Ангел для твоей тьмы

Вики свирепела от негодования, покидая замок Сатаны. Ей не хотелось плакать, её преследовало одно желание — крушить. Разнести всё, что попадается на глаза. Разрезая со скоростью потоки ветра, непризнанная решила, что возвращаться домой — плохая идея. Во всяком случае, пока ярость не утихнет. Опустив крылья вниз, девушка со скоростью разрывала лицом пушистые облака, набирая высоту. Сама не осознав, как она очутилась на одном из островов над академией. Он был скалистым, иногда попадались сухие поваленные деревья — идеальное место для рассеивания злости. Она отрывала огромные ветки и швыряла их о гигантские каменные глыбы. Взлетала и всем весом приземлялась, оставляя глубокие следы. Брала в свои хрупкие руки валуны и разбивала их, взлетая над земной плоскостью. Её гневу не было усталости, казалось, что она может громить этот остров бесконечно. Пока в очередной взлёт она не заметила тёмную фигуру с величественными бордовыми крыльями. Очередная каменная булыга приземлилась в пяти метрах от мужчины, а за ним с грохотом приземлилась и сама разъярённая девчонка. — Вы вовремя, Адмирон! — Я заметил, — сосредоточенно заглянул он в алый контур небесных глаз. Они полыхали бешенством, пускали молнии. — Время расставлять точки над «і»! Что вам от меня надо? Что вы ходите за мной по пятам? Ребекка вас приставила ко мне? Вся ярость и злость выливались ядовитым тоном, направленным на учителя. — Энергия Люция пагубно влияет на тебя… как и Маля на Ребекку. Девушка застыла от слов учителя, но затем облегчённо выдохнула. Упала лицом в ладони и стала растирать глаза. Вынырнула, проведя пальцами по длине своих, уже тёмных волос. — Так значит это правда… Вы любовник Ребекки. Что вам от меня надо? — Я хочу защитить тебя, Вики. — Как много в моей жизни появилось защитников! Благородные демоны… как любопытно! Какие интересы преследуете вы? Ребекка стала слишком слаба для Сатаны? Нужно найти для Ада новое оружие? — А ты осведомлённая девочка. Ребекка тебя недооценивает! Вики с нескрываемым интересом стала разглядывать любовника матери. На лице проявлялся оскал, скрываемый усмешкой. Изучала каждую деталь, скользила по лицу, телу, по остриям мощных крыльев. — Почему вы? Вопрос не нужно было объяснять — всё и так было понятно. — Вики, я понимаю, что тебе обидно, но я действительно люблю твою маму. — Ребекку! Моя мать умерла. — Ты слишком строга к ней. — Да неужто? Эта женщина посетила меня один единственный раз… когда я впитала силу Мальбонте! Вы действительно думаете, что я к ней строга? За несколько дней я вас видела больше, чем её за время моего бессмертия. Демон хотел как-то опровергнуть нападки девушки, но она резко перебила: — Не смейте! Не надо её оправдывать! Девушка обессиленно упала на землю, словно в секунду почувствовала, как сильно её вымотал гнев. Облокотилась лбом о сбитые колени. Адмирон присел рядом, погладив непризнанную по спине. — Я всегда хотел своих детей, — тихо начал говорить преподаватель. Вики непонимающе подняла на него глаза, встретившись с его грустным взглядом. — Это насчёт моих интересов, про которые ты спрашивала. У меня никогда не было семьи. За свой длинный путь я так и не встретил женщину, с которой хотел бы связать себя узами. Среди демониц не так-то просто найти ту, что смотрела бы на жизнь под тем же углом. Когда мы познакомились с твоей матерью… Ребеккой, она была такая нежная и ласковая, она сверкала на фоне остальных… Когда я смотрю на тебя, вспоминаю нашу с ней первую встречу. Она сидела в саду и плакала, оплакивала вашу с тобой разлуку. Ребекка безумно скучала и сожалела, что не услышит твои первые истории о мальчишках, не застукает пьяную после вечеринки, не обнимет на выпускном, не выберет с тобой свадебное платье. Я ей тогда сказал, что она всё это может, но лишь в роли наблюдателя. Она часто спускалась, чтобы просто посмотреть на тебя, увидеть, как проходит твой день. Она терзала себя и мучила, а в добавок к этим страданиям её ещё и гнобили из-за того, что она была непризнанная. В школе у неё не было друзей, лишь я. Её злоба к окружающим росла с каждым днём всё сильнее. А затем за ней увязался Фенцио — я так сильно ревновал. Она стала много времени проводить с ним: ходить на званые вечера, выбираться в город. Мы стали отдаляться друг от друга, я почти потерял надежду, что она примет сторону демонов. Она обезумела идеей стать Серафимом, ей казалось, что всё в её жизни изменится. И она сделала