Укрывшись в собственном замке из песка

      На телефон Андеру пришло сообщение, и парень потянулся узнать, что же могло отвлечь его. Это оказалось сообщение в общий чат от Самуэля: «Может соберёмся сегодня у нас в кафе? Надо отвлечься от всех этой суматохе» «Согласен» — ответил Патрик. «Окей» «Давайте»       Сообщения посыпались быстрее, чем Андер успевал читать. Начали всплывать иконки с круглыми фотографиями друзей парня. В этом чате были все, кто тесно общается между собой. Это был общий чат, в который постоянно скидывали какую-то важную информацию, смешные моменты, приколы. Иногда могли просто писать, когда кому-то было скучно. Чат спасал, ведь помогал быстро разносить любую информацию между студентами.

***

      К назначенному времени Андер подошел к кафе, в котором с этого года работал Самуэль. Он подрабатывал официантом, уборщиком, если соединить, то это всё называется красивым словосочетанием «обслуживающий персонал». Жизнь вынудила Самуэля устроиться на работу. Его брат всё ещё ведёт свою безбашенную жизнь, постоянно попадая в какие-то передряги, а про мать Самуэля Андер уже давно не слышал. Скорее всего, она живёт всё так же, как и жила раньше, когда Самуэль только зачислился в школу Лас-Энчинас. Она может любит своих сыновей больше всего на свете, но не является трудолюбивой женщиной, которая хотела бы работать, чтобы обеспечить счастливую жизнь детей.       В этот раз на Андере была надета простая белая футболка, больше него на несколько размеров. Её рукава доходили до локтей парня, а впереди была изображён интересный принт. Какие-то беловолосые девушки, глаза одной из которых замазаны черным прямоугольником, а другая повернута спиной, так что не видно её лица. Девушки будто бы находились на танцполе, потому что та, что повернута спиной высоко подняла руки, и по её волосам, забранными в хвост, было ясно, что она подпрыгнула. У второй были распущены волосы, но уложены в хаотичном, но красивом беспорядке. Надпись измазала футболку своими красными буквами, как будто это было написано из баллончика с краской на стене заброшенного здания. «Fake» — гласила футболка.       Андер прошёл в здание, и увидел уже танцующих и, возможно, выпивших людей. Но те, которые ему нужны были расположились на оранжевых диванчиках, смеясь, пытаясь перекричать музыку. Парень подошёл к столику и его тут же увидел Самуэль: — О, Андер, — и потянул руку, чтобы поздороваться с приятелем. Андер же тоже в ответ протянул руку, и все услышали хлопок, исходящий от парней, как только она прикоснулись друг другу. Гусман сидел на диване, забросив одну руку на спинку мягкой мебели. Он был совершенно не зажатый, свободный, как будто с ним ничего не происходило. Как же люди легко могут меняться в зависимости от ситуации. Сегодня они могут изливать тебе душу по поводу своих переживай, а завтра смеяться, как будто в их жизни царит идеальный порядок и нет никаких проблем, нет того, что можно было бы обсудить. Современная жизнь будто-то бы описывается одним словом, которое так кстати представлено на футболку Андера. «Фальшивка» — что-то ненастоящее.       Андер потянулся за стоящей на столе закрытой бутылке пива, с красивой и яркой этикеткой. На руках парня, как обычно были украшения: одно кольцо на мизинце, серебристого цвета выглядело довольно большим из-за своей формы, а вот серебряная цепочка, которую парень никогда не снимает, так и покоилась на запястье. Рядом с ней ещё была какая-то косичка из разноцветных ниток красного, оранжевого и желтого цвета.       Напиток незамедлительно проник в желудок Андера, обволакивая в своём яде каждую клетку пищевода. Желтый цвет окрасил язык парня, означающий, что в состав напитка был добавлен краситель. — Это «Bud Light», — проговорил Патрик, сидевший напротив парня, с необычной футболкой, — необычный вкус, правда?       Омар решил не приходить сюда вместе с Андером, потому что ему нужно было помочь матери. Она очень сильно попросила его, хотя знала, что Омар не хочет видеться с отцом. Несмотря на то, что глава семьи наигранно принял ориентацию и жизненный путь сына, Омар всё равно чувствует, как не оправдал ожидания родителей, как отец лишь пытается делать вид, что ничего между ними не произошло. Вроде мистер Шана не презирает сына в открытую, но напряжение всё равно осталось, гадкий осадок никуда не растворился из голубого коктейля. — Да, есть такое. — Попробуй, Miller Lite. Он приятнее, — произнёс, протягивая свою бутылку Патрик. На нём была белая футболка с маленькой черной надписью в углу, а сверху красная рубашка в клетку.       