Мутанты? Нет, волшебники!

      — Это было потрясающе! Первокурсники, задрав голову, следили за полётом их преподавателя, который лавировал меж башен Хогвартса на метле, и не сдерживали восторженные крики, когда он проносился над их головами, набирая скорость для очередного трюка. Питер следил за уменьшающейся за считанные секунды фигурой, взлетающей так высоко, что словно растворялась в небе, пытаясь окончательно принять тот факт, что все воздушные пируэты исполняются на обычной метле, подумать только, на конструкции, состоящей из древка и веток! Интересно, а в мире магии есть права на метлу? Их нужно подтверждать как права на машину? Вообще было приятно осознавать, что он не один сейчас стоит, открыв рот, не столько из-за восхищения мастерством профессора, сколько из своей неосведомлённости о магических возможностях, ведь такое он видеть исключительно на телеэкранах. Быть в положении того, кто заведомо меньше знает, неприятно, поэтому от мысли, что он не единственный, выросший в мире, где метла — это метла и ей убираются, становилось легче и даже немного радостно. Закончив своё показательное выступление и получив заслуженную бурю оваций от юных волшебников, профессор наконец-то начал урок с теории, будучи уверенным, что после увиденного интерес, а с ним и желание овладеть умением летать на метле, он зажёг. Ещё одним смущающим моментом для Питера являлось полное отсутствие защиты, ведь ни шлемов, ни наколенников, ни мягких матов не было, конечно же у магов наверняка если лечебные заклинания, но акция: "Разбивайтесь после падения так, как вам угодно: хотите вниз головой, хотите ломай ноги!" , не прельщала, наоборот вызывала тревогу, которую Максимофф старательно пытался скрыть, сжимая рукоять метлы так, что белели костяшки пальцев. Внешняя уверенность — часть успеха, а успешным быть ой как хотелось. Правда не настолько, чтобы выходить первым опробовать свою метлу.       — Ну же, кто отважится взлететь и покрасоваться перед товарищами? За смелость я добавлю баллы факультету, к которому вы принадлежите. Среди детей прошла волна шёпота и попыток подтолкнуть вперёд своего отважного приятеля, когда среди гриффиндорцев был найден доброволец, на поле воцарилась тишина. Всё начиналось довольно неплохо, метла повиновалась, взлетая в ладонь хозяина, но, набирая скорость для взлёта, неопытный первогодка, потерял равновесие и полетел вниз под испуганные вскрики зажмурившихся однокурсников.       — Что вы визжите как мандрагоры? На поле наложены защитные чары, падать совсем не больно. Я ведь сообщил об этом перед занятием — … Вот, что я забыл! Подтверждением слов профессора являлся абсолютно целый и невредимый смельчак, отряхивающий мантию от травы. — В качестве извинения за лишний стресс и, конечно же, отвагу, Я увеличу баллы, — сглаживает свою оплошность профессор Кэссиди. Найти дело, к которому лежит душа, сложнее, чем может показаться, но Питер уже на первом уроке понял, что полёты на метле станут его любимым предметом. Ощущение ветра, иногда щекочущего, иногда, словно иголочками, неприятно впивающимися в лицо. Свист в ушах, превращающийся в особую мелодию неба, исполненную для лётчика. Развевающиеся волосы и подол мантии. Это неописуемое чувство свободы, когда есть только ты и мир, бескрайний мир за горизонтом, пока люди далеко внизу. Первый урок показал забавный факт: даже наличие факта рождения в семье волшебников не гарантировало великолепного полета. Курт летал первые занятия спиной вперед, он вообще не понимал, почему метла упорно не желает его перемещать как принято. У Джин метла и вовсе загорелась! Как… почему? Преподаватель полётов предположил, что страх высоты или полётов спровоцировал выброс энергии и это вылилось в какую-то искру. В чем Максимофф убедился — любой урок непредсказуем по своему ходу, это не алгебра в его школе, где единственным отклонением от плана может стать вызов учительницы к директору. Скотт в воздухе чуть не столкнулся с белоснежным гиппогрифом (ну, это он узнал позже, а в тот момент застыл с открытым ртом. Снова. Сколько раз он ещё успеет это сделать, прежде чем привыкнет к волшебству?). Летать учили и в условиях не лучшей погоды, чтобы уметь владеть метлой даже в дождь .