Ангел для твоей тьмы

— Солнышко, почему ты такая хмурая сегодня? — Утром я хотела зайти к Кассандре и услышала крики. А когда заглянула в окно, то увидела, как мама бьёт её. Ты испугалась? Большие голубые глаза девочки налились слезами. Она положительно качнула головой. — Почему она это сделала? — Милая, я правда не знаю. Так поступают люди слабые духом, они не умеют по-другому. Но она же плакала и просила её остановиться. Разве ей не было её жалко? Разве мамы так могут поступать со своими детьми? Женщина взглянула на свою дочь с сожалением, провела ладонью по её голове. — Я не могу говорить за всех, но одно могу сказать наверняка: я никогда не смогу сделать тебе больно, дорогая. Она вытерла пальцем слёзы с пухлых щёчек дочери и прижала её к груди. Вики прокручивала это воспоминание в сотый раз в своей голове. Она не сможет мне сделать больно, она обещала. Любовь матери, как и к ней самой, — безгранична. Особенно это чувство чистое и светлое у тех, кто потерял её в раннем возрасте. Дети придумывают её, идеализируют. На каждую свою жизненную проблему и разочарование они придумывают, что бы сказала она, какие слова утешения нашла бы, какие наставления дала бы. Так и живут с этим идеалом в сердце, неся свою любовь к ней всю жизнь. Так было и с Вики, но ей выпал шанс, какого не было ни у кого, — встретить маму снова. И каким бы ни было её разочарование от Ребекки, ей сложно было убить в себе сложенный образ. Ей до смерти хотелось верить в то, что она любит её этой тёплой любовью матери. Умирают ли материнские инстинкты вместе со смертной оболочкой? Возможно, они возвышаются и становятся безупречнее в бессмертной жизни?

***

— Я вчера была у Маля, — сказала непризнанная, натягивая велосипедки. И знаешь, что он мне сказал? Спросила она это перед тем, как натянуть топ, чтобы у подруги было время дать ответ. Но Мими упорно молчала, всматриваясь в отражение своих глаз, расчесывая волосы за туалетным столиком. — Молчишь? — задумчиво сложила она губы в трубочку, а затем закусила щеку. — Он сказал, что видел, как ты целуешься с рыжеволосым демоном. — Мими, я долго молча смотрела, как ты мечешься. Терпела твои резкие смены настроения, не понимая, что тому виной. Я могла только догадываться о твоих внутренних переживаниях и терзаниях, но ты так и не удосужилась поделиться этим со мной. Демоница так и не перевела взгляд, лишь серость её глаз становилась стекляннее. Вики не торопила её. Ожидая хоть какой-то реакции, она достала из шкафа белую рубашку и надела её. Подруга по-прежнему молчала. — Однажды, когда я отрицала свои чувства к Люциферу, ты сказала мне, чтоб я не врала хотя бы себе. Я приняла эти слова, и они мне очень помогли. Я благодарна тебе за них, сейчас я безмерно счастлива. Так вот, время пришло возвращать долг. — Я знаю, что он тебе не безразличен. Но если ты дальше хочешь рассказывать байки о классном сексе — я буду продолжать делать вид, что верю тебе. А когда останешься наедине с собой, ответь честно: кем заполнены твои мысли? — И, Мими… он рисковал собой ради встречи с тобой. Как ты будешь договариваться со своей совестью, если он опять попадёт в руки Ребекки? Последний раз бросив взгляд на застывшую, словно скульптура, подругу, девушка вышла из комнаты. От хлопка двери Мими сомкнула глаза, и по щеке прокатилась одинокая мокрая бисерина.

