Кошки - мышки

      Не так Лиам надеялся провести этот день вместе с Тео. Не разглядывая тысячи и тысячи фотографий с трупами людей, повреждённые в разной степени тяжести, что может быть интересно только полным психопатам, и точно не сдерживая свой желудок от позорного опустошения на пол или в мусорное ведро, на которое иногда совершенно без намеков поглядывал Тео.       В глубине души Лиам надеялся, что они быстренько что-то поищут в базе данных, супер умный Тео все поймет, и они уйдут отсюда, а Лиам, может быть, осмелится пригласить того сходить в кафе или просто посмотреть у него дома фильмы, чтобы потом попытаться уломать Тео остаться на ночь. Просто дружеские посиделки, ничего более, да…?       Но, знаете, часть этого дня была намного прекраснее его надежд: Тео позволил быть рядом. А еще от Тео так успокаивающе пахло, что Лиам лежа на его плече даже забыл обо всех этих кровавых картинках, которые последние часы мелькали перед его глазами и, казалось, навсегда впечатались в сетчатку.       Лиаму так нравилось слушать чужое спокойное сердцебиение и такое же спокойное дыхание, что он начал засыпать, и только Кира со своими абсолютно отстраненными от их занятия вопросами и размышлениями оставляла его в сознании. Как она смогла так абстрагироваться? У нее тоже есть свой невидимый Тео, о котором никто из них не знает?

***

      Все было прекрасно до этого чертового дела, из-за которого сердце и дыхание Тео резко сбились, и начали звучать неправильно, буквально насилуя уши оборотня, а пахнуть от него начало просто катастрофически: это уже не слабые нотки цитруса, это целый гребанный лимон сжали в миллиметре от чувствительного носа Лиама, что он захотел чихать так сильно, как будто у него аллергия, хотя у него физически не может быть аллергии, и добавили ко всему этому сгоревшего в турке кофе. От Тео не должно так пахнуть, он должен быть островком покоя для Данбара. И Лиам готов сделать все, что угодно, лишь бы вернуть того мудака Тео, а не Тео, у которого трясутся руки и изломанная улыбка на губах. Так не должно быть.       И Лиам правда старался не выглядеть таким радостным, когда Тео прижался к нему и его запах, сердце и дыхание начали приходить в норму, потому что, ну Лиам по крайней мере не козел, чтобы радоваться из-за момента слабости другого. Тео доверился в такой момент ему.       Он готов убить Стайлза за этот чертов звонок. Он готов убить этого блятского вендиго, которому на месте не сидится, за то, что ему пришлось буквально оторвать от себя Тео, ведь тот будто приклеился к нему, не желая отпускать. Лиам хотел взвыть от того, как беззащитно выглядел Тео перед ним, с каким непониманием в глазах тот отпускал его. От того, как быстро после этого Тео возвращается, как теперь в этих прекрасных зеленых глазах испуг, словно это доверие к другому, к Лиаму, в минуту слабости было ошибкой.       Но Тео молча поднимается с дивана, и идет к выходу из кабинета, даже не взглянув на дело, что лежало у его ног, лишь перешагнув его, и Лиам через секунду также молча следует за ним. Тео вернулся, а значит Лиам действовал правильно, и это греет его душу.

