Rival

      Виоле проснулся от того, что почувствовал на себе чужой взгляд. Открыв глаза, он увидел улыбающегося Куна, который перебирал мягкие пряди Баама. Последний сначала ничего не понял. Что произошло прошлой ночью?       — Не говори мне, что мы переспали, — Виоле закрыл лицо рукой от смущения.       — Мы переспали.       — Чёрт...       Баам сделал глубокий вдох и зарылся лицом в грудь Куна.       — Ты вспомнил?       — Ещё бы, — пробубнил Грейс.       Кун тихо посмеялся. А затем вздохнул и перевернулся на спину, прижав Баама одной рукой к себе.       — Прости.       — За что?       — Это... Мы были пьяны, — начал Виоле, но Агеро его перебил.       — Жалеешь об этом? — спокойно спросил парень.       — Нет... Не думаю. Я просто.. Не знаю.       — Ничего. Я сам не сразу понял, что произошло. Всё нормально. Если ты хочешь, можем сделать вид, что этого не было.       Виоле удивлённо посмотрел на Куна. Тот, в свою очередь, просто улыбался, словно он не переживал об этом.       — Ты правда сможешь закрыть глаза на это? — недовольно спросил Грейс, слегка нахмурившись. Куну это показалось милым.       — Нет. Это было глупо, прости, — он усмехнулся и, сев в кровати и обвив руку вокруг талии Баама, положил голову на чужое плечо. — Я просто подумал, что тебе будет легче от этого.       — Не будет, — он вздохнул. — Но, наверное... Нам правда нужно время, чтобы всё обдумать.       — Ты прав, — Кун мило улыбнулся и оставил лёгкий поцелуй на шее Баама.       Через несколько минут парни, приняв душ и одевшись, позавтракали и быстро разошлись, поскольку Виоле уже ждала дома Арлен.       Вечером того же дня Виоле решил встретиться с Хансоном. Он сделал три глубоких вздоха, закрыв глаза, а затем посмотрел на дверь и позвонил в звонок. Хозяин квартиры вышел довольно быстро.       — Ви! Добрый вечер. Проходи, — сказал Хансон, положив руку на спину бывшего. — Что привело тебя сюда в такое время? — Юу сел на диван в гостиной и смотрел на Грейса с улыбкой.       — В общем... — очередной глубокий вдох. — Мы переспали, — выдох.       — Что? — Хансон выглядел спокойным, но, кажется, не сразу понял, что Баам имеет в виду. — А-а-а.. — протянул он и посмеялся. Он развёл руки в сторону, подзывая Виоле ближе. Когда Грейс подошёл к другу, последний крепко обнял младшего. — Видимо, ночь прошла успешно, м?       — Х-Хансон! — смущённо вскрикнул Грейс.       — Ну-ну, я же тебя просто дразню. Как всё прошло?       — Ну... отлично.. но..       — Но?       — Агеро не так давно расстался с Хатсу... К тому же, мы оба были пьяны, и мне кажется, что это было неправильно...       — А что сам Кун думает об этом? — Хансон гладил подростка по голове.       — Я.. не уверен.. он выглядел счастливым, когда я проснулся. Но мы решили, что нам нужно время.       — Это правильно. Хорошенько обдумайте всё.       Повисла короткая тишина. Затем Хансон продолжил:       — А что ты чувствуешь к самому Куну?       — Ну, я... Он очень добрый и приятный. Он может казаться грубым, но это не так. Я думаю, что он очень... — Грейс прикусил губу и покраснел до ушей. — Милый.. — шёпотом.       — Вот как, — Юу посмеялся. — Вы такие милашки. Эх, молодость...       — Тебе ещё даже тридцати нет... — пробубнил Грейс.       — Но будет через три года. Я старею, — грустно произнёс Юу.       — Да будет тебе.       Грейс отвлёкся и не уследил за временем. Кое-как уговорив Арлен, он всё же остался у Хансона на ночь, однако почти не спал, ибо все мысли были заполнены Агеро.       Неделю парни не вспоминали об этом случае. Точнее сказать, они не говорили о нём, но постоянно думали. Виоле было стыдно за то, что по пьяни переспал с Агеро, за то, что пересёк черту, из-за чего их дружба могла рухнуть. Особых изменений в их взаимоотношениях не наблюдалось, но некоторые неловкие моменты проявлялись. Когда они оказывались слишком близко друг к другу, в воздухе повисала минута молчания, а затем они краснели и моментально отстранялись. Раньше их ничуть не смущали какие-то прикосновения, но после той ночи они не могли нормально это воспринимать.              