Астронавт

      На утро Джин проснулся от шевеления в комнате. Поворачивая голову, он наткнулся на Намджуна – причину своей бессонной ночи – натягивающего на себя серые спортивные штаны, которых, кажется, у него было, по крайней мере, пара штук. Взгляд самостоятельно спускался по спине на… упругие ягодицы. Да, Намджун явно работал над ними, как и в общем над своим телом, что выглядело просто превосходно. От этого бедный Джин смутился, да так, что его уши покраснели, явно выдавая его мысли.       Намджун, натянув на себя футболку, обернулся, лукаво улыбаясь. – Доброе утро. – Доброе, – выдал Джин, смотря куда-то в сторону, что не осталось незамеченным для Намджуна. – Ты чего так рано встал? – Я, видите ли, не безработный, как некоторые, – улыбнулся тот. – Кофе будешь? – Да, пожалуйста, – пробубнил Джин, все еще очень смущенный и красный, как вареный рак.       За завтраком парни решили, что Джин останется дома, а Намджун пойдет на работу, но постарается вернуться пораньше.       Обуваясь, Намджун заметил, как Джин постоянно поправлял свои, все время норовившие совсем спасть, штаны, и, подмигивая, отметил, что ему очень идет и выглядит это чертовски сексуально. А после этого просто вышел за дверь, как ни в чем не бывало. Джин ужасно смутился, такого с ним правда еще не было, чтобы буквально первый встречный побуждал в нем, Сокджине, подобные чувства до бабочек в животе.       Немного успокоившись, он вернулся в комнату и завалился на кровать, ведь ночью, благодаря одному храпуну, имя которого начинается на «н», а заканчивается на «амджун», Джин почти не спал, только под утро смог немного подремать. Почти весь день он спал и только к часам четырем проснулся с новой мыслью у себя в голове: « Кажется, я влюбился по уши».       Услышав стук в дверь, Джин ринулся открывать, но додумавшись сначала посмотреть в дверной глазок, увидел там полицейских. Сердце упало в пятки. Это непременно ищут его! Точно! Он попятился назад, обратно на кухню и пережидал там, пока незваные гости не ушли. Бедного Сокджина чуть ли не трясло от страха до слез. Ничего хорошего ведь не выйдет, если его найдут, а врать он совершенно не умеет.       Еще через пару часов снова послышался стук в дверь. На этот раз Джин уже на цыпочках подошел к двери и – слава Богам! – там Намджун. Он спеша берет ключ и, трясущимися руками то ли от страха, то ли от радости, открывает дверь. – Встречай, хозяюшка! – восклицает Намджун, поднимая руку с пакетом. – Я тут закупился немного, может приготовишь что-нибудь сегодня?       Джин лишь в смятении кивнул и запустил внутрь хозяина дома, смяв край футболки руками. От Намджуна было не скрыть, что его гость переживает по поводу чего-то, но расспросы решил оставить на потом.       Они вместе дошли до кухни и разобрали пакет, после чего Джин попытался приняться за готовку, но руки тряслись до того, что все буквально сыпалось из них. Намджун, сидя на диванчике, все это заметил. – Джин, – позвал он и приглашающе похлопал рядом с собой. – Иди сюда. – Нет, я должен… – Иди сюда, – повторил Намджун.       Джин покорно положил нож и сел рядом, снова избегая встречи взглядами. – Может, расскажешь мне что произошло? Ты сам не свой вечером. Произошло что-то, пока меня не было?       Джин не знал что и сказать. Правду? Что он испугался полицейских? Но ведь по выдуманной истории, которую он поведал Намджуну, он скорее должен радоваться их приходу, рассказать, что случилось, чтобы ему помогли вернуться в город и все такое. Но это ведь все неправда. И нагло врать своему спасителю совсем не хотелось. А говорить правду? Намджун же решит, что над ним тут издеваются или он головой тронулся, что такой бред несет. Нет, правду нельзя рассказывать ни в коем случае, так будет правильней. И потерять Намджуна сейчас так не хотелось. Джина трясло от всех этих мыслей, как от холода. Как же ему хотелось, чтобы хоть кто-то сейчас обнял. Из своих мыслей Джина вывели… объятия? Ему правда это не снится? И правда, Намджун обвил его своими руками. Не желая сопротивляться своим желаниям, Джин прильнул к нему. Так хотелось просто попасть домой. – Я не имею ни малейшего понятия что с тобой происходит и пытать тебя тут расспросами тоже не буду: захочешь, сам расскажешь, когда нужно будет. А сейчас давай вместе что-нибудь приготовим, я ужасно голоден.       Джин сдержанно кивнул, и, еще немного так посидев, парни принялись за готовку. В один момент Намджун отлучился в комнату, откуда вскоре послышалась приятная мелодия. – Что это? – спросил Джин у вернувшегося парня. Дело в том, что его планета была и правда на несколько тысяч шагов впереди в науке по сравнению с Землей, но никакое искусство там не поддерживалось. Ни музыка, ни живопись, ни кино, ни танцы. Оно не было запрещено, но просто совершенно никак не отзывалось в сердцах людей, им это было будто совсем не нужно. И со временем это просто стало забываться настолько, что молодые люди даже не знали о существовании таких, казалось бы, обыкновенных вещей. – Ling ling –The Black Skirts, – ответил Намджун, думая, что Джин спрашивает что это за песня такая. –Нравится? – Да, – улыбнулся Джин. Ему и правда нравилось.       По Намджуну сразу стало видно, как ему понравилось, что его музыкальный вкус оценили по достоинству.       После готовки парни поели, снова выпили, немного поговорили. В ходе разговора выяснилось, что Намджун на пару лет младше Джина.       Решив не засиживаться допоздна, вскоре они пошли спать. Намджун лег первым и приглашающе положил руку так, чтобы Джин лег прямо на его плечо. Это снова очень смутило старшего, но запрещать сегодня себе ничего больше не собирался, особенно в немного опьяневшем помутнении рассудка.       В эту ночь Джин уснул моментально, и даже никакой храп уже не мешал.

