В километрах старой пленки

Не смотря на опасения Рюджин, к слову, совсем ирранциональные, Амин довольно быстро нашла нужный госпиталь, где договорилась проходить практику. Улыбчивая медсестра на ресепшене попросила ее подождать врача-терапевта, к которому она будет прикреплена, поэтому вот уже минут двадцать Амин сидела на светлом диванчике, лениво перелистывая брошюру о вакцинации населения. — Пён Амин? — кто-то окликнул ее по имени, заставив оторваться от скучного чтива. Обернувшись, Амин увидела симпатичную женщину в медицинском халате. Та вежливо улыбалась, но на лице присутствовала некоторая усталость. Амин такое отмечала у старших коллег после ночных или просто трудных смен. — Да, это я. — девушка тут же встала и поклонилась. — А вы?.. — Меня зовут Хан Джихе, я старший терапевт нашего госпиталя, и с сегодняшнего дня — твой куратор до конца этой практики. — Приятно познакомиться. — Амин вновь поклонилась. Доктор Хан замахала руками: — Довольно официоза, он тебе еще опостылет. Пойдем, покажу, как у нас все устроено. Заодно хоть проветрюсь, а то закопалась в бумажках по самую макушку, честное слово! На поверку госпожа Хан Джихе производила впечатление довольно оптимистичного человека, не утратившего человечность даже спустя годы работы в больнице, умудряясь находить баланс между сочувствием пациентам и профессиональным отношением к лечению. «Сработаемся», — сразу про себя подумала Амин, пока доктор Хан увлеченно рассказывала об интересных случаях в своей практике. Дойдя до сестринской, доктор Хан попросила выдать Амин свежую форму. — Так как сегодня твой первый день, особо загружать не буду, но ничего обещать не могу, сама понимаешь, где мы находимся. — развела руками терапевт. — Пока у меня есть еще немного времени, расскажи о себе — что умеешь делать, что у тебя хорошо получается? Я передам это нашей старшей медсестре, чтобы она могла рассчитывать на твою помощь или знала, в какой области тебе требуется поддержка или контроль. — спросила она, присаживаясь на диван и указывая на кресло напротив. — Я уже проходила учебную практику в больнице в Сеуле, могу показать характеристику от моего куратора. — тут же предложила девушка. — Я видела ее, но хотелось бы услышать все от тебя. — улыбнулась Джихе. — Что ж… Я умею ставить капельницы и закреплять катетеры, делать внутремышечные инъекции, составлять график приема назначенных лекарств, ухаживать за больными, накладывать несложные повязки и ассистировать при перевязках, также мне доверяли проводить осмотры и составлять первичный анамнез, правда, не в срочных случаях, и конечно с последующей проверкой куратора. — Это вполне разумно. — согласилась Джихе, — И тебе меньше стресса, и пациент при необходимости получит срочную медицинскую помощь. Но почему ты не продолжила практику в Сеуле, где и учишься? — спросила Джихе. Амин подозревала, что ее могут спросить об этом, но все равно вышло неожиданно. — А, это… — немного смутилась она, — Просто сюда перевелась моя лучшая подруга, и я не видела ее несколько месяцев и очень соскучилась. Поэтому решила, что это была бы отличная возможность повидаться. Но вы не подумайте, — тут же добавила она, — Я не планирую халтурить или как-то несерьезно относиться к своей практике! — она испуганно округлила глаза, решив, что ее воспримут легкомысленной. — Я даже и не планировала. — прычнула Хан Джихе, позабавившись с реакции девушки. — Напротив, мне это очень знакомо. Я так потащилась за мужем, когда он уехал на год в Африку работать в Красном Кресте. То, что ты так дорожишь вашей дружбой — это здорово. — Спасибо. — засмущалась девушка. — Что ж, каким будет мое первое задание? — деловито поинтересовалась она, чтобы закрыть немного неловкую тему. *** Побег Хенджина под прикрытием дел в бассейне плавно превратился в реальную помощь тренеру и учителю по физкультуре, господину