это… Я восхищался ею и горевал, что потерял. Моим грезам не суждено было сбыться: я был верховным демоном, она — Серафим Цитадели. Демон горько усмехнулся своему рассказу; по лицу было видно, что он был глубоко в воспоминаниях, а не на этом острове. — Я обдумывал сотни решений: хотел предложить ей сбежать и скитаться, думал пройти долгий путь и стать белокрылым. Я готов был на всё ради неё. Но в один прекрасный день она пришла и сказала, что знает, как нам быть вместе. Я словно сошёл с ума — она хотела быть со мной так же сильно, как и я с ней. Она не бросила меня, не оставила ради власти. Она рассказала мне о мальчике-метисе, рассказала о своём плане по свержению Шепфы. Это было безумно, но она так в это верила. Мне оставалось только следовать за ней — моей женщиной. — Я так надеялся, что мы с Ребеккой заведём хотя бы одного ребятёнка, что станем полноценной ячейкой общества. Лишь мы втроём в своём уютном гнёздышке. Но погоня за властью сыграла с ней злую шутку. Он умолк, не решаясь продолжить рассказ, словно что-то очень больно сжало его горло. Вики заглянула в его опечаленное лицо; вся её злоба куда-то улетучилась. Перья безжизненно повисли на спине. Она не решалась вырвать демона из эпизодов его памяти, но, подавив ком в горле, мужчина продолжил: — Я не узнаю в этой женщине свою Ребекку… больше нет. — Он наконец поднял влажные глаза к молодой копии своей возлюбленной. — Вики, мне очень жаль… я не пытаюсь себя оправдать сейчас, но, как я уже говорил, ради неё я готов на всё. Непризнанная хлопала глазами, не понимая, к чему он ведёт. Шестерёнки в голове крутились очень быстро, не улавливая суть. Алгоритмы в её сознании выдавали непонятные образы, мысли вихрем проносились одна за другой, не находя ответа. Пока щелчок очередной шестерёнки не сложил пазл. Глаза Вики округлились, вырываясь из орбит. — Твоя смерть была вынужденной мерой, Вики. Я её терял… так быстро, что сам не мог осознать этого. Всё выходило из-под контроля, казалось, не Ребекка управляет силой, а наоборот. Я думал, что если источник тьмы исчезнет, то она вернётся. Моя Ребекка снова станет нежным цветком, который я буду оберегать; мы сбежим, и всё станет на места. Я выпустил мальчишку, но она не вернулась. Она словно умалишённая строит планы, желает похитить тебя и Маля, чтобы вернуть «положенную ей по праву» силу. Заключила сделку с Сатаной: он даёт ей армию, а она, заняв место Шепфы, всегда будет принимать сторону Ада. — Это сплошное безумие… Всё это сплошное безумие, — не веря своим ушам, Вики качала головой, не желая верить в то, что это правда. Ей казалось, что вот сейчас она распахнёт глаза и окажется в родной тёплой постели, а на первом этаже папа готовит оладьи. Всем нам когда-то казалось, что происходящее — не реальное, и рано или поздно наступит пик, и мы проснёмся. Но время шло, а глаза так и не открылись. — Вы лишили меня земной жизни, чтобы использовать здесь как пушечное мясо? — Вики, для нас, бессмертных, жизнь человека ничего не значит. Мы знаем, что есть жизнь после. Знаем, что вы приобретёте в итоге. — Но вы меня убили намеренно, чтобы и здесь я потеряла жизнь. — Ты должна была быть проходящим звеном. Ты непризнанная, откуда я мог знать, что ты приобретёшь друзей, влюбишь в себя сына Сатаны? Я и подумать не мог, какая сила в тебе кроется. — Это не оправдывает вас! — Вики вскочила на ноги и почувствовала, как энергия скапливается на кончиках пальцев. Преподаватель последовал её примеру и встал напротив. — Девочка моя, я прекрасно понимаю, что ты сейчас испытываешь. Я не пытаюсь себя оправдать. Я делал это во имя любви и сейчас хочу исправить свои ошибки. — Почему я должна вам верить? — Ты и не обязана этого делать, но я прошу, чтобы ты меня услышала сейчас. То, что ты впитала силу Люцифера, — разрушает тебя. Ты можешь подвергнуться тому же испытанию, что и Ребекка. Я видел однажды то, что сейчас происходит с тобой. Услышь меня, Вики, чтобы не сойти с ума, как она! — Винчесто взял девушку за плечи и заглянул ей в глаза. Вики сбросила его руки. — Я не Ребекка! — Дитя, не глупи… Энергия Люцифера пропитана яростью, болью и ненавистью, и ты впитала самую тёмную её часть. Ребекка впитала подобную Маля — тебе же от неё остались лишь страх и отчаяние. — Ваш свет с матерью разный. Она была пропитана болью, страданиями, обидой. Поэтому, когда тьма коснулась её души — все эмоции превратились в желание мести, завоевания своего места. Она не такое зло, каким