Поломанные

Он нашёл её вдрызг пьяной в одном из местных клубов. Женщина двигалась в такт музыки, виляя бёдрами, словно находилась в каком-то другом измерении. Она отключила голову, расслабилась под действием алкоголя, от чего чувствовала неимоверную лёгкость, о которой мечтала весь день. Ей хотелось забыться - она этого добилась, хотела напиться - пожалуйста. Пьяная Арефьева среди таких же одиноких людей, танцующих рядом с ней. Вот такая у неё весёлая жизнь. Сама смеётся по ночам, когда никто не видит. Сегодняшний день был для неё очередным испытанием на прочность. Иногда хотелось поднять голову наверх и спросить у всех существующих и несуществующих богов, за что ей это всё? Где она так накосячила, что проблемы так и валятся со всех сторон? Задумывалась ли она, что спустя столько лет вновь почувствует каково это - быть преданной? Да, они не были идеальной семьей, были ссоры, недомолвки, но они же всегда находили выход из любой ситуации! Столько лет быть родными людьми, а потом вмиг стать чужими - худший из сценариев. После той сцены она всё никак не могла прийти в себя. Ольга молчала всю дорогу до подстанции: не хотела никого слышать и видеть, не хотела думать, вспоминать, что-то делать. Паша смотрел на неё с сочувствием, но тоже молчал, решив, что слова здесь будут лишними. В глубине души он всегда мечтал, чтобы она испытала всё то, что испытал и он двадцать лет назад. Хотел, чтобы страдала, мучилась, ненавидела. Но сейчас что-то треснуло в нём, и вся его ненависть и обида к этой женщине куда-то испарилась. Появилось давно забытое желание обнять её, уткнуться в макушку и защитить от всего этого мира. Он чертыхнулся, избавляясь от навязчивых мыслей. Про себя повторяет как мантру, что они - чужие, они - никто друг другу. Стали такими много лет назад, продолжая существовать в этом бренном мире, наполненным обманом, такими и будут, ведь… «Мы разобранный конструктор, но выскользнув из рук вмиг, Станем осколками из дружбы и любви.»