***

      Утром Джин проснулся и обнаружил себя все еще лежащим на намджуновом плече, пока тот лежал и глазел в потолок. У младшего сегодня был выходной, поэтому он никуда не торопился. Намджун заметил шевеления Джина и ласково улыбнулся: – Доброе утро, соня.       Джин сонно потер глаза, пытаясь скрыть свое смущение. В голове его промелькнула мысль о том, что он смущается от всего словно маленький ребенок. Но от лукавых глаз Намджуна нельзя было ничего спрятать, он замечал все.       Пока Намджун одевался, Джин правда старался не смотреть на него, но выходило очень и очень плохо.       После завтрака младший предложил прокатиться Джину на велосипедах до местной речки, но опешил от новости о том, что Джин совершенно не умеет ездить на нем. Пришлось ехать на одном. Нельзя было сказать, что кому-то из них не понравилась эта идея. Намджун сидел за рулем, а Джин сзади, приобнимая того за грудь.       Приехав на место, парни быстро расположились на берегу. За время поездки оба нехило так вспотели, ведь на дворе стояло позднее лето. Неожиданно для Джина, младший стал раздеваться. Полностью. Глаза Сокджина непроизвольно следили за быстро спускающейся резинкой боксеров, открывая прекрасный вид на абсолютно все. – Что ты творишь? – возмущенно вскрикнул Джин, быстро отворачиваясь в противоположную сторону.       Намджун удивленно ответил: – Купаться собираюсь, ты не будешь? – а затем ехидно подметил: – Плавок у меня нет, приходится ограничиваться тем, что есть.       Он потянулся и зашел в воду, а Джин продолжал сидеть на берегу, закрыв свое лицо руками, не понимая, как ему забыть недавнюю картину. Вдруг он заметил, что в штанах слишком затвердело. «Этого еще не хватало» – прошипел про себя Джин и натянул футболку пониже, чтобы, ни дай Бог, Намджун этого не заметил. Хотелось просто сгореть со стыда.       Спустя некоторое время Намджун вылез из воды и, немного обсохнув, натянул на себя штаны. Джин все это время, от греха подальше, делал вид, что очень увлечен происходящим на небе. Младший лег рядом, засунув одну руку под голову. Он явно наслаждался происходящим.       Спустя некоторое время, когда жара стала уже совсем невыносимой, они вернулись домой, где Джин сам им приготовил обед. Кстати, очень даже вкусный. Намджун с таким удовольствием уплетал, что Джин заулыбался. Доев, младший благодарно похлопал Джина по плечу и встал из-за стола, убирая за собой.       Дальше день проходил достаточно спокойно: они то разговаривали ни о чем, то слушали любимую музыку Намджуна, и просто наслаждались времяпровождением друг с другом. Но вдруг младший сказал: – Слушай, это все, конечно, хорошо, но ведь надо с тобой что-то делать.       Этих слов Джин сейчас боялся больше всего. – Может, съездим завтра в город, в полицейский участок, и расскажем им о произошедшем. Они должны же как-то помочь тебе. Восстановить документы там и все такое, – серьезно говорил Намджун.       Что-то внутри сильно кольнуло Джина от мысли о том, что придется расстаться с его новоиспеченным приятелем. Это его теперь пугало даже больше, чем то, что Джина могут раскрыть и упрятать где-нибудь в военной части, а то и чего похуже. Но он просто кивнул, соглашаясь с младшим. А что ему делать? Рассказывать правду? Вот уж нет, спасибо.       День подходил к концу, и Джин явно был не в настроении. Он не понимал что ему делать в данной ситуации. Сегодня старший решил спать, отвернувшись от Намджуна. Ему было больно от мысли, что тот так легко может с ним расстаться. Намджун, конечно, замечал явную перемену в своем госте, но решил спихнуть это на простое волнение перед завтрашним днем.