Кану. — Знал бы, что для обновления нашего старья нужно просто позвать в колледж гостей — давно бы так сделал. — не сдержался от ехидства тренер Кан, перетаскивая поближе очередную коробку с ластами для инвентаризации. — Вы могли просто написать заявку моему отцу, уверен, он бы не отказал. — вздохнул Хенджин, переписывая в амбарную книгу очередной многозначный номер. Компьютеры компьютерами, но ничего надежней записей вручную люди не придумали, как сказал их завхоз, принося эту пыльную махину и шлепая на стол перед Хенджином. — Во-первых, я вечно забываю, кто твой отец. Ну не ассоциируешься ты у меня с богатеньким чеболем, уж прости. — усмехнулся тренер, — А во-вторых, этим должен заниматься директор колледжа и завхоз. Я ему каждый раз предоставлял список оборудования для обновления, но футбол и волейбол каждый раз оказываются важнее. — хмыкнул он. — А Сынмин? — не удержался от напрашивающегося вопроса Хенджин. — Ким Сынмин? –уточнил тренер. Хван кивнул. — А что с ним? — Он у вас тоже не ассоциируется с золотой ложкой? — Чего? Ха-ха-ха-хах, сам-то как думаешь? Да я об его ноги в кустах не раз спотыкался, пока он дрых перед главным корпусом! — от души расхохотался господин Кан. — А эти его переодевалки? Я как-то племянника забирал из больницы после отравления, так мне навстречу из палаты выпрыгнул Человек-Паук с моим Чонуком на спине и поскакал на четвереньках на выписку, больше походя на Человека-Кабана. — тренер разразился новым приступом смеха, настолько заразительным, что Хенджин невольно сам улыбнулся. — Ну да, вы правы. Не вяжется его образ с прокурорским отпрыском. — вздохнул парень. — А ты к чему спросил-то? — отсмеявшись, поинтересовался господин Кан. Пальцы с сжатой в них ручкой на мгновение замерли над строчкой. — Да так, просто. — пожал плечами Хенджин, возвращаясь к ведению записей. — Вот Минхо из вашей компании иногда похож. Но даже если бы не был из чеболей, мне кажется, это просто его характер. — продолжил размышлять тренер, распаковывая новую коробку. — Вот уж точно! — прыснул Хенджин, вспомнив старшего. — Но парень он хороший, надежный. В принципе, я так могу сказать о каждом из вас. Благородство… Оно же не в деньгах, а в твоих поступках, понимаешь? — добродушно усмехнулся тренер. — Понимаю. Но вот насчет некоторых не уверен. — буркнул Хван. Тренер задумчиво почесал побородок. — А, ты про ваши с Кимом разборки? — понимающе хмыкнул он чуть погодя. — Ну, это все же немножко другое. И если ты думаешь, что вы хорошо скрываете ваши разногласия, то поверь, это не так. — покачал он головой. — Поговорили бы лучше, по-нормальному, по-мужски. — господин Кан ударил кулаком в ладонь и подмигнул Хенджину. Тот округлил глаза: — Вы сейчас серьезно предлагаете мне набить ему морду? — воскликнул Джинни. — Не морду набить, — назидательно поднял вверх указательный палец мужчина, — А решить свои вопросы на ринге. В вас никуда не делось это внутреннее напряжение. И чем дольше вы остаетесь в этом состоянии, тем больше напоминаете мне ходячие бомбы. Лучше разрешить это сейчас, потом только хуже будет. — И как вы себе это представляете? «Эй, Сынмин, надевай перчатки, мы не договорили?» — иронично предложил Джинни. — Можно и так. А можно бросить в него эту самую перчатку и вызвать на дуэль. Ну знаешь, как в Европе делали. — смешно подвигал бровями тренер. — Вы издеваетесь, да? — набычился Хенджин. — Нет. Ну… Может, самую малость. Но насчет поединка — я вполне серьезно. Наконец поставите точку в том, кто был прав. А то ходите, морды друг от друга воротите. Не по- дружески. — поцокал языком тренер. — Во-первых, очевидно, что не прав — он. Во-вторых, мы не друзья. — скрипнул зубами Хенджин. — Во-первых, твое очевидно — очевидно только для тебя. Во-вторых, не был бы он тебе другом, ты бы так долго не злился, просто разочаровался в человеке и все. — философски пожал