Шестого декабря было день рождения Андросси. Виоле и Агеро договорились навестить её могилу на кладбище, а затем провести время на скале, на которую Грейс ежегодно приносит цветы и конфеты. Парни решили купить ей букет её любимых лилий и моти. На улице шёл снег, уже давно стемнело, и атмосфера была достаточно мрачной. Самое то для скорби.       — Как ты себя чувствуешь? — решил поинтересоваться Агеро. Виоле смотрел вперёд, на Токийский залив, и выглядел совсем не таким, каким был последние полгода. Почти весь день Грейс молчал, смотрел в пустоту и, казалось, находился в совсем другом мире.       — Ей могло бы исполниться семнадцать. Интересно, какой бы она была, если бы дожила до этого момента.       Кун положил руку на спину Баама и прижал его голову к своей груди.       — Уверенной в себе девушкой. Очень красивой и умеющей постоять за себя. Она всегда такой была. Такой бы она и осталась, я уверен, — Кун растрепал волосы другу и обнял его. Виоле вздохнул и посмотрел на Агеро. — Всё будет хорошо, Баам. Я рядом.       Виоле посмеялся и посмотрел Куну в глаза, а после его взгляд упал на чужие губы. Сам того не заметив, он наклонился, чтобы поцеловать Агниса. Последний вздрогнул и инстинктивно отодвинулся назад, но после этого обвил руки вокруг Виоле и стал углублять поцелуй. Через пару секунд парни лежали на холодной, слегка заснеженной траве и пытались отдышаться после удушающего поцелуя.       — Баам...       — Прости.. — Виоле положил руку на щёку Агеро. — Я никак не могу забыть о том, что случилось. Я всё ещё не знаю, что чувствую по этому поводу, но...       — Тшш... — прошептал Кун, прислонив указательный палец к губам друга. — Нам обязательно надо будет поговорить об этом. Давай подождём... — он задумался. — Три недели. Этого должно времени должно быть достаточно, чтобы разобраться в своих чувствах. Согласен? — Агнис так же, как и Баам, положил руку на чужую щёку и нежно гладил его кожу большим пальцем сквозь перчатки. Свободной рукой Виоле накрыл ладонь Куна и сильнее прижал её к щеке, тёрся о неё лицом, словно кот, и мило улыбался.       — Спасибо, — Виоле, нависавший над Агеро, встал первым и помог другу подняться с земли. — Пойдём домой? Тут холодно.       — Конечно.              Три недели тянулись очень долго. Баам достаточно долго думал над тем, действительно ли он любит Куна, как парня, или его любовь вызвана поддержкой и заботой со стороны Агниса. Ему хотелось быть уверенным в своих чувствах, чтобы не совершить очередную ошибку, коих уже было немало. Парни проводили много времени вместе на протяжении всех этих дней. Сердце Виоле при виде и мысли о Куне трепетало всё сильнее и сильнее, а на лице появлялась глупая улыбку. Баам даже не замечал, как начинал улыбаться. Его действия и намёки становились всё более явными. Грейс постоянно пытался коснуться Агеро: трогал его волосы, руки, плечи, спину... Едва сдерживался от очередного поцелуя. Кун, в свою очередь, был совсем не против физического контакта и так же был его инициатором, хоть поначалу ему, по-видимому, было неловко. Виоле очень нравилось наблюдать за возлюбленным. Он стал постоянным гостем Агеро. Когда последний начинал готовить, Грейс подходил ближе и обнимал его со спины, а Агеро, сначала вздрагивая от неожиданности, гладил запястья гостя. Виоле довольно тёрся носом в затылок и шею Агниса, из-за чего последний сильно краснел и едва ли не стонал, что определённо нравилось Грейсу. Руки на талии парня сжимались сильнее, а на душе становилось всё спокойнее. В такие моменты все мысли Баама были заполнены лишь одним словом: «Люблю».       Агеро, в отличие от Виоле, было сложнее понять и принять свои чувства. Он боялся, что об этом узнает Хатсу, с которым он расстался всего два с половиной месяца назад. И, даже несмотря на то, что любовь Куна к Хатсу прошла несколько недель назад, ему всё ещё было страшно и сложно отойти от остывших чувств и закончившихся отношений. Виоле — не Хатсу, Кун это знал и никогда не сравнивал их, но по какой-то причине продолжал отрицать, что влюблён в Баама. Последний вёл себя очень активно последние несколько недель, делал много комплиментов, флиртовал и касался Куна. Это были незначительные, но такие тёплые и мягкие прикосновения, которые вызывали такие сладкие, непередаваемые эмоции. Кун был признателен Бааму за открытое проявление чувств. Хоть Виоле не говорил напрямую, Агеро знал: Грейс определенно точно испытывал симпатию к нему. А ещё Кун знал, что чувствовал то же самое, но до последнего молчал и не делал шагов навстречу, хоть и не отталкивал Баама.       