Maybe I, maybe you.

Может это была и глупая идея, но в последнее время Тэхён только и делает, что доводит своего брата до ручки. Никогда специально, но всегда почему-то в точку. И именно сегодня ему взбрело в голову покататься по ночному Сеулу, где даже последняя крыса в канализации наверняка промокла до нитки из-за внезапного ливня. Всё, возможно, было бы прекрасно, если бы не пьяная тусовка, на которую он поехал с Намджуном и Хосоком, где им якобы нужно было решить пару важных дел. Вот и Тэхёна с собой прихватили, ему, если честно, уже тоже надоело второй месяц сидеть в квартире и считать миллиметры отклеивающихся в комнате обоев. Поэтому, проявив желание, он не встретил никакого отказа, брат только рад оказался, что его мелкий наконец-то развлечётся, пусть и не в привычной обстановке. Тэхёну впрочем, развлекаться не хотелось, всего лишь сменить локацию и посмотреть город, хотя бы из окна красного подержанного форда Намджуна. Компания брата порой немного нервировала, он никогда не лез к Тэхёну, если тот не был настроен на разговор и не пытался залезть в душу, ни два месяца назад, ни сегодня. Он знал, что с Намджуном можно поделиться любой мыслью и проблемой, но делиться Тэхён не привык. Это и раздражало, каждый день видеть человека, что по сути твоя родная кровь, но на деле незнакомец, с которым тебе только предстоит выстроить отношения. И тем не менее, Тэхён брата ценил, хотя бы за то, что тот рядом. В этот вечер обстановка между ними уже не казалась такой мрачной и грустной, потому что в тесной тачке Тэхён хоть и предпочёл разговорам — окно и городские огни за ним, у Хосока рот не закрывался ни на секунду. И даже к этому Ким привык, к странным друзьям своего хёна и их вечным попыткам не замечать своеобразное настроение Тэхёна. Они просто есть, они просто общаются между собой, порой обращаясь и к нему, шутят едва не выходящие за рамки шутки, а, впрочем, где они эти рамки и кто их установил, угощают младшего пиццей и пивом. В их компании Тэхён позволяет себе опустить напряжённые плечи и расслабиться, потому что нет надобности поддерживать разговор, он опять может уйти в себя, но в то же время быть рядом и даже улыбаться очередной невыдуманной истории Хосока, о которой невозможно молчать. Этим ему и нравятся друзья Намджуна. Им будто плевать, но не плевать по-настоящему. Тэхён знакомствами ещё не обзавёлся, в школе полно его ровесников и неплохих ребят, но есть ли смысл с ними общаться. Не ровен час и он просто опять уйдёт, как четыре месяца назад, оборвав все свои связи с прошлым. Да и выносить его характер не всем по силам, о чём речь, если даже родной брат до сих пор не разобрался в этой веренице тэхёновых заскоков. Вечеринка была шумной, парень даже сумёл выйти за собственноручно выстроенную кирпичную стену и потанцевать, правда под действием пива, которое в него умудрился влить Хосок. — Ещё поблагодаришь потом, — мужчина подталкивает тёмную склянку к губам младшего, взгляд которого явно полон пессимизма, — пей-пей, к Джексону по трезвяку лучше не соваться. — Спустит с крыльца? — Тэхён изучает пенящуюся жидкость несколько секунд, чтобы после сделать пару небольших глотков. — Неа, накачает до состояния «Танцующего Хонга Кинг-Конга», — Хосок делает волнообразные движения руками, и напевает песню: «становитесь детки в круг, я медуза плюх-плюх-плюх», — да ла-а-а-дно тебе, Тэхён. Чон пихает его в плечо кулаком, чтобы тот перестал смотреть на него, как на слабоумного, но Тэхён лишь больше хмурится, как та самая штормовая туча за пределами машины. — Неужели ты не смотрел эту утреннюю передачу в детстве? — изумлённый Хосок добавляет выражению лица Тэхёна ещё больше вопроса. Может и смотрел, должен ли он вообще помнить своё детство так же отчётливо, как другие? Со временем воспоминания имеют свойство смываться, как дерьмо в сортире и Ким этому только рад. Мужичок в жёлтом спортивном костюме с огромным весёлым лицом, будто перед съёмками принял две таблетки экстази, и который проводит зарядку для дошкольников по утрам в передаче «Танцуй вместе с Хонгом Кинг-Конгом», вряд ли доставит ему удовольствие в будущем. Так зачем держать бесполезное воспоминание. — Отъебись от него, бога ради, Хосок, он не такой старый, чтобы помнить это дерьмо, — Намджун смотрит как и прежде вперёд, не скрывая улыбки, но Тэхён замечает этот украдкой брошенный в его сторону взгляд и тоже, совершенно искренне, улыбается Хосок поднимает руки, оставаясь в проигрыше, и переводит тему на очередную бессмысленную историю про старую соседку, к которой на балкон улетели его труселя, после стирки и про неоднозначные взгляды на свою ширинку, но Тэхён уже снова поглощён пивом и дождём. Хотя вторым всё же