плечами Кан. — Любовь — это вообще очень сложная штука, которую невозможно контролировать, так что прости Кима хотя бы за это. Да, согласен, он поступил некрасиво с твоей сестрой, но она с этим справилась, а ты — выставил на всеобщее обозрение. — спокойно произнес тренер, заставив Хенджина вспыхнуть: — Откуда вы знаете? Вас там не было! — Как видишь, слухи дошли и до этого старика. — развел руками мужчина. — Не только девочки-подростки любят сплетничать. — вздохнул он. — Ты считаешь, что поступил верно в тот раз? Конечно нет. Хенджин пожалел об этом в тот же день, стоило взглянуть в глаза Йеджи. Но время назад не отмотать. Наверное, он бы и не натворил глупостей, но почему-то в тот момент почувствовал себя на месте сестры. — Я подумаю над вашим предложением, господин Кан. — наконец, ответил Хенджин. — Подумай-подумай, только не тяни. Кости принято вправлять сразу, пока они не успели срастись в неправильном положении, принося боль. — хмыкнул тренер. — Ну что, последняя коробочка и по домам? Что тут у нас? — он с интересом заглянул в небольшую коробку. — О, шапочки! Всего каких-то пятьсот штук, и мы на свободе! — Хенджин страдальчески сморщился, сползая по стулу под добродушный хохот тренера. *** К господину Чону Рюджин все равно пришлось идти — утверждение декораций никто не отменял, да и Джисону нужно было встретиться с участниками своей группы, поэтому они неловко попрощались у дверей медпункта, разойдясь в разные стороны. После успеха на школьном фестивале и праздновании Хэллоуина, администрация со скрипом, но выделила в качестве репетиционной точки одно из пустующих помещений третьего корпуса. Раньше там находились кабинеты труда, но пару лет назад был построен новый корпус, куда переместили мастерские, поэтому теперь здесь учебных занятий не проводилось, так что репетиции Frozen Lies никому не мешали. Гаон и Чонсу уже были на месте, развалившись на притащеном из коридора диване. Обменявшись рукопожатиями, Джисон не торопился браться за гитару, сперва решив обозначить дни репетиций и репертуар. — Что у тебя с лицом, хен? — удивленно вскинул брови Чонсу. — Да так, не важно. — отмахнулся Хан. Ребята многозначительно переглянулись, но промолчали, не сговариваясь решив расспросить старшего после репетиции. — А где, кстати, Гониль? — заметив отсутствие барабанщика, спросил Хан. — Сегодня не сможет. Его припахали к общественным работам. — пожал плечами Чонсу. — Это как? — насторожился Джисон. Неужели младший умудрился во что-то вляпаться? — Да расслабься, хен! — рассмаялся Гаон, — Он просто вместе с ребятами красит трибуны в главном бассейне. Задницы наших почетных гостей не должны касаться обшарпанных сидений, знаешь ли. — фыркнул он, выражая все свое отношение к этому. — А вам как отмазаться удалось? — удивился Хан. Ребята хитро переглянулись: — Мы ушли в туалет и больше не вернулись. А Гониль, как староста, такой роскоши себе позволить не смог. Госпожа Ли вцепилась в него мертвой хваткой. — поделился Чонсу. — Понятно. Ну тогда обсудим все с вами, а Гонилю просто перешлем, благо, у вас общее расписание. А завтра я утвержу график у ректора, чтобы вас куда-нибудь еще не припахали на благо общества. — усмпехнулся Хан. Потратив где-то полчаса на обсуждения и сет-лист для Рождественского бала, включив несколько композиций по просьбе администрации, которые еще предстояло отрепетировать, ребята наконец взялись за инструменты. Первые несколько песен Джисон нормально перенес, но потом боль в ребрах и животе усилилась, а гитара стала неприятно тянуть шею, словно привязанный к ней камень. На лице выступил маленькие капельки пота, неприятно щекоча кожу. — Думаю, на сегодня хватит. — устало проведя по лбу и смахивая пот, выдохнул Джисон. — Может все же расскажешь, что случилось? — вкрадчиво спросил Гаон, забирая гитару у старшего и ставя ее на специальную