Fearless

      Мейсон приземлился на пол одного из коридоров и, на всякий случай, отошёл на безопасное расстояние и даже вытянул перед собой руки в защитном жесте. Рикки заметил это действие, фыркнул, закатил глаза и прыгнул следом, едва заметно простонав от боли, что прошла от стоп до позвоночника.       Нужная им ячейка была самого большого из предлагаемых размеров. Родерик сразу же приступил к делу, склонившись над электронным замком, а Кларк, от нечего делать, осматривался по сторонам. Тишина, которая и должна была стоять на складе в нерабочее время суток, всё равно заметно напрягала. Он примерно представил, с каким шумом будет подниматься дверь, и предположил, что его будет слышно даже в Джуно. Рикки, однако, никаких признаков опасения не показывал, сосредоточенно набирая пальцами цифры, значение которых было известно лишь ему одному.       Дверь поднялась гораздо тише, чем предполагал Мейсон, и мягко стукнулась о верхнюю створку. Внутри, ожидаемо, было темно, поэтому Кларк вошёл внутрь, а Рикки немного замешкался, пока вытаскивал фонарик.       Помещение было заставлено хламом, которого в избытке было и дома у Дианы Морель. Коробки, мешки, тумбочки — всё было свалено в кучу. Напарники двинулись к первому попавшемуся ящику и принялись выгребать наружу его содержимое.       Непонятно было, увеличилось ли количество беспорядка в блоке после их вторжения, или же они просто переместили хлам из одного угла в другой, но ничего более-менее примечательного два часа поисков не принесли, а вокруг них собралась уже внушительная гора из того, что они оба не могли не назвать иначе, как мусор.       — О! А это я уже видел! — воскликнул Рикки, пробираясь куда-то вглубь комнаты.       — Что там? — уже окончательно потеряв надежду на успех операции, поинтересовался Мейсон.       — Такие штуки лепят в Габоне, — Родерик не без труда извлёк глиняную фигурку слона, чем спровоцировал падение кучи других предметов и недовольное шипение напарника. — Сувениры у них такие, — он покачал находку в руке, словно пытаясь измерить её вес. — Тяжеловато.       Недолго думая, он с размаху швырнул слона на пол. Мейсон вздрогнул и шокировано посмотрел на Шепарта, прикидывая, прибить его сейчас или посмотреть, что он там нашёл. Победил всё же второй вариант, потому что спустя мгновение Родерик с победоносным криком поднял с пола небольшой пакетик с чёрным порошком внутри.       — Ты же не думаешь, что это… — протянул Кларк, а Рикки уже вскрыл пакет и сунул туда нос. — Ты ещё на вкус это дерьмо попробуй! Совсем спятил?! Не хватало, чтобы ты прямо сейчас в астрал отправился. Дьявол, где твои мозги? Надеюсь там сушёные собачьи экскременты.       — Ибогаин, — спокойно ответил Родерик, закрывая пакет. — Я эту гадость ни с чем не перепутаю. Интересная дамочка эта Диана. На фоне того, что нам рассказал Дэн, история начинает казаться всё более захватывающей.       — Полагаю, нам пора, — Мейсон посмотрел на часы. — Склад скоро откроют для посетителей.       Рикки согласно кивнул, спрятал находку в карман и вслед за напарником вышел в коридор. Тут стало понятно, что уйти тем же путём, что и прибыли, мягко говоря, затруднительно. Мейсон придирчиво посмотрел на потолок, где зияла дыра вентиляционной шахты, до которой ни один из них никогда не смог бы дотянуться, а затем мрачно сказал:       — Всё ещё считаешь себя гением?       — Что? — Рикки возмущённо поджал губы. — Я разработал план вторжения, выполнил математические расчёты, исходя, на минуточку, из твоего веса, что довольно сильно подпортило мне спуск по верёвке. Отход должен был быть за тобой.       — Я, если честно, редко когда планирую вернуться живым и свободным. Что делать будем?       Они переглянулись, однако обсуждение пришлось прервать, потому что в конце коридора послышались шаги.       Резко развернувшись, искатели приключений побежали в другую сторону. Очень быстро они поняли, что действие это было максимально непродуктивным, потому что как только они приблизились к лестнице, им в лица упёрлись сразу три пистолетных дула. Мейсон поднял одну руку вверх, а второй схватил за шкирку Рикки, который, по всей видимости, собирался оказать сопротивление. Два других преследователя настигли их со спины и обрушили на головы по сокрушительному удару, после чего сознание обоих напарников резко померкло и наступила тьма.