больше. Дом у загадочного Джексона оказался просторным, смог вместить в себя толпу пьяного народа и немалое количество выпивки. С хёнами Ким сразу разминулся, после того, как поприветствовал хозяина. И Хосок не солгал, когда сказал, что Джексон попытается его накачать, если узнает, что тот трезвый. Первым делом блондин попросил дыхнуть на него, а вторым — вручил малому бутылку пива и, потрепав по голове, сказал, что тот их мужик. Да уж, до мужика Тэхёну, как до луны на воздушном шаре, но за комплимент спасибо. Подросток слился в ту же секунду, как понял, что братишку и его верного друга взяли в алкогольные заложники. Дом выглядел не богато, но сносно, обычная, местами потрёпанная мебель в гостинной и светодиодные прожекторы, как на школьных дискотеках. Тэхён усмехнулся такому сравнению и сам не заметил, как оказался в центре танцующей толпы. Плевать, когда на тебя смотрят, обсуждают ли, пытаются ли прожечь ядом? Тэхёну по-барабану, но к такому его не готовила даже матушка-природа. Парень двигает бёдрами, кажется играет Rollin, но Ким не особо вникает в слова, для него важнее музыка. Белая футболка намокла из-за жары, поэтому он приспускает с плеч чёрную спортивную ветровку и прикрывает глаза, когда чувствует на своей шее чьё-то горячее дыхание и запах кислого яблочного сидра. Тэхён откидывает голову на чужое плечо и улыбается сытым довольным котом, пока рука с тонкими шаловливыми пальчиками пролезает ему под футболку и трогает живот, напрягшийся из-за чувства холода. Парень едва слышно даже для самого себя мычит и продолжает покачиваться, пока сзади к нему прижимается такое же пьяное тело, явно надеющееся на продолжение горячих танцев-обжиманцев где-нибудь на втором этаже. Мягкие губы оставляют влажный след на пульсирующей сонной артерии и где-то рядом с мочкой уха, а настойчивые руки ложатся на пах, скрытый плотной джинсовой тканью. Ладно, пора заканчивать. Тэхён ловит эти проворные ручонки в свои и разворачивается лицом к настойчивой мадам. Перед ним стоит покачивающаяся женщина лет тридцати-тридцати пяти, почти что мать Тэхёна, и довольно улыбается. Подводка на глазах слегка потекла от пота, а прямые каштановые волосы спутались и теперь неприятно липли ко лбу незнакомки. На близком расстоянии удалось рассмотреть даже несколько мелких морщин в уголках глаз. Очень даже симпатичная женщина, но Тэхён не поклонник дам в возрасте, пусть возможность лишиться девственности с опытной проводницей в мир секса искушает многих подростков его возраста, но не его самого. Незнакомка облизывает губы, соблазняет, по ней видно, на что Тэхён лишь давит в себе ухмылку. Наверняка думает, что этот мальчик потёк и в мыслях уже дерёт её прям здесь. Женщина тянется к Тэхёну за поцелуем и он чуть было не попадается, но умело маневрирует в сторону. Ещё чего удумала. — Ну что-о-о, что не так, — пьяно хнычет парню на ухо, хватая его за ягодицы, жадно сминая сразу обе. А хватка у дамочки оказывается стальная. Чемпион Кореи по женскому армрестлингу? Всё невозможное возможно. — Простите, — выдыхает в ухо, ушная раковина которого обрамлена мерцающей серьгой в виде лозы, — боюсь вас посадят за совращение несовершеннолетних. — Ну, мы никому не скажем, — женщина подмигивает и пытается ближе прижаться корпусом к Тэхёну. Его едва не пробивает на ржачь из-за того с какой интонацией брошена данная фраза. Ну прям змея-искусительница из Эдема. Только вот Тэхён не Ева. — Ещё одно но, — Ким берёт незнакомку за запястья и убирает со своей задницы, — боюсь у меня на вас не встанет. Женщина теряется и не замечает, как Тэхён окончательно отстраняется от неё, пожимая плечами. В глазах помимо алкоголя зажигаются огоньки злости, а губы сжимаются в тонкую полоску. — Да пошёл ты, пиздюк малолетний! — прилетает гневное и такое очевидное в ответ. А Тэхён что? Он повеселился, впервые за несколько месяцев почувствовал себя таким свободным и таким…правильным? Будто за плечами у него обычная жизнь, семья, увлечения, друзья-сверстники. И нет всего этого страха и отстранённости к окружающим. Парень допивает уже вторую бутылку пива за вечер и считает, что достаточно развлёкся, на целую бесконечность вперёд. Он находит Намджуна в смежном зале на диванчиках, в окружении незнакомцев и всё тех же двух знакомцев. Брат сначала порывается сопроводить Тэхёна домой или же уломать остаться, но ему кое-как удаётся отвязаться от пьяного хёна и убедить его в своей самостоятельности. Условившись на том, что Ким напишет, как приедет домой, они расходятся. Намджун обратно к своей свите, а Тэхён подальше от шумного двора, пока его опять не сцапали морщинистые руки какой-нибудь нетрезвой аджумы, которой приглянулась подтянутая молодая задница.

