в сухоцветах хранится история

Этот вечер был почему-то особенным. Разглядывать самодельные звезды на потолке, считать веснушки, пронзать друг друга взглядами в мраке - поистине казалось чем-то интересным. - Давай не спать всю ночь?, - выпалил Феликс, сдирая с локтей отклеивающиеся пластыри, похожие на наклейки из детских журналов. - Ты все равно уснешь, - позабавленно отвел взгляд шатен, оголив свои клыки, а затем остро улыбнулся. Младший тихо поглумился на Минхо и просверлил его мутным взглядом. Старший, явно прочитал этот до боли знакомый взгляд, который уже ранее испытал на себе, а именно в первые дни знакомства. Странно и до жути пугающе. - Посмотрим. Это "посмотрим" прозвучало крайне твердо и размыто. Блондин еще долго сидел на половицах и затем поморщился, вслушиваясь в тишину, вернее...В стучание сердца. Холодная волна ударила в спину Минхо, собиравшемуся сесть рядом с цыпленком. Запнулся. Прошелся белоснежными коленками по изношенному покрову пола. В воздухе и на кончике языка снова неповторимый металлический привкус. - Теперь мы в расчете, - поглядел на свои суставы Хо и беспомощно поднял уголки губ. На этой фразе голос предательски задрожал, а глаза заблестели. Это было невыносимо больно не только физически. Минхо вспомнил как бежал к больному Джисону в детстве, и не успел. Упал так же как тогда, растер коленки и не попрощался. Излишки детства болезненно откликнулись в его сердце. Солнечные ладони упали на ребра и плавно двигались до позвоночника, задевая все самое живое. Банальные объятия, но по особому теплые. Старший измученно взвыл, пытаясь подавить душащие слезы, вцепившись обеими руками в красную толстовку парня. Воспоминания так и ударили по нему. Били больно и беспощадно. Верхняя одежда веснушчатого покрывалась бордовыми пятнами от слез. Все что мог сделать Феликс - лишь отдать ему немного солнца и обнять. Крепко, с любовью. Между ними воцарилась зловещая тишина, смердящая вселенской тоской и ароматом крови на древесине. - Если тебе нужно проплачься еще, - сочувствующе выговорил младший и затих. Минхо давно не плакал, надеясь подавить в себе все грезы минувших детских лет, но увы..Не получилось. Все сильнее сжимает чужую толстовку и утыкается в грудь, словно ему лет 5. Удивительно, Феликсу не доводилось видеть его таким. На мгновение обнажил перед ним душу. Горько заплакал, чуть ли не ногтями впиваясь в спину блондина. "Прости, что видишь меня таким..Прости" - забивал голову Минхо этой фразой, как бы Феликс не оставил его одного. И причиной всему - задушенные вплотную эмоции.