***

— Мам, пап, познакомьтесь, это Оля, — Павел прошёл в родительскую квартиру вместе с Олей, где их встретила чета Рыковых. — Очень приятно, — женщина среднего возраста мило улыбнулась смущённой девушке, что стояла чуть позади парня. — Оль, а это мои родители — Дмитрий Михайлович и Марина Леонидовна. — Мне тоже очень приятно, — Ольга улыбнулась, всё-таки выходя из тени, встречаясь с глазами Рыкова-старшего. Удивительно, но Пашка — копия отца. От мамы совсем ничего не досталось. — Что ж, прошу за стол, — Дмитрий Михайлович широко улыбнулся, приглашая молодых в гостиную. Вечер проходил в непринужденной обстановке. Все уселись за круглый стол за чашечкой чая с пирожными, которые принесли ребята. Марина Леонидовна, как показалось девушке, не сводила с неё глаз. Дай ей лупу, она уткнётся в неё, изучая бедную Мартынову даже изнутри. Видимо, это заметил и Паша, незаметно для родителей сжимая холодную женскую ладонь под столом, тем самым вселяя уверенность. — Олечка, а мы с вами раньше нигде не пересекались? — прервала тишину Марина Леонидовна, чем ввела в ступор влюблённых. Оля пожала плечами, задумавшись, где могла упустить такой момент. — Ну а кто ваши родители? Расскажите, нам очень интересно! — Марин, ну перестань смущать нашу гостью и задавать столько вопросов, — вставил своё слово Дмитрий Михайлович, незаметно для остальных подмигнув сыну. — Нет, ну а что я такого спросила? — Ничего, всё хорошо, — Оля вновь изобразила улыбку на лице, смотря на Аверину. — Мама у меня работает учителем в гимназии, а папа — хирург. — Хирург? Очень интересно! И в какой области? — Марина сделала глоток чая, продолжая без стеснения наблюдать за гостьей. — Кардиохирургия, — спокойно ответила та, не прерывая зрительного контакта. — И вы решили пойти по стопам отца, верно? — Я пока не определилась, но было бы здорово продолжить династию нашей семьи. — А фамилия у вашего отца какая? Может я его тоже знаю? Я ведь и сама связана с медициной. — Да, Паша рассказывал. — Ну так? — Мам, может хватит расспросов? — Паша неодобрительно качнул головой, пытаясь успокоить мать, что в один прекрасный момент активизировалась. — Нет, а что я такого спросила? Поинтересовалась фамилией врача? Не вижу в этом ничего плохого, — Марина Леонидовна шикнула на сына, после чего вновь перевела взгляд на Олю. — Мартынов, — как только Оля произнесла фамилию отца, рука Авериной замерла в воздухе с чашкой чая. Девушка съёжилась, непонимающе переводя взгляд то на женщину, то на возлюбленного, который, впрочем, тоже не понимал, что произошло. — Мам? — Извините, мне нужно выйти. Женщина поспешно вышла из-за стола, направляясь в сторону балкона, по пути захватив пачку сигарет. Паша посмотрел сначала на понурившегося отца, а после направился за матерью, перед этим тихо извинившись перед Олей. Как только Павел закрыл за собой дверь на балкон, Марина сразу же развернулась к нему лицом. — Я хочу, чтобы она ушла, — коротко и без объяснений промолвила Аверина. — Что опять не так? — парень скрестил руки на груди, разочарованно уставившись на неё. — Ты многого не знаешь, Паш, — более мягко произнесла она, боясь, что Паша просто не станет её слушать. — Так расскажи! — Мы с мамой твоей, этой, Оли, с Иркой, дружили с самого детства, пока она не выскочила замуж за Мартынова, — начала рассказ, затянувшись сигаретой. — Так вы знакомы? — Да, — женщина сделала ещё одну затяжку, уперевшись локтями на железные поручни. — Твоего деда оперировал Кирилл. Он просто убил моего отца на этом чёртовом операционном столе! — Как? — Вот так, — Марина потушила окурок, выкинув его в сторону. — Он допустил халатность. Отца нельзя было брать на стол из-за плохих показателей. Но он же светила кардиохирургии! Только недоделанный. — Но а Оля тут при чём? Это было много лет назад, — Паша подошёл к матери, задав логичный вопрос. Ведь Кирилл Евгеньевич - это одно, а его дочь — совсем другое. Он любит её, неужели она этого просто не видит? — Ты совсем дурак? Она его дочь! Дочь убийцы, которого мне не удалось посадить за решётку! — выплюнула женщина, яростно озираясь на сына. — Мам, ты себя слышишь вообще? — Слышу! Это ты ничего не хочешь понимать! Пусть она уйдёт! Я не хочу видеть Мартыновых в своём доме! — Хорошо, я уйду вместе с ней, — Паша собрался покинуть балкон, как крепкая рука схватила его за локоть. — Не смей! — А то что? — Паша с вызовом посмотрел на неё, а после выдернул руку, скрываясь от матери за балконной дверью. Зайдя обратно в комнату, он обнаружил только отца, всё так же сидевшим за столом и виновато глядевшим на сына, любимой брюнетки нигде не было. Спустя минуту он нашёл Ольгу в тёмном коридоре. Она спешно одевалась и собирала свои вещи. — Оль, подожди, ты куда? — он подбежал к ней, схватив за плечи. — Паш, я всё знаю, твой отец рассказал, да и разговаривали вы с мамой очень громко. Отпусти, я домой пойду, — по её щекам побежали слёзы, отчего Паша почувствовал сильную вину перед возлюбленной. — Оль, это ничего не меняет, — большими пальцами смахнул слёзы, целуя её в раскрасневшиеся щёки. — Я тебя люблю! — Я тоже тебя люблю, но ты и сам всё видишь, — голос Мартыновой дрогнул, а руки вновь задрожали. — Вижу, поэтому уйду с тобой, — он потянулся за ветровкой, натягивая её на себя. — Паш, не надо, пожалуйста, - Оля, обескураженная его поступком, пытается остановить решительно настроенного парня. Она понимает, что если сейчас не остановит его, то поставит его в тупиковую ситуацию, где ему придётся выбирать: либо она, либо родители. А это самое ужасное, что может произойти. — Я уже всё решил, пойдём, — Паша взял её за руку, выводя из квартиры, стараясь сохранить спокойствие, в котором сейчас нуждается его Оля.