Двадцать седьмого декабря, перед Новым годом, Агеро позвал Баама к себе. Младшего брата Кун отправил к Хачулингу, поэтому они могли спокойно поговорить. Виоле сидел на кухне и ждал, пока Кун сделает кофе. Судя по молчаливости Агниса, разговор будет долгим. Наконец парень поставил на стол две чашки с налитым горячим кофе на стол.       — Спасибо, — первое слово спустя долгие несколько минут.       — Итак... Предлагаю сразу к делу.       Виоле сделал небольшой глоток, после чего тут же поставил чашку на место и кивнул.       — Да... Давай.       После этого парни какое-то время ничего не говорили. Агеро решил заговорить первым.       — Пожалуй, я начну.. Баам, — Грейс вздрогнул, услышав своё имя. Голос Куна был твёрдым. — Я должен признать, что мне боязно. Я боюсь, что отношения превратятся в постоянные разборки и ссоры. Вы с Хатсу разные, и у тебя это не первые отношения, и я прекрасно понимаю, что ты учишься на своих ошибках, — пауза. — Больше месяца я не мог признаться самому себе в том, что испытываю к тебе чувства. Но... Это правда так. Баам, я.. Я люблю тебя. Я тщательно обдумал всё это... и уверен, что готов строить с тобой отношения.       Тишина. Виоле был слишком растроган, чтобы говорить, и Агнис видел это: Грейс прикрыл рот рукой и задрожал. Кун потянулся к нему через весь стол и смахнул слёзы с его глаз.       — Агеро, — он улыбнулся и потянулся к Куну, чтобы поцеловать его. — Я так рад.. — шёпотом.       Кун встал из-за стола, подбежал к Бааму и крепко обнял. Они стояли так на протяжении нескольких минут, после чего отстранились для очередного поцелуя.       — Я тоже очень рад, Баам, — Кун гладил щёки Грейса и улыбался.       — Ты будешь моим парнем? — спросил Баам тихо. В ответ Агеро кивнул.       — Конечно, буду, — он посмеялся. — Надо рассказать Хансону и Хатсу, как думаешь?       — Предлагаю сделать это в новогоднюю ночь.              Через несколько дней компания из четверых парней вновь собралась в квартире Агеро. Они сидели за столом и ждали, пока на часах пробьёт полночь. Как только они увидели на часах двенадцать часов ночи, Агеро, сделав глубокий вдох, встал со стула вместе с поднятым бокалом вина и, прочистив горло, начал речь:       — Я хотел бы кое-что рассказать вам...       — Вы начали встречаться? — в унисон сказали Хансон и Хатсу, перебив Куна. Последний слегка удивился, после чего улыбнулся и кивнул.       — Кажется, мне ничего не надо рассказывать вам, — Кун сел обратно на стул и положил голову на плечо Виоле. Тот притянул его за талию и взял его руку в свою.       — Ну, это был лишь вопрос времени, — сказал Юу, глядя на Баама. Грейс смущённо отвёл взгляд.       — Хансон, ты... знал? — удивился Кун. Юу тут же прикрыл рот рукой.       — Упс. Кажется, я сказал лишнего.       Хансон рассмеялся, а за ним посмеялись и все остальные.       Отношения Агеро и Баама складывались хорошо. Виоле сильно изменился, чтобы построить здоровые отношения. Кун так же старался изо всех сил, отдавался новому партнёру и помогал ему, поддерживал во всём и получал в ответ заботу и тепло. Благодаря уговорам Агеро, Грейс всё же решился сходить к психологу, чтобы он помог ему полностью избавиться от чувства вины и отпустить Андросси. Спустя полгода Виоле смог избавиться от переживаний и сожалений, что гнались за ним на протяжении многих лет.       Всё было отлично, кроме отношений Виоле с матерью. Как только Бааму исполнилось восемнадцать, он рассказал ей про их с Агеро отношения, но Арлен не приняла сына, из-за чего он, собрав все вещи, ушёл из дома и стал жить с партнёром, полностью разрубив с ней все связи.