стойку. — Обменялся дружеским рукопожатием кое-с-кем. — хмыкнул Джисон, развалившись на диване и прикрывая глаза. — Сходил бы ты в медпункт, хен. — обеспокоено переглянувшись с Гаоном, посоветовал Чонсу. — Я уже там был, как раз перед репетицией. — отмахнулся Хан. — И что сказала медсестра? — Ее там не было. — усмехнулся Джисон. — Да в порядке я, не беспокойтесь. Просто устал немного. — Давай мы проводим тебя до медпункта и вместе дождемся медсестру. — предложил Гаон. — Не надо, вы же знаете, у меня мама — врач. Если совсем плохо будет, я лучше к ней обращусь. — Так, Чонсу, ты, кажется, живешь недалеко от госпиталя? Вот и мне в ту же сторону. — деловито хлопнул в ладони Гаон. — Заодно нашего хена доставим. А то я как-то не планирую выступать с этой развалюхой. — поддел он старшего, хитро улыбнувшись. — Поддерживаю. Ты нам имидж группы испортишь, если разболеешься перед выступлением или облажаешься, не разучив все по списку, который сам же и составил. — присоединился к заговору клавишник. — Вот же засранцы мелкие. — усмехнулся Хан. — Ладно, пойдем, но только потому, что я и так к матери зайти собирался. — он поочередно ткнул в них пальцем. — Пошли уже, ответственный сын. — рассмеялся Гаон, в четыре руки с Чонсу поднимая с дивана старшего. *** Господин Чон с сомнением рассматривал эскизы будущих декораций. — Вы хотите сказать, что это будет уместно на таком ответственном мероприятии? Я думал о чем-то более традиционном для такого праздника. — хмыкнул он, в очередной раз пролистывая папку с набросками. — Мы, совместно со студсоветом обсудили идеи, и все сошлись во мнении, что было бы неплохо изобразить синтез восточной и западной культур. Все же Рождество — это не исконно корейский праздник, к тому же, сейчас в тренде возвращение к истокам. К тому же, мы решили предложить сделать этот бал костюмированным, обратившись к эпохе Корё. Тогда декорации идеально дополнят студенты в исторических или близких к ним образах. — уверенно ответила Рюджин. — Ну не знаю… Не уверен, что администрация будет довольна. — Кстати, забыла сказать. Нашим главным организаторам, когда мы обсуждали концепцию на собрании, данные эскизы понравились. — решила прибегнуть к небольшой хитрости Рю. Хенджин действительно поддержал эту идею, да и Сынмин высказался за, предложив несколько идей для фотозон. — Даже так? Хван и Ким поддержали? Ну, раз им понравилось… Ну да, ну да, в конце концов, нельзя терять нашу историческую аутентичность… А почему именно Корё, а не Чосон? — Многие ребята, записавшиеся в организаторы, очень вдохновились недавними докладами про экономику эпохи Корё, вот как-то так и возникла идея. — немного смутилась Рюджин, вспомнив их доклад на троих. — Похвально, похвально. Что ж, оставьте мне папку. Думаю, завтра я дам вам окончательный ответ. Но идея… Интересная. — Наше объединение чирлидинга подготовят несколько традиционных танцев, которые можно использовать в официальной части мероприятия. Также будут подготовлены несколько западных бальных танцев, этим займутся ребята с танцевального кружка. — тут же добавила Рюджин. — Но им понадобится дополнительное время в актовом зале для репетиций. А декорации, чтобы успеть все к празднику, мы предлагаем делать в рамках уроков труда в наших мастерских. Таким образом, мы привлечем больше рук и разгрузим часть организаторов, тем более, с учетом начала соревнований. — Вы даже это продумали… Не ожидал, честно. Я передам ваши слова директору. Что ж, госпожа Шин, до завтра. — господин Чон благосклонно улыбнулся и взял в руки телефонную трубку, уже непрозрачно намекая на то, что ей пора. — Всего доброго, господин Чон. — поклонилась Рю, прежде чем покинула кабинет замдиректора. Занятия уже кончились, но она и так задержалась в колледже, поэтому зайти домой и переодеться уже не успевала: смена в пекарне начиналась через час, ровно чтобы