Поломанные

В стенах университета было шумно. Студенты в белоснежных халатах передвигались в огромном холле, попутно обсуждая либо последние новости, либо предстоящую пару. Две первокурсницы стояли в сторонке, обсуждая последние новости, а именно — трагедию в личной жизни одной из них. — Оль, ну ты представляешь? Я как узнала, что он на этой вечеринке был с этой дурой Веркой, так вообще выпала, — блондинка разочарованно вздохнула. — От этих мужиков одни проблемы! — И что думаешь делать? — Я не знаю. Меня больше раздражает то, что он знает, что он мне нравится, но внимания — ноль. — Наверное, поэтому у меня никого до сих пор нет, — усмехнулась брюнетка. — Да ты потому что всех отфутболиваешь, — Лена закатила глаза, а после продолжила: — До сих пор не понимаю, что ты так их сторонишься? За тобой вон, уже пол университета бегает, а ты отворот-поворот. — Да потому что они мне не интересны. Понимаешь, с ними просто не о чем говорить. Мысленно Ольга понимала, что хочет донести её взбалмошная подруга, но внутри неё сразу разгоралось противоречие. Она никогда ни с кем не встречалась, занималась только учёбой, мечтая поступить в медицинский и пойти по стопам отца. Кирилл Евгеньевич Мартынов всю свою осознанную жизнь провёл в операционных, работая в лучшей клинике Москвы. Его уважали коллеги, благодарили пациенты, доверяя свою жизнь знаменитому кардиохирургу. Кроме того, мужчина всегда был образцовым семьянином: все знали, как сильно он любит свою жену и детей. Ольга была младшей в семье Мартыновых. Окутанная любовью отца, девушка знала, что мужчина всегда поддержит её. Также, видимо, упорство и целеустремлённость ей достались от него: юная Оля понимала, чего хочет от этой жизни и всегда шла только вперёд. Папина дочка, не иначе. — Так, ладно, у нас сейчас лекция. Пойдем, займём места, — Лена взяла подругу за руку и двинулась вперёд, пробиваясь сквозь толпу. Ольга еле успевала за ней, держа в руках тяжёлый учебник. — Господи, ты можешь помедленнее идти? Я за тобой не успеваю! Не успела блондинка ответить, как Мартынова расцепила руки и врезалась в молодого человека, что был выше её на полголовы. Его папка выпала из рук, а листы, что находились в ней, разлетелись по полу. — Эй, аккуратнее можно? — недовольно произнёс парень, принимаясь сразу же подбирать всё с пола. — Извини, я не специально, — спокойно ответила девушка и присела на корточки вместе с неизвестным, помогая сгрести в кучу разбросанные конспекты. — Ладно, прощаю, — парень сложил последний листок в папку, поднимаясь на ноги, наконец, взглянув на виновницу «небольшого ДТП» в стенах университета. — Тебя как хоть зовут, гонщица? — Оля, — девушка, наконец, обратила на него внимание, без стеснения осматривая его с ног до головы. Парень был красив, ничего не скажешь. Голубые глаза, тёмно-русые волосы, мускулистое тело — молодой человек определенно пользовался популярностью среди девушек. Кроме того, вероятнее всего, он был старшекурсником, потому что среди своих однокурсников его не видела. — А я Паша, приятно познакомиться! Он протянул ей ладонь, изучая её: миловидные черты лица, тёмные локоны и стройная фигура. Павел пытался подобрать ей эпитет, но не смог. Сам того не осознавая, он просто утонул в её бездонных голубых глазах, про себя отмечая, что хотел бы познакомиться с ней поближе. — Мне тоже, — протянула ладонь в ответ, мило улыбнувшись новому знакомому.

