В километрах старой пленки

Рюджин казалось, что словно сама атмосфера в колледже изменилась: тут и там можно было услышать взбудораженные шепотки студентов, предвкушающих не столько сам Рождественский бал, сколько его подготовку, обсуждая главных ее организаторов. Не прошло и двух дней с объявления предстоящего мероприятия, как на студентов обрушилась еще более внезапная информация, всколыхнувшая даже тех, кто держался в стороне от последних сплетен и новостей. — Я все понимаю, но мне кто-нибудь объяснит, какого черта нарисовались эти соревнования между колледжами? Нам и так хватает забот с подготовкой к балу, так теперь еще в срочном порядке приходится комплектовать сборные команды по пяти дисциплинам! — возмущалась Ханна, перетаскивая коробки с украшениями из подсобки, чтобы отобрать наиболее подходящие к выбранной в этом году тематике. — Ну, не мы одни страдаем. — фыркнул Крис, ставя рядом с сестрой очередную коробку с проводами. — Другим колледжам приходится заниматься тем же самым. Просто городской комитет спорта решил, что это будет интересным и полезным опытом, ну и заодно пересмотреть рейтинг спортивных учреждений. — добавил он, более аккуратно сматывая удлинители. — Ты-то откуда знаешь? — недоверчиво хмыкнул Чанбин, сидя над списком будущей команды по тяжелой атлетике. — Директор проговорился, когда я спросил его про интересы нашего колледжа в данном мероприятии. — поделился старший. — Я так подозреваю, он сказал, чтобы мы всех порвали. — хохотнул Чанбин, зачеркивая что то в списке и вписывая рядом новое имя. — Ну это даже не обсуждается. — закатила глаза Ханна, устало плюхаясь в кресло и закидывая ноги на подлокотник. — В любом случае, спасибо и на том, что на нас только организация только соревнований по плаванию. Нам сделали скидку из-за бала, поэтому остальные соревнования проходят на территории двух других колледжей. — пожал плечами Крис, заканчивая с последним удлинителем. — Только ты забыл упомянуть о дурацкой идее культурной программы обмена перед каждым из этапов. — подал голос Чонин, откуда-то из-под стола, где собирал рассыпавшиеся гайки и болты. — Мало того, что нам придется посещать чужие занятия и тренироваться на чужой территории, так еще и эти придурки к нам припрутся уже в понедельник. — возмутился он. — Эй, не говори так о тех, кого ни разу не видел. — даже оторвалась от проверки списка Рюджин, так как ей категорически не понравился настрой младшего. — Поверь, мне не нужно их видеть, чтобы знать, каких козлов я увижу. — фыркнул парень, вылезая из-под стола и пересыпая собранные гойки в жестяную банку. — Прости, но тут я соглашусь с Чонином. — подал голос Чанбин. — в прошлом году у нас проходила пара «дружественных» футбольных матчей… Так вот от дружбы там одно лишь название. Трое наших игроков получили серьезные травмы, а один даже попал в больницу с переломом. Они играют грязно и агрессивно. И судя по тому, что я слышал от своих знакомых, это как минимум отличительная фишка одного из тех колледжей, которые мы ждем в гости. — Все действительно так плохо, как говорит Чанбин? — спросила Рю у Криса. Тот развел руками: — Хотел бы возразить, но боюсь, парни правы. — Девчонки там тоже не пышут добродушием. Те еще стервы. — лениво отозвалась из кресла Ханна. — Эй! — нахмурился Чан. — Брось, оппа, ты же сам разнимал Лису и ту рыжую. — фыркнула младшая сестра. — Хотя я бы позволила Лисе как следует вмазать этой швабре! — Ханна! — Чанбин-оппа, ну скажи я права! — Ну технически хук лучше поставлен у Йеджи… — Так, закончили эту тему! — вмешался Чан, пока сестра совсем не распалилась. — Подводя итог: нас ждет очень веселый месяц. — хмыкнул Чонин. — А где, кстати, наш обед? — недовольно спросил он старших, сменив тему. — Хены ушли в столовую полчаса назад. Они решили самостоятельно взрастить рис или как? — Возможно, было опрометчиво отправлять за едой Хенджина и Сынмина одновременно… — вздохнула Рюджин, невольно бросая взгляд на матовое стекло двери, за которой было не различить толком происходящее в коридоре. — С ними пошел Хан, в случае чего, он бы сразу нам написал. — успокаивающим тоном произнес Чанбин. — А это