Причём тут твоя сестра?

flashback

      – Сука, Хобс, ну вот нахера тебе посреди года прспичило переезжать, а? Жил себе спокойно с бабулей, не трогали тебя, кормили, лелеяли, как пальчик порежешь. Не сидится тебе на жопе ровно, уже затрахал, – глубокий тяжёлый вздох. – То тебя оттуда, непонятно откуда, забери! То притворись моим женихом, а то ко мне всякие свиньи лезут! То: «Купи мне переноску, тут котик в кустах поранился, хочу его в ветеринарку в четыре часа утра отвезти!». Теперь тащить твои пожитки на шестой этаж! Лучше бы хату в доме с лифтом выбирал... – закинув очередную сумку на плечо, шипит сквозь зубы Чимин.       – Чииииим-а, не понимаешь ты меня. Свободы мне хочется, плюс денег от родителей привалило. Отец, наконец, работать начал, да и повышение сразу выпилили, грех сы́ночку не порадовать. А бабуля к внукам сваливать часто начала, теперь не сидит с пяти утра на кухне, таракашек не пугает. А у нас их, как оказалось, ебать развелось. Мне такое сожительсво не вкатывает, так что не выёбывайся и помогай, я тебя накормлю и на такси домой отправлю, – не менее вымученно затирает Чон.       – Втащить бы тебе разок, да люблю тебя – задницу наглую, ну не могу, – укладывая на пороге огромный баул, прямо-таки тянет.       – Задница у меня зачёт, и без тебя знаю. Пошли, последний заход остался.       Погрузив пол жизни в съёмную квартиру и, наконец, разложив бо́льшую её часть по местам, друзья заказали доставку и подрубили на фоне второсортный ситком. Всё прямо в лучших традициях времяпрепровождения этих двоих. Вот только сегодня сидят они на трезвую, ибо до магазина ни у кого не осталось сил переться, зато, стоило курьеру сделать первый стук, как Хосок подорвался к двери. Забрав пакет с ароматным содержимым и протянув пару купюр сотруднику, заметил знакомую фигуру, плавно передвигающуюся аккурат к квартире напротив.       – Кими? – выпалил с нескрываемым любопытством. – Ты тут живёшь?       – М? Хоба, а тыт тут какими судьбами, в гостях что-ли у кого? – углядев ещё одну макушку за спиной у друга продолжает. – Чимин-и, ты переехал?       – А ты чего вылез то? – напугавшись выдал Хо. – Не он, а я переехал, он мне помогал вещи таскать. Это мы ж теперь соседи!       – Во-первых, с хера ли ты так долго тут возишься? Я пиздец голодный, а ты тут с порога на всю хату запаха напустил, у меня за эту минуту чуть желудок в трубочку не свернулся. А во-вторых, ты либо тупой, либо не знаешь, что такое соседи, хотя, как мне всю жизнь казалось, это весьма очевидная вещь. Харе трепаться и пошли есть! Хорошего вечера, Кими, передавай Юнги привет.       – Хах, ну вы даёте, ребят. Юн сегодня на подработке, но как вернётся, обязательно передам. И приятного вам аппетита, – почти скрывшись в квартире, добавила младшая Мин.       – Если ты продолжишь, тут стоять, как истукан, я тебе мозги то вправлю как следует...       – Да пошли уже, заёба ты грешная!       – Я не виноват, что тебя, засранец, только за смертью посылать.       Так и вернулись они к ничем не примечательному просмотру сериала, но теперь их трое: Чимин, Хосок и его хитрая довольная лыба, совсем не привлекающая внимания первого. Совсем. Но как сказал виновник:       – Солнышко, тебя ебать не должно, что я там давлю: лыбу или искусственно созданную иллюзию радости по отношению к новому дню.       – Не строй из себя философа, я ж знаю, что ты, гадюка такая, уже что-то напридумывал себе. То, что Юнги живёт в паре метров от тебя, не развязывает тебе руки. Он же на тебя ядом наплюётся, останешься без своего любимого смазлимого личика.       На это Чон театрально закатил глаза, пустил в кулак смешок и погрузился с головой с поедание сочных кусочков мяса. Всё-таки с желудком-трубочкой жить не комильфо.