***

      В пикапе нет той гнетущей тишины, что ждал Лиам, может, потому что из магнитолы в салон сочится какая-то заезжанная чартами попса, и это хоть и немного, но успокаивает нервного подростка, но ему все еще неловко.       Нервного, потому что план они не обсудили – Данбар лишь спешно объяснил Лидии, куда они направляются, и поскакал за уже скрывшимся Рэйкеном, пока тот не уехал без него.       И его больше нервировало не отсутствие хоть какого-либо плана, а эта кровожадная ухмылка на лице Тео. Это правда пугает.       — Ты убьешь вендиго? — он не выдерживает и спрашивает, потому что иначе точно вырвет себе ноготь, который он активно ковырял последнюю минуту, да так, что уже видна капля крови. Лиам спешит её слизать.       — Да. — Тео не колеблется с ответом, и вот что страшно, а не те хоррор фильмы, которые включил Мейсон на их вечер фильмов.       — Но это не…       — Неправильно? Ты правда так считаешь даже после тех фотографий, от которых выглядел как спелый огурец? — Тео так резко поворачивает голову в сторону пассажирского сиденья, когда перебивает его, что Лиам забеспокоился о состоянии его шеи, а потом за их безопасность в целом, потому что теперь за дорогой водитель не следит, ведь он занят тем, чтобы не сводить взгляда с Данбара. Лиам сглатывает, но сам зрительный контакт не разрывает. — И как же ты хочешь их переубедить мирным способом?       — Ну… Я… — Лиам вжимает голову в плечи и принимает решение о капитуляции из этих гляделок вместе с насмехающимся и даже злым взглядом Тео, поэтому теперь смотрит на свой уже изрядно израненный ноготь.       — Что ты? Подойдешь и попросишь больше не есть людей? Это так не работает, Лиам! — Лиам слышит, как Тео тяжело вздыхает, а в салоне добавляется запах раздражения, из-за которого подросток чешет нос, чтобы не чихнуть. — Они питаются людьми, они не остановятся. Они – монстры. Их нужно убить для собственной безопасности.       И тут уже Лиам не выдерживает и вскидывает голову и яростным взглядом сверлит висок Тео, что уже отвернулся обратно к дороге. Монстры?       — Значит я тоже монстр? — и Лиам не понимает, почему его голос граничит с криком, он не особо хотел кричать в этот момент, но Тео так ошарашенно смотрит на него, что Лиам считает это даже плюсом.       — Что? Я говорил, что они едят людей, ты вообще меня слушал? — у Тео так красиво выгибается бровь, но Лиама так просто не сбить с мысли, он должен дойти до конца.       — Так я монстр для тебя или нет? — Лиам щурит глаза, а Тео выглядит таким одновременно удивленным и оскорбленным, что это даже смешно.       — Причем тут вообще ты? Я говори…       — Тео. Ответь. На. Сраный. Вопрос. — Лиам цедит каждое слово, не давая Тео и шанса заговорить ему зубы, а тот щелкает зубами, когда захлопывает рот, и хлопает ресницами, словно не понимает, о чем его спрашивает Лиам.       Лиам молчит, не собираясь повторять или объяснять: Тео же такой умный, сам обо всем догадается. И Лиам хмыкает, когда спустя минуту ответа не следует, и отворачивается к окну, сверля теперь взглядом деревья, что проносятся мимо. Он не позволит Тео наслаждаться его горькими слезами, пусть подавится видом на дорогу.       — Нет.       Это сказано настолько тихо, что будь Лиам обычным человеком, точно бы не услышал, но он услышал, и то, как ровно бьется чужое сердце, разносит все внутри него вдребезги.

***

      Лиам не назвал бы место, около которого они оказались, баром. Больше похоже на место, где в подвале пытают детей. Может быть, так и есть. Лиам точно не хочет побывать в этом подвале.       Рядом стоящий Тео, похоже, тоже, раз к клинку теперь добавился маленький электрошокер, который, Лиам уверен, поджарит любого, до кого докоснется, и бутылек с пеплом рябины. Как хорошо, что Тео сейчас охотится не на него, ведь против пепла Лиам точно ничего бы не смог сделать. А почему Тео не загнал его в ловушку еще тогда в лесу?       На входе их встречает какой-то ну очень подозрительный мужик, весь в татуировках и с бородой, за которую так и хочется дернуть, но Тео так старательно заговаривает его, говоря, что, оказывается, они здесь по приглашению, но его забыли дома, а до дома им ехать минимум восемь часов, что Лиам старается быть таким же улыбчивым, поддакивать, и не вызывать у этого громилы каких-либо подозрений.       И кажется это срабатывает, ведь бородатый мужик скрывается внутри помещения, и громкая музыка врезается в уши Лиама, от чего ему приходится сконцентрироваться на чем-то более приятным, например на сердцебиении Рэйкена, который опять спокоен, как удав. Как у него это выходит?       Или не сработало, потому что громила возвращается спустя буквально через секунду, не давая им войти, и впихивает в руки стаканы с очень подозрительной янтарной жидкостью. Лиам ведет носом от нее, пока Тео с интересом крутит стакан в руках.       — Выпейте, если хотите пройти. — лицо мужчины ничего не выражает, когда голос звенит очевидной угрозой.       Лиам оглядывается на Тео, который не много думает прежде чем опустошить содержимое стакана, жмурится, а потом со вселенской невинностью смотрит на ошарашенного Данбара. Тео бессмертный или совсем безбашенный? Идиот.       Лиам вступает в клуб идиотов, когда выпивает невызывающий доверия напиток фактически залпом, ведь он не ссыкло, как думает Тео со своим нахальным взглядом и ухмылкой, потому что горло и желудок обливает огнем, и Лиам морщится, ведь это отвратительно. Но у Лиама хотя бы есть регенерация, в отличии от слишком самодовольного Тео. Тео смеется с его выражения лица, а Лиам удерживает себя от того, чтобы не врезать ему.       Их пропускают, забрав стаканы, и они оказываются в цветастом и душном помещении. В баре шумно и многолюдно, а еще тут куча отвратительных запахов, соответствующих толпе танцующих людей. Этот бар больше Синемы раза в два точно, и Лиам не сказал бы, что это хорошо. И как среди стольких людей им вдвоем найти эту убийственную девушку?       Тео тянет его куда-то внутрь за локоть, дальше от выхода, и Лиам думает, что тот выглядит так, словно часто в таких местах зависал, раз проводит их сквозь людей прямо к барной стойке. Еще больше алкоголя? Почему в он сует в руку Лиама клинок? Он что, свихнулся?       — Я найду её, отвлеку и уведу в туалет, а твоя задача – убить её раньше, чем она меня. — Тео даже не нужно кричать, чтобы Лиам услышал его сквозь весь этот звуковой хаос, ведь стоит так близко, что Данбар чувствует его дыхание на коже уха. Щекотно.       — Отвлечешь? Как? — Лиам непонимающе хлопает глазами, когда Тео отстраняется и завораживающе улыбается.       — Мы в баре, как еще, думаешь, я смогу отвлечь? — Лиам хмурится, ведь вполне понимает как: на Тео уже нет его куртки и тот сверкает своими мышцами всем. Нет, нет, это только его! Тео весь только его! — Не ревнуй, малыш. — Тео смеется и скрывается в толпе, пока Лиам крутит эти «не ревнуй» и «малыш» у себя в голове. Может, он пьян? Нет, это просто Тео пьян, да, точно, потому что Лиам точно не будет его ревновать.