разве не его телефон? — вмешалась Ханна, кивнув на лежащий на краю парты телефон в ярко-зеленом чехле. — Ну, или не написал бы… — пробормотал Со, тут же доставая свой телефон и судорожно проверяя входящие сообщения и студенческие чаты. — Так, а вот теперь совсем не смешно. — Рюджин подскочила со своего места, намереваясь поспешить в столовую, однако не успела дойти до двери, как та распахнулась и в нее вошел груженый напитками Хенджин, следом Хан и, наконец, Сынмин, обвешанный пакетами с пластиковыми контейнерами. — Слава богу! — выдохнул Крис, расслабляясь. — Думал, мы совсем идиоты, и подеремся в столовке? — фыркнул Сынмин, сгружая контейнеры. — Ну, если честно… — не стал лукавить Чан, заработав сразу два укоризненных взгляда. — Ну спасибо. — проскрипел Хенджин, ставя напитки и располагаясь за самым дальним от Сынмина столом. Тот на это лишь закатил глаза и сел рядом с Чанбином, ближе к выходу из комнаты киноклуба, где они находились. Им все же пришлось обсудить новые обстоятельства, с которыми им придется считаться. Поэтому, хоть и не сразу, они не сговариваясь решили выбрать самую безопасную позицию: на публике как минимум перекидываться какими-то фразами и взаимодействовать, но оказываясь вне чужого наблюдения — делать вид, что второго просто не существует. — Вам самим за эти несколько дней не надоела ваша дурацкая холодная война? — вздохнул Чанбин, толкая плечом Сынмина. — Не понимаю, о чем ты. — равнодушно произнес Сынмин, отпивая из своего стакана. — Оставь их, лучше худой мир, чем добрая ссора. — буркнул Чонин, забирая два контейнера с едой. — Говоришь, как мой дед. — расхохотался Джисон, глядя на своего младшего. — Я и есть твой дед. — огрызнулся Чонин, стукнув Хана взятым для него контейнером. — Пойду проверю, может тренеру нужна помощь в бассейне. Там новый инвентарь должны были привести. — выдохнул Хенджин, поднимаясь из-за стола и направляясь на выход. — Да подожди ты, поедим и вместе сходим. — попытался остановить его Чан, но Хенджин лишь отмахнулся и вышел из кабинета, чуть не столкнувшись с Феликсом в дверях. — Вы что, опять поцапались? — удивленно пробасил Ликс, переводя взгляд со спины Хенджина на сидящего недалеко от входа Сынмина. — Просто забей. — вздохнул Чан, протягивая Феликсу его порцию. — Пойду уточню у господина Чона по поводу декораций. — Рюджин подхватила свой список и рюкзак, и вышла из комнаты. — А как же обед? — крикнул ей вслед Хан, но она уже шмыгнула в коридор. — Ясно… — протянул Феликс, неловко кашлянув, — А я с новостями. Только что столкнулся у главного входа с делегацией из Западного кампуса. — Что они забыли здесь? — нахмурился Чонин, отвлекаясь от еды. — Не знаю, наверное, обсуждают детали их недельного пребывания у нас. — пожал плечами Феликс. — Возможно. Я слышал, что для удобства гостям будет предоставлено жилье. Отец упоминал про отель рядом с нами, который арендуют на время соревнований. Наших также разместят ближе к учебным корпусам других колледжей. — вставил свое слово Сынмин. — Ясно. Но вопрос больше не в том, что они здесь делают, а в том, кто конкретно к нам пожаловал. — вздохнул Феликс, садясь на свободный край парты. — Я видел Мингю. — Что? Они серьезно решили допустить его до участия?! — Чан так внезапно подскочил со своего места, что все присутствующие в кабинете вздрогнули от неожиданности. — Чем вообще думает ректор Запада? — Только цифрами, это очевидно. Не смотря на некоторые «неудобства», он приносит им победы. — развел руками Сынмин, — А победы — это внимание, престиж и деньги в колледж Вот и все. Чану было нечего возразить. Устало потерев переносицу, он занял свое место. — Черт, придется пересматривать игровой состав. Мне не нужно новых травм в выпускном классе. — вздохнул он, пододвигая к себе пластиковую папку со списками возможных участников, переданные старостами других классов. — Ладно, прогуливать здорово, но мне нужно согласовать график репетиций с парнями, пока их не приплели к какой-нибудь очередной директорской самодеятельности. Передайте Минхо, что теперь его очередь быть щитом между нашими идиотами. — усмехнулся Джисон, помахал всем на прощание и вышел из