Мы будем счастливы теперь и навсегда

К счастью к теме переезда Шеннон больше не возвращался, решив, по-видимому, что и так сказал достаточно и обсуждать здесь нечего, что вызвало немалое облегчение у Александры. Верная принципу откладывать все неудобные и тревожащие мысли на потом, она и эту сдала на хранение без особых усилий, питая тайную надежду, что все разрешится как-нибудь само. В конце концов, впереди еще столько времени. Несмотря на то что перелеты с востока на запад, по словам медиков, были предпочтительнее для организма, Александра их не любила. Летать приходилось утром или днем, выспаться не удавалось, потому что не хотелось, а потом еще и в сутках оказывалось три лишних часа. К счастью, в салоне лайнера Алекс заметила заветную наклейку «Интернет на борту», что несколько примирило ее с действительностью. Первым делом она отправила коротенькое сообщение Вентворту с просьбой связаться с ней после обеда, а затем зашла на сайт Ассошиэйтед Пресс. К концу полета у нее слегка рябило в глазах от просмотренных фотографий, к тому же она была, без сомнения, самым сведущим в плане разнообразных новостей человеком на борту. Новости особого оптимизма не внушали: «Эсминец британских ВМФ сел на мель после того, как наскочил на скалу недалеко от острова Лорд-Хоу… На авиашоу во Львове разбился истребитель Су-27. В результате катастрофы погибли 78 человек, около 130 получили ранения… Кораблекрушение у берегов Дании потерпел старейший российский пароход „Дункан“, направлявшийся на выставку в шведский город Гетеборг… Срочно были эвакуированы все люди, находившиеся на верхнем этаже аэропорта Лос-Анджелеса. Причиной эвакуации стала коробка, которую охранники обнаружили у стойки авиакомпании Thai Airways… Из самой большой пакистанской мечети Бадшахи Масджид украдены сандалии, принадлежавшие пророку Мухаммеду…» Разве что за Настю Волочкову можно было порадоваться, которая в очередной раз нашла себе богатого покровителя — английского мультимиллионера. Надо думать, большого поклонника балета. Алекс задумалась. То, чем ей придется отныне заниматься, она представляла себе только в общих чертах. Хотя ей и раньше доводилось сотрудничать с различными изданиями, но между фрилансером и штатным работником все-таки существовала некоторая разница. И чем ближе был день Х, тем неуютнее становилось Александре. Порой даже мелькали трусливые мыслишки, что зря она все это затеяла, фотографировала бы себе дальше девочек и мальчиков, жаждавших признания и мировой славы. При воспоминаниях о девочках и мальчиках уверенность в правильности своего решения моментально возвращалась. Вентворт позвонил ближе к вечеру, был немногословен. В трубке явственно слышались чьи-то голоса и смех. Неизвестно почему, но это задело Алекс.  — Я буду свободна после пяти, — сухо сообщила она. — Ты сможешь подъехать? — Конечно. Куда именно? Она назвала адрес. — Это… — Вентворт вдруг замялся, — это будет уместно? — О чем ты? — очень натурально удивилась Алекс. — Как отнесется к моему визиту твой муж? — Он вполне адекватен, поверь мне, — усмехнулась она. — До встречи! Нажав отбой, Алекс задумчиво оглядела гостиную, в углах которой громоздилось вывезенное из студии оборудование. К сожалению, вместе с Франсуа исчезли и мелкие детали, указывающие на присутствие мужчины в доме. Впрочем, это дело поправимое. Она выволокла из угла коробку с принтером и подключила его к ноутбуку. Через полчаса свежеотпечатанные доказательства счастливой семейной жизни заняли свои места в рамках на стене и на стеклянном журнальном столике в гостиной. Алекс полюбовалась на дело своих рук, а затем, вспомнив об одной детали, поскакала на кухню. Пятнадцатикилограммовые гантели, очень удачно забытые Франсуа, пылились в углу за холодильником. Кряхтя от натуги, она перетащила их в гостиную и живописно расположила рядом с велотренажером. — Пожалуй, хватит для начала, — решила она, плюхаясь на диван. — Дальше будем смотреть по обстановке. Александра заложила руки за голову и улыбнулась.

