Принцесса Атлантиды

Экипаж «Наутилуса» собрал в себя людей со всей планеты — Жан встретил здесь индусов, немцев, англичан, шотландцев, негров, азиатов и русских. Этот корабль включал в себя большое количество кают, помещений для отдыха, склад с оружием, несколько комнат, куда гостей не пустили. — Капитан, как вы смогли создать такое чудо? — наконец позволил себе спросить Жан. — Я дал клятву, что не расскажу лишнего посторонним, — был таков Немо. — Если вы не намерены быть мне матросами, то вы — посторонние. — Немо всегда такой? — спросил следом Жан у Электры. — Да, он всегда такой, с тех пор, как было уничтожено его королевство, у него нет ничего в сердце, кроме мести. Жану показалось, что Электра, несмотря на свою серьëзность, с каким-то взором юной, романтической девы впилась в спину уходящему Капитану. Жан познакомился с некоторыми ребятами из команды. В первую очередь он встретил молодого парнишку по имени Эйко. Он рассказал о том, что служил под началом отца Жана: — Наш корабль остановил шоггот. Потом поднялась подводная лодка Нео-Атлантиса, из неё вышли рыболюди, отобрали среди нас всех, кто подходил им в качестве рабов, кого-то скормили шогготу… Твоей отец сражался с ними — и был убит. Жан скрипел зубами — у него появился мотив отомстить. Он решил ещё раз поговорить с капитаном. — Жан, я понимаю тебя. Если ты захочешь отомстить, то я согласен взять тебя себе в команду, но при условии, что вся твоя прежняя жизнь останется за бортом. Пока я не уничтожу Гаргойла, мы все будем преследовать его хоть до самого ада, — сказал Немо. Жан подумал сейчас, что «ад» — просто метафора. — Всё остальное — не должно иметь больше для нас никакого значения. Ты готов к этому? Подумай, Жан, потом скажешь ответ; но учти, я не потерплю нерешительности и сомнений, любого малодушия, которое ты можешь проявить после того, как решил последовать вместе с нами ради мести. — Я подумаю, капитан… И Жан вспомнил, как страшно и досадно ему было перед смертью. — «Меня будут ждать сплошные риски… дьявол, нет, это слишком опасно для меня…» Заглянув в себя, Жан не обнаружил в сердце достаточного мужества для того, чтобы подписаться на такое. Он мог корить себя за это, но он должен был честно сказать, что не готов к такому испытанию. Шогготы появились в зоне видимости — они приняли форму осьминогов, чтобы совершать реактивные движения своими щупальцами и так плыть. «Наутилус» поприветствовал древнее зло вспышками своих орудий, способных разить под водой. Шогготы, несмотря на размеры в сотни метров, уничтожались одним попаданием. — Раньше мы не хотели повредить вашему кораблю, потому били их даже не в половину мощи, — Эйко пояснил Жану. — Теперь мы их легко уничтожаем. — В таком случае у Гаргойла нет шансов! — обрадовался Жан. — Это ещё не всё, — повернулся к нему Немо. — Шогготы — не воины, они всего лишь рабочие. Древние инопланетяне создали себе не только рабочих, но и солдат. Древние солдаты-монстры несоизмеримо сильнее шогготов. К счастью, пока сам Гаргойл не сможет с ними совладать. — То есть вы хотите сказать, существуют чудовища на много опаснее шогготов? — Жан не хотел это даже воображать. — Да — именно это я и сказал. Твои самые худшие ночные кошмары не смогу показать тебе даже намёка на те силы, которые намерен спустить с поводка Гаргойл во имя мирового господства, — сказал Немо. — Я хорошо знал Гаргойла: он человек крайностей, прямо как я — или мир будет в его руках, или мира не будет вообще. — Ясно… А каким оружием вы уничтожаете шогготов? — поинтересовался Жан. — Это «ваджра» — оно основано на электромагнетизме, позволяет разрушать материю на молекулярном уровне, это лучшее оружие против шогготов. Оно было использовано против них ещё их творцами, когда шогготы устроили бунт. «Наутилус» прибыл к берегу, выгрузил Жана и Надю. — Здесь у вас достаточно пространства, чтобы подняться в воздух и вернуться куда вам надо, — сказал Эйко. — Хорошо, спасибо вам. Самолёт поднялся в воздух. Перед этим Надя высказала мнение по поводу своего отца — и в этих словах не прозвучало ничего хорошего. Жан промолчал. Он понимал Немо, но не считал возможным следовать за ним. — «Похоже, это люди Гаргойла наняли тех придурков, чтобы они искали нас… Интересно, как он мог обнаружить нас?» Выстрел с земли — крыло самолёта оказалось пробито, летательный аппарат устремился