Si existo invenies me

”Сочетание элементальной световой энергии и отрицательного импульса данной биологической связи ведет к импульсу, схожему с импульсами нейроных связей мозга. Таким образом… ” Розовые глаза вдумчиво смотрят на строки, прочитанные тысячи раз за последние пять лет, кажется, будто бы всю книгу, некогда доставшуюся юной учёной, она замучила от корки до корки, но к результату так и не пришла. Она и сама уже забыла, как именно она заполучила столь ценные знания, кажется тогда ей отдал её кто-то из Фатуи, после спасения какой-то важной шишки. Спасений людей в лесах Сумеру ей пришлось пережить бесчестное множество из-за звания лесного стража, потому воспоминания тех дней медленно начинали стираться из её памяти. Взгляд переходит на рабочий стол. На нём распласталось множество баночек с разноцветными веществами, неудачные экземпляры экспериментов и плоский стеклянный сосуд с несколькими литрами серебристой жидкости. Та чуть поблескивает под слабым освещением, переливаясь от металлического серого, до голубоватого. — А если так… — девчушка неуверенно берет самую непривлекательную для себя пробирку. В ней оказывается серо-буро-малиновая жижа, намешанная из её же крови, волос и других биологических компонентов. Рука чуть дрогает, но всё же выливает содержимое сосуда к механической жидкости. Судорожно вздохнув и мысленно досчитав до трех, девушка спускает с пальцев фиолетовый разряд энергии. Непонятная для юного ума субстанция начинает бурлить и переливаться, а после резко расширяется. Ойкнув, беловолосая кидается в сторону, прикрывая голову. Дыхание замирает, а пульс до боли учащается. Страх. Она прикоснулась к запретным знаниям? Шум от реакции мало помалу стихает, но Майко не решается поднять голову. — Ты кто? — неожиданно со стороны стола раздается юношеский голос, и девушка всё же вскидывает голову. На столе перед ней расселся беловолосый человек, с яркими мерцающими глазами. Голубизна с примесью фиолетового завораживает, заставляя блондинку приоткрыть рот. А вот абсолютно нагое тело заставляет бледные щеки покраснеть, а саму их обладательницу вскрикнуть. — Ты что идиот?! Прикройся! — розовоглазая кидает в парня плед с кровати, отворачиваясь. В голове суматошно проносятся нервозные мысли. Но одна единственная заставляет её задуматься больше всего. ”Почему он парень?” — Почему я парень? — в ту же секунду спрашивает механизм, осматривая себя, но всё же прикрываясь. — ”Я что, напутала что-то с хромосомами?” — розовые глаза испуганно метаются по созданию. — Ты походу чето напутала с хромосомами, и они у меня не ХХ, а ХУ, — так же синхронно с мыслями выдает парень, по-хозяйски хватая со стола записи об экспериментах и пролистывая формулы. — Ты что, мои мысли читаешь? — Майко удивлено хлопает глазами, глядя на парня, а тот тут же уставляется на неё с не меньшим удивлением, — Хотя… — Если так подумать… — хором с девушкой продолжает механизм. — Ты ведь сделан из меня… — А это значит… — Мы один человек… — Только я парень, потому что у тебя руки кривые… — Чего ты вякнул?! — вспыхивает розовоглазая. — Да ты сама так же сказала! — с не меньшим возмущением отвечает юноша, а после оба замолкают. В голове обоих проносится рой из общих слов. — ”Ты ведь слышишь мои мысли?” — аккуратно спрашивает беловолосая, а после получает удивленный кивок. — Фантастика, — уже вновь синхронно выдают оба уставляясь друг на друга. — А форму ты можешь менять? — интересуется беловолосая, с изумлением глядя на свое творение. Страх окончательно испарился, остался лишь интерес. — Не знаю, сам пока не понимаю как. Но по факту я скорее тебя слушаюсь, так что тебе надо пытаться меня изменить, — задумчиво отвечает механизм. Девушка задумчиво вытягивает руку, немного напрягаясь. Тело механизма вновь начинает переливаться, а после вместо нагого