Ученье - свет, Учитель - Тьма.

      Шэнь Цзю очень не любил, когда "брат" являлся к нему с таким выражением лица. Он бы сказал - "одухотворенным", но его портило то, что этот самый "брат" не являясь ни человеком, ни демоном, ни заклинателем, и не всегда понимал человеческое восприятие мира. Проще говоря выражение было "я вознесу вас на небеса, но сначала скину в Диюй".       На мешочек, покрытый защитными печатями, Цзю смотрел с недоверием, нежеланием его трогать, явно понимая, что это как раз там самая его дверь в Диюй.       - Что это? - сложенным веером аккуратно отодвинул руку с мешочком от себя подальше, как какую-то мерзость или пакость.       - Остатки Меча Сюансу, и осколки души Юэ Цинъюань.       Шэнь Цзю шарахнулся от мешочка, как от сеятеля, ударив по руке заигравшегося мальчишку. Тот, чертыхаясь, кинулся ловить мешочек, извернулся в немыслимом пируэте, поймал, прижал к груди. Нашипел на Цзю, пока тот затравленно смотрел на них обоих, готовый в любой момент призвать меч и сначала прирезать Тварь, что издевается над ним, а потом вспороть мешочек, чтобы убедиться, что это глупый и жестокий розыгрыш.       - С ума сошел, что ли? - Шэнь усердно проверял печати, потом спрятал в рукаве сначала мешочек, а следом и руки, насупился, смотря на него сердито. - Ну не надо, так и скажи..       - Это ты с ума сошел, Юэ Цинъюань давно мертв. - Шэнь Цзю распахнул веер, прячась за ним и скрывая легкую дрожь рук.       - Ты тоже, но ничего, здравствуешь отлично, познаешь новый мир и злишься на старый, - поддел его близнец.       - Я не просил, - огрызнулся старший.       - Да я, в общем-то, тоже не планировал прозябать тут. Но что имеем, - Шэнь прошелся по комнате туда-сюда. Иногда Цзю не понимал его, то он ведет себя как древний мудрец, познавший всю суть Мирозданий и миров, а то как взбалмошный мальчишка. - Я собрал все осколки меча, все осколки души и огрызки, какие вообще можно было собрать. И если меч тут практически весь, то с душой все похуже.       Шэнь прошелся по комнате еще раз. Забрался на кровать с ногами, усевшись там, в позе лотоса, и выложил мешочек перед собой.       - Я долго копался в твоих знаниях и библиотеке, переворошил, что было, но что-то мог упустить, - смотрел близнец на Цзю внимательно, своими разноцветными глазами, которые иногда принимали свой истинный вид - золота и сапфира, не прячась за масками и обликами. - Начну немного издалека, так что поправляй, если что.       Цзю вздохнул, на кровать он забираться не стал, но присел с краю, все еще прячась за веером и не приближаясь к мешочку, который уже раскрыли и изнутри показалось слабое тусклое сияние.       - Не могу судить о всех тонкостях ваших получения меча, но данный меч был в итоге приколочен к душе Юэ вот такенными гвоздями по всей площади. И связаны душа и меч были просто максимально близко и сильно. Если бы с мечом что-то случилось раньше, то неизвестно, что в итоге стало бы и с самим Юэ..       - Поэтому, когда Зверь разбил его меч, его душа разлетелась на осколки вместе с ним, - отозвался Цзю из-за веера, смотря как свет в мешочке на мгновение усилился, будто среагировав на его голос.       - Все верно. Почти, - Шэнь покивал. - Но похоже, к тому времени, когда Цинъюань погиб, его душа уже далеко не была цела. И вполне вероятно, что он бы погиб раньше, но меч, который был его сутью, и к которому намертво была приколочена душа, не давал ей разлететься на части. Изорванные обрывки болтались на клинке, ни туда и ни сюда. Может быть, после смерти эти обрывки и смогли бы уйти на перерождение...       -...но они не могли отделиться от осколков Сюансу. - Цзю все же придвинулся ближе, аккуратно задевая сложенным веером краешек мешочка и заглядывая в него.       - И так как душа была уже изодрана в клочья, клинок тоже был поврежден достаточно сильно. И когда Бингэ его разбил..,       - ...