***

Заглушив двигатель, Алекс пригнула голову, разглядывая невыразительную 16-этажку с красным логотипом «АР» на фасаде. Если учесть, что штаб-квартира Ассошиэйтед Пресс занимала всего лишь три верхних этажа, это выглядело весьма самоуверенно. — Что там в таких случаях положено повторять? — сама у себя спросила Алекс. — Ты умная, талантливая, креативная. У тебя все получится. Выдохнув, она решительно выбралась из автомобиля. Шеф-фотограф нью-йоркского бюро АР был лыс и бородат. Бледно-голубые глаза с любопытством оглядели из-под очков Александру с ног до головы, и где-то в недрах густых зарослей на лице родилась и потерялась приветливая улыбка. Встав из-за стола, он, как-то странно раскачиваясь, подошел к Алекс, скромно стоявшей посреди кабинета. — Сол Файгенберг, — представился он, беря ее ладонь двумя руками и энергично тряся. — Но мне больше нравится, когда ко мне обращаются Саул. — Саул? — переспросила Алекс. — Я еврей, — счел нужным пояснить тот. — Александра Арно. Я русская, — неожиданно призналась Алекс. Саул прищурился. — Какие занятные у русских фамилии, — произнес он. — Ну что, пошли знакомиться? — Значит так, в качестве обзорной экскурсии… — они неторопливо шли по уже знакомому Александре коридору, который раздваивался впереди, огибая воистину исполинское помещение. — Четырнадцатый этаж оккупировали телевизионщики, газетчики и мы. Это главный ньюс-рум нью-йоркского бюро. Собственно, все новости делаются именно здесь. Он остановился, давая возможность Александре рассмотреть бурлящую за прозрачными стенами жизнь. Огромный зал, противоположный конец которого терялся где-то в необозримой дали, был разделен на сектора, отличающиеся друг от друга цветом стульев, столешниц и колонн, на которых крепились названия отделов. В центре располагался так называемый «мультимедийный круг», через который проходили все новости. Ближайшим оказался оранжевый отдел интернет-вещания, представленный почему-то одинокой блондинкой, которая что-то увлеченно набирала на клавиатуре, одновременно разговаривая по телефону. Остальные три посадочных места пустовали, хотя явно были обитаемыми. Блондинка бросила взгляд в их сторону, улыбнулась и помахала Саулу рукой. Он кивнул в ответ. — Как видишь, это царство репортеров, спецкоров, редакторов, авторов статей и прочей пишущей братии. Вон они сидят, по клавишам лупят да кофе цистернами хлещут, — произнес Саул, увлекая за собой Александру. — А фотографы? — поинтересовалась она. — Фотографы — народ в высшей степени загадочный. Их никогда нет на месте. Они постоянно где-то, — пробормотал он. — Причем всякий раз выясняется, что именно я их туда и послал. Так… на чем я остановился? Ах, да… Так вот, с репортерами мы дружим и очень плотно. Можно сказать, сотрудничаем. Или они с нами. Это как посмотреть. Прямо над нами на пятнадцатом этаже — технари и айтишники всех мастей, но мы от них почти не зависим, монтировать-сводить нам ничего не надо, мы сами с руками. Нуждаемся только в программерах и то эпизодически. Но на всякий случай прикармливаем. А вдруг пригодятся? Ну и на последнем этаже — небожители. Правление и все, кто при них. Там мы бываем редко, разве что в пресс-центре по необходимости. В общем, как-то так. Доступно? Он остановился и взглянул на Алекс поверх очков. — Вполне, — кивнула она, немного ошарашенная столь краткой и емкой характеристикой производственного процесса и его участников. — Тогда прошу. Саул толкнул неприметную дверь, и Александра поняла, что они пришли. Помещение было относительно небольшим. Стены в нем, в отличие от прозрачного, похожего на аквариум ньюсрума, были выкрашены в неброский кремовый цвет, а окна плотно зашторены. Столы, увенчанные двойными