Мотылёк

Экстра или дополнительная глава. К основному сюжету не имеет отношения. “Это был не я” -единственная мысль, что пронеслась у Артура в голове. Мужчина стоял окровавленный перед его с женой кроватью, и последняя лежала на ней бездыханная. Её пустые глаза испуганно смотрели в потолок. Труп казался игрушечным, словно красивейшей кукле обрезали нитки, и она безвольно упала, а конечности разошлись в разные стороны, больше не удерживаемые нитями жизни. “Это был не я” -и Артур уронил осколок стекла. Из руки его шла кровь, но ему было безразлично, пустота в мыслях и чувствах наполняла и беспокоила его больше, чем боль физическая. Что чувствуют люди после глупого резкого действия, когда они лишь на пару мгновений растеряли контроль над своей тёмной частью? Когда она прорвалась в самой уродливой форме, словно дикий зверь из клетки? Оцепенение. Страх, вина, стыд, сожаление - у нормальных людей или удовольствие - у опасных для общества индивидов, приходят позже, а в момент после аффекта лишь эта тягучая как смола мысль: “Это взаправду?”. Так и Артур находился в этом оцепенении, и после на него свалился страх. Он упал на сердце словно мешок песка на голову. Запутал мысли, больно резал в ноздрях, заставляя двигаться и отпустить сладкую пустоту. *** Мужчина закинул обмотанный в белую простыню труп, этот белый кокон, в багажник большого внедорожника, который станет для жены Артура лодкой в загробный мир. Артур заваливал его вещами, чтобы скрыть как самое ценное сокровище или как самый страшный секрет, люди скрывают эти вещи с одинаковой озабоченностью. Он сел за руль, но мысли не давали ему покоя, одна за другой они проносились в его голове, а воспоминания всплывали из самых глубоких уголков разума, словно они погибли вместе с женщиной, что была в воспоминаниях, а теперь уродливо всплывают, осуждающе, гнетуще, как урок маленькому ребенку, что нужно аккуратнее обращаться с аквариумными рыбками или они погибнут. Её улыбка, что одаривала теплом в самые трудные и холодные дни и недели. Глаза, что игриво блестели и выпускали искры, когда они встречались взглядами. Вся любовь, что она подарила ему, теперь стала как самый сильный яд, который отравлял душу, с которым не справится ни один антидот и ни один врач. “Ох, Лена, моя Лена, Леночка, что же нас ждёт?” Их знакомство несколько лет назад, робкие, а затем и более смелые заигрывания в коридорах института. Лёгкий флирт, первые поцелуи, неловкий первый секс с ней, переезд, совместная жизнь и этот злосчастный инцидент. Кадры минувших дней прокручивались в голове, словно быстрое слайд-шоу, но лишь память о чувствах может превратить эти обрывки-фрагменты-куски-осколки в нечто цельное, что зовётся историей и памятью человека. И теперь это резало сердце. Резало.. резало, как острые осколки, которые повредили… повредили что? Конечно, руку Артура, но и что-то ещё, более важное, что-то о чём или о ком было болезненное кино. Мысли путались и ещё немного и Артур бы сошёл с ума, но он свернул с крупной дороги на обочину, проехав по полю, где был большой пустырь. Его грех весил 63 килограмма. Не так уж и много, но нести его было невыносимо, ибо это было не только тело, но и жизнь, и не одна, а часть и его жизни тоже. Чувств, воспоминаний, времени, нервов и всего, что связало их вместе, кто же знал, что человеческая жизнь так хрупка перед наплывом ярости? И что она резко теряет значимость в порыве ревности. Никто, ведь так? Тёмную ночь освещали лишь звезды и фары, которые уже погасли, погасли в страхе нарушить столь интимный момент. Лопата вонзается в землю и одна за другой горсти земли летят в сторону, образуя горку. Тихо шелестели деревья, где-то очень далеко шумели редкие машины, а внимание Артура приковала тесная ямка, которая намерена стать последним пристанищем для его возлюбленной. Лопата впивается в землю и горсти земли летят наружу. “Артурчик, ужин готов” -доносится её голос из кухни, пока он играет в игровую приставку. “Артур, сходим сегодня в кино?” -усталый взгляд Елены так и просил сходить на свидание, чтобы развеять туман обыденности и быта, что покрыл их отношения. “Я сегодня себя нехорошо чувствую, но ты иди на работу, я быстро встану, это несерьезно” -она кашляла, её глаза были красные, а лицо бледным. “Ну что случилось! Снова ты ругаешься из-за