Андер взял у приятеля бутылку и наклонил, чтобы попробовать вкус, о котором говорил Патрик. Действительно, это пиво намного слаще и имеет интересный привкус.       Люди, пришедшие отдыхать так же, как и собравшаяся компания учащихся, танцевали под биты энергичных песен, ведь диджей, будто угадывая настроение публики, включал подходящие треки. Андер посмотрел на девушку, которая своими распущенные волосами постоянно задевала, стоявшего рядом с ней парня, в необычной кепке, с нарисованной буквой «К». Затем взгляд остановился на парочке, которые держат друг друга за руки, и слегка подпрыгивают, пытаясь изображать что-то, что можно назвать танцем. Они так наслаждаются временем вместе, что не хотят отпускать руки. Они не обращают внимание на окружающих людей, и это понятно, ведь, когда ты увлечен своей жизнью, своим моментом, тебя совершенно не интересует, что думают люди, находящиеся рядом. Человек счастлив, и ему не нужно знать, что происходит у других людей. Ты слишком занят собой.       Иногда так явно чувствуется, что человеку не нравиться то, где он находиться. Люди могут находиться на какой-то вечеринке, но постоянно сидеть в телефоне. Можно предположить, что им не сильно интересно то, чем занимается окружение в данном месте. Конечно, есть ещё масса других причин, почему человек может отвлекаться на свой гаджет, но всё-таки эта является одной из главных. Человек просто не заинтересован.       Перед Андером возникли две фигуры, и загородили парню обзор на танцующих людей. Это были Менсия с Ребекой, которые направлялись прямо в центр, чтобы так же, как и другие, насладиться танцем. Погрузиться в атмосферу танцпола, когда играет невыносимо громко музыка, которая заставляет твои руки подняться вверх, и качаться на ногах из стороны в стороны, пытаясь подстроиться под ритм песни. — Ты видел сегодня мистера Аппонса? Он явно был в настроении. — Я видел только, что он, как заворожённый, пялился на юбку старшекурсницы, — обсуждали преподавателя по математики Гусман и Самуэль. — Пойдём тоже потанцуем? — спросил голос, находящийся рядом.       Андер перевел взгляд на Патрика, и, ничего не отвечая, посмотрел рассерженным взглядом. В этот момент Андер думал не над тем, почему Патрик продолжает к нему лесть, а над тем, не является ли его соглашение признаком неуважения к Омару. С одной стороны, они с Омаром договорились и почти забыли огромную проблему, возникшую в их отношениях в этом году, под названием Патрик Бланко Коммерфорд. Но с другой, Андер пришёл в это заведение именно за тем, чтобы отдохнуть. Насладиться и расслабиться, и парень не должен сидеть, как замужняя мусульманка, завидно смотря на отдыхающих. Он никого не предает, если один раз сходит потанцевать со своих одноклассником. — Что я опять не так сказал? — продолжил допрос Патрик. Андер встал с дивана, оставив пустующее место, рядом с Гусманом, и бросил короткое: «Пошли» — направился на свободное место в заполненном зале.       Патрик, конечно, направился за парнем, и они принялись плясать, занюхивая не растворившийся в воздухе запах пота, перемешавшийся с ароматом духов. На фоне слышалось «Carita de Inocente», и радостные крики молодёжи. Андер закрыл глаза, чтобы больше сконцентрироваться на своём состоянии, и понял, что возможно именно такой встряски ему не хватало после того, как он вернулся домой. Не хватало именно этой безразличности и личного спокойствия.       