мониторами, а то и моноблоком в довесок, располагались в абсолютно хаотичном порядке. Многие пустовали. — Коллеги, прошу внимания! — обратился Саул к немногочисленной аудитории. — Разрешите представить вам нашего нового сотрудника мисс Алекс Арно. Из-за мониторов вынырнуло несколько физиономий и с любопытством уставилось на Александру. — Располагайтесь, Алекс, — он ободряюще улыбнулся внезапно оробевшей Александре. — Здесь вы будете работать с сегодняшнего дня и до слов: «Я хочу свой проект!» И не бойтесь их, они только с виду свирепые. На самом деле они даже не кусаются. Физиономии радостно закивали — не кусаемся. — Привет, — выдавила она, чувствуя себя инфузорией туфелькой на приборном стекле. Из дальнего угла решительно выбралась невысокая темнокожая девушка и подошла к Александре. — Привет, я Аманда. Мэнди, — улыбнулась она. — Идем со мной, я покажу тебе твое рабочее место. — Удачи, Алекс, — кивнул Саул, — увидимся. Мэнди провела ее лабиринтами между рабочими местами. — Ну вот, можешь устраиваться, — улыбнулась она. — Если хочешь, я… Что именно хотела предложить Мэнди, осталось тайной, потому что у нее зазвонил телефон. Видимо, звонок был долгожданным, так как она, радостно пискнув, извинилась и, приложив трубку к уху, быстро побежала куда-то в другой конец кабинета. Александра поставила сумку и села. Погладила ладонью столешницу и включила ноутбук. Она решительно не представляла, что ей сейчас делать. — Привет! Рядом возник невысокий крепыш в пижонской жилетке на белую футболку. — Я Уолтер, — протянул он руку. — Уолтер Суэйн. — Алекс, — пожала она ладонь. — Откуда к нам? — Я вольный художник, — замялась Александра. — Работала в своей студии. — Ух ты! А каким ветром к нам занесло? Он непринужденно присел на край стола. Алекс покосилась на него и уклончиво ответила: — У меня были свои причины искать перемен. Уолтер задумчиво смотрел на нее. — Знаешь, — понизив голос и оглянувшись по сторонам, доверительно произнес он, — у этого места не самая лучшая репутация. — У какого? — не поняла Алекс. — Там, где ты сейчас сидишь. — Почему? — Ну, видишь ли, тут такая история… Работал у нас один парень, Кларк Мэддисон. Военным фотографом он был. Мотался по «горячим точкам», материалы зашибенные выдавал, пока в Ираке на мине не подорвался. Так в виде фарша домой и доставили. И он душераздирающе вздохнул. В помещении повисла гулкая тишина. — На его место стажера взяли, Марти Бауэна. Он за два года до собственного проекта дорос и туда же. — В Ирак? — почему-то шепотом спросила Алекс. — В Афганистан. Вот месяц назад у нас вакансия и освободилась, — трагическим тоном проговорил Уолтер. — Его талибы в Кандагаре застрелили. Зеркалку за оптический прицел приняли, полчерепа разворотили. Светловолосый патлатый парень, сидевший за соседним столом и усиленно делавший вид, что работает, сдавленно не то всхлипнул, не то хрюкнул и уронил лицо в раскрытые ладони. — Уолтер! — рявкнула выросшая словно из-под земли Мэнди. — О, Мэнди, ты вернулась? — Уолтер резво спрыгнул со стола. — Иди отсюда, — внушительно произнесла Мэнди. — Уже! — он поднял руки. — Уже ушел! За ближайшими столами хохотали, не скрываясь. — Чего он тебе наплел? — подозрительно спросила девушка. Александра усмехнулась. — Предостеречь пытался. Место, мол, заколдованное. Мрут люди, как мухи. Прямо рок какой-то. — И кто помер? — заинтересовалась Мэнди. Алекс назвала фамилии. — Вот трепло! — восхитилась собеседница. Тут же выяснилось, что Кларк Мэддисон никакой не фотограф, а местный офис-менеджер, и вообще она девушка. А Марти Бауэном звали толстого пожилого спецкора, специализирующегося на статьях о защите природы и отродясь за пределы штата не выезжавшего. Стоит ли говорить, что