***

Ладно, после сотого круга под дождём в незнакомом районе, Тэхён признаётся сам себе, что заблудился. Он всё сделал правильно, сел на тринадцатый автобус со стороны круглосуточного магазина, но оказался не на знакомой улице, а в непонятном парке, сидит себе на скамейке, пока сверху льётся целая река Ханган. В кармане несколько монет на автобус и тех не хватит на целую дорогу, упаковка от твикс и жвачка со вкусом вишнёвого льда. Тэхён тяжело вздыхает, выкидывая мусор в бак рядом со скамейкой, а резинку закидывает в рот, чтобы хоть как-то успокоить голодный желудок. Надо было соглашаться на последний кимпаб, пока Намджун его не заточил. Подросток агрессивно жуёт сладкую жвачку и так же усердно думает над тем, как попасть домой. Из-за дождя нихуя не видно, в прямом смысле, встань перед ним мужичок в распахнутом пальто и с членом на выкат, он ничерта там не разглядит, но извращенца нет поблизости, чтобы спросить, как ему уехать отсюда. Конечно, в такую погоду даже собак не выгоняют на улицу, хотя одна сейчас сидит и мокнет в парке. Телефон давно сдох, поэтому Тэхён даже не пытается его достать из внутреннего кармана ветровки. Одежда к слову тоже промокла до нитки и сейчас висит на щуплом теле, неприятно прилипая к коже. Парень зачёсывает каштановые волосы, которые из мягких кудрей превратились в такие сосульки, будто его пару часов вылизывал сенбернар, как вкусную баранью ножку. Тэхён сейчас даже извращенцу был бы рад, к слову. Листья деревьев колышутся на ветру, и создаётся впечатление, словно природа за что-то наказывает этот мир, людей вокруг, которые спрятались от стихии в свои каменные дома, будто это из спасёт от всех бед. Тэхён вымученно стонет и задирает голову вверх, подставляя итак мокрое лицо под тяжёлые холодные капли, мысленно проклиная Будду, Посейдона с ёбаным недержанием и всех богов на свете, всё равно никогда не был верующим. Время приблизительно около часа ночи, все магазины поблизости должны быть закрыты, по крайней мере те, что проверил Тэхён и навеса нигде нет, да итак промок до костей. Тёперь состоит из воды не на восемьдесят процентов, а на сто. Подросток накидывает на голову капюшон, чтобы дождь не бил по башке, как наковальней и прислушивается к окружающим звукам. Удивительно, как меняется природа, когда вокруг нет ни души, машины, люди, движение. Будто всё застыло, и остался лишь он наедине со стихией. Стук капель об железную мусорку напоминают Киму мелодию одной песни или ему так кажется, но тем не менее он вспоминает ритм и постукивает ногой, подыгрывая дождю. Сам не замечает, как рот приоткрывается, а с губ срываются первые строчки любимой и такой важной песни. Важной для сердца. Для лёгких. Для души. Для всего Тэхёна. Именно она не дала когда-то ему сойти с ума.

