ещё очень большой конкуренцией. Девушка шипит от боли, стараясь заглянуть в глаза любимого. Их разделяет всего четыре метра, но сейчас они кажутся бесконечностью, — Что ж, парнишку убьем первым, посмотришь, какого это, терять самое важное в жизни, — пустынник грубо пинает блондинку в бок, подходя ближе к парню. Картинка перед глазами медленно начинает плыть, а любой шорох становится чересчур громким в агонии. ”Нет, так не может быть, всё только начало налаживаться” Каждый шаг приближающегося к парню пустынника раздается в голове словно удар по барабану. Розовые глаза впиваются в небесно голубые пряди и сожалеющие глаза. — Зандик… — с губ срывается болезненный хрип. Ещё один шаг. Всё не может закончится так. Это неправильно. Это нечестно. Скрип песка под ногами вгоняет во всю большую дрожь. Пустынник останавливается перед раненным, медленно замахиваясь. ”Всю жизнь я была одна, несмотря на количество окружавших меня людей. Нескончаемый поток одиночества пожирал меня. Было больно смотреть на счастливых людей, любимых, имеющих семью и абсолютно беззаботных. Вам знакомо такое чувство, когда вы чем-то обделены, но не понимаете, чем? Будто бы вы не имеете важной части души, делающую из вас человека. Такое чувство, когда кажется, что ты что-то упускаешь, не видишь чего-то важного, не можешь ухватиться за эту тонкую светлую нить счастья. Мне — да. Всю жизнь я шла по миру в котором не было ничего, сплошная пустота. Я всетрачала и расставалась с людьми, не оставляя после них абсолютно ничего в душе. Все были словно одинаковыми серыми куклами, не способными понять меня. Были лишь единицы тех, кто мог бы хоть немного понять меня, не бояться меня. Но они исчезали из моей жизни так же быстро и внезапно, как и появлялись. Со временем я начинала ненавидеть всех всё больше и больше, виня их в своем несчастье. Но больше всего я ненавидела себя. Неправильную и неподходящую этому миру. Я была человеком, рождённым с порчей, своего рода душевной болезнью. Таких людей принято считать странными, изгоями, из никто не хочет, не пытается или банально не может понять. Большинство предпочитает избегать тех, кто не входит в привычные рамки реальности, ведь их пугает эта самая порча. Обо мне никто никогда не заботился, поэтому учиться всему приходилось самой. Я стала идеальной практически во всем, восхитительные навыки готовки, достаточная физическая подготовка, умение выживать в любой жизненной ситуации, неимоверная организованность в работе и учёбе. И все же есть в этом мире вещи, от которых невозможно сбежать. Если даже ты уйдёшь от них, из тебя они никогда не уйдут. Это ты рожден неправильным, потому обязан страдать. Так я думала до встречи с тобой. Зандик всегда отличался от других, как и я. Было забавно смотреть на то, как он натягивает маску ”нормального” человека, чтобы сливаться с массой. Но даже с ней он невыносимо выделялся. Зандика невозможно прочесть или понять, так думает большинство, для которого он представился хладнокровным безумцем. Среди миллиардов людей и живых существ, он стал моим спасением от боли и страданий, заставившим меня обрести то, чего у меня никогда не было, как и его, в случае со мной. Зандик все ещё умеет плакать, искренне радоваться, грустить, злиться, смеяться — чувствовать. Кто бы что не говорил, он человечен, он намного человечнее большинства людей. Он всегда скрывал себя и свои чувства, в то время как я показывала то, чего сама не имела. Всю жизнь я бежала за чем-то или от чего-то, но обретала лишь потери. Я ненавидела привязанности, ненавидела любовь и жертвенность. Я жила в неведении о том, что мир и люди, могут быть намного больше, чем кажутся на первый взгляд. В мире, где люди были дождем, я была бы моросью, а Зандик — ураганом, готовым пройти через все, что угодно. Он изменил меня и мой мир. Он научил меня чувствовать. Он научил меня не сдаваться. Только благодаря нему я узнала, что такое настоящая любовь, радость, восхищение, трепет, спокойствие и, главное, счастье. Он вытащил меня из бездны, на которую я была обречена с самого начала. Он был единственным, кто действительно понял меня, как и я стала единственной, кто увидел его настоящего. Мы сами решаем, будут ли наши особенности нашей силой, или же слабостью. И именно поэтому, на этот раз, я не буду бежать, ни от себя, ни от своей порчи.” Нет. Клинок опускается ниже. На ватных ногах и с несвойственной для раненного человека скоростью девушка поддается вперед, заслоняя любимого. Лезвие входит в грудь, а под ним раздается странный треск. Время на мгновение застывает. Секунда. Яркий поток энергии с черными вкрапинками вырывается наружу смертельной волной, сражая всех перед беловолосой на смерть. Сама же девушка отлетает назад, перекатываясь через мужчину. Порча вырвалась наружу. Тело пронзает неимоверная боль, но даже закричать нет сил. Мужчина испугано нависает над девушкой тряся её за плечи. — Мари, Мари, Мари! Ты слышишь меня?! Не отключайся! — Зандик судорожно поднимает одежду, осматривая бледное тело, по которому медленно начали расползаться темно-фиолетовые узоры похожие на вены, — Рана не глубокая, нужно лишь вытащить эту дрянь, что это вообще такое?! — алые глаза судорожно метаются из стороны в сторону, а трясущиеся руки быстро отбрасывают с тела куски яда, — Мари! — на треморную руку опускается чужая, чересчур похолодевшая. — Зандик, все в порядке… — хрипит беловолосая, выдавливая из себя улыбку, — Ты в безопасности, всё в порядке… — Хватит нести чушь! — мужчина продолжает хвататься за порчу голыми руками, обжигая их. Из глаз медленно начинают сочиться горячие слёзы. — Спасибо тебе… за всё… — продолжает девушка, не обращая внимания на истерику возлюбленного, — До встречи с тобой, вся моя жизнь была сущим адом. Но даже сейчас, умирая, я счастлива, потому что я рядом с тобой… — Заткнись, заткнись, заткнись! — кричит голубоволосый, хватаясь за голову, — Ты не можешь умереть так быстро, я обещал, я не мог… — Прости, я снова просчиталась и оставляю тебя одного… — горько усмехается беловолосая, — Я люблю тебя… Зандик… — на последнем издыхании шепчет девушка. Розовые глаза медленно потухают, прикрываясь, а на бледном лице расплывается спокойная улыбка. Повисает звенящая тишина. Мужские губы коротко подрагивают, дыхание учащается. Алые радужки хаотично перемещаются по умиротвореному лицу. А через секунду весь лес поражается истошным криком. ”Почему всё кончается так?”