Порождения хаоса и смерти

Яркий, ослепляющий свет пробивался в глаза. Голова мужчины средних лет гудела. Горло полностью пересохло. Он щурил глаза, пытаясь инстинктивно отвернуть голову от яркого света, но не мог. Он был привязан, его тело было полностью неподвижно, но не это было главной проблемой. Он чувствовал тёплую кровь на своей макушке и в районе живота. В глазах всё было размыто, но он мог сказать, с его телом что-то делали, кто-то, как сумасшедший хирург, играется с ним, копошась в его органах. Он не чувствовал боли, он не чувствовал своего тела вообще, словно его накачали не только обезболивающими, но чем ещё похуже. — Хмпф. Ты проснулся слишком рано. — раздался женский голос где-то в стороне. Мужчине этот голос не был известен. Саму девушку он не видел, но слышал её тихое неразборчивое бормотание, и звук каких-то металлических предметов, который был так отчётливо различим в тихой комнате. Через несколько секунд после этого он услышал стук каблуков, который раздавался эхом по тихой, наверняка чуть ли не полностью пустой комнате. С каждой секундой стук был всё отчетливее, пока девушка не подошла достаточно близко. Однако, мужчина не был способен увидеть её лицо полностью из-за больной головы, помутнения в глазах и всё еще слепящего света. Всё, что он мог понять, это то, что эта женщина — блондинка с голубыми глазами. Эти глаза для него больше напоминали глаза самой смерти, абсолютно бездушные, безжизненные, полные жажды чужих страданий. Она смотрела на него как демон, как хищник, изучавший собственную жертву, выжидающий момента, чтобы напасть. Мужчина дернулся, почувствовав, как острая игла вонзилась в его кожу, а по венам побежала очередная доза наркоза. Дыхание человека начало успокаиваться, а глаза закрываться. Последнее, что он увидел — улыбка той девушки, от которой бросало в холод. Это не была улыбка обычного человека, это был оскал воплощения самой смерти. Погружаясь в сон, мужчина понимал одну вещь — если каким-то чудом он проснётся живым, то он не только перестанет быть собой, но он ещё и перестанет быть человеком вовсе.

***

Смерти небожителей, стоящих на вершине мира, предвещают пять знамений. После завершения последнего знамения они умирают. И последнее знамение гласит: “небожителю становится противно его место”. Уже на протяжении примерно полугода Николай является секретарем в правительстве. Гоголь всегда был хорош как актёр, частью плана «Смерти Небожителей» было внедрение в правительство, и Николай был тем, кого и выбрали на эту роль. Полгода он был шпионом, и полгода никто ничего не замечал. За это время «Смерть Небожителей» смогла собрать компромат на «Вооружённое Детективное Агентство», как никак, среди них был и бывший мафиози, и врач, что убила нескольких пациентов во время службы в армии, и убийца 35 человек, а их директор был убийцей лоббистов продолжения боевых действий. Весьма большой компромат на столь небольшую частную организацию. Конечно, такой компромат тоже часть плана, который должен был скоро осуществиться. Но ключевые слова здесь “должен был”. Сегодня произошла очередная встреча правительственных чиновников. Встреча была неофициальной, что, на самом деле, не такая уж и редкость. Николаю, под прикрытием секретаря, нужно было только доставить несколько документов о деле «Вооружённого Детективного Агентства», что он и сделал. Юноша уже собирался уходить, однако… — Благодарю вас всех, что пришли, у нас весьма важная тема встречи… — начал говорить один из чиновников, Такахаси. Его голос был… Странным. Словно прямо сейчас он сдерживал ярость. И продолжение его речи лишь подчеркнуло то, что что-то не так. — Ведь сегодня каждый из вас заплатит за то, что он сделал. В следующую секунду Такахаси достал пистолет из кармана, выстрелив в голову парня, что сидел напротив него. Бездыханное тело замертво упало прямо под ноги Николая. Тут же началась паника и суматоха. Несколько секунд каждый из присутствующих стоял в шоке, но как только шоковое состояние прошло, кто-то подскочил и попытался открыть дверь, попутно оттолкнув Николая со своего пути. Однако, к их огромному сожалению, дверь была заперта. — Вы что творите! — крикнул один из чиновников, коего звали Маруяма. Подбежав к вооруженному, юноша схватил его со спины, не давая убийце выстрелить в него. Стрелок в руках Маруямы пытался вырваться, и что-то громко и неразборчиво кричал, но к его сожалению, пожилой мужчина проигрывал по силе более молодому юноше. Казалось бы, сейчас всё должно закончится, раз вооружённый беспомощен, осталось только обезоружить его и вызвать подмогу, но всё только начиналось. Юноша, державший вооружённого Такахаси, вытащил нож из кармана, вонзив его в плоть старика. — Единственный, кто здесь должен будет заплатить, это вы. Маруяма разрезал плоть мужчины, от правого плеча до левого бока, разливая всюду кровь и наполняя комнату запахом смерти. Но за это время Такахаси успел нажать на курок пару раз, выстрелив и попав в того, кто всё это время отчаянно старался выбраться из этого ада наяву и открыть дверь, но увы, попытка не увенчалась успехом. Очередное тело упало с грохотом на пол. Маруяма, вооруженный ножом, набросился сначала на одного своего коллегу, вонзив тому нож в грудь в области сердца, моментально убив бедолагу, затем на второго, перерезав ему горло, а после и на третьего, который, в отличии от первых двух, успел среагировать и схватить искусственную катану, что стояла на одной из полок, и прикрылся ею от удара ножа. В глазах Маруямы читалась животная ярость, которую он готов был выплеснуть на каждого в этой комнате. Замахнувшись ножом, мужчина все-таки смог ударить свою третью жертву, вонзив оружие бедолаге в глаз и сделав разрез от глазницы до нижней челюсти, заставляя того кричать от невыносимой боли, пока его кровь лилась на пол, в лёгкие, и на руки самого убийцы. С каждой секундой запах крови был всё более сильным, а количество живых людей в комнате стремительно уменьшалось. И во всей этой суматохе казалось, что никто и не замечал Николая, который всё ещё был здесь. Но это было клоуну только на руку. Паяц успел проскочить к телу убитого Такахаси, и забрал пистолет, что лежал рядом с бездыханным телом, спрятав его в карман. Пока он это делал, страсти продолжали накаляться. Один из двух единственных выживших накинулся на вооруженного, ударив того по лицу кулаком, отчего молодой мужчина выронил оружие из своих рук и упал на пол. Маруяме не повезло, что атакующий его был куда физически сильнее. Тут же Маруяма почувствовал, как его горло начали сдавливать, а доступ к кислороду очень скоро был перекрыт. Его шею сдавливали до тех пор, пока он не перестал дышать и дергаться, а в районе горла послышался слабый хруст. Парень, что задушил вооруженного, вздохнул с ноткой облегчения, но расслабляться было рано. В следующий момент он почувствовал боль в районе головы и услышал звук разбитого стекла, прежде