кабинета. *** Рюджин почти не соврала про декорации, но в первую очередь ее беспокоил Хенджин. Она не была в курсе договоренностей между ним и Сынмином, но ей совершенно не нравилось, как это выглядело изнутри. Словно после каждой демонстративной улыбки или рукопожатия они отдалялись только больше. К тому же, с момента их последней встречи в тату-салоне, они так толком и не поговорили. И не то, что бы Рюджин действительно хотела обсуждать их поцелуй (даже от воспоминаний уши начинали гореть), но и последущее откровение Феликса не делало ее жизнь проще. Господи, как же она устала сама от себя! Но даже если бы у нее была возможность прожить восемь разных жизней, в каждой из которых она встретила бы только одного из парней, она бы все равно испортила все своей неуверенностью, потому что так и не могла решить, чего же она действительно хочет. Кого видит возле себя. Выворачивая наизнанку душу перед лучшей подругой, Рюджин показалось, что она смогла бы объяснить свое поведение единственным словом: жадность. Жадность до внимания, жадность до любви, жадность до человеческого тепла. Но если это было так, разве ей бы не хватило любого из них? Нет. Она не могла выбрать, потому что хотела всех. Все вокруг говорят о каких-то глупых вторых половинках, которые мы ищем на протяжении жизни, но не в случае Рюджин. Какие к черту половинки, когда она чувствала себя деталью сложного пазла, который никак не может собраться всего лишь из двух частей. Словно шестеренки в механизме, каждый из людей, появившихся в ее жизни, вставал на свое место, заставляя окружающий мир оживать. Убери любого из них — и все остановится. Может, именно поэтому она подсознательно и не давала себе возможности определиться, оправдывая себя серой моралью, заставляя страдать других только потому, что давно решила, что будет в конце этой истории. И, возможно, она стала позволять себе больше просто потому, что хотела насладиться каждым мгновением, чтобы в конце ни о чем не жалеть. Говорят, первая любовь не забывается. Может и так. Но никто не говорит, сколько раз ты можешь испытывать эту первую любовь. Говорят, что первая любовь редко заканчивается счастливым концом. Но тогда тем более стоит ценить каждый ее миг, пока она дарит счастье. Иначе зачем все это? Именно поэтому было важно не дать Хенджину и Сынмину отдалиться окончательно. Этого нельзя было допустить. Ведь дружба, в отличие от любви, не должна иметь срок годности. Это то, что можно сохранить и пронести сквозь года. Все недопонимания забудутся и сотрутся из памяти, потеряют остроту и важность, а вот пустота внутри так и останется пустотой. И она не желает этого никому из своих близких. Кажется, Хенджин действительно отправился к бассейну, потому что Рюджин успела заметить, как его макушка скрылась за железной дверью, ведущей в плавательный корпус. Она ускорилась, намереваясь догнать, и не сразу заметила, как на пути оказалась огромная фигура какого-то старшеклассника. Рюджин не успела отшагнуть в сторону и врезалась в него плечом, заставив покачнуться от неожиданности. — Прости. — буркнула она, на ходу поправляя съехавший рюкзак, но незнакомец явно не был намерен спускать все на тормозах. — Эй, ты глаза где потеряла, цыпа? — лениво протянул парень, разворачиваясь к Рюджин и хватая свисающую лямку ее рюкзака, дернув, словно собаку на поводке. — Я же извинилась. Пусти. — спокойно ответила она, поднимая взгляд на грубияна. Судя по эмблеме на форме, он был явно не из их колледжа. Рослый, на две головы выше нее, а шириной плеч мог смело потягаться с Крисом и Чанбином. Тем не менее, это не давало ему права вести себя так на чужой территории. — А ты дерзкая. Но за такую мордашку можно и простить. Если извинишься как следует. — нагло растянул губы в улыбке этот амбал. Рюджин, пораженная чужой наглостью, иронично изогнула бровь, уже прикидывая, что ответить, но ее опередили: — Если не отпустишь, то извиняться придется уже тебе. — Это кто там такой смелый с лишними ребрами? — ткнувшись кончиком языка в щеку, спросил чужак, даже не соизволив взглянуть на спрашивающего. В отличие от Рюджин, во все глаза глядящую на хмурого