неторопливо дойти до работы. В коридоре ее кликнул Чан: — Как все прошло? — она задержалась на месте, чтобы парень нагнал ее. — Ну, наш зам как всегда в сомнениях, но думаю, он все утвердит. Сказал подойти завтра. — пожала плечами Рю. Они неторопливо направились к выходу. — Одобрит, куда денется. — улыбнулся Крис. — Идея действительно интересная. — Надеюсь. — хмыкнула Рюджин. — Но я удивлена, что народ поддержал такую концепцию в принципе. — Ты что! — наиграно округлил глаза Чан, патетично прижимая руку к груди, — Наши студенты ценят культуру родной страны! Особенно национальные одежды! Знаешь, какие там глубокие карманы в рукавах? — он первый не выдержал и рассмеялся. Рюджин присоединилась к нему. — А я-то голову ломаю, чего парни так радостно поддержали идею с ханбоками! Они просто обрадовались возможности протащить выпивку! — покачала она головой. — Да, но они еще не знают, что за этим мы будем следить. — фыркнул Чан. — Так что их максимум — антуражная тыква-горлянка, вместительностью на одну бутылку соджу. — коварно улыбнулся он, подмигнув Рюджин. — Это успокаивает. А то будет неловко, если студенты устроят пьяный дебош. Но пока что не говори никому о своей антиалкогольной кампании, не порти людям сюрприз. — усмехнулась Рюджин. — Ни в коем случае! — торжественно поклялся Чан, вызвав новый смешок у девушки. — Ты в пекарню? — Да, у меня сегодня смена. — согласно кивнула Рю. — Тогда нам по пути. Хенджин попросил подменить его, тренер Кан держит его в заложниках инвентаризации. — словно страшной тайной, поделился Крис. — Жестоко. Я видела, как у бассейна разгружали целый грузовик оборудования. — присвистнула девушка. — Надеюсь, он его хотя бы домой поспать отпустит. — почесал макушку Чан. — Я сегодня на отцовской машине. Можем по пути заскочить перекусить перед сменой. Можно и в пекарне, но я, если честно, хотел бы человеческой еды. — смущенно улыбнулся он, демонстрируя милую ямочку на щеке. — Я не против. — согласно кивнула Рюджин. Чан улыбнулся еще шире: — Тогда пошли. Я знаю одно очень неплохое местечко с отличным барбекю! И совсем недалеко от пекарни! — Доверюсь твоему вкусу. — усмехнулась Рюджин. — Напоминаю, что мне в целом можно довериться. — забавно поиграл бровями Чан, после чего захихикал, совсем как маленький, и торопливо, чуть вразвалочку зашагал вперед, показывая дорогу к машине. Торчащие в разные стороны кудряшки, пружинящие при каждом его шаге, лишь добавляли сходства с большим ребенком. — Иногда мне кажется, что ему по-прежнему пять. — комментарий незаметно нагнавшей их Ханны заставил Рюджин вздрогнуть. — Ханна! Ты с нами? Мы хотим перекусить перед сменой. — Нет уж, — фыркнула девушка, закатив глаза, — Не буду портить всю малину братцу. — она похлопала Рюджин по плечу, подмигнув ей точь-в-точь, как старший брат. — К тому же, у меня свидание. О котором кое-кому знать совсем не обязательно, — она выразительно кивнула в сторону Чана, как раз обернувшегося к ним, заметив, что Рюджин отстала, и теперь недоуменно смотрел на сестру. — И кто этот счастливчик? — заговорщески шепнула Рю, скосившись на Чана. Тот, заметив ее взгляд, удивленно вскинул брови. — А это страшный секрет. — хихикнула Ханна. — Ладно, удачно вам…перекусить. — ехидно добавила она, коварно улыбнувшись. — Ханна! — окликнул ее Чан, вознаверившись подойти. — Пока-пока! — крикнула младшая сестра, исчезнув в мгновение ока. — И что это было? — спросил Крис, когда Рю подошла к нему. — Ханна просила передать, что у нее еще дела в колледже, так что она с нами не поедет. — не моргнув глазом, прикрыла подругу Рюджин. — Я ее и не звал, так-то. — закатил глаза Чан. — Мы уже пришли, машина за углом. *** Проработав несколько часов, Амин уже спокойно ориентировалась в больничных коридорах и нумерации палат, успела поболтать на перерыве со старшей медсестрой и парочкой студентов-ординаторов, а