чем упасть в обморок. Только что Хаттори, последний выживший, разбил бутылку вина о голову юноши. Взяв вылившийся нож, он нанес удар в районе груди, окончательно убив парня. — Каждый из вас оказался лицемерной тварью. — в голосе Хаттори чувствовался гнев и отчаяние. Он уже начал считать, что остался единственным живым человеком в этом помещении, но не тут-то было. Неожиданно, он почувствовал чью-то руку на своём затылке. Рука дёрнулась вперёд, заставив Хаттори удариться головой об стену, достаточно сильно, чтобы тот потерял равновесие и свалился на пол, а в следующую секунду ноги Хаттори были прострелены в районе колен, от чего мужчина издал вскрик. — Кхахаха! Боже, как же мне повезло! Ушёл бы чуть пораньше и пропустил такое невероятное шоу! Да это же подарок с небес, не иначе! — хохотал Гоголь. Он выглядел очень радостным, чего не скажешь о бедолаге под его ногами. Схватив нож, мужчина дрожащими руками направил его в сторону клоуна. Сумасшедшего секретаря еще не хватало! Но кажется, Николая такое поведение ещё больше развеселило. — Ох? Тебе разве не говорили, что острые предметы это не игрушка? — всё также смеясь говорил Коля. Через секунду паяц, всё с той же помощью своей способности, выхватил нож у Хаттори, начав игриво вертеть и подбрасывать холодное оружие в своих руках, попутно подстрелив заодно и плечи мужчины. — Вот! Чего ты такой напуганный? Не переживай, я не буду использовать этот нож на тебе! Я сделаю кое что похуже! После этих слов клоун с силой ударил ногой по челюсти мужчины. От этого удара Хаттори почувствовал сильнейшую боль в районе нижней челюсти, боль, которая быстро распространилась по всей его голове. Мужчина не мог сдержать крик, однако любое открывание рта теперь приносило невероятные, сильнейшие в его жизни болезненные ощущения, которые волной проносились по всей области головы, а затем и тела. И пока Хаттори корчился от не самого приятного опыта, Николай, хихикая, наблюдал за его страданиями. — Хаха! Ну чего ты так громко кричишь, если ты продолжишь в том же духе, мне придётся оторвать тебе челюсть, ну или вырвать язык! От тебя слишком много шума! — продолжал Николай. Однако, вскоре его смех стих, а голос клоуна стал более серьёзным и менее театральным. — Но интересно, что же заставило вас всех так озвереть. За эти полгода я не замечал между вами каких-либо серьёзных конфликтов. Или может кто-то… Николая осенило. Он вспомнил, что во время бойни они кричали что-то вроде «вы все заплатите! Бла-бла-бла!» и подобного рода вещи. Что-то такое кое кто ему уже рассказывал, про бойню, в которой несколько человек перебили друг друга из-за того, что их близким людям грозила опасность. Лишь один человек во всей Японии был способен на подобное, и как же Николаю повезло, что он прекрасно знал этого человека! Он вспомнил и слова, которые она говорила ему при их последней встречи: следующий шаг будет похож на резню в студенческом совете «Пика Надежды», но будет куда более грандиозным, и Николай будет тем, кто станет свидетелем этого происшествия. — Хахаха! Божечки! Так вот о чем она говорила! — комната, единственными звуками в которой были всхлипы и тяжелые вздохи Хаттори, тут же была наполнена маниакальным, безумным смехом Николая, который буквально пробирал до мурашек. Он смеялся ещё громче, и смех практически напоминал истерический. Во время своего приступа веселья Николай достал из собственного плаща бензопилу, от чего у несчастного мужчины выступил холодный пот. Лезвие бензопилы приблизилось к локтю жертвы. — Однако! Изначально я планировал устроить шоу с распиливанием для всех вас. И раз уж ты один остался жив, чего уж пиле даром пропадать! Глаза мужчины округлились. Сейчас он и не знал что было бы хуже, умереть от рук одного из своих бывших коллег, или от рук безумного убийцы. Послышался звук заведённой бензопилы. Николай прижимал мужчину ногой к полу, пока лезвие начинало отрезать правую руку чиновника в районе локтя. Хаттори кричал, но из-за сломанной челюсти крик приносил только ещё более сильную боль. На лице Николая сохранялась садистская улыбка, он искренне наслаждался страданиями этого бедолаги. Комната, на полу которой уже не осталось и дюйма не залитого красной жидкостью, наполнилась ещё более сильным запахом свежей крови. Через несколько секунд рука жертвы была отпилена. Николай подобрал её. Кровь из отпиленной конечности стекала вниз, капая на тело Хаттори и окрашивая его одежду в бордовый оттенок. — Охохо, взгляни-ка на себя! Кажется, я должен протянуть тебе руку помощи! Оценил шутку!? Николай продолжал смеяться, словно его шутка была самой смешной вещью, которую он слышал. Однако, всё испортил звук сирен, послышавшийся на улице. Взглянув в окно, Гоголь заметил несколько полицейских машин и самих хранителей порядка, вооружённых до зубов. — Что? Кто-то из вас всё-таки успел вызвать полицейских? Какая жалость, придётся делать всё быстро. — сказал Николай с ноткой наигранной грусти в голосе. Шумящее лезвие бензопилы приблизилось к шее чиновника. Тот отчаянно пытался вырваться, сделать всё, чтобы лезвие не дотронулось его кожи. Однако, всё было тщетно. Лезвие начало резать шею мужчины, заставляя его кричать от боли, а капли крови брызнули на одежду Николая. Хаттори кричал недолго, и вскоре он был обезглавлен. Однако, Гоголь на этом не остановился. Бензопила теперь пилила ребра мёртвого тела, открывая вид на внутренности мужчины. Лишь после этого Николай откинул бензопилу в сторону, начав копошиться в органах своей жертвы. Лёгким движением он вырвал уже небьющееся сердце, все руки и одежда клоуна были в крови, а его красные перчатки, казалось, стали ещё более алыми от крови. — Что ж, мне предстоит много работы перед тем, как я встречусь с виновницей этого торжества. — говорил Гоголь подбирая отрубленную голову. Сейчас его голос звучал не так театрально и наигранно, как раньше. Он звучал так, словно из него весь пар вышел. В это же время в дверь начали ломиться, видимо, те самые полицейские, которые успели прибыть несколькими минутами ранее. — Ух, ужас какой! Ну, мне пора! Вот и всё, на этом шоу окончено! Николай исчез, сбежав с места преступления с помощью своей способности, как раз за секунду перед тем, как полицейские выбили дверь в помещение. Зрелище, которое они увидели, было не самым лучшим. Восемь мёртвых тел высокопоставленных чиновников, весь пол и стены были залиты кровью, и судя по её цвету, приди они хотя бы на несколько минут раньше, может быть и смогли бы спасти кого-то. Позже Николай узнает, что ещё одна часть плана «Смерти Небожителей» была сорвана, а именно кража страницы книги, которая способна менять реальность. Кто-то украл её раньше, чем они. Но сейчас Николая это не особо беспокоило, он находился в весьма хорошем настроении после того, что произошло. Он знал виновника произошедшего, и он был готов встретиться с ней, и решил он придти к ней явно не с пустыми руками.