***

      Лиам не специально сверлит взглядом каждого партнера Тео по танцам. Лиам не специально тихо рычит, стоит кому-либо закинуть на Тео свои клешни. Это идиотский план, ведь каждый из этих людей сейчас кажутся Лиаму сверхъестественными каннибалами, а клинок в руке заговорещески шепчет ему, чтобы он всадил его кому-нибудь в шею. Что за херня? Лиам свихнулся, сто процентов.       И Лиам практически следует этому шепоту, когда какая-то… девушка нагло засасывает Тео прямо на танцполе, а тот и не против! Какого хрена?! Да она целует его так, словно хочет сожрать, а не нормально поцеловать! Да Лиам целуется в сто раз лучше! Стоп. До этого ведь Тео никому не позволял себя поцеловать, значит..?       Стоит парочке пойти в сторону уборных, как бета спрыгивает с барного стула и быстрым шагом прошмыгивает между потными и пьяными людьми вслед за слабой-слабой ниточкой запаха Рэйкена, которую Лиам почувствует даже в таком гадюшнике.       Он оказывается в уборной в самый нужный момент, когда девушка с длинными золотистыми волосами прекращает прелюдии со своим ужином в виде Тео. Лиам видит через зеркало, как глаза блондинки наливаются туманом, и его обоняние улавливает металлический запах. Кровь. Тео ранен.       Не колеблясь, оборотень рычит и бросается на вендиго, только не с клинком, а с клыками и когтями. Оружее не по его части, окей?       Впившись когтями в чужую спину, Лиам отбрасывает ошеломленную тварь подальше от Тео и сверкает желтыми глазами, скалясь. И, похоже, его выход был удивлением для всех в этой комнате, потому что на лице Тео тоже шокированная гримаса, которая быстро сменяется раздраженной.       — Придурок, я сказал убить её, а не нарычать! Ты глухой?! — Тео кричит, и какого хрена тот кричит, если Лиам только что спас его жизнь?!       — Сам ты придурок! — Лиам не находит ничего умнее, чем начать пререкаться прямо сейчас.       — Где мой клинок, идиот?! — Тео, похоже, тоже, потому что продолжает кричать, и они оба игнорируют вендиго, что смотрит на них с выпученными глазами.       — Не знаю! И это ты идиот, а не я! — Лиам злобно супится, а Тео так смешно выпучивает глаза, что подросток не удерживается от смешка.       — Ты что, потерял мой клинок?! Лиам, ты точно придурок! — Тео выглядит угрожающим, когда ступает к нему, но Лиам не боится идиотов, что забывают свои клинки у него.       — Ты сам мне его отдал, значит я мог делать с ним все, что угодно! Нет, это ты придурок! Мудак, почему ты воо…       И они могли так пререкаться вечность, если бы не оглушающий выстрел за спинами, который заставляет обоих вздрогнуть и в панике обернуться на звук.       — Мальчики, думаю, вам стоит выяснять отношения дома, а не здесь.       Какого черта здесь делает Мелисса? И Арджент? Они тоже пили ту бурду на входе? Но, впрочем, Лиаму как-то все равно, и он позволяет медсестре вывести их из здания, хотя ему приходится взять Тео за руку, чтобы сдвинуть его с места. Пусть взрослые разбираются со всем этим сверхъестественным дерьмом, Лиам устал.