Так что пришлось уворачиваться от осенних листьев, которыми ветер так и норовил ударить. Ороро не повезло, в её метлу ударила молния, хотя такого буйства погоды не ожидалось, поэтому занятие поспешно завершилось. В лазарете Монро быстро поставили на ноги, но ещё какое-то время девушка ходила с наэлектризованными, торчащими почти вертикально вверх волосами из-за особенностей лечебного зелья. Так она получила прозвище «Шторм». Профессор Шон Кэссиди или, как его называли: «Профессор Банши», как прозвали его когда-то ирландские студенты, а потом сие прозвище ушло в народ. Такую кличку преподаватель получил потому что на занятиях то и дело приходилось громко произносить слова, чтобы докричаться до находящихся в полете учеников. Серьёзно, он мог бы стать комментатором и без микрофона. Одна проблема — после нескольких лет преподавания заимел привычку так же громко разговаривать и вне лётного поля, от чего в тихом коридоре или классе, звучание его голоса больше походило на крик. Возможно, именно поэтому с ним не сильно то стремились пообщаться другие преподаватели. Компанию ему часто составлял старшекурсник-гриффиндорец Алекс Саммерс, не боящийся за свои уши, обожающий гонки на метлах и вообще проводить время, дурачась вместе с профессором на метлах.       — Да не страшно, ребят, у кого не получается, — успокаивал учеников Шон, — я вон вообще на первом уроке врезался в стену! А знаете, как я решил научиться? Рассказать? Только чур не повторять! Я прыгал на метле из окна, а потом и с крыши самой высокой башни в замке! Представляете? Меня чуть не убили!       — Кто? — вздыхают хором девочки первокурсницы.       — Сила земного притяжения? — предположил Питер.       — Дракон! — раскинул Шон руки, рисуя огромную фигуру, — шучу. Просто профессор Риптайд. Он был очень зол. И гонялся за мной с палочкой… Не повторяйте такого, а иначе мне придется продать самую дорогую метлу из моей коллекции на оплату зелий для вас! Ясно?       — Да, профессор, — хором повторили ученики.       — Полёт на метле — это, конечно, большое развлечение, но это умение может и спасти вам жизнь. Поэтому, важно уметь хорошо держаться! — важно вещал «Банши».       — Или овладеть заклинанием перемещения, не будешь же таскать всегда метлу в кармане, — раздался рядом с ухом Питера тихое бормотание. Он обернулся и увидел черноволосого первокурсника змеиного факультета.       — А как ещё перемещаются волшебники? — так же тихо спросил Максимофф, наклоняясь. Слизеринец посмотрел холодным взглядом, правда, щеки слегка порозовели, возможно, он не хотел, чтобы его услышали.       — В библиотеку сходи, это полезно.       — Тебе жалко поделиться своими знаниями?       — Скажу только, какие слова в книгах надо искать. Говорю один раз: трансгрессия, летучий порох; порт ключ; исчезающий шкаф. Но всё это не для первокурсника. Так что настоятельно советую не спешить задействовать гриффиндорскую смелость, иногда читающуюся как"глупость " и пытаться пробовать всё, толком не разобравшись.       — Разумеется, хотя бы первый курс хотелось закончить без увечий. Кстати, я — Питер. А ты?       — Не вижу смысла раскрывать эту информацию.       — Когда-то тебя всё равно по имени назовут, и я его узнаю. Хотя интереснее завоевать твое расположение, чтобы ты сам мне его назвал.       — Некоторых учеников лучше знать не по именам, а по фамилиям. Больше ценности будет.       — Ладно, спасибо за информацию, не видящий смысла знать других учеников хотя бы по именам.       — Ты ведь не отвяжешься, Питер, — назвал услышанное ранее имя слизеринец после пары секунд заминки, словно сомневался, оказывать ли такую «честь».       — Ура, ты запомнил!       — Урок закончился, — кивнул юноша на уходящую толпу учеников и быстро пошёл по полю обратно в сторону замка.       — Не спи, Максимофф! — крикнул Скотт, подбегая к другу, — всё в порядке? Что этот слизеринский змей тебе сказал?       — Ничего, это я к нему пристал, порядок, — успокоил Питер однокурсника, — да он вроде нормальный.       — Сомневаюсь. А еще я слышал, что его отец тёмными искусствами занимается       — А… типа проклятия насылает? Что у вас это значит? А то у нас есть предмет защита от тёмных искусств, но пока я не сильно понял, что это, у нас обычно с порчей разбираются гадалки за деньги.       — Потому что его ещё не было. Не только. В общем, будь внимателен, а сейчас пойдём скорее. Хорошо, что это последний урок и можно идти на ужин!

