Темная Звезда

— Я уже не первый раз замечаю, что вы говорите о своих друзьях в настоящем времени. Хотя, судя по присланным военными документам, они числятся погибшими в конце апреля тысяча девятьсот сорок пятого года. Василий снова опасливо посмотрел на входную дверь. После он от волнения потер руки и наклонившись к собеседнику тихо произнес: — Мне кажется они живы. Все они, все те, кто выбрался из ада. — С чего вы так решили? — поинтересовался Константин, также наклонившись к собеседнику. — Когда мы освободились от Вольфгана Фукса, там, в бункере… мы не сразу поняли в чем дело. Забаррикадировавшись в лаборатории, мы все, двенадцать человек, решили работать одной командой, пользуясь нашим новым преимуществом перед врагами. Тогда-то мы придумали код, благодаря которому мы могли опознать друг друга. Некоторое время после побега мы поддерживали связь друг с другом, ну… кроме Хоррора. После того как он нас предал, мы изменили шифр. И все бы ничего… но совсем недавно я получил необычное сообщение на свою страничку в социальной сети. — Подождите… — удивленно прервал рассказ психотерапевт, отклоняясь назад. У вас есть страничка в социальной сети? — А еще ноутбук, сенсорный телефон микроволновая печь и кофемашина… — Прошу прощения, просто это очень удивительно, что вы так быстро освоились. И страничка с вашими фотографиями? — Нет, — улыбнулся Василий. — Я там не для поиска друзей или общения. Так я могу наблюдать за жизнью Леры и делиться с людьми своими воспоминаниями и мыслями. — Вы следите за своей внучкой и ведете свой блог? Василий лишь наклонил голову влево, с удивлением глядя на собеседника. — Простите, слишком удивленно получилось, — оправдывался Константин. — То есть вы следите за своей внучкой и ведете свой блог? — Он снова осекся. — Вот видите, по-другому не получается. — Ничего, — усмехнулся Василий. — Да, можно сказать и так. — Удивительно. Ну хорошо. И что же вы получили за сообщение? — Вроде как это текст от учителя истории, но он был с кодом вернувшихся. — Вы считаете, что с вами хотел связаться кто-то из исчадий? — спросил психотерапевт. Ответом ему был лишь безмолвный кивок. — Из тех, кого мы знаем? — продолжил Константин, демонстративно положив пальцы на военные дела. — Я не знаю, — наконец ответил Василий, отклонившись на спинку дивана, и поднял голову вверх. — Но способ повествования очень похож на письма Ариэль. — Ариэль, — задумчиво произнес Константин, перебирая папки с делами исчадий. — Я видел ее дело. Вот она. — Он показал Василию папку, а после начал зачитывать вслух написанную там информацию: — Арина Капанадзе. Суточная адаптация тела. В дневной форме ее кожа становится синей. Она способна управлять воздушными потоками и исцелять прикосновением. В ночной форме ее кожа становится красной и очень прочной. Способна создавать огонь и управлять им, благодаря чему может летать. Уязвима в любые формы затмения, так как ее тело становится каменным. Внутри статуи происходят биологические изменения тела. Если в этот момент повредить ее каменную оболочку, она может погибнуть. — Каменная форма? — удивленно спросил Василий. — Да, здесь так и написано. Вот, посмотрите. — Константин показал прикрепленную к делу черно-белую фотографию со статуей, покрытой чешуей. — Я не знал об этом. — Василий испугано посмотрел на собеседника. — Да, утром и вечером на ее теле появлялись темные чешуйки, которые меняли ее кожу. Но это происходило за несколько минут, и она могла двигаться и разговаривать. А вот чтобы прямо неподвижная статуя – такого я не видел. — У способностей есть свойство развиваться или проявлять скрытый потенциал. — Константин отложил папку на край стола к другим таким же – исчадий, которых он с собеседником уже обсудил. — А все остальное правда? Или снова военные преувеличили? — Да, все остальное верно. Вот только в ночной форме Ариэль становилась сильнее от гнева и, можно сказать, от негативных эмоций. В то время как днем ее силы питали спокойствие и положительные эмоции. После того как нас приняли обратно в армию, её я почти не видел. Но слышал множество историй от солдат о том, как смертельно раненые бойцы чудесным образом выздоравливали. Я точно знал, что это её рук дело. Василий с грустью потупил взгляд. Он смотрел, не отрываясь, на пустую кружку из под кофе, думая о чем-то своем. — Люди, пережившие вместе катастрофу, становятся близки друг к другу. Они неосознанно считают себя частью одной семьи. И неважно сколько прошло лет с того рокового момента – их тянет друг к другу. Поэтому у вас было желание общаться, поддерживать друг с другом связь и выискивать новости о своей новой семье. И если то сообщение было действительно от кого-то из исчадий, вам нужно на него соответствующим образом ответить. — Хотите, чтобы я их нашел для военных? — Нет. Я хочу, чтобы вы нашли их для себя. Вы ведь этого хотите? Очередная причина вернуться в социум. Найти исчадий. Свою семью. — Ну да… — Василий снова прикусил губу. Он глубоко вздохнул, как послышался стук в дверь кабинета. — Предлагаю немного прерваться. — Константин решительно встал с кресла. — Полежите пока на диване, отдохните. Приведите свои мысли в порядок. А я скоро вернусь. Василий украдкой улыбнулся и кивнул, удобно располагаясь на диване. Закрыв глаза, он сложил руки на животе и стал глубоко дышать грудью для успокоения. Психотерапевт направился к двери. Открыв ее одним касанием, он увидел одного из своих клиентов, чье время как раз должно было вот-вот начаться. — Здравствуй, Сергей. Давай поговорим в коридоре. — Замечательно. А эти клоуны что тут делают?