ерунды” -голос его жены полон недоумения из-за несправедливых подозрений. “Сколько уже можно?!” “Достала!” -его рычащий крик и удар по зеркалу прорезали шум её голоса, такого родного…и такого теплого. Картинки и звуки прошлого снова смешались в галлюциногенное кино, а тело копало дальше, словно желало и само туда влезть вместе с женщиной ради искупления. Он посмотрел наверх и небо уже не освещала ни одна звезда, все они были скрыты за тучами. “Да, вам и правда не стоит видеть ещё один грех человека, простите меня, небеса и звезды” -но звезды так и не показались в эту ночь, даже на обратном пути, когда тело Елены обнимала холодная земля. Видимо, звезды не простили Артура. *** Артур проснулся среди ночи, напуганный кошмаром. Один и тот же сон преследует его долгое время и не даёт спать. А вместе со сном уходят его нервы и вместе с ними словно по каплям уходит жизнь. Он на пепелище, а над ним красное небо, всё вокруг заполнено огнём. Горят люди и корчатся в муках, когда огонь слизывает плоть с их тел, оставляя лишь скелет. А перед ним стоит его Елена… она злобно смотрит ему прямо в глаза, а её лицо при этом тает как восковая свеча, теряя форму и смазываясь в одну кашу, а затем нападает на него с диким воплем. Хотя место и раны на лице меняются, но всегда на этом его сон всегда заканчивается, и он просыпается и заснуть после становится всё тяжелее и тяжелее, но ведь когда-нибудь это пройдет? *** Мужчина заставлял себя есть, насильно пихая в себя еду. Аппетит пропал и начался жар. Тело ломило судорогой и хотелось вырвать всё, что едва попало в желудок. Внутренности словно сжало в комок, а мысли, запутанные, не могли сосредоточиться ни на чём, а сердце наполнялось страхом и тревогой, по столь одновременно неясной и четкой причине. *** Артур заболел и не выходил из дому уже неделю, но ему становилось лучше- спокойный сон возвращался, появлялся аппетит и по нитке ему начали возвращаться жизненные силы, чтобы вновь встать с постели. Сегодня первый день, когда он смог встать. Это было прекрасной новостью для него, он наконец нашёл в себе сил умыться. В доме отчётливо пахло затхлостью и этим запахом больницы- смеси смерти и болезни, но мужчина уже привык к нему, и он не беспокоил его. Его вообще сейчас было трудно побеспокоить, когда энергии хватает лишь, чтобы съесть что-то и обслужить своё тело, каждая лишняя крупица силы становится благодатью. Артур опёрся руками о раковину и посмотрел на своё лицо. Оно было бледное и дёрганное, кошмары не отпускали его и каждый раз становясь всё детальнее, но сегодня иначе, сегодня стало легко, снилась лишь тёплая пустота, которая обволакивала его как вода и уносила его в глубину бездны. Столь подозрительно спокойный сон заставлял улыбаться, глядя в своё изнеможенное отражение. Однако его отражение словно на секунду задержалось и не сразу отразило изменения лица и застыло с каменным лицом, но это наваждение быстро исчезло, хотя оно и напугало его. Он еле дополз до кровати, где лежал телефон. Артур набрал номер и раздались гудки. -Ало, здравствуйте, да, я иду на поправку, но ещё некоторое время не смогу придти. Нет, на удалёнке не смогу сделать, сил нету. Да, хорошо, спасибо, вам тоже удачи. -обрывисто прошёл диалог с начальником. Всё становилось лучше, но мрачное предчувствие лежало неясной тревогой, словно Дамоклов меч навис над ним, и портило это спокойствие и улучшение. *** Силуэт девушки мелькнул в кустах у дороги, переступая через листву и ломая ветки. Она была одета в длинное белое платье, что в сумраке едва заметно светилось голубоватым светом, отражая атмосферный свет. Платье цеплялось за ветки, но и без этого оно было всё в дырах. Её походка была дерганная, казалось, что её схватила судорога, но она упорно шла вдоль дороги, игнорируя непослушное тело. Какая-то машина замедлила ход и открылось окно, из него вылезло небритое мужское лицо с легким беспокойством в глазах. -Девушка, с вами всё в порядке? Вам не нужна помощь? -спросил он. Девушка повернулась к нему лицом и зрачки случайного доброжелателя расширились от страха. Завизжали шины от набираемых оборотов, и машина быстро устремилась дальше по дороге. Девушка улыбнулась вслед, но лишь больше обнажила кости под своим уродливым лицом, которое словно грызли стая псов. Бледная, до прозрачности, кожа была в рваных