также выполнить несколько ответственных, но не сложных поручений, заслужив одобрение доктора Хан. — Ты отлично справляешься, Амин. Как тебе у нас, не тяжело? — добродушно спросила Джихе, когда они вышли из очередной палаты, где Амин под присмотром доктора ставила пациенту капельницу. — Все отлично, у вас гораздо спокойнее, чем в Сеуле. — поделилась с улыбкой девушка. — Ну и хорошо. Пока отдохни, подожди меня пока в кабинете, мне нужно сходить к заведущему отделением. Как вернусь, заглянем в наше детское отделение, а после я тебя отпущу на свободу. — усмехнулась доктор. — Как скажете. — Амин согласно кивнула и направилась в нужную сторону. Зайдя в кабинет, она присела на стул для посетителей и достала из кармана телефон, чтобы проверить новые уведомления. — Мам, только не пугайся, я просто… — дверь распахнулась, и на пороге возник незнакомый парень. — Оу, простите! — тут же смутился он, столкнувшись взглядом с Амин. У него было такое растерянное выражение, что Амин рассмеялась. — Доктор Хан сейчас у заведущего отделением. Она скоро должна подойти. Могу чем-то помочь? Я прохожу здесь медпрактику. — она постучала пальцем по своему пластиковому пропуску. — Знаете, я, пожалуй, зайду попозже, не хочу вас беспокоить. — парень поклонился и поспешил уйти, но в торопях не заметил торца открытой двери и влетел в нее плечом. Зашипев от боли, он схватился за плечо и умудрился врезаться локтем в раковину. Пока он еще обо что-нибудь не убился, Амин поспешила к нему на помощь, вовремя придерживая дверь, чтобы он не влетел в нее виском, судя по всему, уже пострадавшим за сегодня. — Черт, я такой неуклюжий. — неловко рассмелся парень, поднимая взгляд на Амин. У него были очень красивые круглые глаза, бархатный голос и определенно мягкие щеки, за которые так и хотелось потискать, но Амин, разумеется сдержалась. Скользнув взглядом по форме, она узнала эмблему колледжа Рюджин. — Бывает. Давайте я все же осмотрю вас и обработаю ушибы мазью. — предложила Амин. — Не нужно, все в порядке. Простите за беспокойство. — Парень потер ушибленный локоть. — И все же я настаиваю. — спокойно возразила Амин, выразительно глядя на его разбитую скулу, и начащий по-новой кровоточить висок. — Эм, ладно. — парень послушно сел на койку для осмотра. Амин деловито достала с полни несколько пузырьков, тюбик с жидким пластырем и несколько ватнвх томпонов, выложила все это на специальный металлический поднос, после чего надела латексные перчатки и взяв поднос в руки, подошла к парню. — Я Джисон, кстати. Хан Джисон. — представился парень. Имя показалось Амин знакомым, но вспоминать не было времени. — Снимите толстовку, Джисон, мне нужно видеть ваш локоть и плечо. — попросила она. Парень неохотно потянул за края кофты, стаскивая ее с себя, невольно застонав, будто ему было больно поднимать руки наверх. Амин тут же профессионально насторожилась, перехватив у него кофту, и помогла ее снять, попутно заметив наливащиеся синяки на ребрах, так как футболка задралась вместе с кофтой. — Все в порядке. — заметив ее взгляд, парень одернул футболку, но Амин уже все увидела. — У вас может быть травма ребер, судя по налившейся гематоме. Это точно нельзя назвать «все в порядке». — не сдержала ехидства девушка. — По-хорошему вам бы вообще рентген сделать. — Не надо, мама меня убьет, если узнает. — поджал губы Джисон. — Тогда снимай футболку. — забывшись, перешла на «ты» Амин. — Эй, мы не настолько близко знакомы. — Джисон шутливо скрестил руки на груди, прижимая к себе футболку. — Смешно. Снимай давай. Я хотя бы убежусь, что там нет перелома. Но и то, это не гарантирует отсутствия трещины. — А ты настырная. — тоже перешел на неформальное обращение Джисон. — Ладно, доктор зануда. — он усмехнулся, закатив глаза. — А, точно. — Амин вспомнила, как он поморщился, пока выпутывался из толстовки. — Сиди, я сама. — Чего?! — Тебе