***

Ночь прошла сложно, дилемма разрывала непризнанную изнутри. Выбор, от которого зависел исход войны, от которого зависело огромное количество жизней. Голова кипела от вихря мыслей, но поток воздуха при полёте слегка освобождал её, разгружал. Вики медленно выдохнула, закрыла глаза, перезагружаясь, и освободилась от тягостной ноши. Решив остаток перелёта абстрагироваться, Вики просто наслаждалась пейзажами розовеющего утреннего неба. Переступив порог пристанища метиса, девушка опешила от увиденного. Помимо вчерашнего бардака, прибавилась алкогольная свалка на кухне. Словно после её ухода закатили самую масштабную вечеринку Ада. Подняв бутылку, с которой всё ещё капало спиртное, непризнанная пробралась глубже в берлогу. На диване смиренно, словно младенцы, в обнимку спали Люцифер и Мальбонте. Брови Вики достигали корней волос от удивления. Поравнявшись лицами с сыном Сатаны, девушка шлёпнула ладонью по его щеке. Ноль реакции: два бездыханных тела продолжали покоиться. Подняв руку Маля и высвободив Люцифера, девушка со всей силы дёрнула его, опрокинув на пол. Демон головой ударился об край кофейного столика, что резко пробудило его ото сна. — Какого…? — с трудом прошипел он пересохшими губами и зацепился затуманенным взглядом за девушку. — За что? — потёр ладонью место удара, затем глаза. — На кухню, живо! — зло процедила девушка, указывая направление, в котором нужно идти. Демон не сразу смог встать на ноги, но спустя несколько попыток он не совсем уверенным шагом поплыл в указанном направлении. — Что, чёрт возьми, здесь происходило? — И тебе привет, любимая, — расплывшись в не самой кокетливой улыбке, мужчина распростёр объятия. Вики ударила его по руке. — Я слушаю, Люций. Отряхнув ладонь от удара, мужчина недовольно хмыкнул, нахмурившись. — Парню было паршиво, и я решил его вытянуть из болота накатившей депрессии. — Алкоголем? — Я ещё предлагал ему демониц, но он наотрез отказался. — Люцифер, ты обалдел? Ты предлагал ему других женщин? — Да, и мне не стыдно. Твоя заносчивая подружка совсем берега попутала. Протерев лицо ладонями, демон попытался взбодриться. — И да, с Сэми чтоб я тебя тоже не видел. Оказалось, они не так просты. Ненадёжные товарищи. Вики нервно провела ладонью по лбу. — Шепфа, как же вы умудрились так надраться? — Парню нужна была неотложная помощь, твоя сучка-подружка растоптала его, а он профан в этих вопросах. — Но ты, конечно же, введёшь его в курс дел, — съязвила непризнанная. — Может, в ваш клуб ещё Тома позвать? — Ему здесь не рады. — Малю ты тоже не был рад. — Я пересмотрел свои взгляды на его счёт. Вики глубоко вздохнула, раздув ноздри. — Я пошла искать Адмирона. Что хочешь делай, но чтоб к моему приходу были как стёклышко. Она схватила его за шиворот и притянула к себе. — И чтоб никакого алкоголя! — процедила Вики. — Заговоры, эликсиры, амулеты, хоть в святой воде купайтесь.