Джисона. Она, пожалуй, впервые видела его таким серьезным. — Это ты про себя что ли? Я сказал: отпусти девушку, Мингю. Она спешит. — холодно процедил Хан, делая шаг к Рюджин. — Хан? Да неужели это ты? Давно не виделись. Все такой же языкастый. — парень нехотя повернулся, чтобы смерить презрительным взглядом Джисона, на его фоне выглядящего чуть ли не доходягой. — А ты такой же недалекий. Так ты свалишь или тебе помочь? — криво улыбнулся Джисон, совершенно не смущенный заметной разницей в их телосложении. — Думаешь, если такой борзый, я тебе не двину? — Судя по тому, сколько ты треплешься — вряд ли. — парировал Хан. — он с силой дернул за лямку, вырывая ее из чужой хватки. — Рю, пойдем. — он взял девушку за запястье и потянул за собой. — А ну стоять! — выкрикнул парень, шагая за ними. — Стоять, я сказал! — разозлившись на то, что его игнорируют, он нагнал Хана и дернул за плечо, разворачивая к себе. — Я с тобой говорю, придурок! — Да? А я думал ты просто крикливый идиот. — фыркнул Джисон, окончательно доводя чужака до белого каления. — Ах ты… — он замахнулся, намереваясь ударить в челюсть, но Хан ловко увернулся от удара. — А сколько гонора-то было. — закатил глаза Джисон, усмехаясь. — Очки где-то потерял? — Джисон, хватит, пойдем отсюда. — нервно вмешалась в перепалку Рюджин потянув его за руку, пока не стало слишком поздно. — Да, конечно. — беспечно улыбнулся Хан, чуть обернувшись к девушке. — Тварь! — взревел Мингю, снова замахиваясь. Увернуться во второй раз уже не получилось, только поставить кривой блок, из-за чего Джисон все же получил по ребрам, пусть и не со всей силы. Вдохновившись удачной атакой, Мингю замахнулся еще раз, намереваясь попасть Джисону коленом в живот. И ему бы удалось, если бы не Рюджин: она метнулась наперерез, попытавшись блокировать удар выставленным перед собой рюкзаком. Тот смягчил удар, но девушке все равно досталось. Потеряв равновесие, она упала на гравийную дорожку, содрав кожу на ладонях. — Черт. — прошипела девушка, разглядывая ободранные руки с прилипшими к ним мелкими камушками. — Зря ты это. — выдохнул Джисон, без предупреждения подныривая под чужую руку и со всей силы ударяя коленом в живот. Примерно так, как это планировал сделать сам Мингю минутой ранее. Громила, не ожидая такой быстрой атаки, пропустил удар и с хрипом согнулся, делая пару шагов назад и безотчетно хватаясь за живот, тем самым открывая поле для следущего удара, чем не преминул воспользоваться Джисон, заряжая кулаком по скуле. Голова Мингю мотнулась, парень взревел, с размаха ударяя снизу-вверх не успевшего отдалиться Хана под дых. Тот отшатнулся, но тут же сгруппировался и ринулся на Мингю, ударяя головой в солнечное сплетение, намереваясь повалить того на землю. Естественно, ему не хватило массы, чтобы завалить такую махину, зато Мингю этим воспользовался, выполнив серию коротких ударов в чужой живот. Благо Джисон успел напрячь пресс, чтобы смягчить урон. Он вслепую ударил наотмашь, надеясь попасть по чужой голове, но парень успел отшатнуться, поэтому Хан лишь мазнул его кулаком по подбородку. Зато ему прилетел встречный удар в висок, заставив лопнуть кожу как перезрелую ягоду. Истеричный свисток разрезал воздух над ними, остановив уже несущиеся навстречу друг другу кулаки. — Что здесь происходит?! Немедленно прекратите! — к ним спешил разъяренный господин Кан, учитель по физкультуре. Драки не были такой уж редкостью, однако лишнее дисциплинарное взыскание не было интересно никому, особенно в выпускном классе. Поэтому оба парня опустили руки и отступили на пару шагов. Мингю морщился, потирая живот, а Джисон тыльной стороной ладони стер кровь с рассеченной скулы. — Все в порядке, господин Кан. Мы просто поприветствовали друг друга. — невинно улыбнулся Джисон, зачесывая челку назад. — Ага, по–спортивному. Ну знаете, этот обмен любезностями… Для мотивации соперников. — криво усмехнулся Мингю, поддержав чужое вранье. — Что-то не припомню, чтобы у нас в перечне дисциплин на соревнованиях фигурировал бокс. — иронично изогнул бровь преподаватель, оглядывая всю троицу. — Мне плевать, из-за чего все началось, но чтобы через секунду вас