ранах, из-под которых виднелась красная плоть и пустота вместо глаз украшали её лицо. *** Жизнь Артура возвращалась в своё русло, он пытался не думать о произошедшем, но последствия приходится разбирать, не давая позабыть о случившемся. Врать родителям жены, скрывая правду, врать на работе её, искать фальшивые документы. Скоро он переедет в другую страну и все эти проблемы исчезнут, наступит новая и тихая пора. Так, в размышлениях о прекрасном будущем, мужчина собирал вещи, завтра он идет забирать свои фальшивые документы и потом переедет начинать новую жизнь, потому вещей было немного, лишь самое необходимое и наличные. Карточка закрыта, родственникам соврал, что уезжает на командировку. “Что-то ещё? Нет, вроде ничего не забыл” -думал про себя Артур. Он ходил по квартире, выкидывал лишние вещи, вымывал дом, выкидывал мусор, вынес на улицу всё, что было в холодильнике. “Пусть съест кто-нибудь. Как хорошо, мою я дом, а ощущение, что душу” В голове, глядя на большой ухоженный двор, были только горькие мысли, что не получится продать дом, времени не хватит, а медлить нельзя. Он зашёл домой, где стало так тихо и безжизненно… без неё. Эти тяжелые мысли снова напомнили о том дне, и голова заболела. Мужчина сел выпить таблетку, а воспоминания насильно крутились перед его глазами. Запах собственного перегара резал ноздри, а голос уже охрип от крика, Артур-сейчас смотрел на Артура-прошлого, и он не видел нём себя, это был другой человек, не он. Он-сейчас не помнит, что именно он-тогда кричал, но помнит, что это было из ревности, бытовой момент, но их уже было множество и чувства внутри каждого накапливались и сейчас они прорвались, они с женой так давно не говорили о своих обидах, это так странно… но вот это всё вылилось в то, что произошло. Дальше воспоминания текут обрывками, кадрами, которые наполнены гневом, насилием, кровью, страхом, виной и смирением. Его душа болела и не могла выносить эти чувства. “Всё!”- подумал он. -”Завтра начинаю новую жизнь” -и направился в постель. *** Кошмары снова вернулись. И снова Елена набросилась на него во сне, но прежде она непривычно дольше осуждающе глядела в его глаза. Артур даже отвёл взгляд, устыдившись как робкая девочка, но его жена продолжала пристально смотреть, пока не напала. Он проснулся и отправился смочить горло стаканом воды. По спине шёл холодок, когда мужчина выпивал стакан воды, ему хотелось растянуть этот стакан на подольше, словно тот - ценнейшее сокровище в его жизни. И вот глоток, за глотком, он опустошил стакан и вернулся в постель. Его глаза наливались тяжестью, когда неожиданно горло сдавило и стало тяжело дышать. Его тело стало панически двигаться, но что-то мешало, он открыл глаза и перед ним было изуродованное женское лицо, но несмотря на это он узнал её, свою Елену. Пустые глазницы были направлены в его сторону, а с ран на лице, которые открывали вид на мышцы, капала густая гнилая кровь, которая жгла кожу и в которой плавали личинки. Они входили ему под кожу, заражая её и распространяясь. Они шевелились под ней и с каждым разом их становилось больше, они разрывали местами и открывали кожу, под которой уже были тысячи копошащихся личинок. Хотелось выть от боли, но не выходило, тонкие пальцы с немыслимой силой сдавили горло, а опрокинуть её с себя казалось невозможным. Артур трепыхался всем телом, чтобы спасти свою жизнь, а личинки уже начали поедать глаза, когда наконец, он замер. Восставшая из мёртвых Елена аккуратно слезла с тела своего бывшего мужа, с невероятной грацией, которая была не к лицу мертвой. Она медленно подняла ладонь и вонзила её в грудь Артуру. Ломались кости и из груди толчками полилась кровь, а тело содрогнулось в конвульсии. И Елена вырвала сердце, затем впившись в него зубами. Она разрывала его, оставляя на своём лице пятна крови, но с каждым укусом её облик становился прежним, как при жизни, терялся неживой цвет и раны на лице затягивались, а в пустых глазницах росли глаза. Тело Артура доедали личинки, а Елена встала в полный рост перед окном, из которого лился лунный свет, вытерла своё лицо и тяжело вздохнула. Ей пора, теперь она может уйти с миром. Тело и платье стали сыпаться на лоскутки и их уносил несуществующий ветер. Она осмотрела свою бывшую спальню, но ни одна эмоция не проявилась на её вновь живом лице.