***

      Возвращение в реальность было мучительным. В голове носились шаровые молнии, отбиваясь о черепную коробку и отправляя болевые импульсы прямо в мозг. В глаза бил солнечный свет, от которого он попытался увернуться, путём прикладывания ладони к векам. Тихий звук, эхом проносившийся по помещению, внезапно оказался его собственным стоном. Послышался металлический лязг. Рикки резко сел, отрывая руку от головы, и тут же упёрся взглядом в деревянную дверь, которая, по всей видимости, собиралась вот-вот открыться.       На пороге стояла девушка, в которой он признал псевдо-Диану. Дверь для неё придерживал человек в строгом костюме, который поспешил удалиться, стоило посетительнице сделать шаг в комнату. Она протянула пленнику стакан воды с синей трубочкой внутри:       — Я принесла тебе попить.       — Не стоило так напрягаться, — с трудом признав собственный голос, прохрипел Родерик.       Диана улыбнулась, после чего поднесла трубочку ко рту, сделала большой глоток и с вызовом посмотрела на пленника. Рикки протянул руку, забрал стакан, выбросил трубочку и залпом осушил содержимое. Дышать стало немного легче.       — Что тебе нужно? — отставив стакан в сторону, спросил Рикки. — Если так мечтала о втором свидании, могла просто позвонить.       Девушка долго смотрела на него нечитаемым взглядом, после чего села на корточки и слегка наклонила голову:       — Я тебе не враг. Ты всё ещё жив только благодаря мне.       — Правда? — не без сарказма ответил Рикки. — Мои друзья обычно не вырубают меня прикладом по голове и не увозят хрен пойми куда, — он осмотрелся по сторонам и добавил: — Где Мейсон?       — Как раз о нём я и собиралась с тобой поговорить. Хочу предложить сделку.       Родерик через силу усмехнулся, однако вслух ничего не ответил, ожидая, когда озвучат условия. Диана посмотрела ему прямо в глаза.       — Ты так на неё похож.       Рикки ощутил, как резко пересохло в горле, несмотря на то, что буквально три минуты назад он осушил целый стакан воды.       — Ты…       — Меня зовут Аманда Стоун, и это наше третье свидание, братик, — Диана ослепительно улыбнулась. — Теперь ты готов слушать?       Ответом ей послужил ошарашенный кивок.       — Мейсон Кларк не хочет тебе помогать. Уверена, ты много раз просил его дать возможность поговорить с матерью. Это же рвёт тебя изнутри? Как рана, которая никак не заживает… Почему она это сделала? Зачем наша мать убила отца? Что ей двигало в тот роковой день?       — Он не может вызывать мёртвых, — не очень убеждённо возразил Рикки севшим голосом.       — Он лжёт, — отрезала Диана.       — Откуда ты знаешь?       — Потому что он такой же, как я, — она закатила глаза.       Рикки резко отклонился назад. Вот теперь он пожалел о том, что когда-то просил Мейсона продемонстрировать чёрный взгляд. Зрелище на самом деле отвратительное. Зато теперь стало понятно, почему Фостер не заинтересовался Амандой: как и Кларк, она отлично умела скрывать свой дар.       — Ко мне она не хочет приходить, — между тем продолжала псевдо-Диана, наслаждаясь произведённым эффектом. — Но к тебе… Знаешь, почему из всех детей наша мать воспринимала только тебя? Она видела нас насквозь. И меня, и Тайлера. Знала, что мы такое. Нас обоих она видела исключительно в чёрном цвете. Ты же был бесцветным. А стал красным.       — Значит, ты…       — Я забрала её жизнь. Не Тайлер. И унаследовала её способности. Но, если честно, долгие годы это не имело особого значения, пока на пороге моего дома не появились ты и Даниель Лэм. Впрочем, младший брат меня не заинтересовал, а вот коп… У него не было никакой ауры, но когда я столкнулась с ним в больнице, навещая Адама, — она появилась. А у самого Уортона исчезала. Удивительно, не правда ли?       — К чему ты клонишь?       — Дар Мейсона мне не нужен, он такой же, как у меня. А вот тебе… Я научу им пользоваться и тогда сможешь поговорить с мамой. Надо только…       — Убить его? — догадался Рикки. — Я бы всё же попытался ещё разок договориться.       — Он очень упрям, — Аманда сухо поджала губы, поднимаясь на ноги, — такие как Мейсон мне не нужны.       — А я, значит, тебя вполне устраиваю?       — Считай это проявлением сестринской любви. С возрастом я становлюсь сентиментальной.       — И какова конечная цель? Мировое господство? Кто вообще эти люди, что работают на тебя?       — Наёмники. В основном, бывшие военные, оставшиеся не у дел, — будничным тоном ответила Аманда. — Или ты думал, что твои методы исключительны? Ты же не своими руками избавился от приёмной семьи. А касаемо цели, ты так и не понял — война уже началась. Посмотри, что с нами делали такие как Фостер. Думаешь, только вы столкнулись с последствиями его эксперимента? Всю свою жизнь я провела в страхе, что кто-то может узнать про мой дар, и тогда я окажусь либо в психушке, либо на операционном столе. Хватит с нас. Мы имеем право открыто жить в мире, и если человечеству что-то не нравится — ему придётся слегка подвинуться. Однажды люди уже уничтожили персивингов, больше мы этого не позволим. С нашими возможностями, мы пустим корни в само устройство мира. Правительство, армия, энергетика — всё будет подчинено нам.       — Не слишком амбициозные планы для одного человека? — хмыкнул Рикки. — Ну, или почти человека.       — Нас не так уж и мало, — пожала плечами девушка. — Мы уже наладили поставки ибогаина, и с его помощью сможем раскрыть потенциал тех, кто, как и ты, не получили дар при рождении. Ты знал, что среди нас есть те, кто способен читать мысли? А ещё внушать свои собственные. Саймон Вега совсем скоро к нам присоединится.       — И чем же ты лучше Фостера?       — Я не пытаюсь свести вас с ума. Я хочу договориться. Так или иначе, у тебя не получится просто остаться в стороне. Да и это совсем не в твоём духе. Рано или поздно, тебе бы пришлось принять чью-то сторону, и ты достаточно умён, чтобы сделать ставку на победителя.       Рикки поднялся на ноги и встал напротив сестры. На самом деле, шансы на то, что Кларк уступит и выполнит просьбу были до смешного малы. А вероятность заполучить собственные способности — весьма заманчивой. Да и в целом, Диана/Аманда, или как её там, говорила разумные вещи. Сложно было отрицать, что персивингам тяжело приходится в нормальном мире людей. Каждый из тех, с кем он спускался в пещеры, так или иначе столкнулся с человеческим непониманием и жестокостью. Люди боятся того, чего не понимают и стремятся это уничтожить. Чем они хуже? В борьбе за выживание, как известно, хороши все без исключения средства. Как будто ему самому никогда не приходила в голову мысль создать тайную организацию. Правда, он чаще всего хотел устраивать диверсии и попадать на первые полосы газет, и не строил более грандиозных планов, однако никогда не поздно ставить более масштабные цели.       Поток его мыслей, видимо, очень отчётливо читался на лице, потому что Аманда удовлетворённо кивнула. Родерик же резко выкинул руку вперёд и сжал собеседнице горло. Она даже пикнуть не успела, прежде чем её глаза закатились, а шея хрустнула. Рикки отбросил от себя тело сестры.       — Не надо так на меня смотреть, я, может быть, мечтал об этом с четырёх лет, — прошептал он.       Схватив с пола стакан, Рикки подошёл к двери и несколько раз постучал. Тот же парень, что и провожал посетительницу, мгновенно оценил ситуацию и потянулся к пистолету. Родерик ударил вошедшего по голове. Стекло разлетелось. Противник пошатнулся. Рикки пнул его по колену, после чего кулаком заехал в висок, о чём быстро пожалел, когда костяшки пальцев взвыли от боли. Потреся рукой в воздухе, он выхватил из-за пояса поверженного соперника пистолет и выскочил в коридор.