Может быть, я, может быть ты Можем изменить мир.

Сердце, кажется, стучит в унисон мелодии, которую для него играет природа. Ведь так не бывает, что человека спасает какая-то песня неизвестных людей.

Ты поднимаешь глаза к небесам Со множеством вопросов. Всё, что тебе нужно — услышать Голос своего сердца.

Тэхён задирает голову в небо, но не может заставить себя посмотреть в темноту, как бы не старался, до такого он ещё не дошёл. А сердце, оно пока что играет, играет свою мелодию, но молчит. Быть может Тэхён ещё слишком молод, чтобы услышать его слова.

Может быть, я, может быть ты Всего лишь мечтаем, Но мир будет холоден Без таких мечтателей, как ты.

Некого стесняться в пустынном парке, поэтому под конец песни он уже не боится быть услышанным и завершает всё, как полагается. Ну вот, жвачка на вкус, как пластилин, желудок болит, а сердце вновь успокоилось. И чёрт его дёрнул пойти на вечеринку. За своими мыслями Тэхён даже не замечает, как рядом с ним пристроился человек, где-то на половине песни. Подросток поворачивает голову только когда слышит шелест сбоку. Ну нет, про извращенцев он ведь шутил. Чужое лицо оказывается так близко, что Тэхён не удерживается и с испугу плашмя летит на мокрый асфальт, прямиком в лужу. Очко, Тэхён, не в твою пользу. «Стыдоба то какая» — проносится набатом в голове, и если бы Тэхён не вымок, как Бобик, оставшийся без конуры, то непременно бы покраснел, а так ему не даёт этого сделать холод. Парень не спешит подниматься, лишь ошарашенно смотрит на незнакомого мужчину, лица которого не очень то разглядишь за козырьком чёрной кепки. — Так и будешь валяться? — голос незнакомца оказывается похлеще плётки, хотя в данном случае Тэхён думает не о плети, которой стегали провинившихся крестьян или лошадей, а о такой чёрной большой, с гладкими хвостами. Ладно, голос чертовски сексуальный, только Тэхён сейчас описывает его немного другими словами. Человек приподнимает козырёк с тремя блестящими металлическими колечками и сканирует Тэхёна взглядом, от которого становится максимально некомфортно. И некомфортно не в том смысле «не смотри своими сальными глазенками на меня, урод», а в смысле «не смотри на меня, я чувствую себя голым под таким пристальным вниманием». Мужчина неожиданно ухмыляется, чем выбивает Тэхёна из транса. Каков нахал, напугал, еще и ржёт. — Мне и тут неплохо, — Ким опирается локтями на мокрую жёсткую дорогу, и оглядывается по сторонам. Может этот хрен свалит, если не обращать на него внимания. Однако тактика Тэхёна не действует, парень напротив разглядывает его с прежним интересом, на что Ким решает ответить контратакой и прищуренными глазками скользит по лицу напротив. А посмотреть есть на что, притягивают внимание большие чёрные глаза, словно в них собрались все сеульские тучи и сейчас начнут метать молнии, густые ресницы намокли и теперь с них соблазнительно скатываются маленькие капельки воды. В тусклом свете уличных фонарей поблёскивает штанга в брови и боже, поднимите Тэхёна, иначе он скончается прям на земле. Губы растянулись в дьявольской ухмылке, которая так и кричит «да-да, я чертовски хорош», и кто бы с этим поспорил. Тэхён сказал бы, что он безвкусный лох. Игра в гляделки заканчивается ровно в тот момент, когда парень обходит лавку и медленно подступает к Тэхёну, что его по-настоящему пугает. Кто там говорил, что