***

Произошедшая бойня в правительстве вызвала новую волну паники и дискуссий. К этому времени «Союз Детективов» только-только полностью организовался, а тут уже такое. Словно их враг, в лице «Абсолютного Отчаяния», выжидал этого момента, чтобы нанести удар и показать им, кто держит ситуацию под контролем на самом деле. После этого случая начали поговаривать, что к поимке лидера «Абсолютного Отчаяния» могут привлечь и «Ищеек» — самый высокопоставленный отряд военной полиции, ибо после произошедшего «Абсолютное Отчаяние» начали действительно рассматривать как угрозу национальной безопасности. Предположение того, что это была вина именно «Отчаяния», было выдвинуто «Союзом Детективов», а конкретно Эношимой и Киригири, а позже к поддержке этого утверждения присоединился и Эдогава. На верность данного утверждения указывало много факторов. «Союз Детективов» отталкивался от определённого предположения, которому они придерживались: лидер «Абсолютного Отчаяния» — это тот же самый человек, что был виновником трагедий, произошедших в Академии «Пик Надежды». Это предположение было важно в данном случае, ибо нынешний инцидент имеет много общего с инцидентом в «Пике Надежды». Что там, что здесь, жертвы были убиты не кем-то сторонним, а убивали друг друга сами. На оружии, которое было найдено на месте преступления, были отпечатки только тех чиновников, что находились в помещении. В этот же день полиция нашла несколько тел. Одно из них было покрыто воском, а под ним кожа, что была усыпана волдырями от ожогов. Жертва умерла от болевого шока, когда на неё вылили нагретый воск. Ещё один был расчленен, и к нему были пришиты части тела другого человека. Как оказалось, все трое были родственниками некоторых из чиновников, и скорее всего, существуют ещё несколько убитых, которые имеют родство с жертвами инцидента, а вскрытие показало, что все эти мертвецы были убиты за несколько дней до инцидента. Это любимый приём «Абсолютного Отчаяния» — использовать то, чем люди дорожат больше всего против них, а значит всех этих убитых использовали, чтобы устроить бойню в правительстве. Однако, среди оружия в помещении была и бензопила, на которой не было никаких отпечатков. И тут уже Рампо выдвинул своё предположение на этот счёт. Бензопила принадлежала постороннему лицу, это факт, можно было бы предположить, что это был лидер «Абсолютного Отчаяния», который убил единственного выжившего политика. Однако, по словам Эдогавы, лидера «Отчаяния» там вообще не было, ни до резни, ни после. Но зато был кто-то другой, а точнее кто-то из Сообщества Убийц, о котором вообще многие забыли, когда политики были убиты. Как сказал Рампо, убийца из этого Сообщества мог уже давно шпионить в правительстве, и именно он и распилил Хаттори. Мог ли он тогда всё это устроить? Как говорил великий детектив, нет. Резня произошла из-за действий «Отчаяния», а последнего выжившего убил уже маньяк из Сообщества Убийц. Но отсюда вытекает предположение, которое выходит не особо оптимистичным: есть шанс, что «Абсолютное Отчаяние» и Сообщество Убийц всё-таки сотрудничают. Ранее уже поднимался вопрос о том, что две эти группировки могли работать вместе, но весомых доказательств не было. До этого момента. Суматоха была велика, и паника среди народа распространялась всё больше. Не каждый день несколько политиков просто берут и убивают друг друга. А истинному виновнику всё это только и нужно было. Джунко знала, что этот случай начнёт панику, она этого и добивалась. Однако, её больше радовали мелочи, которые она не планировала, но которые произошли. Как, например, тот факт, что её новый друг, Николай, не только стал свидетелем той бойни, но и сам смог немного в ней поучаствовать. В конце концов, главное веселье состоит в тех вещах, которые ты не можешь предсказать, верно? — Эм… Джунко… Что это? — аккуратно спросила Мукуро указывая на странную коробку, которая стояла на столе. — Ох? Как интересно. Я её не заметила. Мукуро аккуратно открыла эту коробку… И от увиденного её чуть было не стошнило. Но того же нельзя было сказать о Джунко, которая и глазом не повела, и даже можно было сказать, что она повеселела ещё больше, когда увидела содержимое. — Уля-ля, вы посмотрите что у нас тут! В коробке лежал человеческий череп с ободранной кожей. Нижняя челюсть была повреждена, словно по ней ударили чем-то. Сама кожа была ободрана так, как будто на голову вылили какой-то едкий токсин, от чего она частично и слезла, а другая часть теперь была похожа на непонятную массу. Рядом с черепом находились человеческое сердце и записка. Развернув её, Джунко заметила, что чернила были смешаны с человеческой кровью, придавая тексту красноватый оттенок, а на нижнем углу были быстро нарисованные птицы. Пока Эношима читала записку, Мукуро, с явным отвращением в глазах, начала рассматривать череп. Кто в здравом уме отправит что-то такое? — Пу-пу-пу, я так и знала! Это от Николая! Хе-хе, он приглашает меня встретиться с ним сегодня… А это голова и сердце одного из тех чиновников… Как мило с его стороны! — радостно выкрикнула Джунко. Ну да, ожидаемо, и как Мукуро сразу не догадалась? Только тот странный мужчина мог прислать что-то такое. — И ты действительно собираешься встретиться с ним? — вновь спросила Мукуро. Конечно, ей не нравилась идея того, что Джунко вновь решила повидаться с этим ненормальным. — Разве у тебя сегодня не должна быть встреча по поводу того абсолютного с потерей памяти? — Я знаю, знаю, но до этого у меня ещё есть время. К тому же, если выбирать между встречей с садистом-убийцей и помощью какому-то там абсолютному с его амнезией, то разумеется я выберу первое! Эношима казалась очень воодушевленной одной лишь мыслью о встречи с её новым другом-маньяком. Однако, она понимала, что её действия немного порушили планы организации, в которой состоит её друг, так что она решила прийти на встречу с Гоголем не с пустыми руками, дабы, так сказать, загладить свою вину перед своим дорогим партнёром по преступлению. Их встреча, в этот раз, должна была произойти на дороге самоубийц. Это был склон, что когда-то ранее был обычной дорогой, но после теракта, что произошёл пару лет назад, она превратилась в обрыв, куда весьма часто приходят люди, дабы поквитаться с жизнью. Несколько раз говорили о том, что этот склон застроят, починят дорогу, ибо минимум раза два в месяц кто-то отсюда да прыгает. Однако, сколько бы такого не говорили, за ремонт этой дороги так никто и не взялся. Этот обрыв — место, о котором вы в последнюю очередь вспомните, если речь зайдёт о том, чтобы встретиться с другом. Однако, для таких убийц, как Николай и Джунко, такие места самые лучшие, чтобы просто повидаться и поболтать. В конце концов, нет лучше места, чем склон, где всё пропахло смертью и отчаянием. В эту ночь на этом склоне было даже слишком тихо, что, в какой-то степени, было даже к лучшему. Джунко уже была на месте встречи, в ожидании своего товарища, явно искренне радостная, а радость, которая не вызвана чужим страданием или отчаянием, у неё можно было увидеть очень редко. — А я знаю, что ты тут. — немного певучим голосом сказала Джунко, хотя казалось бы, кому, если кроме неё здесь никого не было. Но стоило ей это промолвить, как вдруг перед ней, как всегда словно из неоткуда, появился