здесь не было. По колледжу ходит администрация города, проверяя подготовку к следущей неделе, и не дай Будда увидеть им грязное уличное побоище. — скривился он, тыкая в потупившихся парней. — И приведите себя в порядок! Устроили тут… Петушиные бои. — фыркнул он, выразительно посмотрев на смутившуюся Рюджин. — Мы все понимаем, господин Кан. — Поживее! — зашипел учитель, заметив кого-то вдалеке. Мингю ничего не сказал, лишь презрительно хмыкнул, разворачиваясь на пятках в сторону выхода с территории. Уже уходим. — поклонился Джисон, и не глядя нащупав за спиной руку Рюджин, потянул за собой в главный корпус. План проведать Хенджина резко провалился, вытесненный более насущными проблемами. У самого входа она резко остановилась, заставив Джисона дернуться от неожиданности. — Ты чего? — удивленно спросил он, поворачиваясь к девушке. — Кан же просил свалить. — Пошли в медпункт. О внешнем виде он тоже переживал. — буркнула Рюджин, рассматривая разодранные костяшки на его руке, до сих пор держащей ее ладонь. — Он или все же ты? — с легкой хитринкой в голосе, но все же тепло спросил Джисон, не скрывая улыбки. — Ты дурак или да? — возмутилась она, — Все же удар по голове без последствий не прошел, судя по всему. А вдруг у тебя сотрясение?! — Ты такая милая. — сощурился Джисон, щелкая Рюджин по носу. — Не переживай, если я буду помирать, у меня есть квалифицированный врач дома. Спасет. — слишком широко улыбнулся он и тут же поморщился из-за разбитой скулы. — Точно сотрясение. Пошли. — она сердито потянула его за собой в соседний корпус, где находился медпункт. Джисон по ходу действительно сильно прилетело, иначе как объяснить глупую улыбку, которая так и не сползала с его лица, пока он шел рядом с Рюджин. — Садись. Я найду аптечку. — буркнула она, так сурово ткнув пальцем в стул, что он невольно рассмеялся. — Чего ты? — Да так, вспомнил нашу первую встречу. Так что рассчитываю на очередные странные пластыри! — Не ерничай! — смутилась девушка. — Слушаюсь, госпожа Шин. — он шутливо поклонился, за что тут же получил легкий удар в плечо. — Ну ты и… — она покачала головой, поджимая губы. — Кто? — с интересом спросил Джисон, все еще улыбаясь. — Безумец, вот кто. Ты вообще видел этого громилу?! Зачем так глупо лезть в драку? — Он первый начал. — напомнил Джисон, пожав плечами. — А если бы он из тебя отбивную сделал?! — улыбка сползла с лица Джисона. — Я умею драться. — прозвучало так обиженно, что Рюджин против воли рассмеялась, заставив Джисона насупиться еще больше. — Это я видела. Но он чуть ли не в два раза шире тебя! Твои ребра вообще целы? Как ты вообще себе смог представить, что завалишь его? — Рюджин эмоционально всплеснула руками. Джисон хищно сузил глаза. Резко поднявшись, он сделал ногой мягкую подсечку, аккуратно роняя девушку на больничную койку и нависая над ней, уперевшись локтями по обе стороны от ее головы. — Примерно так. — немного хрипло ответил он, встречаясь взглядом с ошарашеной девушкой. — Думаешь, я только на гитаре играть умею? Я все же в спортивном колледже учусь. — Как и я. Но все равно нужно трезво оценивать свои силы. — тихо возразила Рюджин. — Поверь, ты просто многого обо мне не знаешь. — усмехнулся Джисон. — Но это уже другая история. — он вновь прошелся взглядом по ее лицу и не хотя отстранился, присаживаясь на край койки. Рюджин неловко кашлянула, принимая сидячее положение. — Кто это вообще был? — сменила тему девушка. — Ты назвал его по имени, вы знакомы? — Не то что бы. Пересекались несколько раз на соревнованиях. Он полный придурок. Как и вся его компашка. — задумчиво протянул парень. — Тогда тем более… — Ты, кажется, искала аптечку? — перебил ее Джисон, строя такое умильное лицо, что Рю оставалось только тяжело вздохнуть и отправится, наконец, на поиски. Спустя пару минут она подтянула к койке стул и села на него, поставив на колени белый ящичек. — Пододвинься, боец, мне нужно обработать твою бровь и щеку. — проворчала Рюджин, доставая ватный диск и смачивая его хлоргексидином. Хан согласно кивнул, подставляя свое лицо. Пожалуй, он согласен отхватывать каждый раз, если Рю будет волноваться так же, как и сейчас.