***

— Ольга Кирилловна, клянусь всей своей зарплатой, я ничего такого не сделал! — мужчина стоял в кабинете заведующей, пытаясь оправдаться. — Но в жалобе написано иначе, Ушаков. Сколько раз вам говорить, ну не лезьте вы на рожон! Нет, вы всё равно умудряетесь в неприятности влипнуть! — начальница облокотилась на стол, внимательно наблюдая за подчинённым. В последнее время жалобы участились, и, как обычно, всё это было совсем не вовремя. — Ладно, напишешь объяснительную и можешь быть свободен. — Ой, спасибо, Ольга Кирилловна! Я всегда знал, что вы святая женщина! — Ушаков! — Всё-всё, молчу я, молчу. После этого молодой человек взял протянутую ручку с листом и принялся писать эссе о том, как всё произошло на самом деле на этом треклятом вызове. Ольга сняла очки и устало потёрла переносицу, мечтая быстрее закончить со всеми делами и сбежать домой. С той роковой встречи прошло почти две недели. На женщину свалилась огромная кипа бумаг, в добавок звонили из министерства, где обещали прислать очередную проверку на следующей неделе. С мужем они снова помирились, и, вроде, всё встало на свои места, но отчего-то её сердце до сих пор тревожно бьётся по ночам… Она невольно вспоминала его — когда-то родного человека. Думала о нём, об этой никому ненужной встрече. Ворошила прошлое, где было множество поистине счастливых моментов. Его голубые глаза, ямочки на щёчках. А ведь он даже не особо изменился за это время. Единственное, что заметила, так это до ужаса печальный взгляд, от которого мурашки шли по коже. Однажды она стала свидетельницей такой же потерянности, когда подошла к большому зеркалу, взглянув на своё отражение. В нём читалось всё: от полного непонимания до маленькой надежды, от отчаяния до злости, от безразличия до жуткой апатии. Увидела его и узнала себя, хоть он и делал вид, что всё хорошо… Размышления прервал телефонный звонок. Ольга, увидев звонившего, сразу же ответила. — Оль, привет! — Да, Вадик, привет, — женщина немного улыбнулась, но потом вспомнила про Ушакова, что уже навострил уши, делая вид, что ещё что-то пишет. — Подожди минуту. Женщина убрала от уха телефон, строго посмотрев на фельдшера. — Витя, ты всё? — Сейчас, сейчас, — парень поставил подпись и отдал листок в руки начальству. — Могу идти? — Да, свободен, — Витя попятился к двери, замедлив шаг. — Ушаков! — Да всё, всё, меня здесь уже нет, — фельдшер скрылся за дверью, после чего в коридоре послышался глухой удар и вой того самого Вити. — Вашу мать! — Господи, — женщина закатила глаза, поднимаясь со своего места и выходя с телефоном из кабинета, где парень стоял рядом с новым водителем и тёр ушибленное место на лбу. — Витя, ты живой? — Ольга Кирилловна, я нормально, всё гуд. Просто этот ваш новый имбецил-водитель спокойно ходить не умеет, — сквозь зубы проговорил он. — Да нормально я ходил, это ты как ошпаренный вечно бегаешь по подстанции! — Ошпаренный здесь ты, причём на всю голову! — Так, брейк, — женщина повернулась к водителю. — Сергей, вы можете быть свободны, вас ждёт бригада. Брюнетка вновь перевела взгляд на Витю, мельком осматривая полученные травмы. — А я? — парень нахмурил брови, продолжая прикрывать лоб ладонью. — А ты идёшь за льдом, у тебя вон синяк уже виден. — Так это, а может мне домой? — А может тебе всё-таки выговор за сегодняшний день? — Да за что, Ольга Кирилловна? Я травму получил, вообще-то! — А это карма, Ушаков, за мои нервы. Так что если не хочешь, чтобы она работала в полную силу, сгинь с моих глаз! — женщина накренила голову, ожидая дальнейших действий парня. — Понял, не дурак. — Очень рада за тебя, — она язвительно улыбнулась, обнажая белоснежные зубы. Витя сразу же направился в противоположную сторону, лишь бы быстрее удрать от неё, не на шутку испугавшись выговора, хоть и до сих пор не понимал, за что. Ольга развернулась на каблуках и поспешила скрыться в своём кабинете от любопытных глаз, ну и заодно нормально ответить абоненту, что до сих пор ждал её на том конце трубки. — Да, Вадик, извини, — женщина прошла на своё рабочее место, откинувшись на спинку кресла. — Что, ни минуты покоя? — усмехнулся мужчина, явно слышавший весь разговор с подчинёнными. — Да как будто с ума все посходили, — женщина тяжело вздохнула, вновь вспоминая события двухнедельной давности. — Ты как отдохнул? Как отпуск? — Да вот, сегодня