торса взгляду открывается простая белая рубашка. На нижней части туловища так же наконец-то появляется одежда. — Фух, слава богу, — вздыхает Майко, забирая у парня плед. — Прикольно, — механизм с воодушевлением оценивает свой внешний вид, вставая из-за стола и подходя к зеркалу. — И как тебя звать? — вновь задумывается учёная, получая такую же реакцию ответ. Все их действия абсолютно идентичные. Наверняка с возрастом это идёт, ведь мало помалу они будут становиться отдельными личностями, но пока что их разум и действия полностью повторяют друг друга, словно сделаны под копирку. Лишь мелкие различия из-за разных полов начинают прослеживаться уже сейчас. — Ээ, — тянет юноша, налюбовавшись собой, — Не знаю, ты же меня никак не называла. — Может… — Майко задумчиво потирает подбородок, — Морис? — беловолосая с ожиданием всматривается в юношу, надеясь, что имя ему понравится. — Мм, сойдёт, — кивает механизм, плюхаясь на кровать, — Но этот роман полный отстой, — фыркает парень. Имя его девушка взяла из недавно прочитанной книги, и это он конечно же сразу же понял. — Хороший роман! — в очередной раз за день вспыхивает розовоглазая. — Да отстой, парням такое не нравится, — закатывая глаза зевает Морис, — Хотя если ты хочешь всю жизнь быть странненькой нюней с плаксивыми романами, вопросов нет. — Че ты там вякнул, — рычит Майко. Этот парень совсем такой же как она, прямолинейный и эксцентричный. Такое поведение действительно выводит людей из себя. Голубоглазый заливается смехом, а девушка неожиданно для себя тоже начинает смеяться. Кажется с этого дня её жизнь полностью изменится, ведь теперь, она не одна такая чудачка.

***

— И-и-и… Что это? — кареглазая подруга с опасением смотрит на серую говорящую жидкость на руке подруги. — Морис, — гордо отвечает беловолосая, радостно глядя на свое создание. Спустя несколько недель существования своего ”осколка” она всё же решилась показать его своим одноклассникам. — Жуть, — констатирует Нарек, поджимая губы. Остальные друзья тоже не выглядят шибко воодушевленными. — Сам ты жуть, — синхронно огрызаются механизм с создательницей. — Если так подумать, это реально прогресс в механике и биологии. Если конечно не учитывать, что в Сумеру запрещено изучение осознанных машин, — потирает подбородок Айзек, — Да и занимаются таким в мире не многие, психи одни, — задумчиво продолжает парень, на встретив недовольный взгляд тушуется, — Но ты ведь, Майко, не такая, как например Доктор, — темноволосый неловко смеется, а обстановка за столом сразу же мрачнеет. — Кто он такой, этот Доктор? Я не раз слышала это имя, но так и не поняла кто это. Дипломат Снежной? — вопрошает беловолосая, недоуменно глядя на потускневших одноклассников. — Ты прикалываешься или реально не знаешь? — за парту подсаживается Кавех, устало потирая глаза, круги под которыми мало помалу начинали чернеть. Кажется его мать вновь пребывает в не лучшем состоянии после годовщины смерти мужа, потому и сам парень выглядит подавленным. — Да не знаю я, — бурчит Майко, мысленно поджимая губы. Блондин в последнее время совсем раскис, но продолжает вести себя как ни в чем не бывало. Хотя ей его состояния в любом случае не дано понять, у неё и семьи никогда не было. — Да, он дипломат Снежной, — вздыхает Аль-Хайтам, всё же отвечая на вопрос подруги, — Хотя правильнее сказать учёный. Несколько сотен лет назад учился в Академии, его считают гениальнейшим студентом за последние семь сотен лет, даже Лизу Минчи обошел. Но в итоге он был исключён за ”противоестественные” мысли. Ходят слухи, что он проводит эксперименты на людях и богоподобных существах, ну и всякой другой дряни. — Другой дряни? — беловолосая словно пропускает мимо ушей все слова о бесчеловечности некого Доктора. — Ну например, ходят слухи, что у него есть множество клонов, разных версий его самого. Вот только зачем они ему?