Поломанные

— Здравствуй, Оль! — мужчина опустился на стул напротив стола, уставившись на неё, внимательно изучая каждую чёрточку её лица. — Ну здравствуй, Павел Дмитриевич! — она держалась уверенно, словно оловянный солдатик, скрывая внутреннее волнение, засовывая все свои чувства куда подальше. — Какими судьбами? Только не говори, что мимо проезжал. — Нет, мимо не проезжал, — Паша опустил голову, растянув губы в грустной улыбке. — Чёрт, я так рад тебя видеть! Не думал даже, что, прилетев в Москву, буду думать о тебе постоянно, особенно после конференции. — Не могу ответить взаимностью, — своим сухим ответом она дала ему понять, что не намерена сейчас обсуждать их отношения. Ей и так плохо только от одной мысли, что он здесь, вновь смотрит на неё, даже не догадываясь, как внутри просыпается вулкан с его именем. — Павел, вы здесь по делу или как? Потому что мой рабочий день уже окончен, и я хочу домой. Мужчина засмеялся, прикрыв рукой лицо. Его реакция удивила Ольгу. Решив промолчать на такой внезапный порыв с его стороны, она ждала, когда он снова заговорит. — Да, Мартынова, может и хорошо, что всё так сложилось тогда. Как была стервой, так и осталась. — Да пошёл ты! — Ладно, не знаю, зачем я это делаю, но пришёл лично предупредить… Не успел Павел договорить, как Арефьевой позвонили, прервав когда-то любящих друг друга людей. Павел в очередной раз усмехнулся, скрестив руки на груди. — Да, Ром — на том конце трубки послышался голос супруга, который сообщил, что находится рядом с подстанцией и что может её забрать, раз она так задерживается. — Да, давай минут через десять. Всё, жду. — Я могу продолжить? — язвительно отметил Павел. — Да пожалуйста! — женщина повторила его позу, готовясь внимательно слушать собеседника. — На следующей неделе у вас проверка. Ну, думаю, ты уже в курсе, — брюнетка кивнула. — Но это ещё не всё. Сразу же после этой проверки вы переезжаете в новое здание. — Это ещё зачем? — Мартынова, голову включи, — цокнув, мужчина поднялся со своего места, расхаживая по кабинету. — Две подстанции не влезут в одну маленькую каморку в виде вашей, поэтому вам отдадут новое здание, более просторное. — А если я откажусь? Нам и в этой, как ты выразился, каморке прекрасно живётся. — Послушай меня, пожалуйста, — Павел подошёл к ней, ладонями упираясь в стол, нависая над женщиной. Ольга подняла на него взгляд, отметив, как быстро сократилось расстояние между ними. От этого стало не по себе. Она, наконец, смогла услышать аромат его парфюма. Точно такой же, как двадцать лет назад. — Если ты хочешь сохранить место заведующей за собой, тебе придётся во многом просто подчиниться. Я постараюсь помочь. — О как, — брюнетка покачала головой, слабо улыбнувшись. — Слушай, а зачем тебе это всё? Как мне помнится, ты был одним из инициаторов этого бреда. Так чего ты здесь забыл? — Я просто хочу тебе помочь, — он приблизился ещё сильнее, прикрыв глаза, сдерживая неожиданный порыв стереть эту улыбку с её лица. «Рыков, не смей. Она того не стоит!», — вертелось в его голове, но ничего не мог с собой поделать. Его как будто вернули в то время. Окатили кипятком, заставив скулить от раздирающей боли. Это очередная пытка для него — прекрасно это понимал. И произошло это, когда он впервые за такое долгое время встретил её вновь: прекрасную розу среди кактусов в виде чинуш из министерства. Он сразу заприметил её, как только вошёл в здание, наблюдал издалека, пока она сама не наткнулась на него. Голубые глаза сверкнули испугом, а потом появился знакомый ему огонёк. Именно в него он влюбился когда-то…

***

— Пашка, я сдала! — из угла выскочила девушка, бросившись на шею парню. — Сдала! — Ты моя умничка! — он не растерялся, прижав её к себе, оторвал от земли и закружил. — Я знал, что ты справишься! — Всё-всё, поставь, — засмеялась она, после чего почувствовала почву под ногами. — Видел бы ты лицо терминатора! Брюнетка скривила лицо, пытаясь изобразить лицо преподавателя, и громко засмеялась. Павел смотрел на неё, влюбляясь с каждой секундой в эту девушку всё сильнее. Да он просто пропал. Ну и попал, судя по тому, как реагирует его сердце, когда Ольга появляется на горизонте. Они вместе уже больше полугода. С той самой встречи он всегда ждал её после пар, провожал до дома, потихоньку узнавал её интересы, таким образом постепенно стал частью её жизни. Он не понял, когда влюбился в неё. Да для него это и не было так важно. Павел был окрылён и очарован ею. Когда она ответила взаимностью, он был самым счастливым человеком на этом свете. Это был самый лучший день для Павла Рыкова. Также он уже знаком с её семьёй. С её старшим братом он быстро сдружился, общих интересов у них было куча. Её родители замечательные люди. Они приняли его и выбор девушки, поэтому парень всегда был желанным гостем в доме Мартыновых. Осознав, что то, что он испытывает к брюнетке, больше, чем просто какая-то там влюблённость, он готовился познакомить Ольгу с его родителями. Но знал бы он сейчас, как отреагируют его родители, определённо бы повременил с этим. — Солнце, пойдем, нас ждёт Вадик. Я обещал ему, что мы зайдём, — Павел кратко поцеловал возлюбленную, продолжая улыбаться. — Да, конечно, а потом пойдём гулять, хорошо? На улице прекрасная погода, — Оля зажмурилась от палящего солнца, продолжая смотреть в его глаза. — Конечно! С меня мороженное, — он убрал её локоны с лица, задерживая ладони на щеках, сокращая расстояние, касаясь её носа своим. — Лёлька, я очень тебя люблю! — Я тоже тебя люблю, — девушка прижалась к его губам, втягивая в нежный поцелуй.