end of flasback

      – Пам-парам-пам-паам, открывайте! – чуть-ли не долбит в дверь.       – А? Хоба, привет! – Кими радостно заталкивает в квартиру гостя. – Какими судьбами? М, а это что такое? – забирает из рук Хосока, протянутый ей пакет.       – А это, в лучших западных традициях, небольшой презентик. Задабривать новых соседей пришёл.       Нетерпеливо заглядывая в пакет, резко подрывается в гостинную и вытаскивает содержимое на стол. – От таких подарков грех отказываться! Всё равно выходные, садись, вместе твой переезд отмечать будем, сейчас ещё Юни позову, он такое любит! – выпаливает довольная Кими и бежит в соседнюю комнату.       «Ну и чего ты тут в своих наушниках разлёгся? Сестрёнку родную не видит, не слышит, нахал. У нас гости, быстро подорвался и провёл время со мной!» – только и слышит Хо, перед тем, как из приоткрытой двери волчком вылетает младшая Мин и заспанное, недовольное, но такое домашнее, тело.       Ну и началось...       В Кими вонзились две пары глаз: одна до невозможночти довольная и похотливая, а вторая. Ну вторая источает настолько убийственные импульсы, что могут снести пол района ударной волной, если вырвутся наружу. Тут не просто пассивная агрессия, тут пиздец.       – Сестрёнка, у меня к тебе парочка вопросов. Первый. Что он здесь забыл? И второй. Как быстро ты сумеешь среагировать перед тем, как я доберусь до ножа?       – Ой, да хватит уже из себя вселенскую буку строить. Хоба перехал к нам на этаж пару дней назад, даже приветы тебе передавал, вот только я совсем об этом забыла. Или передавал Чимин? Короче, я не помню, да и не так уж это и важно. У нас тут новоселье намечается, нефиг со всеми сраться попусту, давай лучше посидим хорошо, Хо принёс закуски и соджу! Если ты сольёшься, я тебя в лечебку сдам, так как случаев, когда ты отказывался от халявы, я на своём веку ещё не видела, – бойко поставила на место старшего и умчалась за рюмками на кухню.       Ну началось х2...       Буквально упав рядом с Хосоком, да ещё и толкнув его, что тот чуть не свалился на стол, Юнги, буквально, прорычал ему на ухо:       – Хосок-а, я, по-моему, тебе ясно дал понять, как делать не стоит. Что ж до тебя так туго доходит? Пристроился тут под боком и уже сидишь у меня дома. Одно неверное движение, сестрёнке придётся наблюдать резню.       – Слушай-ка ты, молодой уголовник, гостя нашего обидишь, твой горячо любимый компьютер полетит с окна, а ты следом, – загадочное подмигивание в сторону соседа не скрылось от глаз Юнги.       – Ох, да не буду я его убивать. Сегодня...       – Я тебе всё сказала, сиди и пей. Ты, пока под градусом, такой душка, я уже соскучилась по крошке Юн-и, пускающему пузырики с уголка рта, засыпающему прямо сидя. Будь лапушкой и завали хлеборезку на всякие колкости, окей?       Ну и кто после такого злобного зырка сможет перечить? Правильно. Только бессмертный. На том и порешили, начав, даже почти не напряжённое, распитие. Один только соседушка весь вечер злобно хихикал и неоднозначно погладывал в сторону, как он узнал позднее, самого старшего на территории квартиры человека.       Квартирка у семейства Мин, на самом деле, очень стильная. Кими рассказала, что обустраивал её целиком и полностью её брат. Мол, ему важно, чтобы всё сочеталось, ничего не выбивалось из общей картины, не мозолило глаза. Зато кухню, куда тот вовсе не суётся, украшают парочка ярких постеров и огромное множество фигурных магнитиков. В целом, атмосфера весьма приятная. Но приятней, всё-таки, следить за тем, как с каждой выпитой рюмкой, меняется выражение лица Юнги. Как смешно он хмурится, когда Хосок приближается к Кими на пару сантиметров, чтобы показать очередное фото с телефона. Как нелепо тот скалится своим думам в голове, отрывающих его от происходящего всё больше и больше. Как тот встаёт с пола, закатывая рукава своей домашней кофты, оголяя увитые венами руки. Стоп. Куда это он?       – А ну-ка, Хоба, пошли поболтаем, – словно мнгновенно протрезвев, выдаёт Мин.       – М? О чём? – ага, будто он не в курсе...       – Да так, парой слов перекинемся, хочу кое-что спросить.       – Почему не спросишь здесь и сейчас? – не унимается Чон, упиваясь количеством эмоций на лице, стоящего перед его носом парня.       – Я тебе сейчас очень нежно вгоню нож в печень, если ты не поднимаешь свой зад! – выпаливает с неприкрытой агрессией младшему прямо в макушку.       – Блять, ладно. Кими, ты пока найди тот видос, который хотела. Я не прощу себе, если его не увижу, а мы скоро, – в ответ ему прилетает тихое, пьяное «угу», и они выходят из квартиры.       На лестничной клетке начинать не стали. Юнги просто кивнул на квартиру Хо, и они сразу же направились внутрь, но, не успев и свет включить, первый прижимает хозяина пространста к стене.       – Ох, ну и за что ж ты так со мной, сахарок? – глухо ударяясь спиной о стену прихожей, давит Хосок.       – Какой нахуй сахарок? Чувак, прекрати уже вести себя, как ебучий альфач. Тебе не светит с моей сестричкой. Вы блять все одинаковые! Просто не лезь к ней! Скажи честно... Ты сюда переехал, чтобы и дома её доебать. Типо жить вместе, проводить время? Заделался ей пиздатым другом, чтобы в конце концов завалить и бросить? Ну-ка скажи, разве я не прав? – просто выплёвывет на одном дыхании.       – Крошка, будь тише, будто не знаешь, что за стенкой у бабули режим... Не хотелось бы, чтобы её кот под утро мне под дверь навалил, убирать тебя заставлю. А теперь слушай внимательно, – одним движением перехватывает руки Юнги и заводит их ему над головой, прижимая теперь его к стене. – Я не просто твою сестричку заваливать не собираюсь, я даже катить ни разу пытался. А знаешь почему? Потому что мне всю сознательную жизнь нравились парни, а приставать к Кими никто не пытается, ибо и она не самого натурального поля ягодка. Если бы ты больше времени посвещал тому, чтобы хоть что-то о ней узнать, а не только расхаживал вокруг, как берсерк, готовый угандошить любого, кто приблизится, не страдал бы этой хуйнёй, – глубокий вдох. – А дружить мы начали ещё на первом курсе, когда после посвята встретились в клубе. Со-оу, из-за того, что тебя когда-то поматросили и бросили, не должны страдать все, блять, вокруг! Если вдруг до тебя до сих пор не дошло, почему я пришёл, почему в таких хороших отношениях с Кими, и почему ты сейчас стоишь прижатым к стенке, то вали ка домой проспись и хорошенько над этим подумай!       Ну началось х3...       – Стой, откуда?       – От верблюда! – отпускает руки Юнги и отходит на пару шагов. – Я много чего о тебе знаю, уже несколько лет по крупицам, блять, собираю инфу. С тобой же не поговорить нормально, сразу огрызаться начинаешь. Знаю, что ты постоянно на обед берёшь булку без начинки, мол тесто в ней вкусное, комкается удобно, поэтому и отщипываешь по кусочку перед тем, как съесть. Знаю, что в универ ходишь одной дорогой, а возвращаешься другой, так как с утра так короче, а под вечер не приходится тащиться через парк, полный людей. Знаю, что пару лет назад ты разошёлся со своей первой любовью, потому что этот упырь тебе изменил. Знаю, что после этого его так сильно избили, что ему пришлось месяц в больничке отлёживаться! Окуда же я такой провидец? Да мы в школе с этим идиотом братанами были, много чего он мне про свои похождения рассказывал, о тебе впервые от него и услышал. Закипел, не стерпел, заинтересовался, решил исправить косяки мудачья.       – Я... Сука... Какого фига, Хо? И что это значит?       – А то, что иди ка ты к себе, Юнги. Хорошенько отдохни, приди к выводу, что я теперь ещё и сталкер, прилипшая к подошве жвачка, постоянно бесящая своими протечками лейка от душа. Мне всё равно. Я правда пытался к тебе подступиться, хотел попробовать с тобой, показать, что такое нормальные здоровые отношения. Но, видимо, не судьба. Если честно, я уже заколебался делать вид, будто мне насрать. Раз уж тебя это так калит, я отстану, перестану контачить с Минами, перееду в конце концов. Только перестань себя так вести, это утомляет, – пассивно отмахивается.       Выговорился. Ну теперь всё понятно, скрывать нечего. Хосок устал и хочет спать. Да, прекрасная идея, главное водичку себе на утро не забыть налить, а ещё лучше заранее штаны с пола поднять, а то снова споткнётся, с синяками ходить будет. Неприятненько.       А вот и неждан...       Обнял. Он его обнял! Мин-ох-ты-ж-бля-Юнги его только обнял! Вот так просто пришуршал со спины и, как ни в чём ни бывало, обнял. Ахуй... Это что за приколы такие?       – Я, эм... Я, ну...       – Ага, я понял.       – А...       – «Б», Юн.       – Ага, да, и что теперь?       – Спать пошли, горе ты почти уголовное, – поворачивается и произносит без толики злости.       Юнги на это ничего не отвечает, только провожает спину парня взглядом до спальни и тихо выходит за порог, наконец вдохнув полной грудью. Спать, так спать. А Хосок, всё-таки, перелетел через свои штаны.