… — Кавех непонимающе уставляется в стол, немного хмурясь. — Может для разного восприятия мира? Он же учёный, иногда нужно иметь возможность смотреть на проблему с разных сторон, — предполагает беловолосая, ловя на себе удивленные взгляды. — А вот мне отец рассказывал, что его дед рассказывал, а ему рассказывал его, который рассказывал… — Нарек путается в словах, а после мотает головой, чертыхаясь, — Чёрт, короче в семье моей говорят, что ещё в студенческие годы он экспериментировал над людьми с элеазаром, устроившись в одну из больниц. И по сей день Фатуи предлагают свои ”целебные услуги”, хотя ни один из попавших к ним пациентов так и не вернулся, — парня чуть передергивает от жутких мыслей. — Вот поэтому этого маньяка и изгнали, хотя лучше бы казнили сразу, — закатывает глаза Айзек, — Не отрицаю, что он гений и всё такое. Глядя на технологический прогресс Снежной хочется лишь похлопать. Но от таких гениев, лучше сразу изолироваться, мало ли что у него в голове щелкнет и на следующий день Тейвата не будет. — Ему наверное одиноко было… — шепчет Майко, задумчиво глядя в стол. — Чего? — все пять пар глаз удивленно уставляются на девушку. Та приоткрывает рот, дабы пояснить свою мысль, но с губ слетает лишь простое. — Ничего, — качает головой беловолосая, — Просто стало интересно, какой путь ему пришлось пройти. — Надеюсь, полный боли и страданий, как и у всех людей попавших в его лапы, — фыркает Нарек, — Ты же не испытываешь к нему сочувствия? — Нет, ты что, меня за сумасшедшую принимаешь? — фыркает блондинка. За все года учёбы она научилась фильтровать реакции окружающих и стараться вести себя так, чтобы не вызвать бурю неодобрений. — Вот и славно, — кивает Айзек, потягиваясь, — Ты то у нас не такая, станешь хербадом, или может даже мудрецом и будешь служить Сумеру во имя благой цели, — подмигивает кареглазый, поднимаясь из-за парты, — Ладненько, ребята, мне домой пора, обещал отцу помочь. — Да, и мне пора, нужно приготовить обед для мамы, — соглашается Кавех, так же поднимаясь. Постепенно все так же встают и, попрощавшись, покидают класс. В конце концов в нём остается лишь беловолосая, уныло уставившаяся в школьную доску. Класс медленно наполняется персиковым светом заката, а весь шум вокруг стихает, погружая кабинет в умиротворение. Майко спешить некуда, дома ее никто не ждёт. — Чего задумалась? — спустя несколько минут прерывает тишину Морис. — Не понимаю, — шепчет беловолосая, — Если ты глупый, тебя все ненавидят, а если гений, ненавидят ещё больше. Почему для спокойной жизни обязательно быть серой массой?.. — розовые глаза чуть поблескивают в закатных лучах. — Ну, если ты убийца, то очевидно, что тебя все ненавидеть будут, — фыркает механизм. — Божественную мудрость разумными путями не постичь, он лучший за последние семь сотен лет, — качает головой розовоглазая, — Я не уверена, что он смог бы достичь таких успехов без жертв. — Ну так его же выбор, теперь небось как сыр в масле катается, пусть в родной стране его и ненавидят, — вздыхает Морис. — Стать верхушкой приближенной к архонту, так ещё и такой сильной… Этого не достичь без таланта, а талант никто не выбирает, — продолжает хмуриться школьница, — Если ты рожден гением, ты обречен на одиночество и ненависть со стороны окружающих? — Ты боишься этого? — коротко спрашивает Морис. — Да, — так же коротко отвечает Майко, — Я боюсь оступиться и стать таким же изгоем. Не хочу быть одна. Не хочу, чтобы меня ненавидели. Но и штаны просиживать на должности дастура, или, в лучшем случае, хербада, не хочу. Но чтобы быть ”нормальной”, надо жить в рамках, а это значит… — Настоящую тебя, как гения, скорее всего все в итоге не примут, — грустно заключает Морис, получая унылый кивок, — Идеального мира нет и не будет.