они рассыпались в крошево, - Старший снова поморщился, смотря на мелкие металлические осколки и рукоять. Углядел травинки, но руку в мешочек совать не стал, памятуя, что может повредить остатки.       - Да. Я собрал все, что нашел от меча, максимально все. В том числе и рукоять, и все то, что притащил к тебе в камеру Бингэ.       - Зверь в красках рассказал, как убивал его и как заманил в ловушку, использовав мою ногу, - Цзю все это помнил достаточно хорошо.       - Он помог собрать и приманить все осколки души, что мы могли найти. Но сложно судить, что было потеряно тогда, а что было повреждено ранее.       Шэнь подвинул немного мешочек к Цзю. Прополз по кровати сам, подбираясь ближе, улегся рядом.       - Я знаю, как собрать меч, нет-нет, не переплавить, а именно собрать. - Он потянул за веревочку мешочек поближе к ним. - И удержать в собранном состоянии. Это позволит душе тоже сложиться в единую. Но вот соединиться осколочкам будет сложно, да и вина, которой тут разит, и боль...       - Вряд ли он сам захочет...       - Сам нет, но если будешь ты... Он не реагирует на меня.. даже при том, что голос у меня твой... Зато тут же реагирует на тебя... Скажи что-нибудь.       - Что я должен сказать? - Цзю во все глаза смотрел на мешочек, где от его слов, даже ни к чему не обращенных, свет и в самом деле становился ярче, да, на крохотную секунду. Но все же.       - Видишь!?       - Вижу.       - Если ты с ним будешь говорить. Что-то рассказывать или просто болтать, не обращаясь к нему, я думаю, что это будет причиной, по которой он захочет вернуться... собраться. Мне не хватает терминов вашего мира...       - У тебя же вся моя память... и знания.       - Но мне приходиться в них лазить, как в обычные книги, - Шэнь фыркнул и боднул головой бедро близнеца. - Когда душа достаточно восстановится, я отдам меч одному из моих детей, и они создадут вокруг осколков тело...       - Это невозможно, - Шэнь Цзю нахмурился, пытаясь вспомнить что-то из прочитанного когда либо и были ли такие случаи, - нельзя завернуть меч в человека.       - Но можно из человека сделать хранилище меча. Меча с душой, для которой будет тело, внутри которого она будет... Это будет не перерождение и не мертвец... Это будет Юэ Цинъюань, с его памятью, не даю гарантий, что прям все-все-все... с его мыслями и гадостями... Ай...       Шэнь прижмурился, получив по голове веером.       - Плохой брат. Я ему тут пытаюсь спутника воскресить... Ай... ты же не хочешь тут оставаться и сам согласился перебраться в Город окончательно. Несмотря на то, что вы цапались с ним бесконечно, я "помню" твою боль, сожаление и чувства к нему. Что плохого, если в этом мире его уже все равно нет, зато он будет с тобой, помогать... а ещё ты сможешь узнать, что произошло тогда, много лет назад, - Шэнь снова боднул в бедро близнеца. - К тому же, хорошие управленцы на дороге не валяются... да, АЙ!!!       - Ты - меркантильная тварь! - ядовито заметил Цзю. - Я думал, это ты распинаешься тут исключительно ради меня...       - Я распинаюсь исключительно ради Себя! Ты в Городе, рядом с тобой Цинъюань, он и присмотрит и охранит, и если надо, побудет управленцем, а силенок ему хватит и на ваших вылазках тебя прикрыть. - Шэнь потянулся на кровати как кот, перевернулся на спину, головой улегся на бедро близнеца. - Я могу спокойно отдохнуть, на крайний случай вы придете сюда и спросите, что не так, или Детей отправите... Они тебя уже считают дядей.       - Это... необычно, - Цзю не стал сгонять близнеца с колен, помедлил, помедлил... легонько коснулся его волос. - Точнее, у меня были шиди и шисюны. Но отношения у нас всегда были натянутые. А твои дети...       - Им все равно, что ты молчишь, язвишь или капаешь ядом? - Шэнь хохотнул. Прижмурился, увидев как веер угрожающе завис над ним.       - Они... потворствуют!!! - вознегодовал Цзю. - И сами не отстают, но... не пытаются обидеть и не огрызаются.       - Конечно, огрызаются они только на чужих, а ты их семья. И хоть тебе пока тяжело это принять, я и предлагаю Юэ, он же тебе явно будет ближе всех остальных. На крайний случай, если совсем достанет, просто убьешь его, и дети избавятся от тела, пока я в вынужденном отпуске и прекрасном окружении могу флиртовать с Императором и портить жизнь местной знати и гарему.       - Именно, у Зверя гарем, и он затащит в итоге тебя туда же!       - Не-не, у меня свой бордель и чужой нам не надо. Я отправил сообщение ребенку, который может помочь с телом, он через неделю-другую освободится и доберется до меня, - Шэнь погладил близнеца по руке. - А ты пока пообщайся с осколками. За две недели понятно станет, есть вообще какой-то прогресс или что. Главное, чтобы был даже самый незначительный. У нас много времени.       Шэнь Цзю с болью смотрел на мешочек, но веером в него уже не тыкал и даже осторожно задел одну из завязок. Предложение его ни к чему не обязывало, если близнец уйдет и Цзю просто выкинет мешочек или сожжет, ему никто ничего не скажет, криво не посмотрят, не осудят. Это было непривычно, неприятно, необычно. "Близнец" и его дети не поддавались объяснению или пониманию. Даже Зверь был понятен со своими поступками и целями. По крайней мере раньше. Сейчас, глядя на него, Цзю тоже задавал много вопросов, но пока только про себя и сам себе, может быть позднее спросит брата... Шэня, тот так и был Шэнем, Мастером Шэнем или Учителем, не тронул ни одного из его имен, хоть пару раз где-то за пределами дворца и назвался Цин Цзю.       - Хорошо. Я посмотрю, поговорю. На небеса через Диюй...       - Ваши Небеса скучны, - Шэнь уже приобнял близнеца за плечи и когда только успел встать? - И я меркантильно думаю, что получив возможность быть рядом с тобой в другом мире и наконец-то не разрываться между школой, обязанностями и тобой...       - Ты же его в управленцы Города уже определил...       - А ты хочешь его в единоличное пользование? - хохотнул Шэнь, навалившись на плечо, - но ты будешь не один. Он тебе будет обязан и уверен, он будет счастлифф... Ай!       Шэнь отпрыгнул в сторону, потёр лоб, по которому в очередной раз прилетело веером. Крутанулся на месте, только дверь бесшумно затворилась и все стихло. И не скажешь, что кто-то только что был. Но следы остались, помятое покрывало, и мешочек с осколками меча и души, ощущение касаний.       Цзю придвинул мешочек еще ближе к себе. Приложил ладонь к его боку. Он много читал, собрать разбитую душу, если сама душа этого не хотела - было нереально. Но сколько себя Цзю помнил, Юэ всегда стремился к нему, хотел приблизиться. Это он его гнал от себя, не доверял, не подпускал, кусал и поливал ядом.       - Я все еще считаю, что ты предал меня. И все еще не верю, - Цзю раскрыл веер, пару раз обмахнулся, свет из мешочка чуть-чуть померцал. - И если получится тебя воскресить, и я выясню, что твое предательство было из гордыни... и ты правда обо мне забыл, я тебя убью сам.       Ци в мешочке согласно моргнула, на миг засияв чуть сильней. Шэню же пришлось взять его в руки. Не удержавшись, заглянул еще раз внутрь. Осколки меча вперемешку с рваными осколками души. Что тут можно вообще собрать, и что выйдет из этого месива? Но завязки бережно затянул, спрятав мешочек не в рукаве, как многое другое, а за пазухой. Подхватил веер и отправился, как говорил Шэнь, бесить придворных. Точнее, он отправился в дворцовую библиотеку искать и изучать материал про разбитые души и мечи, все, что сможет найти. Одна голова хорошо, а почитать материал до начала экспериментов - лучше. А еще, если совсем повезет, позлить Зверя.