вернулся, а тут сюрприз в министерстве в виде Авериной. — В смысле? Она тоже здесь? — брюнетка напряглась, услышав фамилию несостоявшейся свекрови, которая, как ей было известно, жила и работала в Питере. «Оля, при всём уважении, но вы не пара моему сыну», — звучал голос в её голове, что бессовестно бередил старые раны. — Перевелась из Питера. Сам в шоке, если честно, думал, что обознался, но нет, — мужчина замолчал, задумавшись, а потом продолжил: — Подожди, ты сказала, что она тоже здесь. Я чего-то не знаю? — Я видела Рыкова пару недель назад, — женщина прикрыла глаза, стараясь успокоить неожиданно возникшую внутри нервозность. — Представляешь? Жаль, ты не видел его на этой долбанной конференции. А ещё меня обрадовали объединением, вероятнее всего, с семидесяткой. — Какого чёрта мне об этом не доложили? Оль, я попробую разобраться во всём, обещаю! Я тебя в обиду не дам, тем более, этой семейке. — Боже, знал бы ты, как мне хочется куда-нибудь уехать, — брюнетка встала с нагретого места, подошла к шкафу, где находилось её личное успокоительное, и откупорила бутылку, налив тёмную жидкость в стакан. — А я предлагал тебе поехать со мной, сама отказалась, — хоть он и не был рядом, но она знала, что он сидит сейчас и ухмыляется. — Вадик, мы с тобой тысячу раз уже это обсуждали. Мы с тобой друзья, я замужем, — Арефьева выпила залпом содержимое стакана, чувствуя, как горячительная жидкость обожгла горло, а в лёгких вмиг перестало хватать воздуха. — Да я не в том смысле! — А я в том. — Ладно, давай закроем тему. Мужчина заметно поник. Она давно знала, что он неравнодушен к ней. Честно говоря, это самая неожиданная дружба в её жизни, ведь Вадик был лучшим другом Рыкова. Насколько ей известно, они дружили чуть ли не с детского сада. История банальна, как мир: он любил её, а она любила другого. Самое удивительное, что после разрыва отношений Паши и Оли, Вадик встал на защиту девушки. На протяжении всего времени он единственный из друзей и знакомых, кто был рядом, поддерживал и всячески помогал. Она обозначила границы, а ему ничего не оставалось, как просто смириться и жить своей жизнью. Быть рядом, но в тоже время находиться на ненавистном ему расстоянии. — Как дела у брата твоего? — мужчина окончательно перевёл тему разговора в максимально комфортную для них сторону. Дальше шёл разговор на различные темы. Пара собрала все новости, а также обсудила дальнейший план действий с неожиданно возникшим объединением. В ходе разговора Ольга выпила ещё один стакан, решив сегодня ехать до дома на такси. За окнами начало темнеть. Женщина устало потянулась и, завершив разговор с Вадиком, решила потихоньку собираться домой. Сил никаких не было, и всё, о чём она так мечтала — залезть в ванную, а после переместиться в тёплую постель, отдаваясь в плен Морфею. Уже надев весеннее пальто, собираясь покинуть кабинет, к ней внезапно и без стука влетела Васильева с новой кипой бумаг. — Слава Богу, вы ещё не ушли! — женщина тяжело дышала, видимо, слишком торопилась. — Чего тебе? — Подписать нужно вот здесь и здесь, это срочно! — та открыла папку с документами, передавая их начальству. — Почему раньше не подошла? — голос Арефьевой стал более суровым, чем испугал помощницу. Тяжело вздохнув, Ольга достала ручку. — Ладно, давай сюда. — Там ещё это, к вам посетитель, — как ни в чём не бывало, продолжила вещать Лиза. — В смысле? Кто? Вообще-то, мой рабочий день окончен. Если ты не заметила, я домой уже собралась, — поставив последнюю подпись, брюнетка повернулась к зеркалу, поправляя причёску. — Сказал, что из министерства. Он в коридоре. — Боже, — женщина закатила глаза, снимая пальто. — Ну пускай заходит, коль пришёл. Им же заняться больше нечем, видимо! После этого Васильева скрылась за дверью, приглашая нежданного гостя пройти в кабинет. Женщина же в это время повесила пальто обратно в шкаф, проходя к своему рабочему месту. Достав телефон, она написала мужу смс-ку, что задерживается, после чего села в кресло. Дверь отворилась, пропуская позднего гостя внутрь. — И почему я не удивлена? — брюнетка скрестила руки на груди, нахмурившись. — Чем обязана в столь уже, на минуточку, поздний час? — Здравствуй, Оль! — мужчина опустился на стул напротив стола, уставившись на неё, внимательно изучая каждую чёрточку её лица. — Ну здравствуй, Павел Дмитриевич!