***

Меня зовут Майко Хельстермонд. Мне восемнадцать. Сегодня я официально стала дастуром. — …Поздравляю вас всех с повышением в карьерной лестнице, сегодня для вас начнётся новый этап жизни… — мудрец зачитывает пафосную речь, отрывки которой эхом долетают до самой молодой девушки в зале, — …Мы надеемся, что каждый из вас принесёт огромный вклад в развитие Академии и… Вклад? Вы хотели сказать, будем батрачить на вас годами, выполняя лишь скучные поручения? В этой стране нет свободы мысли, о которой все так яро твердят, тому подтверждение терминалы Акаши. Хотя их использование сходит на нет, мотивы Академии всё ещё весьма очевидны, если ты чуть умнее среднего. Они просто хотят заполучить удобных. Торжественная часть незаметно завершается и девушка покидает Академию. Улица встречает её духотой и жарой, несмотря на вечернее время суток. По вечерним улицам прогуливаются веселые пешеходы. Парочки, друзья и семьи. Все выглядят чересчур счастливыми, но вот в беловолосой ученой по какой-то причине нет абсолютно никакой радости. Такое состояние редко настигает её, но почему-то именно сегодня настроение было ниже плинтуса. В голове промелькивают воспоминания двухчасовой давности. — Майко, поймите, мы прекрасно видим ваш ум и амбиции, но есть в Академии вещи, которыми строго настрого запрещено заниматься даже дастурам, — цинично отчеканивает мудрец, приспуская очки, — Достигните уровня хербада, и тогда поговорим. — Я ведь просто разобрала этот механизм и посмотрела, что внутри. Неужели даже это… — оправдывается беловолосая и тут же ловит на себе строгий взгляд. — Ваши мысли, Майко, текут в мутное русло, — холодно отчеканивает мудрец, — При всем уважении к Вам, Вы знаете, как мы поступаем с такими людьми. — Я поняла Вас, — девушка тушуется и покорно склоняет голову. Блондинка коротко вздыхает, потирая виски. Развернувшись на каблуках, она медленно направляется к дому. Духота города удушает, заставляя прикрыть глаза в неприятном ощущении. Этот год выдался на удивление ещё более жарким, чем обычно. Кора и ребята говорят, что я молодец. В Академии всё идёт действительно довольно гладко, я смогу занять хорошую должность в будущем. Даже финансовые проблемы мало помалу испаряются. Но для кого я стараюсь? В этом вообще есть какой-то смысл? Розовые глаза наполняются ясностью, при виде знакомых фигур вдалеке. Темные высокие ушки она видит уже из далека, давненько она не встречала лесного стража в городе. — Тигнари! — Майко приподнимает руку, приветственно маша парню. Тот так же оборачивается, натягивая теплую улыбку. — Майко, привет, — кивает зеленоглазый, как только учёная наконец приближается к нему. Взгляд цепляется за девочку, стоящую рядом с парнем. Зеленые вьющиеся волосы обрезанные в немного несуразное месиво и хмурые фиолетовые глаза. Кажется она напряжена. Внешность девочки выглядит неимоверно знакомой. — Коллеи? — неуверенно спрашивает Майко, получая кивок, — А ты подросла, — блондинка неловко улыбается. С этой особой она никогда не имела близких отношений, да и разговаривала от силы раза два, — Я думала ты проходишь лечение, ты уже вернулась? — Лечение? — грустно спрашивает зеленоволосая, мрачнея ещё больше, — Сложно это лечением назвать было… Розовоглазая непонимающе хлопает ресницами, неловкость начинает нарастать. — Слышал сегодня было посвящение в дастуров, поздравляю тебя. Как всё прошло? — Тигнари тактично сменяет тему. — Спасибо, — Майко кивает, тепло улыбаясь, — Всё хорошо, но я устала немного. — Ну так ещё бы, по четыре часа сна спать, — подает голос Морис, а фиолетовые глаза тут же испуганно впиваются в блондинку. — Ой, да ладно, на том свете отосплюсь, — усмехается ученая, потирая затылок. — Что это было? — неуверенно спрашивает Коллеи, сканируя девушку взглядом. — А? — розовоглазая удивленно склоняет голову вбок, — Это Морис, ты наверное не в курсе о нём, мы ведь никогда особо не общались. Он биологический механизм и мой клон типо, — блондинка вытягивает руку, скапливая на нём мерцающую субстанцию. — Приветики, — механизм тянется к девочке, но та резко отталкивает от себя руку, вскрикивая. — Не трогай меня! — кричит зеленоволосая, резко разворачиваясь и убегая. — Черт, Коллеи! Стой! — вскрикивает Тигнари, глядя на то, как девчонка тут же теряется в толпе, — Пожалуйста, помоги найти её, она очень пугливая, — умоляет парень, пускаясь вслед за девочкой с