Двое на Ламборгини

«Какое счастье, - думал Дима, - что Кирюша так быстро отошел от стресса». В тот вечер, когда они приехали к Вере, едва успели, потому что Саша и Вера уже сидели на чемоданах и волновались. И сестра лишь махнула рукой, мол, сам во всем разберешься, да и Леша с Лизой подскажут, не груднички. По поводу Кирилла ничего не сказали – Дима просто не успел предупредить, последние сутки он вообще сам не свой был из-за приступа Кирюшки, такое было впервые на памяти Димы.       И вот два дня они жили «как среднестатистическая российская семья», по выражению Кирилла. Дима рано уезжал на работу, а Кир сам кормил завтраком Лизу и Лешу и провожал до школы. Потом шел досыпать, и к двенадцати – снова в школу за Лизой. Они гуляли час, и потом забирали Лешу. У них в третьем классе - пять уроков, в отличие от первоклашек. Дома обедали все трое. И слали фотоотчет для Димы. Это придумала Лиза, чтоб ее любимый дядя не волновался за Кирюшу. Ей ничего не говорили, но девочка как-то догадалась сама.       Потом – уроки или кружок шахмат у Леши, и шли к метро встречать Диму. Ужинали, оделывали уроки, болтали обо всем и смотрели мультики. Перед сном читали "Незнайку", "Мумми-Троллей", а потом Дима рассказывал сказку собственного сочинения. Кирилл от них тихо балдел и думал, что здорово бы запомнить наизусть.       Два дня пролетели мигом. И вот уже счастливые Вера и Саша вернулись домой, отдохнув от бесконечной круговерти «работа-дом-работа». Дети наперебой рассказывали, как жили без них: - Кирилл мне помогал с английским, он на нем говорит так же, как на обычном. На русском, то есть. - Мам, Кирюша мне купил вот такого мишку, я не выпрашивала, честно-честно. Он сказал, что любой игрушечный мишка мечтает обрести хозяйку, и мы просто выполнили его самую мечтательную мечту. - Мечту Кирилла? - Да нет же! Мишки! Дима смущенно объяснил, что на работе навалилось, как назло, куча дел, и приходилось даже задерживаться допоздна, так что без Кирилла было бы не обойтись.       А Кир, собирает вещи, которыми успел обрасти за два дня пребывания в этой квартире, он как-то умудряется таскать с собой уйму всего, или покупать по прибытию на место. И Диме на колени ставит сумку поменьше, а в ноги – ту, что побольше. И – домой, через весь Питер. Сюда за рулем ламбы сидел Дима, он не рискнул пустить Кирилла. - Домой! Ура! - Кир лихо обгонял другие авто, порой нарушая правила, но не особо лихачил, чтоб Дима не рассердился. Тот неоднократно убеждал любимого, что ПДД написаны на асфальте и не краской из баллончика. Дима слушает веселую болтовню Гречкина и думает - на это раз все обошлось. Но – надолго ли хватит его нервной системы? До следующего косяка? Их с Верой ругали, не без того. Но никогда не унижали. Бывало, в сердцах мама и шлепнет по мягкому месту, бывало, и без мультиков оставляли. Но что так, что от ужаса перед «разборками» с отцом нервный срыв? Никогда не было в их семье подобного. Вот и родной дом. Как же хорошо! - Кирь, у меня тут отчет, до завтра нужно сделать срочно. Кирилл смешно надул губы: - Я-то думал… - Все будет, родной, но после отчета. Ты пока кино посмотри на ноуте в наушниках, ладно? - А как я завтра на работу пойду? Дима насторожился: - Кирюш, а не рано на работу? - А что дома сидеть одному? Со мной все нормально. А вот голова грязная, я с собой шампунь не взял, когда уезжали. - Ладно, идем в душик. Помою твою голову. - Вот, другое дело, - повеселел Кир. Теплые струи мягко поливали спину и плечи. Но еще мягче были прикосновения диминых рук. - Моем-моем трубочиста, - бормотал он, промывая отросшие темные волосы Кирилла. И, разумеется, одним мытьем головы дело не ограничилось. Тут уж инициативу взял Кирилл - в свои руки. Нежные губы ловили губы любимого, ласки становились все откровеннее и все настойчивее. И почти одновременно разрядка – до ярких звезд под зажмуренными веками.       Дома уютно. Верхний свет выключен, ярко светит лишь лампа над компьютерным столом. Дима работает, печатать еще много, и не абы что, надо сверяться с бумагами, которые он взял домой с работы. - Заключение графолога, - говорил он под нос, - а куда я положил заключение судмедэкспертизы? А, вот оно. Хм, и неправильно составлено, надо сказать, чтоб переделали. Что-то фоном бормочет телевизор. А Кирилл наверху, на «спальном этаже». Уж как они его не называют – и купе, и спа-салоном, и сексодромом, и даже местом заключения. - Почему? – поинтересовался тогда Дима. - Потому что оттуда сбежать не так просто. Особенно с утра.       Время идет, стрелки ходят по циферблату. Один фильм на экране сменяется другим. Хотя Диме не до них. Полночь, , полпервого. Хорошо, что есть кофемашина. Вот и час ночи. Наконец-то можно потянуться, быстро надеть пижаму и залезть наверх.       Кирилл был всегда очаровательным – во всяком случае, так казалось Диме. А когда он спал, то становился очаровательнее вдвое. Длинные ресницы, приоткрытые губы. И синий единорожка под боком. Когда-то Дима купил ему эту игрушку, и с тех пор Кирилла неизменно клал его под бок. Если Димы по каким-то причинам не было рядом. Дима поправил огромное одеяло и нырнул под него, в тепло, удобно устраиваясь под боком спящего Кири. Тот что-то пробормотал во сне. И уткнулся в плечо Димы. Единорожка перекочевал куда-то под подушку. - Спи, спи, - еле слышно сказал Дима, закрывая глаза. Завтра – новый день. Он принесет новые заботы и новые радости. И только от нас зависит, как мы воспринимаем это. А пока все мысли хорошо б отключить, как отключаем сотовый. И поставить режим «не беспокоить». Немного страшновато отпускать Кирилла на работу. Но лучше отпустить с легкой душой и верить в то, что все будет хорошо, и что Кир справится со всеми делами и проблемами. «Ты сильный, Кирюш, у тебя все получится», - думает Дима и наконец-то засыпает.