не против встретить извращенца? — Предупреждаю сразу, у меня нет правой почки, а ещё недавно уролог сообщил, что я подцепил гонорею, — мужчина напротив замирает, но только на секунду, а потом шум дождя разбавляет чужой хриплый смех. — Ну, мои поздравления, хотя эта информация вряд ли то, что поможет мне в жизни, — незнакомец присаживается на корточки рядом с Кимом из-за чего последний забывает про дыхание. Вблизи лицо парня выглядит ещё красивее, а тело, ну просто ёбаный Аполлон. Может Тэхёну следовало всё же уединиться с той аджуммой. Нет, иначе точно с конца бы покапало и возись с ним Намджун, как курица с яйцом. — И кто ещё из нас больше похож на маньяка? — Тэхён с сомнением хватается за протянутую себе ладонь и слегка вздрагивает от тепла чужой кожи, потому что он сам едва чувствует кончики пальцев. — Эй, я испугался, понятно? Какой идиот разгуливает в такое время, да ещё и с чёрным пакетом в руках. Может у тебя там топор, а под курткой пистолет, — уверенно, но всё ещё с долей страха отвечает Ким, поднимаясь на ноги. Парень напротив качает головой, мол «ну и придурок», ну придурок и что, зато сразу вооружился, авось и пронесло бы. Подросток обтряхивает от несуществующей грязи джинсы и как бы невзначай поглядывает на нового знакомого незнакомца, а потом чихает, да так громко, что аж уши закладывает. Мужчина подхватывает пакет и, кажется, собирается уходить, благо до Тэхёна доходит его положение. — Подожди, — на свой страх и риск хватает незнакомца за рукав чёрной толстовки и останавливает, — как мне доехать до Кёнгидо? — Как тебя сюда занесло? — вопрос явно не предвещает хорошего ответа, из-за чего Тэхён в который раз за ночь разочарованно стонет. Приплыли, — последний автобус был где-то час назад. Ким отпускает чужую руку и жопой обратно падает на скамейку с характерным «плюх», третий раз за день сел в лужу. Не смешно, к горлу подкатывает паника, потому что в голове пусто, в кармане ни шиша, а тело холодное уже, как у трупака. Всю ночь сидеть что ли под дождём? За своими мыслями он даже не замечает взгляда, направленного в свою сторону. В голове у мужчины только одна мысль о том, что этот парень чертовски похож на котёнка, которого выбросили на улицу и делай с ним Чонгук всё, что хочешь. Хочешь — бросай, но последствия на твоей совести, а хочешь — забирай, покорми, согрей и успокой. И где-то на подкорке сознания доносится крик: «Не-е-е-ет, не делай этого, Чонгук, зачем тебе эти хлопоты», но когда он слушал этот внутренний голос разума. Правильно, никогда. — Можешь переночевать у меня, — с выдохом «боже, чё я творю» сообщает незнакомец. — А вдруг усыпишь и на органы продашь? — доносится недоверчивое. Ну да, на его месте Чонгук бы тоже себе не доверял. — Ой бля, сдался ты мне, — мужчина хватает пакет и разворачивается в направлении многоэтажек, бросив на ходу, — предлагаю только один раз. И чёрт возьми, Тэхёна не учили, что нельзя уходить со взрослыми дядями в их машину или квартиру, он сам это выучил. Но дядя вроде бы не зверь, хотя и Чикатило был приличным гражданином, а Тэхён уже и не ребёнок. Тем более почки одной нет, так еще и гонорею подхватил. Парень подрывается со скамейки, оставляя остатки разума размазанными на асфальте и ровняется с мужчиной, сразу же сообщая, что два года назад перенёс операцию на сердце. Ну это так, чтобы наверняка.