***

Непризнанная вылетела пулей из логова метиса. Злилась на Люцифера и его методы лечения, на его безответственность. Просит слепо ему верить, а сам такие глупые выходки вытворяет в самый ответственный момент… Уууу… Зла на него не хватает. Одно решение всех проблем: алкоголь, сигареты и бабы… Девушка понимала, что они не приведут себя в чувства за ближайшие часы. Времени у неё было минимум до обеда, поэтому за учителем она не спешила. В моменты, когда от злости сковывало лёгкие, всегда помогал полёт. Не размышляя больше ни секунды, непризнанная сорвалась с места и, махнув своими массивными крыльями, оторвалась от земли. Потоки ветра щекотали кожу, Вики подставила ему раскрытую ладонь, перебирая пальцами. Злость постепенно отпускала, а на лице появлялась умиротворённая улыбка. Следующая идея зародилась моментально. Она сделала пару вращений в небе и изменила траекторию движения. Приземлилась Вики мягко, не привлекая лишнего внимания. Нашла укромную лавочку и села напротив открывающегося вида на Цитадель. Сердце замерло, душу разрывало от противоречивых чувств: сорваться с места и бежать, пока не поздно, и остаться — чтоб хоть глазком взглянуть на неё. Возможно, это поможет ей сделать правильный выбор. Может, она получит какой-то сигнал свыше. А какое «свыше» может быть, если она принимает решение о свержении Шепфы во главе своей матери? Быть человеком куда проще — люди много решений принимают от каких-то мнимых сигналов судьбы, а бессмертные сами строят свою. Вики сидела и рассматривала проходящих мимо ангелов. Некоторые останавливались и слегка склоняли голову, складывая ладони перед собой в знак приветствия. Она изучала разнообразие окрасов крыльев: белоснежные, лаймовые, мерцающие серебряные — какие же они были прекрасные. В какой-то момент она зацепилась взглядом за жёлтые — они сильно контрастировали с золотыми рисунками на одежде хозяйки. Сердце учащённо забилось, ладони вспотели. Вики нервно сжала край своей рубашки. Девушка всматривалась в строгие черты лица матери. Её всегда пугали и отталкивали такие люди. Так обычно выглядели неудовлетворённые своей жизнью домохозяйки или женщины на низкооплачиваемых работах. Обиженные жизнью, которые считали, что им все что-то должны. Непризнанная задержала взгляд на опущенных уголках губ — она с откровенным презрением кого-то отчитывала. Миловидная светловолосая девушка вжимала голову в туловище и нервно выкручивала руки за спиной. Вики напрягла слух, чтоб услышать, о чём говорит Ребекка. Она не боялась быть замеченной, так как её энергия значительно изменилась с их последней встречи. Под тяжестью тьмы Люцифера проблесков силы Маля почти не ощущалось, а о родной энергии и думать смешно. — Как можно быть такой никчёмной? Я дала тебе элементарное задание! — зло цедила Ребекка. — П-п-простите, Серафим Ребекка. — Запомни, Балькис, громкое имя твоего деда не даёт тебе никаких привилегий! Если ты бездарность, то практика в Цитадели тебе не поможет. А теперь вытри сопли и сделай что-то полезное! Она небрежно тряхнула рукой перед лицом девушки, будто отгоняла назойливую муху. Юная ангел поспешно удалилась, а Ребекка, высокомерно поправив одежду и причёску, стала подниматься по лестнице в Цитадель. Пройдя несколько пролётов, она почувствовала испытывающий взгляд, прожигающий дыру в спине. Ребекка остановилась и медленно обернулась на лавочку, где секунду назад была её дочь, но никого не обнаружила.