***

      Первая мысль, которая ворвалась в сознание Мейсона, звучала примерно так: «Как здорово-то, блять!». Дальше разум начал подкидывать варианты того, где он, как сюда попал, и кто эти люди, что разговаривают прямо у него над ухом. Судя по голосам, их было трое. Говорили с акцентом, но с каким именно, помутневшее сознание определять не захотело. Приподняв веки на несколько сотых дюйма, Кларк попытался сосредоточиться. Первый вывод — он скован наручниками. Второй — охранников действительно трое. Третий — это полное дерьмо и надо сваливать.       На разработку плана не было времени, поэтому он решительно распахнул глаза, закряхтел и принялся биться в конвульсиях.       — Что это с ним?! — переглянулись мужчины. — Ему что-то давали?! — Мейсон часто задышал, пустив изо рта поток пенной слюны. — Что происходит?! — один из них склонился над пленником. — У него приступ! — сильные руки обхватили его вокруг груди, пытаясь остановить судороги. Кларк изловчился и вытащил ключи из кармана мужчины. — Помогите! Хули вы встали! Держите его! Держите его! — оставшиеся два человека бросились к пострадавшему. — Что происходит?! — кто именно это сказал, Мейсон уже не вслушивался.       Получив свободу действий, Кларк резко сел, раскидывая не ожидавших нападения людей в стороны. Двое отлетели сразу, а третьего пришлось пнуть в грудную клетку. Первый пришедший в себя охранник бросился на него, схватив сзади за шею. Мейсон нашарил пистолет у него в кармане.       «Блятский Лэм, — мысленно позвал Кларк, — если ты меня слышишь, помоги, чёрт тебя дери!»       Руки сработали сами по себе. Он даже не успел опомниться, как пистолет выстрелил, оставив дыру в груди у одного из соперников. Того, что держал его в тисках, Мейсон несколько раз ударил локтем в бок, попутно стреляя вправо, откуда уже нападал третий из охранников. Пуля попала в лоб, оставив дыру ровно посередине. Развернувшись, Кларк ударил последнего противника рукоятью пистолета по сонной артерии, а затем приставил дуло к голове и нажал на спусковой крючок.       Позади него раздался шум открывающейся двери. Мейсон резко вскинул руку с пистолетом в том направлении. Послышался удивлённый свист.       — Ты цел? — Рикки почему-то не опускал своё оружие, направив дуло в лицо Кларка. — А говорил, что не умеешь стрелять.       — Я и не умею, — Мейсон поднялся на ноги. — В чём дело?       — Да ни в чём, — ответил Родерик, внимательно осматривая комнату. — Может, это не со всеми работает? — тихо спросил он самого себя. — Или нужно больше времени?       — Что ты несёшь?       — Забудь. Потом расскажу. Надо выбираться отсюда.       Шепарт успел развернуться и сделать один шаг в сторону тёмного коридора, как резкий удар в челюсть заставил его выронить пистолет, чья-то рука обвилась вокруг шеи, а виски ощутили холод металла.       — Опусти оружие, — проникновенно глядя в глаза Мейсона, сказала Диана.       — Не надо, Кларк, — прохрипел Рикки.       — У нас только два выхода, — девушка отошла на несколько шагов назад, с неожиданной силой потащив за собой пленника. — Мы оба не боимся смерти. Либо я убью его и умру, либо ты прямо сейчас сдаёшься и идёшь со мной. Тогда я отпущу его.       — Убей её! — яростно попросил Шепарт. — Кларк! Стреляй! Чего ты ждёшь?!       Мейсон предпочёл притвориться, будто ментальная связь с Даниелем неожиданно оборвалась, и он тут же разучился стрелять. Поэтому он продемонстрировал ладонь свободной руки, а дуло пистолета направил вверх.       — Ты должен мне один поход в кино, — он посмотрел на Рикки, который стиснул зубы и прошипел:       — Я не собираюсь становиться твоим должником.       — Положи пистолет медленно, — приказала Аманда.       — Немного левее, — пробормотал Мейсон. — Ещё чуть-чуть…       — Что ты несёшь?! Бросай пушку! — прокричала девушка. Окно, возле которого она стояла, разлетелось вдребезги, а её саму отбросило в сторону.       Аманда тяжело дышала, лёжа на полу, всё ещё не понимая, что произошло.       — Нет! Стой! — воскликнул Рикки, однако Кларк уже направил пистолет в сторону миссис Стоун и сразу же выстрелил. — Ублюдок! Что ты наделал?! Она нужна была мне!       — Пожалуйста, — пожал плечами Мейсон, а после повернулся в сторону окна и поднял вверх большой палец. — Опаздываешь, скотина.       — Кто там? — не понял Родерик. — Неужели…       — Пошли, поздороваемся с недодетективом.       — Когда ты успел?! И как он нас нашёл? — от удивления Рикки даже перестал сокрушаться из-за того, что сестру свою он так и не убил, а значит, возможность видеть мёртвых ему в ближайшее время не светит. — У него что, снайперская винтовка? Где он её взял?!       — Из твоего арсенала. Я скинул наш адрес, когда мы были у озера. А нашёл… — Мейсон неопредёленно повёл плечами. — Он за нами с самого склада следует. Это был запасной план. Ещё когда мы были в кафе и решили обыскать бокс Дианы, мне пришла в голову мысль, что это может быть не очень хорошей идеей.       — Я думал, Адам твой запасной план! — возмутился Рикки. — И как ты звонил Дэну? Твой телефон сломан, а мой всё это время был у меня.       — Может ты уже заткнёшься? — уклонился Мейсон. — Тут могли остаться ещё люди. — В доказательство его слов впереди послышались выстрелы.

***

      Даниель встретил их хмурым взглядом. Не говоря ни слова, он стиснул лучшего друга в крепких объятьях, после чего посмотрел на поджавшего губы Кларка, пробормотал: «Да пофиг, иди сюда» и, почти не встретив сопротивления, повторил процедуру. Место, в котором их держали, оказалось заброшенной больницей. Лэм не то чтобы планировал второй раз за год оказываться в подобной локации, поэтому крайне негативно отзывался о похождениях двух искателей приключений, пока они двигались по тропинке в сторону лесной опушки, где Даниель оставил арендованный автомобиль, который на этот раз, к счастью, не пострадал.       — Паршиво выглядите, — констатировал водитель, поглядывая на пассажиров в зеркало заднего вида. — Ещё не надумали сменить профессию? Как насчёт маленького ресторанчика, который вы оба могли бы открыть где-нибудь очень далеко от Чикаго?       — Как дела у Саймона? — сменил тему Мейсон. — Ему всё ещё нужна наша помощь?       — А что с Вегой? — ничего не понимая, спросил Рикки. — Блять, прекратите немедленно! Вы же продолжаете мысленно совещаться, да? Как вы это делаете? Я тоже так хочу.       — Он в порядке, — проигнорировав Шепарта, Даниель ответил Кларку. — Ему предложили вступить в ряды мстителей. Он отказался. Обошлось почти без жертв. Саю всё же надо получше проработать свои проблемы с гневом.       — Странно, — протянул Мейсон. — Из нас всех, у него больше всего причин мстить человечеству.       — На него как-то повлиял твой акт всепрощения, — пробормотал водитель. — Ты вытащил его из пещер, и теперь он чувствует перед тобой вину. Саймон прекрасно понимает, что ты ни за что не присоединишься ни к одной чокнутой организации, какие бы цели они перед собой не ставили. Ну кроме… — Даниель встретился глазами с Рикки в зеркале заднего вида и едва заметно усмехнулся. — Кроме той, у которой вообще нет целей, помимо поиска неприятностей.       — На минутку, бывший агент твоего мужа пыталась нас убить! — вспыхнул Рикки. — Точнее, она хотела, чтобы я прикончил Кларка, а затем присоединился к ней. А потом я вырубил её, но не добил, и тогда уже она сделала выбор в пользу Мейсона, и решила избавиться от меня.       — И мы даже не знаем: действовала ли она в одиночку, или же за ней стояли ребята посерьёзнее, — мрачно добавил Кларк. — Если первый вариант — то она чёртов гений, а если второй — у нас большие неприятности.       — Зачем она убила Диану Морель? — поинтересовался Даниель. — Аманда поставляла ей ибогаин, значит, та была на её стороне и вовсе не возражала против расширения границ восприятия.       — Из-за страха, — догадался Рикки. — Сестра говорила, что всю жизнь боялась, что о её даре могут прознать люди. Полагаю, она решила, что синдром Урбаха-Вите так же можно перенять, если убить носителя. И у неё получилось.       — Но зачем было подделывать медкарты и встречаться с вами?       — Из-за меня, — поморщился Мейсон. — Она не знала, какой дар у меня и не могла увидеть мою ауру. Я добровольно продемонстрировал всё, что ей было нужно, и сучка начала игру по вербовке Рикки.       — И что будете делать дальше? — спросил Даниель, будучи не очень уверенным в том, что хочет знать ответ.       — Мы убедились в том, что среди персивингов есть психопаты, — задумчиво протянул Рикки, — если Аманде на самом деле никто не помогал, то только представьте, чего она достигла за два года: сменила внешность, организовала наркотрафик, спланировала план по захвату мира и приступила к его выполнению. Недурно для девчонки. Кто знает, сколько людей могли поддержать её идеи?       — И? Собираешься найти их всех? У ребят определённые проблемы с головой, — хмыкнул Лэм. — Впрочем, как и у нас, — он свернул на центральную автомагистраль и двинулся в сторону дома, арендованного Рикки. — Подумать только. Война между двумя видами… Это точно не входило в мои планы на эту жизнь. Из хороших новостей — поставщиков ибогаина мы прикрыли, а значит, больше не осталось способов провоцировать пробуждение эмпатии… Так ведь?       — Ну, передача способностей от одного к другому не в счёт, так как персивингов от этого больше не становится, — кивнул Родерик. — Получается, так.       — А какого хрена мы встали на сторону людей? — неожиданно вмешался Мейсон.       — Мы ни на чьей стороне, — возразил Рикки. — Я не собираюсь примыкать ни к тем, ни к другим. Я — отдельная, третья, независимая сторона, которая будет преследовать исключительно личные цели. Плясать под чью-то дудку? Увольте.       — Так какой план, Рэмбо? — усмехнулся Кларк.       — Во-первых, разыскать всех персивингов, несогласных с мировым устройством, и избавить человечество от их существования. Во-вторых, найти всех людей, желающих завладеть самыми талантливыми представителями нашего вида, и отправить их туда же. В-третьих, я хочу принять душ, переодеться и проспать часов сто-сто сорок. И в-четвёртых, ты что-то говорил про кино?       Мейсон кинул убийственный взгляд в сторону Даниеля, который на последней фразе игриво подмигнул ему в зеркало.       — А ты хорош, Шепарт, — мрачно процедил он. — Заставил-таки меня испугаться. Даже ты должен был понять, что я банально тянул время, пока твой друг не мог нормально прицелиться.       В ответ Рикки только фыркнул и устало прикрыл глаза. Когда машина припарковалась рядом с дырой в ограде, он уже мирно спал, беззаботно сложив голову на коленях Мейсона.