***

«Оля уехала в Питер и вышла там замуж.» То, что он испытал тогда, никогда не хотелось пережить вновь. Пил по-чёрному, влезал в безумные драки, глуша душевную боль физической. Про учёбу он давным-давно забыл. На слёзы матери отвечал грубым словом. Искал её, но Мартыновы переехали вместе с дочерью, легко вычеркнув Павла Рыкова из жизни. Не верил, что она могла так поступить. Отказывался верить словам её лучшей подруги Ленки, которая вечно ревновала своего ненаглядного Вадика к Ольге. Да он и сам видел, как друг положил глаз на его девушку, даже однажды разговаривал с ним на эту тему, но тот всегда всё отрицал. Вот такая вот у них весёлая четвёрка получилась. Самому тошно… От чрезмерного употребления алкоголя видел её среди толпы обычных прохожих, да даже во снах. Ненавидел её, всю её семью, своего друга, который однажды встретил Павла в одном баре вусмерть пьяного и дал по морде. И спрашивается: за что? За то, что вернулся в Россию после тяжелейшей операции отцу в Германии? За то, что не смог дозвониться до Мартыновых, когда те уехали на дачу, и предупредить, что ему срочно нужно улететь, вместо этого передав письмо? За то, что она его предала, выйдя замуж сразу же, как только он оказался в другой стране? За то, что любил её, несмотря на все протесты матери? Что ж, видимо, «такая карма у двух потухших светил»… Спустя время его всё-таки вытащил один-единственный человек. Диана… Он знает её с детства: их родители познакомились ещё до их рождения. Но узнал её совсем с другой стороны, когда он прожигал свою жизнь в местных барах. Все видели, что девушка давно неравнодушна к своему другу. Их родители всегда хотели стать большой семьей, поэтому влюблённость Дианы была им даже на руку. Пока у Паши не появилась Оля… Однажды, когда Павел вновь встрял в очередную передрягу, к нему пришла она. Диана помогла ему справиться с депрессией, увезла его обратно в Германию, где он снова поступил в университет, ну а после мужчина женился на ней. Только вот не понимал: то ли из жалости, то ли из благодарности. К сожалению, полюбить её он так и не смог. Но это не мешало им родить ребёнка. В их семье всегда царила гармония, доверие и взаимное уважение, а это, как считал на тот момент Павел, намного важнее, чем какая-то там любовь.

***

— Я не нуждаюсь в твоей помощи, — Ольга поднялась с мягкого кресла, оперевшись руками о стол, приблизилась к нему непозволительно близко, почувствовав его тяжёлое дыхание на своём лице. А потом тихо, почти в губы прошептала: — Я не нуждаюсь в тебе, Паша. Он сглотнул, наблюдая, как она резко отстраняется и направляется к своему шкафу, доставая оттуда пальто. Прикрыл глаза, успокаивая гулко бьющееся сердце, готовое разорваться на части, даже не догадываясь, что Ольга чувствует всё то же самое. — Ладно, я тебя услышал. Психанув, он поспешил покинуть этот кабинет, даже не попрощавшись с ней. Мысленно ругал её и себя, обвинял во всех возможных грехах, чувствуя неимоверную злость и обиду. Ничего не поменялось. Он ей не нужен… Выйдя на улицу, Павел закурил, выпуская вместе с дымом все свои чувства, освобождая голову от ненужных мыслей, наблюдая за начавшимся мелким весенним дождём, приносящий небольшую изморозь. Прям как его состояние сейчас… Делая очередную затяжку, наблюдал за слоняющимися туда-сюда врачами и фельдшерами. Думал о жизни и о том, как в его московской квартире сейчас ждёт «нелюбимая» жена и сын, а он всё тянется к той, что растоптала его однажды. Вот такая канитель. Запутался сам, а как выпутаться — не знает. Мысли прервала въезжающая чёрная иномарка, откуда вышел солидный мужчина. Затянувшись ещё раз, он с презрением оглядел незнакомца, догадываясь, за кем он приехал. Ольга, увидев, как муж подъехал ко входу, быстро закрыла кабинет и вышла из здания. На улице было свежо, дышать стало легче, особенно после тяжелого разговора с ним. Она так гордилась собой, что выдержала, что не сломалась под взглядом когда-то родных глаз. Чувствовала себя победоносно, гордо, от этого, как ей казалось, как будто крылья вновь выросли. Увидев супруга, женщина подошла к нему и упала в его объятия, отвечая на нежные поцелуи и ласковые слова. Сев в машину, женщина уставилась в окно, вдалеке замечая голубые глаза, что безотрывно смотрели в их сторону…