***

      Утром Джин чувствовал себя ужасно не только морально, но и физически. Нет, он не заболел, просто ему было настолько плохо морально, аж до тошноты. Около часа он провел над унитазом. Намджун не на шутку за него испугался: отравления еще не хватало.       Когда Джина немного отпустило, парни договорились о том, что сегодня не поедут никуда, а посмотрят за состоянием старшего. Эта мысль, будем честны, обрадовала Джина, но буквально тут же его снова вывернуло наизнанку, испачкав свои футболку, штаны и кровать. Намджун тут же кинулся снимать с него испачканную одежду. – Подожди! Я сам, – брыкался Джин, но Намджун не слушал его и продолжал начатое. – Да какой сам, ты на себя взгляни, – выронил он, стаскивая уже штаны. – Иди помойся, я тебе чистое принесу.       Джину оставалось лишь покорно слушаться, что он и сделал. Пока он был в ванной, младший принес ему сменную одежду, которая, как оказалось, была еще более мешковатой, чем прежняя.       Закончив банные процедуры, Сокджин вышел из ванной и заметил в комнате уже поменянную постель на кровати. Ему стало жутко неудобно за причиненные неудобства. – Иди ложись, я тебе чай заварил.       Джин, словно маленький ребенок, переминался с ноги на ногу, не решаясь зайти в комнату, но в итоге пересилил себя.       Намджун приглашающе похлопал рядом с собой на кровати, держа в другой руке кружку с чаем. Джин покорно сел рядом, а младший приобнял его за широкие плечи, передавая заветную кружку. – Раз такое дело, то давай фильм посмотрим. – Фильм? – удивленно переспросил Джин. Нет, он знал что это такое, но видел только документальные и научные фильмы, которые не сильно то и любил. Хотя, с Намджуном он готов и такое посмотреть. – Да, ты «Интерстеллар» смотрел? – протянул тот. – Нет, – честно ответил Джин, отпивая из кружки. – Тьфу, деревня, – посмеялся Намджун. – Ты понял шутку? Ты ведь городской, а в деревне живу я. Ах, ладно, забей.       Впервые за это время Намджун смутился, да еще и от собственной шутки. Джина очень умиляло это, и он посмеялся. – Там про космос фильм, или вроде того, – сказал младший, включив телевизор и усаживаясь поудобней.       Космос? Джину правда было интересно, что по этому поводу думают земляне.

***

      После просмотра фильма Джину хотелось плакать. Мало того, что фильм интересный и грустный, так это был еще и первый, им просмотренный, художественный фильм.       Намджун, пытаясь хоть как-то успокоить своего гостя, приобнял Джина за плечи. Когда старший подуспокоился, то немного отстранился от Намджуна и, взглянув на его лицо, просто застыл на чужих губах, которые находились так близко, что чувствовалось обжигающее дыхание. В этот момент время, казалось для них обоих, длилось вечно. Парни просто смотрели друг на друга, не решаясь делать что-то дальше. И, неожиданно для всех, Джин схватил Намджуна за футболку и притянул к себе. Нет, сегодня он точно не планирует отпускать просто так своего продавца из продуктового магазина. Вдруг это вообще последняя возможность так его поцеловать? Джин так жадно впился в намджуновы губы, от чего младший сначала опешил, но, опомнившись, перенял инициативу на себя. Поцелуй был немного соленым из-за слез, но точно самым лучшим в жизни Джина. Никогда он еще не испытывал подобный фейерверк чувств из-за простого поцелуя. Ему будто крышу снесло. Намджун же, не теряя времени, запустил свои ладони под джинову футболку и стал там просто хозяйничать, делая все, что ему только вздумается. От этого Джин застонал в губы и прильнул еще ближе к Намджуну. Кажется, сегодняшний вечер не обойдется только одним поцелуем.