Ты не предлагал мне стать твоей.

Здание стремительно пустело, люди скрывались в бесконечно длинных коридорах, оставаясь безымянными тенями. Простым отражением себя или, может, других. Какое ему дело. Аято старался сидеть тихо, не высовываясь, они находились прямо возле комнаты для встречи Шэнь Хэ и его двойника. Возможно, это было непредусмотрительно с его стороны, ведь, увидев этот взгляд, эту голодную улыбку, Камисато понял, что этот лёд на самом деле был самым жарким пламенем. Шэнь Хэ горела в нем, сжавшись в клубок, и, о Господи, Аято был готов потушить её или разделить боль от ожогов вместе. Он представлял, как горит в ней, расплавляется, как его кожа расходится по швам, тает, словно воск. Представлял обложенные участки на спине, руках. Поначалу они бы просто болели, но, со временем, боль бы становилась невыносимой, хотелось бы расчесать место ожога, содрать кожу, до мяса, но не сразу, а смакуя, медленно, с особой злобой впиваться ногтями в слой мертвой кожи и тянуть вниз. Представлял этот чвакующий звук свежего мяса, как бы он сжал руку с куском своей руки, а сквозь пальцы лилась бы кровь. Аято бы повторил все ещё раз, сожрали бы кожу на рёбрах, спине. Они бы сгорели вместе. Он представлял обуглевшееся лицо Шэнь Хэсо впалыми щеками, её лицо выражало бы усталость от его любви, её бы хватило на них двоих. Аятобы причинял радость этой богине льда и пламени, лишь бы ещё раз увидеть ее действо, может, те эмоции были не просто от нее? Сам ее образ был святым, запачкать его означало выполнить миссию Аято. Когда она шла по коридору, его сердце остановилось. И время. И разговоры. Вся пустота исчезла, вселенная лопнула. Нет, не так, она стала вселенной. Она - его полярная звезда. Ах, ведь же меня дальше, в путь, к моему спокойствие. Прошу, звезда, дай мне обрести любовь и, наконец, покой. Аято громко вдохнул, глотая воздух. Как же тяжело ему стало дышать! Внутри все стянуло. - Пожалуйста... - он прошептал лишь губами, может, она бы смогла это услышать? Лишь бы так. Это была немая мольба о помощи, он просил воздуха, и лишь Шэнь Хэ могла дать это ему. ♤Шень Хэ♤ Шень уловила тихий шёпот и обернувшись показала рукой стоп мужчине, который довел ее в комнату. Её ледяная, безумная улыбка превратилась в огонь, она прошла чуть дальше и наконец то..... Наконец то! Это он! Она нашла мужчину который сказал это. Достав пистолет, девушка нацелила его на других и подойдя к голубоволосому нежно взяла его за щеку. Наклонившись чуть ближе она прошептала ему на ухо: –я нашла тебя~ Отодвинувшись она так же нежно провела рукой по его щеке, словно по атлассной ткани, и рассмотрела его лицо. Невероятно красивое, нежное и белоснежное. И родинка у губы. У нее их было очень много, кстати о родинках, на ее спине была очень красивая татуировка, которая соедениняла почти все её родинки красивой, чёрной линией в никому неизвестный, распускающийся цветок. Девушка вздохнула, убрала руку с лица молодого человека и все ещё не убирая пистолет прошла к двери где сразу же мельком убрала его в рукаво. Она вошла в комнату к мужчине. Любоваться издалека совершенством Шэнь Хэ было идеально. Исследовать глазами её тело, каждый изгиб, каждую жилку было хорошо. Аято. Но лучше стало, когда она подошла к нему сама. О, сами боги, должно быть, услышали его! Его птичка, его свободолюбивая лебедушка сама летела в железную хватку её капкана смерти! Как же ему хотелось потрогать ее крылышки, вывернуть их, разорвать на части, пока она будет плакать под ним. Сколько же всего они могли вместе сделать! Её лицо тоже было идеально, белая, чистая кожа, подобно у ангелов в соборах. Только те являлись вымыслом, а то, что перед ним - истина. Это настоящая боль разлучаться с ней, хоть и не на долгий промежуток времени. Камисато льнул к прикосновениям ее рук. Мягкая, будто бы бархатная кожа. Она напоминала ему сестру, такую же мягкую. Его резко затошнило от воспоминаний о гнилой сестре. Боже, он представил ее внутренности. Они были черными и рассыпчатыми, словно яйца червей, а снаружи них был склизкий, густой гной смугло-желтоватого цвета, определенно он бы медленно вытекал из нее при надрезе с частицами её органов, которые ещё не успели расщепиться на черный песок. В конце концов, она скрылась за дверью. Образ за ней велел идти, желать лучшего. Аято надеется, что Шэнь Хэ спасет его. От гнили, от всего вокруг, ведь она сама - святость в лице греха. Святая грешница ♤Шень Хэ♤ Войдя в комнату для приватного танца. Шень увидел мужчину сидящего напротив неё на огромном диване, саму комнату в красных тонах и шест. Весь этот цвет её раздражал. Мужчина ухмыльнулся и подозвав её пальцем сел словно ожидая чего то большего чем просто танец. Девушка словно феникс распутивший свои крылья, достала пистолет и мигом прострелила мужчине голову. Он был не тем мужчиной которого она увидела в коридоре. –Очень жаль. Но зато она сново увидела его, это радовало. Очень радовало. Она села рядом с трупом доставая сигарету лежащую в пачке на столе, а несколько из них убрала в большие части костюма, тонкая