тебе кажется. Любовь к тебе и противостояние системе сделали её такой. Твой же свет впитал иных красок тьмы, но в душе Люцифера их слишком много. И каждая может сделать из тебя монстра. — Вы за мной следите? — Да, я пытаюсь уберечь тебя. Если бы я этого не делал, то Ребекка бы нашла вас слишком быстро. Не думайте, что все вокруг идиоты — вы как на ладони. Я путал ваши следы. — Что же вы тогда не спасли меня от Лилит? — Вики, я живое существо, которому тоже нужно отдыхать. Лилит хорошо вас скрыла. Если бы не аномалии, то шансы найти вас были бы равны нулю. Я первым прибыл на место, забрал Люцифера и скрыл следы его энергии. — Зачем вы это делаете? Какой вам смысл нас скрывать? Ребекка впитает энергию Маля, завоюет Небеса, станет у правления — и всё, вы сможете быть вместе. — Всё стало слишком сложно. Ребекка сильно изменилась, боюсь, создание семьи уже не входит в её планы — я отчётливо читаю это в её взгляде. Цели, которые она сейчас преследует, погубят её. Я хочу спасти её, хочу вернуть мою любимую. — Мне плевать на неё! — Это говоришь не ты. Как и не ты говорила с Люцифером и с Малем. — Я мыслю абсолютно здраво! Они безжалостные живодёры! — Так ли это? Реагировала бы ты так же ещё неделю назад? Ты уже прощала Люциферу подобное. Вики тяжело дышала; губы сомкнуты в прямую жёсткую линию, глаза прищуренно смотрели на преподавателя. — Пойми одно, девочка: тьма не проникает в здоровые души. Она стучится там, где стены слишком тонки: в искалеченные души, которые впустят её и которыми она может завладеть. Если ты видишь абсолютное зло — то, поверь, там когда-то была самая светлая душа, которую сломали. — Чего вы добиваетесь? — Я хочу, чтобы ты научилась распределять энергию. Я не просто так учил вас контейнировать её. Ты должна кластеризовать тёмную энергию: подавлять самую злобную своим светом, а ту, что не поддаётся и пытается захватить твой разум и душу — выпускать. В ином случае вскоре от тебя не останется ничего. Слова демона заставили Вики вынырнуть из-под серого облака в разуме. Девушка взяла эмоции под контроль и трезво взглянула на события сегодняшнего дня. Прокручивая ленту памяти, светлые чувства накрыли непризнанную с головой. Хлынувшие слёзы смыли всю грязь с оболочки души. Первым порывом было сорваться с места и помчаться в объятия Люцифера. Затем, поразмыслив, девушка поняла, что гордый демон не будет готов идти на компромиссы, и нужно дать ему время остыть. Адмирон открыл объятия, и нежное, хрупкое тельце непризнанной кинулось в них. Он нежно гладил её по спине, похлопывая — так по-отцовски, так заботливо. — Тише, девочка, тише. Всё будет хорошо. Ты не одна.

***

— Где ты была утром? Я думала, что ты у Маля? — максимально непринуждённо спросила Вики, обессиленно лежа на кровати. — Прости, дорогая, у меня были дела, забыла предупредить. Как всё прошло? Непризнанная на мгновение запнулась. Она не хотела рассказывать Мими о том, что узнала, пока не разберётся со своим отношением к ситуации. Разговор с Адмироном Винчесто открыл занавес на некоторые моменты, и Вики дала себе время посмотреть на позиции мужчин под другим ракурсом. — Когда я пришла, он был не сам. Мими напряглась и приподнялась на локтях, а затем натянула маску безразличия. — Правда? И кто же с ним был? — глаза выдавали беспокойство. — Люцифер… — тяжело выдохнула Вики и отбросилась на подушку, устремив взгляд на потолок, рассматривая изысканную лепку. Чего я на него набросилась? Он ведь правда беспокоился обо мне. Девушка помассировала пальцами глаза и, протерев от усталости лицо, продолжила: — Они спорили. Люций заставлял его уйти. Мими прищурила глаза, быстро выдохнув; ноздри слегка раздулись. — Почему он решил, что вправе решать? — слегка прокашлялась демоница и более спокойно уточнила: — И что Маль? — Вроде как дал отпор. — А ты что думаешь об этом всём? — спросила Мими. Вики вопросительно перевела взгляд на подругу. Вопрос застал её врасплох: именно в эту секунду она не была готова отвечать. — Не знаю, Мими, я абсолютно ничего не знаю. Я запуталась. Я не знаю, что будет дальше — и меня это пугает. И больше всего я не понимаю: помогаем ли мы друг другу с ним или топим. По дороге назад я встретила Адмирона. Мы с ним поговорили начистоту, и оказывается, он с самого начала знал, где мы спрятали Маля. Обескураженная Мими привстала на кровати. Непризнанная приступила к краткому рассказу соседке, опуская некоторые детали и пропустив ссору с Люцифером и Малем.