к зелёным деревьям. Перед самым столкновением о себе дала знать Голубая вода — самолёт был остановлен в падении таким образом, словно бы сила гравитации сильно сбавила обороты — Надя и Жан даже не почувствовали удара. Машина, конечно, рухнула, но если бы не сработала эта мистическая сила, оба наших героя превратились бы в месиво. — Кто это сделал? — возмутилась Надя. — Не знаю, возможно, мы нарушили какие-то границы… Им пришлось выбраться с мест, взять рюкзаки с вещами. — Давай спрячемся на всякий случай? — предложил Жан. — Хорошо… Они поспешили отойти от самолёта, на который Жан в последний раз взглянул с сожалением. — Я чувствую какую-то угрозу, — заявила Надя через некоторое время после продвижения через деревья. До ушей донеслись звуки выстрелов. Ребята испугались. — Везде в мире не спокойно, — промолвил Жан. Наши герои какое-то время пробиралась через заросли, к счастью или к худу, но вокруг уже стемнело, так что злоумышленники могли их не увидеть. Надя и Жан вышли на дорогу, где в глаза бросились… лежащие на земле тела. Они подошли — это оказались взрослые мужчина, женщина и ребёнок. Ужас и возмущение охватили обоих. — Если они убивают даже детей, это точно какая-то сволочь! — сказал Жан. — Голубая вода может вернуть к жизни мертвеца! — Надя быстро сняла артефакт и положила его на спину отца — похоже, это погибла целая семья — даже в сумраке можно было разглядеть след от выстрела. — Пожалуйста, Голубая вода, верни к жизни этих людей, я прошу тебя! Она и Жан смотрели на всё это… И сейчас зашевелилась девочка. — Ну хоть что-то! — Жан кинулся помогать ребёнку. Девочка — аккуратно одетая — вполне себе живо оторвалась от земли. — Мама? Папа? Она обратила внимание на тела родителей. — Почему мама и папа лежат и не встают? Надя и Жан одновременно испытали очень неприятное чувство. — Голубая вода, верни к жизни её родителей, я приказываю тебе! — потребовала сейчас Надя, вкладывая эмоции. — Послушай, может прошло много времени? Или характер ранений, послуживших причиной смерти, не позволяет ей это сделать? — Жан чувствовал, что теперь это будет бесполезно. Он потрогал за шеей каждый труп. — Они холодные и не первый час тут лежат… — Мама! Папа! — девочка искренне не понимала, что не так. — Так, а ну пошли! — схватил её за маленькую ручку Жан. — Твои мама и папа уснули навсегда!.. На последних словах Жану потребовались силы, чтобы голос не слишком сильно изменился под воздействием эмоций — слёзы выступили у обоих. — Что с мамой? Что с папой? — девочка продолжала спрашивать, когда Надя за руку отводила её. — Твои мама и папа на Небесах! — На Небесах?! Я хочу к ним! Хочу на Небеса! Жан в это время обыскал тела на предмет ценностей, он забрал некоторые деньги, которые обнаружил, и кое-что ещё так по мелочи. — Девочка может вдруг начать кричать, она может нас выдать, — обратил внимание Жан. — Ну мы же не можем здесь её бросить? — взглянула ему в лицо Надя. Жан не спорил — он бы никогда не позволил себе оставить беспомощного ребёнка на произвол судьбы: — Это точно… как тебя зовут, малышка? — Мари! — Хорошо, Мари. Я — Жан, а это — Надя. Твоих родителей больше нет, но мы будем теперь заботиться о тебе. Мари, послушай, если ты не хочешь потерять нас вслед за родителями, то обещай не плакать и не кричать? Нужно, чтобы тебя сейчас было не слышно… Иначе мы все ляжем вечно спать, как твои родители… Жан говорил уверенно из чувства ответственности, но слёзы всё равно сочились, очень больно было в груди и даже в глазах — сознание требовало сбросить напряжение. В конце концов все трое заплакали… Каждый шаг теперь стоил им большого страха. Девочку нельзя было оставить, потому Жан какое-то время нёс её на себе, а Наде отдал рюкзак, теперь она тащила на себе двойную поклажу. В один момент они прилегли. Мари спала. — Интересно, Мари очнулась просто так или её всё-таки вернула к жизни моя Голубая вода? — задумалась Надя. — Не знаю… но на ней нет следов от ран, скорее просто вернулась в сознание. Надя через некоторое время почувствовала опасность. Как раз тогда они вышли на местность, где нельзя было так просто укрыться. Потому им просто пришлось припасть низко к земле, когда в свете Луны показалась целая колонна каких-то… солдат? Отсюда было только видно, что эти люди не носят с собой никакого освещения, зато у них есть колпаки на головах. Несмотря