Николай. — Хей, так нечестно! — шутливо и с наигранным недовольством говорил Николай. — Нельзя просто так выдавать фокусника! В чём тогда интрига?! Эношима, на такой тон голоса клоуна, лишь усмехнулась. Придвинувшись ближе к мужчине она с игривым, знойным голосом, ответила: — Ох, приношу свои извинения, дорогуша, ничего не могу с собой поделать, это просто моё проклятье, предугадывать то, чего иногда не следует. — тут же она подошла через чур близко к юноше, а её голос стал более энергичным и восторженным. — Ну ладно! Рассказывай, как прошла эта бойня? Там было много крови, да? Грустно, конечно, что я не смогла присутствовать лично… Но зато, как я поняла по твоему небольшому подарку, ты тоже успел выплеснуть немного чужой крови на том шоу, не так ли? — Кхаха! Ты абсолютно права! Один из них выжил, ну я и подумал, почему бы мне не вмешаться! И вау, какой по итогу резонанс был вызван нашими совместными действиями! Люди в панике, пресса горит от новостей про смерть политиков, а полиция ломает голову над загадкой этого преступления! Воистину, великолепное шоу! Николай улыбался, когда восторженно рассказывал о произошедшем. Паяц во всех подробностях рассказывал своей подруге о каждой мелочи, каждом крике и каждом брызге крови, которые происходили во время той резни. Кажется, он испытывал сильное удовольствие даже от одного лишь описание всех кровавых подробностей. Он замечал, как Джунко с интересом слушает его пересказ той злополучной для чиновников бойни, на её лице расплывается столь полная садизма улыбка, а в её глазах словно появлялся особый блеск всякий раз, когда Гоголь упоминал, как каждая из жертв этой отчаянной резни истекала кровью и умирала в муках. Подобный блеск обычно можно было увидеть в глазах человека, когда он занимается чем-то, что приносит ему искреннюю радость и вкус к жизни. Но в глазах Джунко его можно было увидеть только тогда, когда она видела чужое отчаяние, этот блеск жизни был вызван безумным, садистским наслаждением от чужих страданий. — Как-то так! — с улыбкой закончил свой пересказ Николай. — Как я и говорил, это было славное шоу, от Абсолютного Отчаяния я меньшего не ждал! Лишь человек с таким званием мог заставить высокопоставленных чиновников убить друг друга! — Ох, прекращай, Гоголь-сан, ты, льстец! Хотя я рада знать, что это представление смогло тебя развлечь, мой дорогой друг по садизму! — чуть хихикая отвечала Джунко, перебирая пряди собственных волос в своих руках. — Однако, меня немного совесть мучает, дорогуша, насколько мне известно, ваш план был связан с правительством. — Что ж, ты права! Но не бери в голову, Зетсубо-чан! Мне понравилась эта бойня, и я не жалею о том, что стал её свидетелем и участником! К тому же, никто, кроме меня, не знает, что за всем стояла ты! — всё тем же радостным и взволнованным голосом молвил клоун, словно его абсолютно не беспокоили ни эта ситуацию, ни то, откуда его подруга в принципе знает о плане «Смерти Небожителей». — Я понимаю, Николай, но в любом случае, мне бы хотелось загладить свою вину за это происшествие. — Ой, да ладно тебе, Зетсубо-чан, тебе правда не стоит беспокоиться об этом… Гоголь хотел сказать что-то ещё, однако в этот момент Джунко показала ему, казалось, обычную пустую книжную страницу, но клоун тут же осознал, что это была та самая страница из книги, что способна изменять реальность, и которую «Смерть Небожителей» не смогла достать. Его глаза округлились от удивления. — Кажется, эту вещь искала ваша организация? — столь невинным и спокойным голосом произнесла Эношима. Она вручила страницу Николаю. — Держи, можешь считать это подарком от меня! Мы ведь друзья, в конце концов. Гоголь молчал несколько секунд, а его взгляд сфокусировался на странице. Он мог ожидать того, что тем, кто своровал страницу, окажется Джунко, но он явно не мог ожидать, что она ему её отдаст. Учитывая, насколько мощным был этот артефакт, она легко могла воспользоваться им в своих целях. Однако, они знакомы не так уж и давно, и он может ещё многого о ней не знать. И пусть план «Смерти Небожителей» в любом случае будет подвергнут изменению из-за смерти политиков, подобный презент был очень щедрым для Николая со стороны Зетсубо-чан. Секунду спустя клоун рассмеялся, от чего у любого нормального человека могли пробежать мурашки по спине. — Вау! Я и ждать не мог такой щедрости с твоей стороны, Зетсубо-чан! — восторженно восклицал Гоголь, продолжая безумно хохотать — Я очень благодарен тебе за столь ценный подарок! А я-то думал, ты воспользуешься им сама, но вау, отдать его мне, это очень мило! — Не стоит благодарности, дорогуша, я рада знать что моему драгоценному клоуну-убийце понравился столь скромный подарок! — с улыбкой отвечала Эношима, а клоун лишь хихикнул, когда она назвала артефакт, способный изменить саму реальность, «скромным подарком». — Я уверена, ты сможешь найти наиболее интересное применение этой штуке. Погрузить весь мир в отчаяние одним взмахом ручки действительно звучит заманчиво, но и так скучно одновременно… Стоило абсолютной закончить свою фразу, так всё встало на свои места. Ну конечно же! Николай вспомнил их первую встречу. Она была абсолютным аналитиком, и она говорила, что из-за этого таланта она испытывает вечную скуку, и из-за этого же она и стала тем самым «Абсолютным Отчаянием». В мгновение от одной лишь фразы всё встало на свои места, и от этого на лице Гоголя не могла не появиться хитрая ухмылка. — Ох? Так вот в чем дело! Воспользоваться страницей это слишком просто для тебя, Зетсубо-чан? Ха-ха! — Именно так! — продолжая улыбаться ответила Джунко, спрятав руки за спиной. — Достичь цели в одно мгновение… Это так скучно. Особенно если дело касается отчаяния. В чем смысл, если всё получится сразу, без преград, без полных отчаяния вещей, которые ты не можешь предугадать и которые способны порушить твои планы? В этом весь смысл, в риске, адреналине! К тому же, мне больше нравится распространять отчаяние собственными руками! Это просто приносит мне больше радости и вкуса к жизни, уверена, ты понимаешь о чем я говорю. — Когда ты так ставишь вопрос, я действительно начинаю понимать, что ты имела ввиду. — произнес в ответ Николай, прежде чем снова рассмеяться. — Ха-ха! Я не могу не согласиться с тобой, Зетсубо-чан! Как там говорится, «всё, что ни делается, — всё к лучшему» а? Уверен, с таким раскладом нас ждет ещё больше более кровавых шоу! И я до сильнейшего отчаяния надеюсь, что я смогу поучаствовать во многих из них! Николай, казалось, был воодушевлен будущими отчаянными планами своей подруги не меньше, чем она сама. План «Смерти Небожителей» будет подвергнут серьезным изменениям, даже если у них теперь есть страница, но Гоголя это практически не волновало. Как и говорила Джунко, самое важное это чувство адреналина, ощущение полной свободы от морали и законов каждый раз, когда твои жертвы испускают свой последний вздох после долгих часов мучений, разбрызгивая повсюду собственные кровь и внутренности. И раз уж их с Эношимой цели схожи, то почему бы ему не работать заодно и с ней, изливая больше чужой крови и испытывая ещё большую свободу? Во время своих размышлений, Николай словно неожиданно что-то вспомнил. — Ой, божечки, чуть не забыл! Зетсубо-чан, я же тоже не с пустыми руками! После этих слов