***

      Питер помнит, как был недоволен своей старой школой, казавшейся ему маленькой и без каких-либо интересных элементов. Даже чулана с байкой о призраке-уборщике там не было. Хогвартс же стал воплощением самой смелой фантазии: летающие книги, живые портреты, мраморные бюсты, следящие за каждым твоим движением. Есть выражение «у стен есть уши», так вот здесь мальчик бы не удивился, узнай, что у замка они и правда есть. Большие, спрятанные за одной из бесчисленных статуй.       Шёл всего то третий день учёбы. Питер снова забыл (ладно, ещё просто не успел запомнить), где располагается их гостиная. Лестница, по которой он поднимался, поехала не в привычную сторону. Казалось бы: ничего страшного, подожди другую или сойди с неё, а потом встань обратно и она, возможно, повезет туда, куда нужно. Но дело в том, что Питер посчитал, что сможет и так добраться, просто пройдя по коридорам немного в другую сторону, а там найти каменную лестницу и благополучно спуститься и повернуть. Итогом таких хождений стало то, что мальчик попал в абсолютно незнакомую ему часть замка. И стало ясно, что он заблудился. Как на зло, никого вокруг с гриффиндора ему не повстречалось в коридоре за всё время хождений. Как, собственно, вообще каких-либо студентов. Вдруг из пола показалась гигантская змея. Питер пискнул от страха, и, запутавшись в ногах упал на спину. Из образовавшейся под телом змеи двери вышло несколько старшекурсников с зелёными нашивками.       — Что ты тут вынюхиваешь, малявка, — рыкнул четверокурсник, которого в школе называли «Саблезубый», из-за наложенного как-то заклинания увеличения на зубы, от чего некоторое время парень походил на представителя древней эпохи человечества.       — Ищу свою менее пафосно-открывающуюся дверь, — пробурчал Питер, поднимаясь с пола, — не подскажете, где гостинная гриффиндора?       — Ну разумеется, мы всегда помогаем нашим дорогим первогодкам, — оскалился саблезубый в улыбке, — нужно подняться здесь вверх по лестнице, там увидишь статую с морским коньком. Оттуда по единственному пролету поднимаешься вверх, проходишь по мосту в следующую часть замка. Спускайся далее вниз по лестнице, поверни налево, вниз по лестнице только один пролет, это важно. Затем снова налево, вверх по короткому пролету. Выходишь на улицу, бежишь со всех ног к двери в замок через мост. Попадаешь в мраморный зал, держись левой стороны. Забегаешь в первый проход, выбегай на мост, вверх по лестнице и вот таааам будет твоя желанная спальня. Питер кивнул, поблагодарив, побежал в указанном направлении, стараясь не растерять всё, что ему сказали. Какой же гигантский всё-таки замок!       — Ты так долго с ним возился! Что ты там плел ему? Неужели сложно было сказать: пшел прочь? А не выдумывать несуществующий путь, чтобы он тупо поплутал! — начал возмущаться друг Саблезубого — Жаба, прозванный так за любовь к разбрасыванию особых бомб, после которых на месте «взрыва» оставалась неприятная, дурно пахнущая слизь.       — Тупой тут только ты. Я его отправил к туалету, захваченному Пивзом. Малышня уже вся должна лежать в кроватках. Так что крики этого полтергейста привлекут дежурных старост и парень огребет вместе со своим факультетом. Хоть иногда попробуй действовать умно.