***

      — Я очень не хочу это делать, — тяжело выдохнул Рикки, поворачиваясь спиной к Мейсону.       — Заткнись и снимай штаны, — не скрывая раздражения, ответил Кларк.       — Впервые в жизни эти слова не приносят мне радости, — мрачно изрёк Шепарт, выполняя указание.       — И трусы тоже. Дьявол, прекрати вести себя как ребёнок!       Рикки стянул названную деталь одежды и наклонился, оперевшись руками о стол.       Очень вовремя вошедший Даниель увидел полностью одетого Мейсона и часть голой задницы лучшего друга, стоявшего практически раком перед ним, и чуть не выронил пакет с пончиками. Кларк обернулся, но ничего говорить не стал, невозмутимо вернувшись к тому, на чём его прервали.       — Даже знать не хочу, — пробормотал Лэм, выходя из комнаты.       — Ай! Чё так больно?! — Рикки резко выпрямился, поворачиваясь лицом к напарнику.       Мейсон продемонстрировал пустой шприц, усмехнулся, а потом зачем-то опустил взгляд. Родерик спохватился, тут же натягивая штаны.       — Не моя вина, что ты умудрился подцепить инфекцию и теперь мне приходится колоть тебе антибиотики, — сказал Кларк, флегматично наблюдая за копошениями товарища. — Вот поэтому я стараюсь избегать лекарств: эффект накапливается и в итоге иммунитет начинает подводить. Результат…       — Да ты заколебал! — вспыхнул Рикки, весьма опрометчиво притягивая к себе человека со шприцем в руке. В тот момент он продемонстрировал наивысшую степень храбрости и прижался губами ко рту Кларка, и, неожиданно не встретив сопротивления, осмелел настолько, что рискнул протолкнуть язык между чужими зубами, которые, по его самым скромным представлениям захлопнутся через три… два… ничего не произошло. Его язык остался цел и настойчиво бродил внутри чужой ротовой полости. И уж совсем потрясением стало то, что Кларк не только ответил на поцелуй, но и сам шагнул к нему навстречу, сильнее углубляя процесс.       Рискнув вернуться, Даниель застал ещё более удивительную картину: макушку Мейсона, слегка наклоненную вправо, пальцы Рикки, зарывшиеся в его шевелюру, и вытянутую вбок руку со шприцем, которую перехватили за запястье. Впрочем, если судить по тому, что вторая рука Кларка, незанятая никаким возможным оружием, сжимала в тот момент талию Шепарта, то он совсем не собирался на полном серьёзе воткнуть иглу в глаз его лучшего друга. А после Мейсон и вовсе отбросил прибор для инъекций в сторону. Ладонь его, правда, тут же сместилась на шею Рикки, и Даниель передумал уходить, опасаясь, что тот решил просто придушить своего напарника, однако выглядело всё вполне невинно. Хотя… синяки могут и остаться. Родерик напуганным не выглядел, да и, кажется, не хрипел, и не задыхался, поэтому Лэм пожал плечами, сунул в рот остатки пончика и вышел за дверь, твёрдо решив впредь всегда стучать, когда гостит у этих психопатов. Синдром Урбаха-Вите, говорите? Судя по тому, что он успел увидеть, бесстрашный тут именно Рикки и без всякого генетического заболевания.