Прошло уже несколько песен, которые перелистнул диджей, сам не забывая пританцовывать, редактируя кнопки на аппаратуре. Парень чувствовал уже не первый мокрый кусочек ткани, которые прилип к его спине. Мышцы уже успели устать, как будто после интенсивной тренировки в спортивном зале. — Пойдём со мной, — вырвалось у Патрика, и он ухватил руку Андера и потянул на себя. Парень с кричащим названием, подходящим под некоторых людей, «Fake», не успел понять, что происходит, ведь голова продолжала кружиться от резко меняющихся цветов прожектора, и постоянного движения вокруг. Патрик всё тянул Андера, а тот не хотел пока прекращать, потому что не понимал, что Патрик хочет сделать. И уже через несколько секунд парни оказались около туалета. Патрик взволнованно обернулся, посмотрев на сложившуюся обстановку, и открыл дверь, впустив туда Андера, и зашёл сразу же за ним следом. Патрик прикрыл за собой дверь и повернул щеколду, издав громкий звук. — Патрик, подожди… — начал говорить Андер, потому что даже не хотел предполагать, что на этот раз придумал его одноклассник. Как бы возбуждающе иногда не выглядел Патрик, как бы он не развлекался, придумывая новые способы привязать к себе новую пассию, сам Андер уже решил для себя, что никогда больше не совершит такой ошибки. Только увидев боль Омара, увидев его наигранное безразличие, парень понял, как же на самом деле дорожит своим близким человеком. Омар всегда был рядом с парнем, в самые сложные моменты его жизни. Когда у Андера всё шло ко дну, всё растворялось в бездне, Омар всегда находил время просто сесть рядом, и обнять. Важно именно это. Возбуждение утихнет, а отношения не вернёшь.       Одноклассник Андера, который только с этого года учится в школе Лас-Энсинас, посмотрел на бывшего любовника, со взглядом разочарования. Его губы даже не пытались выразить улыбку, а брови были в обычном состоянии, лишь немного пытались приблизиться друг к другу. Патрик развернулся к умывальнику, и смотря в зеркало, полез за чем-то в карман его темных штанов. Он достал прозрачный маленький пакетик, который с легкостью умещался в руку, не наводя на себя подозрение его присутствия. Парень потянул противоположные стороны мешочка, позволяться содержимому белому веществу погрузиться в атмосферу окружающего мира. — Ты будешь? — глядя через зеркало в глаза Андера, спросил Патрик.       В этот момент у Андера закружилась голова от ситуации. Раньше он употреблял наркотики, и даже благодаря им познакомился с Омаром, но сейчас он вроде как завязал с ними, и не нуждался в их использовании. У него в жизни было так много и без того интересных событий, когда он испытывал и всплески радости, и разрывался от состояния уничтожения и разочарования. За это время было так много моментов, когда парень испытывал бурные эмоции, но так давно не было искусственно-приобретённого чувства ликования и умиротворения. — Да, — как будто эхом разнеслось по туалетной комнате.       Андер хотел этого. Хотел вновь окунуться в состояние эйфории, хотел почувствовать себя не обязанным никому и ничему, хотел получить удовольствие. Патрик достал салфетку и рассыпал на ней мелкие белые горошинки, которые можно было рассмотреть только под микроскопом. Парень сделал полоску, которая была примерно сантиметров 7 в длину, выглядевшая как небольшая горка из песка. Патрик достал прозрачную трубочку и протянул её Андеру. Тот посмотрел на протягиваемый предмет и задержался на несколько секунд, но потом взял трубочку, которую сразу же направил одним концов на рассыпанный белый песочек, а другим себе в нос.       Патрику не приходилось объяснять парню, что именно нужно делать, потому что тот и так делал всё правильно. Юноша, словно заворожённый, смотрел за тем, как плавно и осторожно, но в тоже время достаточно уверенно Андер проводит всю эту операцию. Он и не думал о том, что тот когда-то имел дело с наркотиками. Андер, по-видимому, пытался насладиться этим моментом, и делал всё не спеша. Наклонившись достаточно, чтобы всё получилось, парень глубоко вдохнул и мелкие крупинки стали исчезать с поверхности салфетки.       Андер откашлялся: — Безвкусные. Это отлично. — Да, тот, у кого я беру, предлагает только такие. Горькие я и не предпочитаю, — проговорил Патрик, пока брал из руки Андера трубочку. Парень повторил ту же процедуру, что и его приятель, находившийся с ним в одном замкнутом помещении. — У кого ты берёшь?       Андер чувствовал, как потихоньку он расслабляется, и мышцы становятся вялыми и слабыми. Состояние его с каждой секундой становилось всё более и более мутным. — Он просил не говорить его имя.       