***

Тэхён всё ещё с осторожностью проходит в чужую тёмную квартиру, ожидая, что вот, именно сейчас тот момент, когда его ударят по голове, а проснётся он в холодном подвале в обнимку с крысами. Но ничего из его больной фантазии не воплощается в жизнь, наоборот, мужчина, который представился, как Чонгук, просто Чонгук, без фамилии, ладно, Тэхён надеется, что не попал в лапы скрывающемуся зэку, включает свет, освещая полностью небольшую квартирку-студию. — Мне пнуть, чтобы ты наконец прошёл? — Чонгук легонько подталкивает парня вперёд, захлопывая входную дверь, из-за чего Тэхён опять подпрыгивает. Чонгук разувается быстрее Кима, который один кроссовок развязывает пару минут, параллельно оглядываясь вокруг. Вроде всё прилично, помещение небольшое, разделённое на три секции, кухня совмещена с зоной, где стоит небольшой диван и стенка с плазмой, а за стеллажом уже видимо находится кровать. Тэхён недолго мнётся в прихожей, пока к нему не выходит Чонгук с небольшой стопкой вещей, немного дёргано вручая их парню. — Ванная там, — кивком указывает в сторону деревянной двери, а сам устало плетётся на кухню. Тэхён даже подумать не мог сегодня, что будет спать в чужой квартире, больших, но уютных вещах незнакомого мужика, которого принял за маньяка, но судьба-злодейка. Ким чувствует себя немного лучше, когда выходит из душа, укутанный в тёплую толстовку на флисе, то, чего не хватало и мокрые штаны наконец сменились чужими спортивными. Нет ощущения, будто обоссался и на том спасибо. Тэхён медленно плетётся на кухню, но тут же случается аварийное столкновение, боже, Чонгук, штраф тебе сто тысяч вон, по твоей вине всё. Ким взглядом натыкается на чужую голую загорелую спину, и какого чёрта у него вообще такая кожа, спрашивает сам себя Тэхён, на лопатках он насчитал уже три прекрасные родинки и ещё одна на плече. И нет бы остановиться, так он продолжает идти и лбом врезается в дверной косяк, с характерным звуком, на который оборачивается Чонгук. — Боже, блять, — парень хватается за ушибленный висок и на вопросительный взгляд лишь кивает и улыбается, потирая кожу, — супер, всё прекрасно. Мужчина наконец надевает футболку, перекрывая слюнопровод одному подростку, который не особо понимает, что с ним происходит, но ставит в голове пометку «разобраться позже». Тэхён сидит за кухонной стойкой и с прищуром наблюдает за спиной Чонгука, пока тот разбирается с поздним ужином, организовывая поляну. И всё же, откуда этот Аполлон-извращенец свалился на него, сами высшие силы послали его Тэхёну, как спасителя, ведь если бы не он, то сиди Тэхён-а, кукуй на скамейке до самого утра, как бомж. Нет, в бога Ким пока что поверить не готов. Парень тяжко вздыхает и решает для себя, что это просто судьба к нему благосклонна. — Думаешь это судьба? — Что? — Чонгук, кажется, прослушал часть вопроса, копаясь в холодильнике. — Ну, то, что мы встретились, — Тэхён выводит пальцем на столешнице непонятные узоры. — На счёт судьбы не знаю, но твой голос точно этому поспособствовал, — Тэхён вскидывает вверх удивлённую моську и видит серьёзного Чонгука напротив себя, — я думал за мной ангелы пришли, душу отдавать пора. — Уверен, что в рай попадёшь? — Тэхён всё ещё не верующий, он просто семнадцатилетний краснеющий подросток из-за комплимента своему голосу. — Нет, да и зачем мне рай, когда один ангел уже сидит у меня на кухне, — Чонгук откровенно издевается над ним, доходит до Тэхёна. — Фу-у, чувак, это было слишком, — имитируя рвотные позывы. Такое поведение Тэхёна забавляет, мужчина вспоминает себя в его возрасте, мало сходства, но всё же что-то есть, подростковая искренность что ли и лёгкая свобода. Что ж, искренности Чонгуку не занимать, а вот со свободой были проблемы. — Но у тебя и правда прекрасный голос, — перед Тэхёном