Николай показал ей ожерелье с кулоном в виде бордовой змеи. Кулон был сделан ни из металла, ни из искусственного золота, а из чего-то другого… И следующая фраза клоуна ответила на вопрос, из чего же был сделан этот кроваво-красный кулон. — Помнишь мы рассуждали, можно ли сделать украшение из человеческой кости? Ну, вот я и решил проверить! Но выяснить, можно ли сделать это наживую, я не смог, полиция приехала слишком рано! Пришлось просто отпилить тому чиновнику руку и проворачивать остальные махинации позже… Такое упущение! — драматично говорил Николай. — Я заставил одного ювелира сделать этот кулон, однако он не сразу понял серьёзность всей ситуации! Пришлось отрезать ему ногу в качестве предупреждения! Зато какая красота вышла! Я ещё смешал краску с кровью политика и ювелира! И раз уж ты мне подарила столь ценный артефакт, позволь мне вручить тебе этот кулон. Уверен, столь безжалостная убийца будет не против носить подобное! Николай вложил в ладонь Джунко ожерелье. — Ой, боже! Кулон из человеческой кости, говоришь? Надо же, какой очаровательный подарок, дорогуша! — воодушевленно ответила Джунко, незамедлительно надев на себя ожерелье. Кажется, она была искренне рада такому подарку от своего нового друга. — Не переживай что ты не смог провернуть эти махинации наживую, на Земле восемь миллиардов человек, уж парочку-то сможем пустить на наши эксперименты. Но в любом случае, спасибо большое за столь прекрасный подарок, Николай! Это очень мило с твоей стороны! — Это мелочь, Зетсубо-чан! Как ты сама и сказала, мы ведь с тобой друзья! И ты абсолютно права, людей в этом сковывающем мире много, и все они лишь игрушки для нашего кровавого развлечения! У нас впереди ещё столько невероятных шоу! — Пу-ху-ху, верно, — говорила Джунко крутя в руках кулон. — нас ждёт ещё столько пыток впереди. Это всё лишь начало. Нам предстоит ещё столько всего сделать, прежде чем мир падет. Джунко с улыбкой взглянула на Николая, однако, эта улыбка не была садистской или полной жажды чужого отчаяние, нет, сейчас она была более дружелюбной и искренней, чем когда-либо прежде. Казалось, она ни с кем не была настолько искренней, как была с Николаем. И казалось, Николай мог чувствовать тоже самое. Манипулятор жаждущий отчаяния и свободолюбивый убийца-садист. Когда слышишь об этом дуэте, то даже не представляешь, насколько могут быть похожи столь разные люди. Отчаяние и свобода. Слова, которые практически никогда нельзя представить в одном предложении, пока не начнёшь думать о более масштабных проявлениях этих явлений. Произошедшая резня была лишь началом плана по разрушению привычного человечеству мира, однако для всей Японии и мира в целом это событие стало точкой невозврата. Событие, которое предвещало скорый конец света, и после которого общество не сможет спать спокойно как раньше. Вся страна сейчас стояла на ушах, огромное количество людей опасались за свои жизни. И никто даже не мог себе представить, что могло ждать человечество впереди, и на какие зверства способны два человека ради достижения своих целей.

***

План «Смерти Небожителей» был сорван. Смерть политиков полностью перечеркнула план, которому должны были следовать пятеро террористов. И дело было даже не только в смерти основных пешек, но и из-за того, что «Смерть Небожителей» не смогла выкрасть страницу. Если бы они владели данным артефактом, то даже, возможно, могли бы извлечь собственную выгоду из этой ситуации, но теперь абсолютно весь план рухнул. Достоевский был главным стратегом в «Смерти Небожителей». Он обладал гениальным складом ума, и в плане интеллекта лишь несколько человек могли соперничать с ним. Однако, подобный исход событий и он не мог предугадать. Это обстоятельство потрясло всех, кроме Гоголя. Фёдор помнил слова Дазая о том, что один из участников «Смерти Небожителей» знает о личности лидера «Отчаяния», и Достоевский прекрасно знал, что этим человеком был Николай. Но, как он и говорил Осаму, его эта ситуация абсолютно не интересует, до тех пор, пока действия «Абсолютного Отчаяния» ему не мешают. И как по иронии судьбы, именно это и произошло: «Отчаяние» перешло дорогу планам Фёдора. “И я советую тебе следить за своим дружком. Его дружба с «Абсолютным Отчаянием» вполне может сказаться на ваших планах.” — то, что сказал Дазай Фёдору во время их последней встречи. И как бы не хотелось это признавать, горе суицидник оказался прав. Он не думал, что Гоголь помогал лидеру в этом деле. Для Николая произошедшее тоже стало неожиданностью, пускай и более приятной, чем для остальных. Вопрос о том, кто и зачем сделал это, конечно, был любопытным, но недостаточно, чтобы Фёдор сфокусировал своё внимание на этом. Каким бы ужасным убийцей не был этот “абсолютное отчаяние”, Достоевский абсолютно не горел желанием разбираться в этом. Ныне у него были более важные дела. План Сообщества Убийц был совершенен, в нём не было изъянов, но как бы Фёдор не держал всё под контролем, всегда будут происходить мелочи, о которых он не может подозревать изначально. И из-за одной такой мелочи ныне ему придётся переделывать весь их план, что был способен полностью перевернуть мир. К счастью, по соображениям Достоевского, на это не уйдёт много времени… — Федя, Федя, Федя! — размышления Фёдора прервал радостный и воодушевленный голос Николая, который чуть ли не влетел в комнату. — Никогда не догодаешься, что произошло! — Ты снова нашел какую-то японскую игру? — весьма спокойно и без какой-либо заинтересованности отвечал Достоевский. Николай всегда так вёл себя, так что его радость могла быть вызвана буквально чем угодно. — Ха-ха! А вот и не угадал! Это кое-что гораздо интереснее! Николай выглядел очень счастливым, однако, о Фёдоре того же сказать нельзя было, он явно не был заинтересован в том, что ему хочет рассказать его друг. До определённого момента. Гоголь положил что-то на стол, прямо перед лицом Фёдора. И когда Фёдор увидел что это, его глаза округлились. Та самая страница, которую «Смерть Небожителей» уже считала для себя потерянной, а сейчас она у Николая! Удивлённое лицо Фёдора было чем-то действительно редким, и клоун явно был рад тому, что сейчас видит своего друга с таким шокирующим выражением лица. — Вау, редко увидишь тебя с таким шоком на лице! Как чудесно! Думаю, я должен поблагодарить её хотя бы за то, что я смог удивить тебя таким! Её. Фёдор зацепился за это слово. О ком он мог говорить, если единственным другом Николая был Фёдор? Хотя конечно, Достоевский уже догадывался, о ком мог говорить клоун, и всё же, демон спросил: — Надо же, и откуда у тебя эта страница? — Ох, моя подруга подарила её мне! Это было весьма мило с её стороны, преподнести мне столь ценный артефакт! — Подруга, хм? Интересно кто это, ты и с девушками-то не общался раньше. — отвечал Фёдор разглядывая страницу. Сомнений не было — это та самая страница из книги, что способна менять реальность, подделки не было, артефакт был настоящим. И это, на самом деле, лишь упрощает работу Фёдору, теперь, когда «Смерть Небожителей» снова завладела страницей, создание нового плана становится куда проще, ведь благодаря способности артефакта их возможности практически безграничны. — Хм… Что же делать… Я обещал ей, что не расскажу никому, кто она! — проговорил Гоголь с наигранным переживанием. Ответ Гоголя не оставил никаких сомнений для Фёдора. Очевидно, что человек, который ныне представляет угрозу национальной безопасности, даже если и согласится на раскрытие своей личности другому убийце, то всё равно поставит собственные условия, чтобы его личность оставалась в секрете для остального общества. Хотя возникал вопрос, почему кто-то такой, как лидер «Отчаяния», который практически не оставлял намеков на то, кто он, или сейчас лучше сказать, «она» такая, вообще был в норме с тем, что кто-то знает о её настоящей личности, даже если это такой же маньяк в лице Николая. — Твоя «подруга» – это лидер «Абсолютного Отчаяния», не так ли? — Ха-ха, угадал! — рассмеявшись сказал Николай. — Мы с Зетсубо-чан познакомились несколько дней назад! Она весьма отчаянная девушка, иначе и не скажешь, хаха! А знаешь почему она отдала мне страницу? Правильно! Ей было немного неловко из-за того, что эта резня самую малость порушила наши планы, поэтому она подарила мне её в качестве извинения! Фёдор хмыкнул, когда услышал рассказ Николая. То, что лидер «Отчаяния» была девушкой лишь подтвердило размышления Достоевского о том, насколько страх слепит человека. Для него все люди были очевидны, как обычный белый лист бумаги, для него всё выглядило так, словно они настолько перепугались, что создали в своих разумах монстра, которого продолжают бояться до сих пор. Абсолютное отчаяние не был ничем большим, чем просто сумасшедшей девчонкой, сравнимой с Николаем, просто обладающая определённой властью, которой она умело пользуется, манипулируя людьми, их чувствами и страхами. Конечно, всё еще оставалось очень много вопросов. Зачем «Отчаянию» отдавать страницу, если этой девушке ничего не мешает воспользоваться ею? Почему она вообще согласилась на общение с Николаем и позволила ему узнать, что она и есть тот опасный преступник? Откуда она вообще узнала о планах «Смерти Небожителей»? Фёдор понимал, что Гоголь знает ответы как минимум на часть из всех неотвеченных вопросов, но расспрашивать паяца он сейчас не особо горел желанием. Но вместо этого он придумал, как ему извлечь выгоду из всей этой ситуации. Даже если у него теперь есть страница, всё ещё существует риск, что их с «Отчаянием» планы снова могут помешать друг другу. Учитывая, что это уже происходило, дружба Гоголя с «Отчаянием» никак не гарантирует то, что это не произойдет снова. Однако, человек, что смог раздобыть страницу, и устроить бойню в правительстве, пусть и не является для Достоевского равным противником, всё равно явно обладает определенной властью. Если Николай сумел найти подход к подобному человеку, значит, есть шанс того, что она к нему так или иначе прислушивается. В голове Фёдора созрел план. — Надо же, как интересно. Было бы забавно увидеть это порождение смерти в живую. — Хмм… Что ж! Если так подумать, это было бы весьма занимательно, если два моих друга познакомятся! — говорил Николай обдумывая такую перспективу. После секунды молчания он снова рассмеялся. — Ладушки! Я поговорю с ней об этом! Я уверен, Зетсубо-чан будет лишь рада познакомиться с тобой! И я уверен, что два моих хороших друга точно поладят! — Не могу не согласиться. Желание познакомиться с новой «подругой» Николая, разумеется, было вызвано лишь намерением держать всё, что касается плана, под контролем. Дружбу с кем-то вроде лидера «Отчаяния» он оставит Гоголю, раз уж эти двое, судя по поведению Николая, так хорошо поладили. Если Фёдор сможет познакомиться с лидером лично, тогда её правило, которое Николай озвучил ранее, касательно неразглашения её личности, не будет действовать на него, и тогда он сможет узнать о следующих шагах «Отчаяния» либо через Николая, либо от этой женщины лично, и тогда Фёдор сможет разработать план, в который «Отчаяние» не сможет вмешаться. Конечно, всегда мог быть шанс, что такой садист не будет рассказывать о своих планах всем подряд, даже своему другу в лице Николая. Однако то, что он узнает личность национального преступника, уже упростит Фёдору задачу в разы, а все остальные проблемы Достоевский будет решать по мере их поступления. Николай же просто был воодушевлен мыслью, что два его хороших друга смогут познакомиться. Он был уверен, что Джунко будет не против встретиться с Фёдором. Однако, пускай он планировал познакомить её лишь с Фёдором, всегда есть шанс, что кто-то другой наблюдает издалека. И никогда не знаешь, чем это может обернуться.

***

— Какого черта вообще? Помнится, заниматься психически больными — это ваша работа. Когда отдел по расследованию тяжких преступлений абсолютных узнал о том, что один из недавних пациентов психотерапевта отдела был в эпицентре событий, что произошли в «Пике Надежды» несколько лет назад, они поняли, что он мог помнить что-то о лидере «Отчаяния». Единственная проблема была в том, что ему диагностировали диссоциативную амнезию, из-за чего он не помнил ничего из того времени, когда учился в Академии. Врач, который его принимал, считал, что если он вспомнит о произошедшем, то потенциально может помочь в расследовании, из-за чего и настоял, чтобы основательница отдела встретилась с пациентом. Однако, сама Джунко не особо была воодушевлена данным событием. — Эношима-сан, если мы восстановим ему воспоминания, то возможно узнаем больше о нашем враге! — говорил Сано. — Митарай мог знать что-то, что поможет нам сейчас… — Митарай? Ты имеешь в виду, этот человек — это Митарай Рёта? Это имя ей было знакомо, ох, ещё как знакомо! Митарай был её старым знакомым, с которым она познакомилась, считай, во время случайной встречи ещё на первом году обучения в Академии. В то время Рёта ей сильно помог в воплощение её отчаянного плана, но видимо, для него этот момент был уж слишком травмирующим, раз уж у него диагностировали диссоциативную амнезию. Жаль, этот парнишка был ей очень полезен. Сама же Джунко тогда заставила Митарая сбежать из Академии «Пик Надежды», так как он выполнил свою функцию, и более он ей не был нужен. После этого Джунко ничего не слышала о Рёте, да и не то чтобы она пыталась узнать о его судьбе, девушка считала, что после этого момента они никогда не встретятся, но в итоге всё обернулось иначе. И раз уж судьба дает тебе шанс повстречаться со старым помощником, то упускать его будет тем еще кощунством, даже если эта встреча может казаться бесполезной для мисс Отчаяния. — Ну, да… — С этого и надо было начинать. Эношима вместе с Сано зашла в комнату в которой уже находился Митарай. Пока врач объяснял состояние Рёты, Джунко окинула его своим леденящим взглядом и поняла, что юноша никак не изменился за эти пару лет, разве что, мешки под его глазами стали ещё более выраженными, что можно было объяснить бессонницей, о которой Джунко так любезно рассказали прямо сейчас. Но вот сам Митарай, как только увидел Эношиму тут же почувствовал сильнейший в своей жизни страх. На его лбу выступил холодный пот, по его спине пробежали мурашки, а тело слегка трясло. Он не мог объяснить природу этого страха. Он не знал этой женщины, по крайней мере, он не помнил её лица, но что-то внутри него прямо сейчас говорило ему бежать отсюда, бежать куда глаза глядят, его внутренний голос подсказывал ему, что девушка перед ним опасна. Дрожь Митарая была весьма заметна, он осторожно сделал шаг назад, когда его сердце