на густой ночной сумрак, кусты предательски двинулись перед тем, как наши герои успели замереть. Кто-то двинулся в их направлении, а потом, говоря с акцентом, потребовал встать и поднять руки. У Мари началась истерика. Она вспомнила, что именно эти люди убили её родителей. Эти люди носили военную униформу, на первый взгляд — совершенно обычную в целом, за исключением того, что их головы закрывали колпаки и маски, сами маски у всех были устрашающе бледными, изображавшими какое-то очень недовольное выражение. Они говорили с каким-то странным акцентом и звучали… так, как обычные люди не звучат. Жан не знал их родного языка, но он представлял собой набор очень частых и низких звуков, какое-то клокотание. Жан не был уверен, что люди вообще смогут так говорить. Пленников повели. Один солдат взял Голубую воду, он, кажется, узнал, что это такое, осмотрел, потом показал командиру — и вернул Наде. Жан обратил внимание на то, что какие-то стёкла в масках закрывают им глаза. Пленников погрузили на машину. Жан успел спросить их: — Вы люди Гаргойла? — Да, мы бойцы Новой Атлантиды. И наш командующий — лорд Гаргойл. Мы очень рады найти потерянную Принцессу! За это нас будет ожидать большая награда! Мы даже не думали найти Принцессу совершенно случайно. — Если я ваша Принцесса, — с возмущением обратилась к ним Надя, — то я глубоко вас осуждаю за убийства, которые вы совершаете! — Это низшие расы. Они занимают наше жизненное пространство. Жизнь — борьба, Принцесса, и по такому праву мы очищаем землю от излишних ртов. — Это бесчеловечно! — с гневом заявила Надя. — Нет, это как раз человечно, — возразил командир Нео-Атлантиса. — Люди убивают вредных насекомых, то есть вся жизнь — борьба, борьба за ресурсы, и каждый убивает другого за ресурсы. Люди, как и мы, сбиваемся в стати, чтобы нам было проще выживать и воевать. Так что вы не правы, Принцесса, такова человечность. — Это только ваше личное мнение или это мнение всей ваши организации? — спросил Жан. — Это наша идеология: жизнь и власть благодаря истреблению лишних людей, — ответил атлант. — Это жестоко, но это только слабый считает неправильным. — Чудовища! — обвинила Надя. — Вы чудовища! Боец Новой Атлантиды только рассмеялся, его голос звучал очень необычно, у них у всех были такие голоса: — Я не большее чудовище, чем садовод для жука-вредителя. Машина доехала до какой-то большой стройки — лес вокруг смели, воздвигли какие-то комплексы. Бойцы остановились возле небольшого дворца. На его теории был разбит крупный сад, здесь несли караул всё те же солдаты в зловещем облачение, которое полностью скрывало их внешность, не оставляя ни одного участка голой кожи. Ночью здесь в большей части помещений горел свет. Наших пленников здесь очень вкусно накормили рыбными блюдами. Надя даже в плену с трудом употребляла рыбу. Жан воспользовался моментом, чтобы расспросить Мари о том, знает ли она этих людей. Девочка рассказала, что они очень давно здесь живут — эти странные люди. Внутри помещений дворца Жан обратил внимание на изобилие украшений на морскую тематику — очень много здесь было волн, каких-то осьминогов, рыб, моллюсков, дельфинов, а также химер: рыболюди, крылатые драконы с головами осьминогов… — Похоже, это те же древние инопланетяне, воспоминания которых показывает Голубая вода, — обратил внимание Жан. Через некоторое время их двоих — Мари оставили позади — привели в очень обширный кабинет, где за столом сидел… очередной человек в колпаке и маске. — Почему вы всё время носите эти клоунские наряды? — обратила внимание Надя. — Ты так хочешь узнать ответ? — тот, кто сидел за столом, говорил нормальным человеческим голосом. — Ребята, покажите Принцессе ваши лица. Солдаты, которые привели пленников, сняли колпаки… Надя озвучила быстрый крик испуга, Жан внутри сжался в натужном безмолвии. Это были не люди — их зеленоватую кожу покрывала чешуя, очень нежная, головы — нечто среднее между головой примата, рыбы и лягушки, веки — прозрачные, глаза — выпученные, уши — две дырки или нечто очень маленькое и исчезающее. — Кто они такие? — спросил наконец Жан. — Обычно нас называют глубоководными, нам не очень приятно на суше, потому в военно-полевых условиях мы носим такую униформу. — Но вы ведь… судя по вашему голосу человек: вы — Гаргойл? — догадался Жан. — Вы очень наблюдательны, молодой человек, — сказал