***

Это было непросто. Совсем. Особенно участки на открытой улице вызывали страх и ощущение, что ты сейчас сорвешься вниз, в обрыв, в озеро… От этих мыслей становилось не по себе. Так или иначе, путешествие и вроде как описанный маршрут закончился рядом с туалетом, где стояли заграждения с серо-голубым бархатом. Из закрытой двери на мальчика вывалился полтергейст.       — Мелкий прохвостик, Ночью не спит Значит, ведро воды в него полетит! Пропел Пивз, натурально скидывая на заблудившегося первокурсника деревянное ведро, полное воды. Максимофф отскочил, но это не спасло от грохота, раздавшегося в пустых коридорах, как набат.       — От моего подарка ты ускользнул Дальше тебе подарю я стул!       — Что здесь за балаган? Инсендио! — от обрушения предмета мебели на свою голову Питера спасло чьё-то заклинание сожжение.       — Минус двадцать очков Гриффиндору за нахождение после отбоя вне спальни, — слышит мальчик стальной голос. Обернувшись, парень натыкается на взгляд того самого «профессора Леншерра», на которого просили не нарываться.       — Когда я начинал искать свою спальню до него было ещё далеко, — оправдывается Питер, поднимаясь с пола.       — Нужно было спросить дорогу.       — А я и спросил! У слиз… С зелёными… Я ещё не запомнил всё эти слова. В общем мне, мягко говоря, неправильно указали направление.       — Первогодка, — заключается Эрик из этого набор предложений с пробелами, — рекомендую спрашивать что-либо касательно вашей гостиной и прочих дел факультета только с представителями своего факультета. А так же обзавестись друзьями, которые лучше знают дорогу.       — А почему нет рекомендации тем, кто врёт?       — За гриффиндорскую не тактичность снятие очков не обнуляется, так что, как это ни прискорбно, ваш факультет начнёт обучение с минусовым рейтингом. Эрик взмахнул палочкой, создавая в воздухе сгусток зеленой энергии в виде шарика.       — Так и быть, на первый раз дам вам путеводитель. Следуйте за свечением, оно приведет вас ко входу в гостинную Надеюсь, хотя бы свой пароль вы помните. И что у вас за такой восторженный взгляд? — хмыкает Леншерр, глядя на Питера, стоящего с лицом «я вас обожаю! Спасибо-спасибо!»       — Вы так мне помогли! Даже не верится, что я сегодня больше не буду кружить по этому гигантскому замку, как слепой котёнок. Этот светлячок не приведёт же меня в пасть к Лох-Несскому чудовищу?       — Здесь водится только гигантский кальмар, — сообщает Эрик.       — Могло быть лучше, но довольствоваться стоит тем, что есть, — притворно вздыхает Питер, — спасибо!       — Смотрите под ноги.       — Я тогда потеряю вашу стрелку из виду! Питер передвигается достаточно быстро, почти не смотря по сторонам, а потому только чудом не спотыкается о черношерстного представителя семейства кошачьих.       — Прости, пушистик, прости, хороший! Не могу извиниться как следует, а то эта лампочка улетит и я останусь ночевать в коридоре, — Питер на ходу машет коту и убегает. Эрик качает головой и смотрит в спину удаляющегося парню, думая о том, как тихо и спокойно было в замке летом. Но эти дни прошли, а год обещает быть шумным и наполненным неожиданностями.