начало бешено биться, а дыхание становится более учащённым. Ему нужно быть на дистанции от этой женщины… — Митарай? — психотерапевт заметил странное поведение своего пациента. Это ему показалось странным, да, Рёта и раньше казался весьма шуганным парнишкой, но ни на одном из сеансов он не вёл себя так напугано. Стоило Джунко сделать один шаг вперёд к Митараю, как его дрожь стала ещё сильнее. — Н-не подходите ко мне! — крикнул Рёта удивительно громко для себя. Он заикался, словно ему не хватало воздуха даже для банального разговора. Взгляд юноши метался из стороны в сторону, как будто стараясь найти потенциальный выход на случай, если ситуация станет слишком опасной. — Эношима-сан, не хочу торопиться с выводами, но мне кажется, что он вас боится. — Я и сама вижу. — в весьма грубой форме ответила Джунко. Поведение Митарая было ей понятно. Даже если он сам ничего не помнит, это ещё не значит, что его подсознание забыло те ужасы, что Рёта испытал из-за действий Джунко. Конечно оно будет говорить ему избегать её любой ценой, дабы защитить Митарая от травмирующих воспоминаний. — Оставь нас, я хочу поговорить с Митараем самостоятельно. Рёта поежился, услышав это. Последнее, чего он хотел, это оставаться один на один с этой женщиной. К счастью для него, психотерапевт Митарая сам не был в восторге от этого предложения. — Извините, Эношима-сан, но я не могу этого сделать, боюсь, это может негативно сказаться на его выздоровлении… — Сано хотел сказать больше, но его тут же прервали. — Я прекрасно знаю, что я делаю. — с пассивной агрессией произнесла Эношима. — Я знала Митарая ранее, если тебя беспокоит состояние твоего пациента, ты можешь находиться за дверью, я сообщу если твоя помощь понадобится. Тон её голоса подмечал, что она была раздражена данной ситуацией. Мужчина хотел было возразить, в конце концов, он нёс ответственность за благополучие Митарая, но в отделе чуть ли не все знали, что спорить с Эношимой было бесполезно. Он молча кивнул, направившись к двери, напоследок взглянув на Митарая. Рёта словно взглядом умолял Сано не оставлять его наедине с ней, но врач знал, что переубедить Джунко он не сможет. Однако, он надеялся, что сможет понять страх Митарая перед Эношимой-сан, когда та уйдёт. Возможно, это напрямую связано с амнезией Рёты. Но сейчас, к сожалению для юноши, его психотерапевт ушёл, оставив его наедине с женщиной, которой он до ужаса боялся. Взгляды Митарая и Джунко встретились. Глаза Джунко были пустыми и безжизненными, из-за чего по спине юного абсолютного аниматора пробежали мурашки. Ему некуда было бежать. Он чувствовал, как холодный, расчётливый взгляд девушки пронзал его насквозь, словно анализируя его и выискивая все слабые места. На лице Эношимы появилась слабая ухмылка. — Значит, Митарай Рёта? — спросила Джунко, подойдя ближе к Митараю, который тут же вновь увеличил расстояние между ними, отойдя от девушки на пару шагов назад. Джунко смотрела на юношу сверху вниз, буквально во всех смыслах. Она была ростом выше, чем напуганный парень, к тому же ещё и носила сапоги с высоким каблуком. Митарай чувствовал себя так, словно он был в ловушке, а её жутковатая ухмылка совершенно не помогала ситуации. — Сколько мы с тобой не виделись? Хотя, я не думаю, что ты помнишь меня. — М-мы с вами были знакомы?.. — заикаясь спросил парень. Его голос был тихим, едва его можно было услышать. Страх всё ещё переполнял его тело, страх, который он даже не мог объяснить для самого себя. Он старался говорить очень осторожно и тихо, словно опасаясь чего-то. — Можно сказать и так. Мы оба учились в «Пике Надежды», но ты учился на год старше меня. Мы пересекались лишь пару раз, на самом деле, тебя редко можно было увидеть не рисующим что-то у себя в комнате, ты практически не выходил на свежий воздух. По крайней мере, так было до трагедии. Митарай вздрогнул. То, как она сказала последнее предложение, было жутко… Но он прекрасно понимал, о чем она говорила. Трагедия… Массовое самоубийство, о котором все твердят Митараю, но он не помнил ничего из того, что происходило тогда, как бы он не пытался вспомнить. — Да… Но я ничего не помню из того времени… И-извините… Он даже не знал, за что извинялся. К своей амнезии он испытывал двоякое чувство. Если он забыл что-то такое, как массовая смерть нескольких тысяч человек, стоит ли ему вообще пытаться вспомнить произошедшее? Насколько травмирующими могли быть те воспоминания, что его мозг решил их забыть? Эти вопросы стали более сильными, когда он встретился с Эношимой. Всё его существо кричало ему бежать от неё куда подальше, но он не мог сказать наверняка, что именно его так пугает. И это заставило его размышления о своей болезни вновь вернуться. По словам Джунко, они пересекались ранее пару раз. Но что произошло между ними? Могло ли произойти что-то такое ужасное, что теперь его подсознание настолько сильно боится Джунко, что аж старается заставить Митарая быть от неё на пару миль подальше? А может, именно она была как-то связана со всей этой трагедией… Стоило ему подумать о последнем, как Джунко снова подошла ближе. В этот раз слишком близко, вторгаясь в личное пространство юноши. Он сразу же попытался отойти от неё, но почувствовал за своей спиной бетонную стену. Рёта чувствовал себя жертвой, добычей хищника, что была загнана в угол, а в Джунко он видел змею, холодную и расчётливую убийцу, готовую напасть. Сердце забилось сильнее, дыхание стало более поверхностным, Рёта не спускал глаз с Эношимы. Он инстинктивно понимал, что она опасна, но не знал, чего от неё можно было ожидать. И это, пожалуй, было самым страшным. — Это ничего. В конце концов, именно для этого ты здесь, чтобы вспомнить всё. — сказала Эношима отойдя от Митарая на пару шагов, что пусть и не позволило ему вздохнуть с облегчением, но Рёте явно стало более спокойно. — С какого именно момента ты ничего не помнишь? Помнишь хоть что-нибудь из времени проведённого в «Пике Надежды»? — Н-нет, я не помню абсолютно ничего… Я даже не помню, как меня пригласили в Академию… — Ожидаемо. — сухо ответила девушка. — Потерять воспоминания о нескольких годах своей жизни, о своих друзьях из Академии, о своём опыте, который ты получил… Должно быть, трудно осознавать, сколько всего ты мог потерять. Однако, иногда есть вещи, о которых действительно лучше забыть и не вспоминать. — О чем вы говорите?.. — тон голоса Джунко не особо нравился Митараю. Он звучал так, словно за этими словами скрывается что-то более жуткое. С каждой секундой их разговора он чувствовал себя всё в большей опасности, словно еще пару секунд, и эта женщина перед ним разорвёт его на части. На лице Эношимы проскользнула улыбка. — Разве это не ясно? Ты потерял свою память из-за ужасного инцидента, в котором умерли тысячи людей. И скорее всего, ты видел всё это своими глазами. Когда люди становятся свидетелями чего-то подобного, они желают забыть об этом, избавиться от кошмаров и воспоминаний, которые теперь будут преследовать их постоянно. Ты действительно уверен, что хочешь вспомнить то, что произошло тогда? Ты уверен, что ты готов к самым худшим и травмирующим воспоминаниям в своей жизни? Ты правда думаешь, что сможешь жить с этим грузом? На лице Рёты выступил холодный пот, а сам он, казалось, ещё сильнее побледнел. Слова Эношимы