Забытое лето с ароматом клубники

Такси едет по неровной дороге. Колеса то и дело проваливаются в яму, и водитель из-за этого тихо материться себе под нос. Эта девушка с наушниками, что сидит за ним на пассажирском сидении, хорошо заплатила за поездку, но от долгой дороги уже болят глаза и накатывают волны усталости. Хочется высадить эту даму прямо здесь и поехать уже домой. Лиса безотрывно наблюдала за проносящимся пейзажем. Отца в итоге посадили, мать пропала за день до этого. Ей было тогда всего лишь шестнадцать. А месяц назад стало уже двадцать восемь. Как же быстро течет время. Слишком быстро. Девушка стерла из памяти все детство. Начала жизнь с нового листа, будто родилась уже в восемнадцатилетнем возрасте. Хотя иногда во снах прибегала девочка с розовыми волосами и рассказывала про фей. Странно. Она не пыталась найти мать, да и та не собиралась выходить на контакт. Можно лишь надеяться, что она сейчас жива. По крайней мере хочется в это верить. Очередная яма, и Лиса чуть не влетает лбом в стекло. Осуждающе смотрит на водителя, которой опять что-то забормотал, но ничего не говорит, снова отворачивается и переключается на мелькающие поля. И вдруг на секунду перехватило дыхание. Это место… Оно показалось таким знакомым. Будто бы она здесь уже была. Будто странная девочка во снах прибегала отсюда. Лиса напрягала память, но не могла понять, отчего возникает это чувство. Такое необычное. Словно стрекозы в животе. - Высадите меня здесь, пожалуйста, - она вытащила один наушник. - Что? – водитель удивленно обернулся назад. – Остановить машину? - Да. Таксист непонимающе поднял брови, но сказать ему, в принципе, было нечего. Раз эта девушка хочет выйти в этом грязном полуразрушенном городе, он возражать не станет. Не его дело. Зато его деньги, которые купюрами оказались на ладони. Лиса вышла, хлопнула дверью и проводила взглядом желтую машину. И зачем она это сделала? Уже вечерело, вряд ли кто-то из этого захолустья согласиться подвезти ее. Но что-то необъяснимое, что-то, что забилось в самом краешке души, когда Лиса мешками выносила оттуда ненужные детские воспоминания, теперь насильно заставляло идти вперед. Все вокруг такое неживое. Даже люди на остановке, одетые в черное, похожи на призраков. И внезапно она вспомнила. Вспомнила все: Marlboro, которые уже давно не курила, старый сарай, озеро, дом с гибискусами, в котором всегда пахло ванильными маффинами. Девочку, что постоянно ходила с рюкзаком, в котором носила учебники и пломбир, девочку-вампира, усыпанную цветами, девочку-принцессу, душившуюся собранным с клубничных полей воздухом, закупоренным в стеклянном флакончике с маленьким сердцем на крышке. Лиса не заметила, как начала бежать. Забытые воспоминания стали понемногу проявляться, сами с себя сдувая слой пыли. Она видела вместо здания с выбитыми стеклами маленький магазин духов, вместо скошенных полей высокую зеленую траву с пестреющими в ней цветами, вместо сарая с выбитой дверью – офис. Она пролезла через сломанную рабицу, зацепилась кофтой и вышла к сломанному дереву. Ствол дерева потемнел и указывал, словно пальцем, в небо, а вторая его часть лежала неподалеку, уходя верхушкой в густые кусты. Лиса перешагнула упавший ствол и заглянула внутрь сарая. Раньше он казался больше. Как тут только могут помещаться матрас с тремя одеялами, да еще и стеллаж? Это все будто уменьшилось в несколько раз. Лиса присела и отряхнула толстую книгу с большой, но почти уже стертой надписью «Сказки». Улыбнулась. Хотела почитать, но из пожелтевших страниц выпала какая-то труха. Да, точно. Когда-то девочка с розовыми волосами засушивала в ней цветы. А теперь лепестки превратились в серый порошок. - Госпожа, - сзади раздался пьяный наигранно вежливый голос, - я могу вам как-нибудь помочь? Лиса вздрогнула от неожиданности, захлопнула книгу, чихнула от закружившегося серых частиц и наконец смогла разглядеть того, кто с ней говорит. Это был незнакомый мужчина средних лет в порванной одежде и с бутылкой соджи в руках. От него пахло грязью и спиртом. - Нет-нет, - девушка вышла из сарая, убирая книгу на место. – А вы кто? - Конь в пальто, - рассмеялся незнакомец и сделал глоток соджи. – Я здесь живу. Очень рад гостям, но лучше предупреждать о своем прибытии заранее. - Ой, простите. До свидания. И Лиса поспешно вышла из зеленых стен кустарника, слыша за собой громкий пьяный смех. Захотелось чего-то сладкого. Девушка зашла в ближайший магазин с шуршащими под ногами чеками, и взяла пломбир. Тот самый, что приносила девочка с учебниками. Интересно, она поступила туда, куда хотела? Она смогла выбраться из лап этого города? Лучи солнца рыжими зайчиками прыгали по воде озера. Будто на гладь рассыпали оранжевый бисер, который подарила девочка из снов. Она тогда назвала еще Лису эльфом. Почему – уже не вспомнить. Лиса посмотрела на небо. Протянула к нему руку, будто пыталась дотронуться до пушистых облаков. Интересно, а они на самом деле пушистые? Или так только кажется? Ей кто-то сказал, что смерти не надо бояться, потому что после нее нет пустоты. После нее у тебя вырастают крылья, и ты взлетаешь высоко-высоко. Будешь пить каждую ночь на луне молочные коктейли и прятаться, когда пролетают самолеты. И Лиса в это верила, потому что хотела. Потому что если ни во что не верить, то можно сойти с ума. Ее окутывал теплый свет заходящего солнца. В высокой траве стрекотали цикады, на ветках допевали последние птицы, а во рту еще остался вкус пломбира. Лисе казалось, что ей опять шестнадцать. Что время нарушило все законы и повернуло в обратную сторону. Что в воде отражаются не лучи солнца, а вспышка камеры девочки-вампира, с потертым корпусом и прицепленным к ней ремнем. Много чего изменилось, но все равно в этих грязных стенах городских домов где-то еще хранились те летние дни, о которых уже вряд ли кто вспомнит. Лисе хорошо и грустно. Хотелось плакать и смеяться одновременно, словно она откопала очень дорогую себе вещь, которая уже успела сломаться и которую невозможно починить. Потому что не хватало каких-то деталей. Очень важных, без которых все это не имело смысла. Потому что уже не было сладкого аромата клубники и трех человек рядом. И никогда не будет.