оба были живее всех живых. — Ладно, пойдем. Тебе аппаратуру получить надо. За организационными заботами не заметили, как пришло время ланча. Кафе располагалось на десятом этаже. — На пятом есть французский ресторан, — просвещала Мэнди, заказывая бизнес-ланч, — а еще мы часто ходим обедать к русским на двенадцатый этаж. — К кому? — переспросила Алекс. — На двенадцатом представительство ИТАР-ТАСС. У них там чудная кафешка. Блюда немного необычные, но вкусные. «Ну и ну!» — поразилась Алекс. — Ну, как первые ощущения? — поинтересовалась Мэнди. — Разнообразные. Все очень непривычно. — Привыкнешь. Первое задание — и считай, что ты свой человек. Вот увидишь. Знаешь, я очень рада, что у нас в штате появилась еще одна девушка, — улыбнулась Мэнди. — Иногда так хочется поболтать с кем-нибудь о своем, о женском. Нет, ты не подумай, они очень хорошие ребята, — заверила она, — хоть и выглядят порой полными придурками. Уолтер вот просто мастер дурацких шуток. Еще он бабник страшный, ни одной юбки не пропустит. Это я так, чтобы ты была в курсе и не велась особо. – Спасибо за предупреждение, – улыбнулась Алекс. – Он не в моем вкусе. Не переставая жевать, Мэнди махнула рукой. – Поверь, подобные пустяки его никогда не останавливали. – Буду иметь в виду… Послушай, – проговорила Александра, отрезая кусочек стейка из лосося, – этот парень, что сидит через стол от меня, ну блондин такой с веснушками! Он представился, но я не запомнила, как его зовут... — Стив? — Да, кажется. Я просто краем глаза увидела, над чем он работает… — Он военный фотограф, — кивнула Мэнди. — Вчера только вернулся. Загляни на сайт, его фотографии найдешь без труда. Саул его любит, наверное, родственную душу чует. — А что Саул тоже?.. Он до сих пор туда ездит? Мэнди как-то странно взглянула на Алекс и медленно произнесла: — Нет. Уже не ездит. У Александры затрезвонил телефон. — Как дела, Алекс? Осваиваешься? — бодро поинтересовался вышеупомянутый шеф. — Никто не обижал? — Нет, — немного ошарашенно ответила та. — Верю. Загляни-ка ко мне после ланча. У меня есть для тебя кое-что. И он отключился. — Ну, что? — Мэнди с любопытством глядела на Александру. — Чего он хотел? — Сказал, что есть для меня что-то. Что-то — это что? — Готовься, подруга, — покровительственно засмеялась Мэнди. — Первое задание. Посадит тебя на хвост какому-нибудь репортеру. Саул молодняк в свободное плавание отпускать не любит, боится, что там они могут научиться плохому. Ладно, доедай и иди. Любопытно, что он тебе припас. Мэнди оказалась права. Работать Александре предстояло в тандеме с журналистом. — Завтра открывается кинофестиваль Трайбека. Не пытайся ничего вспомнить, — сказал Саул, заметив сосредоточенную работу мысли на лице Александры. — Это новодел. Замутили его совсем недавно, готовился в страшной спешке, так что на что-то путное, думаю, пока рассчитывать не приходится. — А какую нишу они пытаются занять? — Популяризация независимого кино. Сейчас все, кому не лень его популяризируют. Да, ладно. Твоя задача — отснять красную дорожку и всех более-менее узнаваемых персон. Да что я тебе объясняю, опыт у тебя имеется. — А узнаваемые персоны будут? — Как без них! По слухам, ожидается приезд сэра Энтони Хопкинса. Фильм с его участием будет открывать фестиваль. Как же его? «Запятнанная репутация», что ли? Ладно, пес с ним. В общем, завтра ты ведомая, — обратился вновь Саул к Алекс. — Журналюга строчит, ты иллюстрируешь. Но и сама гляди в оба. И он хитро подмигнул ей. Алекс улыбнулась. Возвращаясь к себе, она мысленно все прокручивала название фильма, казавшееся очень знакомым. Где она могла его слышать? И в связи с чем? Кажется, совсем недавно это было. Вспомнить так и не удалось.