приземляется тарелка и кастрюлька с лапшой, из-за чего желудок предательски делает «урк», — ешь. — Спасибо, — хмурится Ким и прячет краснеющее лицо в мисочке с лапшой. Ему и правда уютно, сидеть на незнакомой кухне, в домашней обстановке с человеком, с которым они уже больше знакомцы, чем незнакомцы. Вкусная недорогая лапша ещё никогда так не согревала, как сейчас, или это всё же не лапша, а компания, в которой он ужинает. Тэхён из-под чёлки наблюдает за Чонгуком, за его руками, одна из которых, к слову полностью покрыта татуировками, за крепкими плечами, которые при каждом его движении, кажется, становятся ещё шире, и за глазами, которые с непониманием глядят на его руку. О нет. Тэхён тушуется и прокашлявшись, натягивает слегка сырой рукав на запястье, с повязанной там мокрой банданой. Парень делает глубокий вдох, готовясь либо отражать атаку, либо отвечать на вопросы, но ничего из этого не случается. Чонгук лишь просит есть кимчи, иначе испортится и не заводит неудобный для обоих разговор. Для Тэхёна это больно, всё ещё больно и страшно, но сейчас будто старая клешня, сжимавшая горло, стала слабее и отпустила, пусть лишь на время. На то время, что он находится рядом с этим человеком. Что ж, Чонгук не лезет в душу, и Тэхён благодарен, он тоже не планировал. — Так и сколько тебе лет говоришь? — переводит разговор в другое русло. — А что? — Тэхён игриво улыбается, думая какую шутку отвесить, но тут же вспоминает сегодняшнюю аджумму и ужасается собственной догадке. Боже, она же точно так же с ним сегодня флиртовала, — возраста согласия достиг, не переживай. Тэхён предугадывает любую реакцию: смех, раздражение, но никак не то, что Чонгук подавится после этой фразы лапшой. Ким любезно похлопывает мужчину по спине, стоя с ним рядом с раковиной, пока тот пытается откашляться и запить всё водой. — Боже, мне стоит закрыть тебя в ванной, — ещё более хриплым голосом сообщает Чонгук, хмурясь, — ты гей? — Что?! — Тэхён аж язык прикусил от такого заявления, — конечно же нет, с чего такие выводы. Ну вот, чуть не прикончил шуткой такого шикарного мужика и сам не помер. Тэхён забылся на секунду, и пришёл в себя, когда понял, что всё ещё гладит Чонгука по спине между лопаток, пока тот, как чертяка ухмыляется и смотрит на его растерянное лицо. — А, это, кхм, — парень одёргивает ладонь и принимается убирать тарелки со стола, — а спать-то я где буду? — В ванной. Тэхён смеётся и легонько пихает Чонгука в плечо, пока тот вытирает со стола крошки. Никогда раньше он не чувствовал себя настолько же правильно, как и сейчас. Сердце противно скребёт коготочек совести, потому что нельзя так, невозможно чувствовать такой покой и умиротворение рядом с незнакомцем, коего не ощущаешь полностью даже с родными людьми. А может всё же уже знакомцем?

***

Чонгук просыпается часов в девять и бредёт в ванную. Почему-то он совсем не удивлён, когда видит, что диван собран, а постельное аккуратно сложено. Тэхёна уже нет, но в воздухе витает напоминание о том, что эта квартира стала немного уютнее. Больше нет той педантичной чистоты, а на столе лежит записка. «Спасибо за то, что не дал мне сдохнуть от холода, голода и маньяков-извращенцев. Был очень рад познакомиться, Чонгук.» А чуть ниже приписка: «Х-ХХХ-ХХХ, я не знаю зачем, просто вот, просто, если когда-нибудь ты захочешь с кем-то пообщаться, а рядом никого не будет». Ну что за ребёнок. Чонгук присаживается за стойку и внимательно переносит цифры в телефон, подписывая как «ночная неприятность», неосознанно улыбаясь, пока вспоминает вчерашние разговоры с Тэхёном и его прекрасный голос. Он не соврал, когда назвал его ангельским. И пусть в раю ему совсем не место, это не мешает считать, что вчера он действительно слышал ангела, который сделал этот вечер пусть немного, но лучше.