Патрик посмотрел на пустую салфетку, на которой не осталось ни одной крупинки белого вещества. Он сложил бумажный платочек, скомкав его в комок, и выбросил в мусорное ведро, которое находилось прямо рядом с раковиной. Затем, парень включил кран и из него полилась вода, в которой он намочил трубочку, избавив её от последних остатков наркотического вещества. Трубочка была перемещена в карман тех же штанов, откуда Патрик изначально доставал пакетик.       Андер смотрел на то, как медленно глаза Патрика становятся совершенно не такими, как были несколько минут назад. Нет, они не сменились на коричневый цвет, они всё также остались голубыми, но черные кружочки, которые были в самой середине зрачка постепенно увеличивались в размерах, будто он смотрел на персонажа из своей любимой игры. Особенно у Патрика было видно это явное различие, ведь его глаза светлого цвета, и на фоне этого, черные зрачки заметно менялись в размерах. — Ты раньше ведь употреблял наркотики, да? — спросил Патрик, посмотрев на Андера прямо в глаза, позволив ещё лучше понять диссонанс своих расширенные зрачков. — Да, был опыт.       Андер развернулся спиной к зеркалу и присел на каменный стол коричневого цвета с странными разводами, внимание на которые парень конечно же не обратил. Как же давно Андер не испытывал этого ощущения. Это резкое наслаждение, которое возникает от одного вздоха вспомогательных веществ. Эта эйфория, этот кайф, замены которым нигде в мире не найдешь. Так кажется каждому человеку, который попробовал вызвать радость с помощью наркотиков. Сначала ты удивляешься, как же хорошо тебе стало, находишься в состоянии удовлетворения жизни, и, действительно, счастлив в том состоянии, в котором находишься. И со временем хочется больше и больше чувствовать это состояние, каждую неделю, день, час. И с течением времени вкус белых порошочков потихоньку теряет свою яркость и становиться однотипным, и совершенно не таким, каким был в первый раз его приема. И с каждым новым разом тебе хочется чувствовать это чаще, больше и дольше, ты увеличиваешь дозы, и твоё влечение растёт, пока, наконец, ты не становишься от них зависим. — Смотри-ка, больше не игнорируешь меня? — процедил Патрик, пытаясь протиснуться между ногами Андера.       Иногда в жизни складываются такие обстоятельства, что человеку приходится отказаться от употребления «весёлых» веществ. Однако, когда ты вновь их видишь, в твоей голове будто возникают воспоминания о том, как же тебе было хорошо, когда ты иногда вдыхал белые крупинки себе в нос. Ты вспоминаешь, какие приятные ощущения ты носил в себе после первого попадания вещества в организм. Внутри будто бы опять начинают щекотать бабочки, а кровь хаотично начинает плескаться в твоих жилах, надеясь всё-таки найти место облегчения, как будто она убегала от маленьких человечков, которые дразнили её копьём.       Андер не хотел отвечать на бессвязные вопросы Патрика, ведь скорее всего на него действует сила наркотиков, и он начинает нести всякую чушь, существование которой в последствии не вспомнит. Однако у Патрика не было желания продолжать смотреть в блестящие глаза напарника, поэтому он начал приближаться ближе к лицу, сокращая то немногое расстояние между ними. Голубоглазый коснулся губами губ Андера, и почувствовал сладкое притяжение внизу живота, который тянулся, растягивая удовольствие, будто сыр в горячей пицце. Рука не слушалась своего владельца, и сама взмыла к мягким волосам Андера, закручивая в своих пальцах мелкие кудряшки, которые уже успели отрасти после недавней химии. Андер закатил глаза, когда другой рукой Патрик коснулся паха, аккуратно поглаживая.       «Что же ты делаешь?» — пронеслось в туманной голове. Андер поднял правую руку и положил её на грудную клетку одноклассника. Приходилось приложить некоторые усилия, чтобы надавить, позволив Патрику отступить подальше и разорвать поцелуй, от которого он терял равновесие от наслаждения. Широкие зрачки голубых глаз не показывали своё счастье, а лишь пафосно старались не разрывать зрительный контакт с Андером. В них читалось недовольство, смешанное с невыполненным желанием. Но Андер соскользнул со стола и направился к выходу, без желания оборачиваться, чтобы посмотреть на разочарованного человека. — Игнорирую.