***

      — Тебе понравилось? — они сидят на задних сидениях в машине Арджента после получасовой лекции о том, что не во все дела стоит совать свои маленькие носы, пока Мелисса ведет машину, ведь Тео пьян для того, чтобы самому вести свою машину, и они до сих пор держатся за руки, и Лиам просто бы умер, если бы не спросил.       — Что? — Тео выглядит в темноте таким загадочным, пока разглядывает их сцепленные руки, что Лиам невольно начинает любоваться им.       — Поцелуй. — он сам не верит, насколько просто это слово слетело с его губ, а Тео, похоже, совсем не удивлен.       — Нет, — Лиам старается сдержать облегченный вздох, но Тео все равно замечает и смеется. — Знаешь, я не особо люблю, когда меня собираются сожрать. Мне больше по душе мягкие поцелу…       И Тео замолкает по одной простой причине: на его губах появились губы Лиама, который просто не смог себя удержать. Бабочки в животе Лиама начинают сходят с ума, когда Тео не только не отстраняется, но и начинает сам двигать губами.       Тео притягивает его за руку ближе, и Лиам плавится ото всех этих прикосновений, потому что Тео целуется просто ахуенно. Лиам хочет создать фанклуб губ Тео, и кто ему запретит?       Они отстраняются друг от друга только для того, чтобы вдохнуть кислорода, который им, к сожалению, жизненно необходим, но спустя всего несколько секунд снова встречаются губами, не расцепляя рук. Лиам хочет умереть, насколько бережно Тео сминает его губы, насколько иногда кажутся пробными и осторожными его касания, например, затылка Данбара, словно проверяет, дозволено ли это ему. Боже, Тео, тебе дозволено абсолютно все, только продолжай целовать.       И хоть это всего лишь соприкосновение губ, это все равно прекрасно. Да и они оба понимают, что не могут зайти сейчас дальше, потому что не смогут остановиться и оторваться друг от друга, а у них есть один любопытный зритель на водительском сидении, взгляды которого через зеркало Лиам ловит на себе.       Он с трудом медленно отстраняется от уже таких полюбившихся губ, которые даже в темноте заметно припухли, чтобы взглянуть на Тео, в чьих глазах плещется желание, и он так мило смотрится с покрасневшими щеками, что Лиам не удерживается от тихого смешка, хотя вполне понимает, что он выглядит точно также, если не хуже.       Тео смешно выгибает бровь, и Лиам все же решает просвятить этого глупого гениального парня, почему он смеется.       — Ты такой милый… — Лиам глупо-глупо улыбается, когда Тео фыркает, и это точно смех, который Тео просто не хочет показывать перед мамой Скотта, Лиам знает.       — Странная причина для смеха. — но Тео сам также глупо и счастливо улыбается, и его сердце стучит так же бешено, как и сердце Лиама, и это точно не может быть по пьяне, нет.       Лиам даже не чувствует запаха алкоголя, только совсем слабый запах крови. Кровь. Как он вообще мог забыть о ней?!       — Где она тебя укусила? — Лиам начинает в панике осматривать Тео, крутя его голову руками, а тот лишь смеется. Вот придурок.       — Лиам, успокойся, я в поряд…       — Ты не в порядке, я точно чувствую кровь! — тихо шипит Данбар, используя теперь волчье зрение, чтобы точно найти причину запаха, и находит небольшой круглый след от клыков на запястье. Как он не заметил его раньше?       Рана уже подсохла и выглядит совершенно не для той боли, которую Лиам вытягивает из нее, сконцентрировавшись. Почему Тео так больно? Что случилось за эти несколько часов, сколько они провели в баре? Что случилось за те пятнадцать минут, когда Лиам потерял Тео из виду?       Но всю боль Тео забрать не дает, он вообще практически сразу одергивает руку, стоит Данбару поднести её к своему лицу.       — Дай.       — Нет. Зачем? Думаешь, твоя слюна имеет заживляющие свойства? — Тео прижимает к себе руку так, словно Лиам собирается её по крайней мере откусить, и теперь от него еще и начинает пахнуть паникой. Что такого в том, что Лиам хочет слизать с нее кровь? — Это отвратительно.       — Я только что целовался с тобой, это не может быть отвратительным, — Лиам хмурится и пытается схватить Тео за запястье, но тот так сильно этому противится, что Лиаму приходиться залезть к нему на колени, чтобы достичь желаемого. Но этот упрямец как обычно все портит, пряча руку за спиной, второй мешая Лиаму. — Просто дай запястье, Тео!       — Тебе нельзя! — Тео выглядит таким одновременно злым и напуганным, что это сбивает столку Лиама. Что с ним не так?       — Почему мне нельзя? — он вглядывается в лицо напротив, прекращая попытки достать его руку, а тот избегает его взгляде, и Лиам еще сильнее чувствует панику и страх. Причем не страх от опасности, а страх за чужую жизнь. Если Тео сделал то, о чем Лиам сейчас думает, то… — В твоей крови аконит?       — Нет…?       Лиам делает официальное заявление, что Тео никакой не гений, а абсолютно тупой придурок.