фиалковыми глазами. — Да, конечно, — кивает Майко, следуя за ушастым. Улицы быстро сменяются перед глазами, беловолосая быстро перемещается между прохожими, попутно извиняюсь перед сбитыми и спрашивая о пропавшей девочке. Спустя пятнадцать минут поисков Майко выходит на безлюдную улицу. Уже совсем стемнело и разглядеть что-либо становится всё сложнее. Лишь тихие всхлипы в стороне заставляют беловолосую застыть, а после медленно приблизиться к кустам. — Эй, ты в порядке? — аккуратно спрашивает блондинка, ловя на себе яростный взгляд, — Прости, я не хотела тебя напугать. И Морис тоже. — Зачем тебе вообще такое создание? — рычит Коллеи, впиваясь взглядом в учёную. — Чего? Э, ну, — тушуется Майко, — Он мой ассистент, очень удобно, когда можешь понимать своего напарника с полуслова… — Коллеи! — Тигнари выбегает из-за угла, приближаясь к девушкам, но зеленоволосая на него абсолютно никак не реагирует. — Сначала создаешь клонов, а потом людей под нож пустишь? — не унимается девчонка. — Ч-чего? — дастур непонимающе хлопает глазами, застывая. — Коллеи, что ты такое говоришь, — расстроенно вздыхает лесной страж, — Майко хорошая девушка, очень умная. Она у нас уже метит на звание лучшей. — Да пусть сдохнет вместе со своими клонами! Сколько ещё вы будете оправдывать таких ”гениев”?! — вспыхивает девочка, из глаз которой начинают катиться хрустальные слёзы, — Доктора вы все тоже белым и пушистым считали, но… — Что? — ещё более непонимающе вздыхает Мари. — Коллеи, угомонись… — чуть строже продолжает Тигнари, перебивая зеленоволосую. — Что у вас тут происходит? — из тени показывается ещё один человек, стремительно приближающийся к троице. — Казни её, Сайно! — Коллеи наконец окончательно прорывает и та пускается в отчаянный плачь. — Отнеси её в Гандхарву, ей нужно передохнуть, я скоро буду, — обращается страж к блондину, получая незамедлительный кивок. Парень коротко поджимает губы, а после Сайно быстро подхватывает девочку на руки, унося подальше. — Что это было? — ошарашено спрашивает Майко, хлопая глазами, — Она вообще здоровая? Что я не так… — Идём, — вздыхает Тигнари, кивая в сторону более людной улицы. Преодолев расстояние, пара усаживается на лавочку, — У Коллеи сейчас не лучшие времена. — Я думала родители отправили её лечиться от элеазара, — блондинка нервно сжимает кулаки. От грубых слов девочки всё ещё покалывает в груди. — Да, вот только отправили не совсем к нужному человеку, — Тигнари устало потирает переносицу, а уши его чуть опускаются, — Её отправили к Иль Дотторе, предвестнику Снежной, ты ведь слышала о нём. Но по итогу все её лечение было больше похоже на эксперименты, — грустно начинает парень, — Её психика сейчас не в лучшем состоянии, но я работаю над этим. Ты, видимо, чем-то напомнила ей Доктора, потому она так испугалась… — Вот как, — кивает Майко. Опять этот сумасшедший мужчина на слуху, выходит все слухи действительно правда? — Я знаю, что ты не такая, Майко, но Коллеи сейчас тяжело, так что будь с ней помягче… — А я сделала что-то грубое? — дастур чуть хмурится. — Нет, но… Некоторые твои открытия, если так посмотреть со стороны, действительно немного жуткие, — парень неловко поджимает губы, — Она в какой-то степени права, ты вполне могла бы стать такой же, как и Доктор… — Чего? Я людей резать не собираюсь, вы меня за поехавшую держите? — Майко с подозрением уставляется на потомка фенека. — Я не это имел в виду, нет, — Тигнари защитно машет руками, — Ты умная, гениальная, твои успехи просто супер, — в словах парня почему-то начинает чувствоваться фальш, — В общем, прости её. Она просто испугалась от вашего малого сходства с Дотторе, — темноволосый почесывает затылок, а после поднимается, — Извини, мне пора, — не дожидаясь ответа страж удаляется, оставляя девушку одну. — Почему они принимают меня за монстра какого-то, — устало хнычет Майко. — Для людей свойственно бояться чего-то или кого-то, более сильного по параметрам, — уныло вздыхает Морис. Голова медленно откидывается, а блеклые розовые глаза уставляются в звездное небо. Тысячи холодных далеких холодных искринок разлились по небу, окружив тонкий полумесяц. — Я иногда думаю, в этом мире вообще есть кто-нибудь, способный понять меня?.. — тихо шепчет учёная. — Наверняка, — коротко отвечает Морис, — Но, скорее всего, пройдут года и множество испытаний, до тех пор, пока вы встретитесь. — Хотелось бы…