Двое на Ламборгини

      Хорошая погода – редкость в славном Санкт-Петербурге. Но сегодня она радует гостей и жителей города. Солнце радостно светит с синих небес, зелень деревьев контрастирует с ним. Все яркое, веселое – словно на картинке в доброй детской книжке. Или это просто у Димы отличное настроение? И оно так влияет на все вокруг, даже на погоду? Кирилл только что прислал голосовое, что застрял в пробке, но скоро будет. Дима слушает его и улыбается. А в голове звучит мотив старой-старой песни: По переулкам бродит лето, солнце льется прямо с крыш В потоке солнечного света у киоска ты стоишь Блестят обложками журналы, на них с восторгом смотришь ты, Ты в журналах увидала королеву красоты. При чем тут журналы с королевой красоты? Наверное, дело в том, что в Питер пришло настоящее лето! Самое что ни на есть, настоящее. Термометр показывает плюс двадцать четыре. И на небе – ни облачка. «Интересно, куда можно пойти? Точнее, поехать сейчас», - думает он, глядя в окно. Пока стажер Дубин на работе и честно пытается заполнить документацию, помогая майору Грому. Потому что Игорь терпеть не может всякие «бумаженции» заполнять. А надо все держать в полном порядке. А то комиссия нагрянет с проверкой, и Федору Ивановичу опять оправдываться и убеждать комиссию в том, что майор Гром выполняет план по раскрытию за все отделение. И документы он оформит, обязательно!       Красная «Ламборгини» или «Ламборджини» заруливает в двор отделения. Сотрудники невольно выглядывают в окна. - А за нашим Дубинушкой приехали! – громко оповещает всех Цветков. - Костя, язык, - напоминает Ксюша Зайцева, - и мозги должны быть связаны между собой. Дима улыбается так, будто второе солнышко с небес заглянуло в опенспейс питерского полицейского отделения. И выскакивает на крыльцо. Кирилл хорош, в светлой рубашке с короткими рукавами, с улыбкой без этих золотых грилзов. - Ой! Киря! Дима никак не ожидал, что Кир подхватит его на руки и закружит. Как девушку, чесслово. При всех-то! - Ничего, пускай завидуют, - Гречкин угадывает мысли Димы, - куда поедем? - М-м-м-м, - в голову ничего не приходит. И тут желудок раздраженным бурчанием напоминает, что уже далеко за полдень, а Дима, его хозяин, попил чаю с бутербродами в семь перед работой и выпил чашку невкусного кофе в одиннадцать. Бурчит так громко, что слышно и Кириллу. - Понял. «Марчеллис»? Итальянская кухня лучше всего в Милане, но тут в Питере это единственное, где готовят съедобную пасту, а не макарошки с красивым названием. - Хм, а чем тебе макарошки не угодили? Итальянская, так итальянская. Диме чуть-чуть неловко за такое «бурчание», но организму-то не прикажешь. К тому же после их знакомства в отделении, когда Кириллу было совсем худо, уже глупо стесняться.       Посадка у «Ламбы» низкая, непривычно. Но зато она так плавно трогается с места и вливается в поток машин. А Дима чувствует затылком завистливые взгляды коллег. Кир весело болтает о том, как ездил в Милан, потому, что в Питере гонять на ламбе толком негде. - Мусора цепляются… ой, прости, Дим, это я не про тебя, а про ППСников. Так вот, Италия это еще и родина моей ласточки. Кир нежно проводит рукой по рулю. - Вообще люблю эту страну. Там всегда так солнечно, как сейчас здесь. И помедлив, добавляет: - Ты там непременно побываешь. Дима хочет возразить, что у него нет загранпаспорта, но не решается, только смотрит на пролетающие дома и толпы туристов. Летом наплыв приезжих. - А давай оставим твою ласточку на стоянке и пройдемся пешком, - говорит он, пока не зная, как Кирилл отреагирует на его предложение. - Давай. Только на стоянку зарулю, на платную. - Конечно, такую красоту надо, чтоб охраняли. - Дело в том, что каждый норовит сфоткаться на ее фоне. Нищеброды, - Кирилл фыркает, как сердитый ежик, - фоткались бы на фоне допотопных жигулей. Охранник, видимо, уже знает Кирилла, хватает брошенную ему купюру и кивает, мол, пылинке не дам упасть на капот. - Дальше пешком. Кир берет Диму за руку. Тот незаметно переплетает пальцы с тонкими пальцами Гречкина, слегка удивляясь, что они холодные даже в такую теплую погоду. Невский заполнен людьми – все идут куда-то, многие смеются, фотографируются. То и дело слышится иностранная речь. Паста очень вкусная, Дима заказывает себе Тарьятелле с мясным соусом. - Уфф, хорошо, что не с морепродуктами, - выдыхает Кир. - А что не так с морепродуктами? – слегка обеспокоенно спрашивает Дима. - Я не так. У нас с морскими гадами сложные отношения. Сам Кирилл заказывает себе чашечку латтэ. - Эй, так не пойдет. Ты голодный останешься, что ли? Кажется, даже очки у Димы блестят возмущенно. - Я почти не ем, - признается Кир, - то есть ем, но мало. - Тогда и себе закажи. А то как-то неправильно, когда кто-то ест, а кто-то смотрит… голодными глазами. Со вздохом Кирилл подзывает официанта и заказывает себе «спагетти альо эль-олио». - Только без оливок. Полпорции. Вскоре приносят заказ. И отчего-то Диме стало слегка тревожно, будто яркое солнце закрыла набежавшая тучка. Почему Кирилл такой худющий? Почему он, с ростом под два места, ест по полпорции?       Но эти мысли скоро исчезают – интересно послушать про трассу Имболо в Италии, где проводятся соревнования, автодром Феррари и другие места для гонок. - Ты видел мой дрифт вокруг Исаакия? Ох, зажигал я там зимой! Дима аж поперхнулся. Вообще-то там запрещено устраивать гонки, но для мажора нет ничего невозможного. И слово «нельзя» для Кирилла попросту не существует. - Слушай, Дим, я хочу подняться на крышу Дома Зингера, - Кир говорил, глядя в экран айфона, - так что сейчас пойдем любоваться Питером с высоты. Доедай скорее, пойдем туда. - Кирь, я потом поведу тебя на крыши обычных домов. Ладно? - Я согласен. А сейчас на Зингеровский дом. Дима слегка удивился, что они на экскурсии были вдвоем, но Кирилл объяснил, что выкупил всю экскурсию, чтоб им никто не мешал. - Смотри, Димка! – он радостно размахивал руками, - весь мир у твоих ног! А лето плывет над городом. И кажется, впереди только хорошее...