***

Автомобиль остановился у входа на подстанцию. Пара продолжала молчать, лишь изредка обмениваясь взглядами. Наконец, не выдержав этого гнёта, Ольга начала разговор. — Давай договоримся, что всё, что ты видел сегодня, останется между нами, — она повернулась в его сторону, нервно скручивая пальцы, при этом смотря в небесные очи, в точь-точь как у неё. — Я и не собирался болтать, — тише, чем хотелось бы, промолвил мужчина, вцепившись пальцами за руль, дабы найти хотя бы здесь опору. — Ты уверена, что сможешь продолжить работать? — Да, уверена, — быстро ответила, находясь где-то далеко в своих мыслях. В один момент ей захотелось совершить то, о чём она будет очень долго жалеть. Но не всегда мы в силах побороть нахлынувшие эмоции. В какой-то момент ей показалось, что сейчас ей нужно это — почувствовать себя живой, да просто чувствовать хоть что-то, кроме зияющей пустоты. Поддавшись порыву, она резко схватила Павла за воротник куртки, припав к его сухим губам. Не ожидавший такого поворота, мужчина сначала опешил, но не разорвал поцелуй, а после и вовсе ответил на него, даря такую необходимую сейчас обоим влагу. Когда воздуха перестало хватать, женщина первая отстранилась от него, судорожно начав дёргать ремень безопасности. — Что это было? — Паша остановил её, взяв холодные ладони в свои, пытаясь их отогреть. Оля тут же отдёрнула их, не осмелившись взглянуть на него. — Эмоции. Хотела почувствовать хоть что-то. — И? Почувствовала? — продолжил выжидающе наблюдать за её неуклюжими движениями. Наконец, щеколда поддалась, освобождая её от треклятого ремня. Она остановилась, тяжело вздохнув, попутно собираясь с мыслями. — Нет, Паш, я ничего не чувствую. Это была ошибка, такого больше не повторится. — Говоришь сейчас прям как твой муж, — ляпнул, не подумав, чем сильно задел её чувства, наткнувшись на презренный взгляд. — Надеюсь, что больше никогда тебя не увижу! С этими словами Оля оставила папку с документами в машине и поспешила в здание подстанции, мечтая просто закрыться от всего мира в своём крошечном кабинете. А он смотрел на удаляющийся силуэт, ругая себя за сказанные слова, зло ударяя ладонями по рулю.

***

Высокий мужчина в кожаной куртке вошёл в душное заведение, где из всех колонок играла оглушающая музыка. Он искал её среди сотен незнакомцев. И нашёл, сразу же поспешив к ней, чтобы та никуда не вляпалась. — Оль, Оль, солнце, — пытался достучаться до неё, обняв за талию. И у него получилось. Женщина обернулась, довольно улыбнувшись. Значит, он всё-таки прочитал смс-ку и пришёл за ней. — Ой, Вадик! — протянула брюнетка, обняв мужчину за шею, вдыхая аромат его парфюма и чувствуя, наконец, безопасность. Вот чего ей не хватало сегодня - его поддержки! — Поехали домой, моя хорошая, — он прижал её к себе, выводя из шумного зала на свежий воздух. Ольга и не сопротивлялась, еле переплетая ногами, повиснув на нём, как тряпичная кукла. После мужчина усадил Арефьеву в машину, где она сразу же провалилась в сон. А он сидел на водительском месте и долго смотрел, думая, что делать дальше. — Эх, Мартынова, не умеешь ты мужиков выбирать, — в ответ он услышал тихое недовольное мычание, после чего с отчаянием произнёс: — А я ведь до сих пор тебя люблю…