заставили его снова задуматься об этом. Он действительно не знал, что ему делать, он хотел понять, разобраться в своих потерянных воспоминаниях, но мысль о том, что он может вспомнить, не давала покоя... Сейчас он чувствовал взгляд Эношимы на себе, холодный, пронзающий, безжизненный, хищный взгляд пустых голубых глаз. Ощущалось так, словно она наслаждалась его страхом. Он не знал, сколько он ещё сможет находиться рядом с ней, он чувствовал, что ещё немного, и его охватит полнейшая паника. К счастью, судьба была к нему благосклонна. — Эм… Эношима-сан? — в комнату зашёл Сано, который всё это время стоял за дверью. — Там какой-то мужчина пришёл, и он хочет с вами поговорить. Джунко это, несомненно, немного удивило. Больше никаких встреч у неё не было запланировано, хотя она и догадывалась о том, кто это мог быть. Она в последний раз пересеклась взглядом с Рётой, что в очередной раз заставило последнего поежиться, прежде чем выйти из комнаты. Лишь после этого Рёта смог в полной мере выдохнуться. Он прислонился к стене, сползая на пол. Его сердце бешено колотилось, да так, что казалось, словно в ныне пустой комнате его сердцебиение отдавалось эхом. Он остался один на один с собой, и со своими необузданными страхом и сомнениями. Митарай не знал, что ему думать, что ему чувствовать, что ему вообще следует теперь делать… В это же время, Эношима, чуть ли не сразу, как вышла в коридор, увидела мужчину, который хотел встретиться с ней. И её предположения насчёт его личности не были ошибочными. — Я здесь по приказу правительства, и мне необходимо встретиться с начальницей отдела. — разговаривал мужчина с одним из сотрудников отдела. Как только он заметил Джунко, на его лице появилась легкая улыбка. Он оттолкнул парня перед собой в сторону, подойдя ближе к девушке. — Эношима-сан! Вас-то я и ищу! У меня для вас очень важная информация, мы можем поговорить наедине? Мужчина взял её за руку, продолжая улыбаться. Джунко вздохнула, обращаясь уже к Сано. — Сможете пока позаботиться о Митарае? Врач молча кивнул. Сжав руку мужчины, Джунко направилась вместе с ним в свой офис. Как только они зашли туда, девушка закрыла дверь, обратившись к своему собеседнику. — Хах, от правительства, да? И что за новость ты мне принёс, Николай? — Тебя это забавляет? Я, между прочим, даже не соврал! — хихикнув отвечал Гоголь. — Просто немного не договорил, вот и всё! Я принес куда больше чем одну новость! — И что же мой дорогой убийственный друг хочет рассказать мне? — Ха-ха! Думаю, стоит начать с этого! Гоголь передал ей конверт. Открыв его, она увидела стопку бумаг, фотографий, и что-то наподобие письма. Быстро пробежавшись по тексту глазами она поняла, что это были документы, в которых была вся информация о произошедшей резне в правительстве, а вместе с ней и информация о жертвах, включая некоторую и об их личной жизни. Здесь же были изображения трупов жертв, и описаны орудия убийства, чьи отпечатки на них были и прочие материалы по делу. Пока Джунко изучала переданные ей бумаги, Николай проговорил: — Из-за того, что вся информация об «Абсолютном Отчаянии» хранится в твоем отделе, было принято решение передать эту информацию тебе на хранение. Однако, из-за произошедшего теперь ты, дорогая Зетсубо-чан, угроза национальной безопасности, и поэтому правительство будет контролировать и вмешиваться в процесс расследования, а вместе с этим вмешается и военная полиция. Правительство уже решило привлечь «Ищеек» к расследованию. Всё это говорится в письме, копия этого документа была отправлена и другим организациям, и участникам «Союза Детективов» тоже! Джунко читала письмо, пока Николай всё это рассказывал. И действительно, всё, о чем говорил клоун, было написано в этом документе, включая и то, что к расследованию скоро присоединятся «Ищейки». На самом деле, это было ожидаемо, учитывая, какой переполох и страх в стране посеяло недавнее событие, да и эта резня могла быть воспринята как начало политического переворота, чего люди сверху явно не хотели бы. — И угадай что? Правильно! Я смог договориться и теперь я официальный посол между правительством и «Союзом Детективов»! Хехе, теперь у нас буквально есть вся информация с обеих сторон! — Хах, в таком случае, всё становится ещё лучше! — радостно ответила Джунко, убирая папку в сторону. — Похоже, нас ждёт то ещё веселье в самом скором будущем. Ситуация была прекрасной для обоих убийц. Сам факт того, что у них теперь есть возможность знать все действия со стороны как детективов, так и правительства, делает для них достижение их плана ещё более легким. И вместе с этим, из-за произошедшего с чиновниками большая часть сил будет отправлена на расследование о деле резни в правительстве и раскрытии личности «Абсолютного Отчаяния», а значит рядовые убийства обычных людей будут всё чаще пропускаться мимо глаз, или просто умалчиваться, что, конечно, не могло не радовать двух жестоких садистов. Сколько ещё самых интересных и захватывающих дух пыток ждёт их впереди! Но не стоит забывать, что послание от правительства — это далеко не первоначальная причина прихода Гоголя. — Но-но-но! Это не единственная причина почему я здесь! — неожиданно заговорил Гоголь. — Я должен поблагодарить тебя еще раз за страницу, Зетсубо-чан! Я показал её своему другу, и он был в таком шоке! А ты бы знала, как сложно добиться от него удивления! — Ох, не стоит благодарности, Николай! Но ты начал этот разговор явно не для того, чтобы всего лишь поблагодарить меня вновь, верно? — хитро улыбаясь спросила девушка, подойдя ближе к клоуну на пару шагов. — И снова верно! У меня просто появилась мысль, как насчёт того, чтобы я познакомил тебя со своим другом? Ха-ха! Он весьма интересная личность, пусть и достаточно молчалив и безэмоционален, но я уверен, вы двое точно поладите! — Ты имеешь ввиду познакомиться с ещё одним участников «Смерти Небожителей»? — Джунко сделала задуманный вид, хотя ответ и так был очевиден. — Что ж, конечно. Раз уж ты уверен, что мы с твоим другом поладим, у меня нет причин тебе не верить. — Ха-ха-ха! Я рад что ты согласилась, Зетсубо-чан! — радостно хохотал Гоголь, он был очень счастлив от мысли, что два его хороших друга смогут подружиться. — Я бы познакомил тебя еще с кем-то, но не уверен, что он готов к этому, ха-ха! Завтра я устрою вам двоим встречу! Божечки, два моих друга смогут познакомиться друг с другом, как чудесно, чудесно! Джунко хихикнула, она не могла не восхищаться таким энтузиазмом своего друга-убийцы. На самом деле, такое поведение Николая, особенно в совокупности с его садистскими наклонностями, делали его в какой-то степени очаровательным в глазах Эношимы. Завтра Гоголь собирается познакомить Джунко с Достоевским. К чему это приведёт можно будет сказать лишь тогда, когда этот момент настанет. Но можно точно сказать, что с каждой новой жертвой, с каждой новой пролитой кровью, с каждой новой крупицей отчаяния и страха в сердцах людей, приближается тот день, который навсегда изменит судьбу человечества. После ужасной резни общество достигло точки, когда больше нет пути назад. Здесь начинается борьба света и тьмы, жизни и смерти, отчаяния и надежды. И кто знает, возможно, всё это обернётся самым неожиданным образом. Ведь как известно, от отчаяния до надежды всего лишь один шаг.