руку нельзя поднимать, забыл? — скептически изогнула бровь Амин, после чего потянула за края, в секунду оставляя Хана без футболки. — Ты либо подрался, либо сосчитал все ступеньки в буддистском храме, не иначе. — присвистнула девушка, отмечая россыпь синяков на животе и нижней части ребер. — Я очень верующий. — шутливо огрызнулся Джисон, скрещивая руки на груди. — Это Будда тебя так? — фыркнула Амин. — Убери руки, мне надо посмотреть. Она подтащила рабочий табурет поближе, садясь напротив парня, без стеснения отодвинув коленом одну из его ног, чтобы было удобнее осматривать синяки. Джисон невольно сглотнул, вовсю глядя на девушку, упирающуюся коленом в кушетку между его ног. Нет, он сидел достаточно глубоко от края, но все равно ему было неловко, тем более, что он сидел полуголый, а она еще и с таким сосредоточенным видом аккуратно ощупывала его пресс и ребра, что он невольно задержал дыхание. — Ну, на первый взгляд, ребра целы, но я все равно наложу давящую повязку, фиксирующую их в правильном положении. — хмыкнула девушка, отодвигаясь. — Но сначала обработаю гематомы. — Она взяла с подноса один из тюбиков, выдавила немного на пальцы в перчатках и аккуратно нанесла на все синяки. Гель неприятно холодил, отчего по телу пошли мурашки. — Прости, придется немного потерпеть. — заметив гусиную кожу и поджавшийся живот, ответила Амин. — Ничего, я в порядке. — отмахнулся Джисон. — Это твой девиз по жизни? — хмыкнула девушка, выдавив еще мази, и переходя к следующему синяку. — Вроде того. — пожал плечами Джисон. — Понятно. — она отложила тюбик и взяла в руки бинт, — Разведи руки немного в стороны. — попросила она. Джисон послушно сделал, как просили. Амин осторожно начала бинтовать, попутно приматывая к синякам ватные диски, чтобы мазь получше впитывалась в кожу. Ей приходилось довольно близко приближаться к Джисону, перехватывая бинт у него за спиной, практически обнимая парня. Каждый раз, как она приближалась, парень задерживал дыхание, что сильно позабавило Амин. — Не переживай, я не кусаюсь. — хмыкнула она, когда в очередной раз приблизилась к его уху, прокладывая бинт по диагонали, через спину к животу. Мягкие щеки медленно начали наливаться румянцем. — Очень смешно. — проворчал Джисон, прикрывая глаза. — Мне просто неловко сидеть тут в таком виде. — Ну так не дерись больше, чтобы не оказываться в подобной ситуации. — усмехнулась Амин, отстраняясь. — Готово. Не сильно туго? — поинтересовалась она у парня. — Нет, нормально. — Джисон поспешно натянул футболку, полностью скрыв под ней бинты. — Теперь локоть. — она демонстративно поманила его руку пальцем. Вздохнув, Джисон вытянул левую руку. Амин быстро нанесла мазь, так же примотав бинтом пропитанный этой же мазью тампон. — Спасибо. — Джисон, немного кривясь, натянул на себя толстовку, относительно здоровой рукой оправляя ее край. — Ну, я пойду. — Куда собрался? А лицо? — Амин обличающе ткнула смоченным в хлоргексидине тампоном прямо в висок, стирая кровь и демонстрируя ее парню. — Вот черт. Забыл. — смутился Хан. — Сиди уж. — Амин выкинула использованный тампон, взяв новый. Оттерев подсохшую кровь, она опять приблизилась, внимательно рассматривая рассеченную кожу. Джисон снова замер, как олень перед грузовиком. — Ну, швы можно не накладывать, достаточно мази с ретинолом. Быстрее затянется, да и следа не останется. — заключила Амин, отодвигаясь и встречаясь взглядом с парнем, оказывается, внимательно следящим за ней. — А как тебя зовут? — внезапно спросил Джисон. — Ты так и не представилась. — он неловко улыбнулся. — Амин. Но вообще, мог это и на моем пропуске прочитать. — она вновь постучала себя пальцем по пластиковой карточке, висящей на шее. — Точно. — он вновь улыбнулся краешком рта. Амин вновь мысленно захотелось потискать его щеки. Откуда у нее вообще обнаружилась такая слабость к чужим щекам?!