Гаргойл. — Да, это я. Лидер Новой Атлантиды. — Ваши солдаты совершали убийства целых семей! Что они вам сделали?! — обвинила Надя. — Неприятное зрелище, правда? Что поделать, такая уж неприятная эта штука — война, — развёл руками Гаргойл. — Чем эти люди заслужили такую судьбу? — спросил Жан. — Они оказались на нашем пути, они подозревали нас и пытались мешать нам, они могли нас раскрыть раньше времени, потому… увы, это война — ничего не поделать. Жизнь — это борьба, — снова повторил эту идею тиран, — а в борьбе всегда кто-то проигрывает. — Вы уничтожили Королевство Тартесс! — вспомнила Надя. — Я уничтожил? Это вам Немо сказал? — Да. Разве он не прав? Гаргойл сделал паузу: — Нет, я сейчас не буду ничего говорить по поводу гибели Тартесса. Пусть это будет сюрпризом. Гаргойл ещё немного подумал, потом стал рассказывать: — Возможно, мои слова вам покажутся недостоверными, но я должен был сделать всё то, что я сделал ради спасения человечества, — начал тиран. — Возможно, вам будет сложно меня понять, но развитие цивилизаций протекает не просто так: невидимые закономерности мировой истории дёргают человечество за нити. Эти закономерности являются общими для всей Вселенной, подобно тому, как закон падения яблока на землю является неизменным и неуклонным, всякая цивилизация стремится к своей гибели. Это неизбежный закон мировой истории — концом всякого развития становится смерть! Гаргойл сделал паузу: — Двадцатый век станет самым кровавым веком, какой только был среди всех веков этой цивилизации. Будет убит каждый двадцатый или даже каждый десятый житель планеты. Потому что жизнь — борьба, новое оружие, новые империалистические войны, законы мировой истории будут беспощадно уничтожать людей миллионами. К началу двадцать первого века человечество сможет достигнуть выдающегося уровня развития… который станет концом всего живого на Земле в том виде, в котором мы его себе представляем. Я не могу вам так просто объяснить, но мне известно, что начало двадцать первого века — конец тысячелетия — должен стать прологом в новую, ужасную и чудовищную эру, когда сами законы природы уступят… чему-то новому и тому, что никто, никогда не видел прежде, — рассказывал Гаргойл. Надя и Жан обменялись взглядами. — Я намерен обрести великую власть и объединить человечество под общим знаменем, чтобы новая эра послужила нашему величию, а не нашему уничтожению. Увы, «мудрые» жители моей Родины не были согласны с этим… Мне пришлось пойти на очень неприятные меры, но уверяю вас, Тартесс был бы раздавлен законами мировой истории, если бы я не совершил всего, что совершил, Принцесса. — Вы придумали себе это заумное оправдание! — покачала головой Надя с лицом глубокого осуждения. — Нельзя никак оправдать насилие! — Так, ну я не могу разговаривать на полном серьёзе с умственно отсталой, — развёл руками Гаргойл. — Принцесса, если вы настолько глупы, что не понимаете базовой, элементарной правды жизни, то я не тот, увы, кто может вас вразумить. — Что вы намерены делать теперь? — спросил тут его Жан, быстро обдумывая слова тирана. — Я намерен захватить этот мир. Это необходимо ради его спасения. И теперь, у нас есть Голубая вода, — Гаргойл протянул руку к ней. — Я вам её не отдам! Я покончу с собой, если будет нужно! — пригрозила Надя. — Какие громкие слова, Ваше Высочество, — Гаргойл поднялся с места. — Если бы мне была нужна ваша смерть, я бы её легко добился — уж поверьте; нет, вы будете жить. Голубая вода избрала вас и я не намерен перечить этому артефакту. Надя, ты встречалась со своим отцом? Он взял имя «Капитан Немо» и сейчас ведёт борьбу против меня. — Да, я с ним встречалась… но я не хочу отвечать силой на силу, потому я отказалась помогать ему в борьбе против вас! Но я ненавижу вас, Гаргойл! — заявила Надя. — Это я как-нибудь пережить смогу, — кажется, Гаргойл сейчас усмехнулся под своей жуткой маской. — Вы должны знать, моя Принцесса, что Капитан Немо ради своего возмездия пошёл на союз с мировой закулисой, известной как «SEELE». Эта закулиса руководствуется пророчеством о конце света, который должен случиться в начале нового тысячелетия. Ровно через век. SEELE готовятся к этому событию. Они сделают всё, что сделал бы я. Так что Немо не лучше меня, Гаргойла. Я хочу, чтобы вы знали: ему плевать на человечество, его интересует лишь собственная месть.