***

Найти Адмирона было совсем не сложно, он всегда был неподалёку: то ли опекал, то ли контролировал. Всю дорогу до дома Мальбонте они практически не разговаривали. Вики была погружена в свои размышления и анализ поведения матери. С учителем она своим путешествием к Цитадели не делилась. Открыв двери, непризнанная замялась на пороге от неожиданности. Девушка надеялась, что мужчины были хотя бы в адекватном состоянии для разговора. К её изумлению, они были в полной боевой готовности, словно утренний бардак был миражом. Люцифер, лёжа, курил на диване, запрокинув ноги на кофейный столик, а Маль дотирал последнее пятно на полу. Это снова было достойное жилище — чистое и опрятное, каким было раньше. Как будто оно отражало душевное состояние хозяина: как сейчас, так и тогда. Словно эта попойка с сыном Сатаны омыла его сердце, и оно теперь — как капля утренней росы. Что ж мужчины за создания-то такие? Все собравшиеся расположились за столом переговоров. Повисла неловкая тишина, все переглядывались, не решаясь начать. Маль смотрел на нового гостя волчком. Чёрные глаза испепеляли, враждебная поза выказывала его настрой. Адмирон же вёл себя величественно, под стать своему положению, игнорируя открытое презрение со стороны метиса. Разговор начал Люцифер: — Адмирон, я полагаю, что бессмысленно скрывать нашу связь с Вики. Верховный демон качнул головой в знак согласия. — Тогда ты должен понимать, что твоё предложение я считаю безумным и категорически против его осуществления. Он сложил на столе сомкнутые кулаки. Винчесто ещё раз кивнул, показывая, что его мнение имеет место быть. — Ты мой давний друг и наставник, ты был мне как отец, и я понимаю, что ты обрёл любовь. Как никто теперь понимаю. — Он быстро скользнул взглядом по непризнанной и вернулся к собеседнику. — Я понимаю, что ты хочешь её спасти и защитить, но это не будет реализовано ценой жизни Вики. Моей Вики, — насупившись уточнил он. Не успел Адмирон что-то ответить, как Вики жестом остановила его, затем повернулась к Люциферу. — Я ценю твою заботу, правда ценю. Но моя роль в этой битве предрешена задолго до её начала. И если я буду отсиживаться под твоим крылом, то исход её может быть куда более печальным. Она прижала свою ладонь к щеке мужчины и провела большим пальцем. — Люций, я не прощу себе этого. Я не прощу себе гибель матери. Мне плевать, кем она стала. Мне плевать, какие чувства она ко мне испытывает. Я — не она, и я не позволю ей погибнуть. Не по моей вине. Я теряла её однажды, теперь её жизнь в моих руках. У меня есть шанс её спасти. Я обязана им воспользоваться. Демон сжал челюсть до скрипа и желваков. Костяшки на сжатых кулаках побелели. Глаза сомкнулись, а когда он их открыл — они стреляли алыми искрами. Вики положила свои ладони на его кулаки и без страха заглянула в его раздосадованный взгляд. — Если бы у тебя сейчас появился шанс спасти свою мать?.. Прости, что лезу в самую болезненную рану. Ты бы прислушался к моим мольбам и просьбам? Оставил бы её погибать ещё раз, зная, что её жизнь зависит от твоего участия? Он снова закрыл глаза и сжал их со всей силы, тело начала бить мелкая дрожь. Вики перевела взгляд на Мальбонте. — А ты? Если бы у тебя появился шанс спасти своих родителей, слушал бы чьи-либо советы? Я к тебе обращаюсь сейчас как друг. Ради меня — отпусти своё желание мести. Ты сможешь это сделать ради меня? Ребекка, как и ты, потеряла всё. Ты был её шансом на новую жизнь. Тебе не страшно, что на пути к своим желаниям ты потеряешь себя и станешь подобен ей? Ты потеряешь всех, кого приобрёл. Ты потеряешь Мими. Взгляд метиса смягчился, чернота и тьма в его зрачках стала рассеиваться. — Я обещаю, что защищу тебя. Я не отдам тебя ей. Тебе больше не будет больно. Мы доберёмся до Шепфы, но не для того, чтоб убить. Для того, чтоб дать нам шанс на нормальную жизнь, не в бегах. Ты сможешь мне довериться? — Дитя, твои речи прекрасны, но они очень романтизированы, — вмешался в её монолог Винчесто. — Что ж, пусть так, но я приняла решение и не отступлю от него, — девушка выдержала каждый взгляд, направленный на неё. — Если никто больше не будет пытаться меня разубедить, то можем приступать к обсуждению деталей? Когда с переговорами было покончено, Люций пошёл провожать старого друга. Задержавшись на пороге, сын Сатаны предупредительно подметил: — Адмирон, я надеюсь, что ты понимаешь всю тяжесть моего гнева, если хоть волос с её головы упадёт из-за твоего плана. Винчесто сжал плечо демона и понимающе кивнул. — Обещаю заботиться о ней… уже забочусь, Люций. Я вижу, как она дорога тебе. Похлопав друг друга по плечам, мужчины распрощались. В это время Вики с Мальбонте остались в гостиной. — Я хотела бы ещё раз тебя предостеречь — посещение академии небезопасно для тебя, Маль. Но на случай, если ты меня ослушаешься: я сегодня не планирую возвращаться домой, — подмигнула непризнанная мужчине. Сзади на её плечи легли крепкие руки демона. Он нагнулся к уху и прошептал: — Значит, ты принимаешь моё приглашение на ночёвку? — Да, но ничего не будет. Даже не надейся. Я иду лишь с расчётом на обещанное свидание завтра. — Вики, ты знаешь, что у мужчин на похмелье очень чувствительное тело, и все чувства обострены, а у бессмертных — вдвойне? Я до утра не сомкну глаз, если ты будешь лежать у меня под боком, и мне ничего не выгорит. — Самообладание, Люцифер, твой лучший друг на сегодня, — девушка пальцем щёлкнула его по носу и встала со стула. — И тогда тебя завтра будет ждать незабываемая награда. Сказала она, заглянув в его глаза игриво. Его взгляд разгорелся, а кадык медленно дёрнулся от того, как нервно он сглотнул. — Пошли, герой-любовник, — ухмыльнулась непризнанная и, взяв Люцифера за ладонь, потащила на выход.