зажигалка уже находилась там, так что девушка была во всеоружии. Взяв зажигалку со стола она запела. –В лёгких много дыма.... Девушка в тёмном, красном пространстве улыбалась и напевала песню перед смертю мужчины. –Этот день закончится, когда ты уснёшь. Закрыв глаза она прокусила капсула и зажгла её –Ты в пустой квартире. она вдохнула жгучий приятный дым успокаивающий её нервы –Истекаешь болью, на полу лужы слез... Камисато Аято Его подставник был человеком ненадежным, очень избалованным, любил жить на широкую ногу. Он согласился, даже не обдумав предложение, стоило показать фотографию женщины и ее костюм. Возможно, роль сыграло и то, что он был не в сознании и реагировал на все уж очень вяло. Какая разница, если Аято даже имени его не знал. Ему подобрали идеальную кандидатуру, и он, не долго думая, согласился. Жизнь одного человека была ничтожной ценой за его собственное счастье, если бы нужно было, он бы самолично уничтожил клан Камисато ради сердца Шэнь Хэ, если бы это было ключом от ее любви и признания. Она была так похожа на Аяку, навевало сладостные воспоминания об их общем детстве, радостных моментах. А потом возвращалась горечь от обмана и лёгкий траур. Его взгляд вынужденно потух, когда нежная рука перестала трогать его лицо. Разум опустел и стал туманным, огонек надежды потух, как и огонь Шэнь Хэ для него, вмиг все пропало в темноте пустого коридора. Была ли она согласна работать на Цисин самостоятельно? Неужели она специально пошла против него? В этом крылся большая загадка его счастья, это несло некоторое очарование Аято окатила неловкая апатия, он коснулся лица на месте её рук, будто бы там остались её частицы света, благодаря им он чувствовал себя очищенным от грязи внешнего мира. О, его руки помнили всю похоть, грех каждого человека. Он взял руку одного из собеседников чуть выше предплечья, с которым общался ранее, и сжал, словно бы пытался сломать кости. Все вокруг были ненастоящими, Аято закрыл глаза, ощущая фальш вокруг. В темноте Камисато видел белое пятно вдалеке, несомненно, это была Шэнь Хэ, ведь именно ей темнота уступала. Не была ли она еще большей мглой? Аято тонул в ней, чувствовал радость, но было ли это настоящим. Если даже чувства Шэнь Хэ это подделка, как все здесь, то пусть. Пусть, так лучше, ему хотелось терять себя, вдалеке от этого мира. Внутри комнаты раздался приглушённый выстрел, который никто бы не услышал во всем здании, кроме них. Никто не запечатлел момент гибели Аято. Это ведь могла бы быть его смерть, верно? Никто бы не пришел... Это было так похоже на смерть Аяки, но, должно быть, она была счастлива в момент потери всего. Он направился по длинному коридору, прямо в сердце здания, чтобы забрать главное сокровище себе. Внутри комнаты было тихо, по крайней мере он не слышал ничего. Неужели упустили? Не может быть, приватные залы были созданы без окон, с одним лишь выходом - через главную дверь, но после изнутри до него донеслось прекрасное пение. Его Шэнь Хэ пела что-то, но Аято не мог расслышать. Мужчина тихо прошмыгнул в комнату, не закрывая за собой дверь, покрытую красным бархатом. Слова лились из её уст, но после прекратились, заменяясь на запах горьких сигарет. Он чувствовал их вкус на губах, стоя за ее спиной. Недолго думая, Аято закрыл ей рот и ввел ей в шею иглу с усыпляющий раствором. Не то, чтобы он интересовался его названием, лишь использовал. Бабочка вырывалась недолго, совсем обмякая в его руках. Он внимательно изучил черты её спокойного лица, но даже так её брови оставались немного сведены. Какая прелесть, даже во сне его Шэнь Хэ хмурилась. Аято уложил её на пол, проведя большим пальцем правой руки по ярко красным губам. Помада размещалась по лицу звёзды, будто бы кровь, как же ей шел красный. Дальше дело за малым, сидя в машине, Аято пил купленный его помощником баббл ти с каким-то слишком сладким вкусом. На его коленях лежала голова связанной Шэнь Хэ, которая ещё спала. Он промычал что-то непонятное, перебирая её волосы. Аято брал от жизни лишь то, что хотел, никогда себе не отказывая. И этот раз не исключение, только теперь его полярная звезда стала для него смыслом жизни, любовью, разве же можно жить без нее? Она будет прекрасным дополнением к его коллекции бабочек. ♡Шень Хэ♡ –Сколько в тебе любви... Шень вдохнула едкий дым и убрала сигарету в пельницу. Услышав шум около двери, она подумала что это в соседней комнате и посмотрев на свои руки хотела уже продолжить песню, но оборвалась на словах: –хватит нам на..... Девушка почувствовала на своих губах руку, а в своей шее стальной предмет, но попытки вырваться не обвенчались успехом, потому как она почувствовала лишь едкое желание сна, которое забирало её в свои обьятия. Последнее что она увидела полуприкрытыми глазама это знакомое лицо "Мне пизда" поняла она, перед тем как отключился. Через некоторое время, последнее что она чувствовала из прикосновений - это касание чужих рук о её волосы, перед тем как сново уснуть, она не двигалась, не открывала глаза, просто чувствовала это, но сделать ничего не могла.