***

      — Ты нашёл то, о чём я просил? — пропустив этап приветствий, заговорил Мейсон, прижимая телефон к уху.       — Я отправил запросы в несколько музеев и галерей — ничего, — ответил Адам. — Думаешь, вами могли заинтересоваться и из-за идола тоже?       — Шепарт этой штуковиной светил везде, где только можно, — поморщился Кларк. — Когда мы вернулись к машине, в которой остался Роджер, там ничего не было. Кто-то стащил нашего каменного друга.       — Если он всплывёт на одном из аукционов — я дам тебе знать, — пообещал Уортон.       — Как ты себя чувствуешь?       Адам подавился воздухом и громко закашлял в трубку.       — Странно слышать нечто подобное от тебя.       — Сугубо профессиональный интерес. Вдруг ты расстроился из-за смерти бывшего агента и прямо сейчас опять слетишь с катушек. В вашей паре должен быть только один психопат.       — С чего вдруг? — удивился Адам, после чего не удержался и прыснул от смеха, а где-то на фоне заорал Даниель: — В таком случае, вы с Рикки превысили допустимую концентрацию безумия.       — Ты такое трепло, Лэм, — Мейсон сокрушенно покачал головой. — Не подумай, что я хочу перевести тему, но ты не ответил на мой вопрос.       — Я в порядке, — сказал Уортон. — В какой-то момент я перестал удивляться происходящему. Похоже, нас, и правда, всех друг к другу тянет. Радует, что мы жили не совсем нормальными жизнями и не успели обзавестись большим количеством друзей и знакомых. Так бы пришлось многих подозревать.       — Саймон с вами?       — Да, мы решили, что не стоит оставлять его без присмотра. Второй перевод за год прошёл не очень гладко, но Даниель надавил на Говарда и теперь Вега в убойном.       — Почему никто не хочет раздавать листовки на улице? Нормальная же работа. И трупов в разы меньше.       — Я пытался убедить их выбрать профессию поспокойнее. Увы. Психи такие упрямые, — вздохнул Адам. — Вы уже покинули Аризону?       — К утру будем в Техасе. Если Шепарт ещё раз не захочет где-нибудь остановиться, чтобы сделать сто фотографий, как он выражается, на память. Тогда это слегка притормозит моё продвижение, потому что тяжело закапывать трупы в песок.       — А когда вы официально объявите о своих отношениях? — трубку перехватил Даниель.       — Чего? Всё, пока. Позвоните, если найдёте следы идола.       — Я же могу набрать номер Шепарта… — усмехнулся Лэм.       — Он за рулём, — помрачнел Мейсон, кидая взгляд на водителя. — И так водит как ублюдок. Не отвлекай его, если планируешь ещё раз застать нас обоих в мире живых.       Пробормотав последнюю фразу, Кларк быстро повесил трубку. Рикки, который бесстыдно подслушивал весь разговор, улыбался, глядя на пустынную магистраль. Мейсон быстро понял, что чтобы прямо сейчас не захотел сказать Шепарт — это ему явно не понравится, поэтому мгновенно отрубил звуки внешнего мира, откинулся на спинку сиденья и тут же задремал.

***

      Он спустился в подвал собственного дома и замер на пороге, не решаясь войти внутрь. В большинстве своём это нормальная человеческая реакция на страх. Словно прямо перед тобой вырастает невидимая стена. Постепенно она разрастается, обволакивает тебя со всех сторон и резко сжимается, перемалывая рёбра в труху. Он понимал причины своего волнения. За этой дверью скрывается нечто неизведанное. То, что он считал безвозвратно потерянным.       Подумать только. Долгие годы он так тщательно всё скрывал, боясь, что правда о таких, как он, выльется наружу. А два каких-то идиота мотаются по стране, оставляют после себя горы трупов и сотни галлонов с вопросами для полиции. Почему бы не бросить древнего идола, которого предшественники людей считали источником силы посреди автомагистрали? Как можно быть настолько безрассудными?       Такие, как он, предпочитают жить в одиночестве. Совсем немногим людям он рассказал свой секрет. Явил себя. Дал понять, кто он на самом деле. И в глазах каждого из них увидел страх. Впрочем, это уже давно не имеет значения, потому что они все, без исключения мертвы. Так как же так вышло, что Родерик Шепарт сумел собрать вокруг себя группу последователей? И не просто наёмников, а тех, кто не раздумывая бросает свои дела и мчится на другой конец страны, чтобы прикрыть его спину. Почему у Аманды это не вышло? Что же в нём такого особенного?       Человек нахмурился и толкнул ручку двери. В помещении светил красный свет, который вырывал из темноты небольшой квадратный участок. В самом центре стояла тумба из красного дерева. На ней, смиренно сложив руки на животе, покоился каменный идол. Он улыбнулся, опустился на пол и прикрыл глаза. Перед внутренним взором замелькали видения. Сотни событий, лиц и судеб, которые переплетены друг с другом тонкими красными линиями. Надо только протянуть руку и выбрать ту, что нужно. Прошлое, будущее… всё едино. Время не движется вперёд. Оно течёт по спирали. Конец есть начало, а начало есть конец. Сейчас он ровно посередине.       Человек резко распахнул глаза. Тело прошибло волной холодного пота. Аманда была права: война уже началась.