Добровольно зависим

      Что может быть круче наркотической зависимости? Вампиры точно знают, что.       Капля за каплей, как белые дорожки тяжелых наркотиков. Порой, Зеро боялся словить какой-нибудь приход. Никогда в жизни мужчина не пробовал никаких наркотиков, но был наслышан о разного рода последствиях их потребления. Самому охотнику на ум приходили лишь какие-то мысли партнера, которые проникали в вампира вместе с кровью. Зеро не особо старался контролировать этот процесс. Скорее, он сам того не подозревая, глубоко влезал, можно сказать, в душу человека, которого кусал. Просто это были его внутренние желания — быть ближе к любимому, глубже проникнуть в него, чтобы понять, что-то узнать. А уж кровь сама делала свое дело. Клыки удлинялись даже об одном упоминании крови любимого. А рецепторы на языке как по команде передавали тот самый сладкий и приятный вкус, который хотелось усилить и разлить оп глотке.       Зеро чувствовал себя животным. Развратным и пошлым животным. Одержимым. «Любовь и правда оружие массового поражения»       Это естественно — хотеть больше и больше, когда вкусил чего-то вкусненького. В газировках очень много сахара, потому ими не напьешься. Но сильный вкус может приесться и ты остановишься. Но что делать, когда кровь любимого существа физически не может стать слишком однообразной и «скучной»? Это и пугало. Где граница между любовью и безумием?       Кайто успешно свыкся с потребностями партнера. Даже понял, что ему льстит такое внимание. Только его кровь приводит в такое томительное ожидание. Только его кровь доводит до оргазмов одним только запахом. Только из-за него у напарника подкашиваются ноги. И только он может быть рядом с таким страстно любящим монстром.       Кайто нечего было скрывать от Зеро. И не было ничего такого, чем бы он не хотел поделиться. Если Кирию может таким способом что-то узнать у него — пусть. Это стало даже очень приятно. Он кусал аккуратно. Трепетно и нежно, словно сразу же извинялся. А сам даже не подозревал, что наоборот возбуждает такими «извинениями» любимого. — А ты никогда не думал, что у вампиров на клыках что-то вроде афродизиака? — выдыхал Такамия, сжимая рубашку Зеро на его спине.       Вампир оторвался от шеи любимого, но не удержался и прежде, чем ответить, все-таки облизнул две ранки. Кайто чуть дернул голову назад. — Об этом могут сказать только вампиры. Так ли это. А с чего такие вопросы? — глаза вампира были полуоткрыты, в носу все еще стоял шлейф запаха любимой крови, а сознание вело от пока еще легкой эйфории и предвкушения большего. — А как еще объяснить, что это так приятно… — усмехнулся Такамия невольно протягивая пальцы к окровавленным губам любимого мужчины. — Неужели я вызываю в тебе такие сильные ощущения?       Кайто все еще не мог поверить, что он, человек, ну да, не обычный человек, охотник, может вызывать у другого существа настолько неприкрытые и сильные желания. Страстные порывы Зеро поражали. Неужели он всегда был таким, просто скрывал?       Такамия игриво усмехнулся и смазал подушечкой большого пальца кровь с нижней губы вампира. А после обмазал свои губы и выжидающе посмотрел в глаза Кирию. Аметисты налились красным цветом. Поразительная реакция для вампира, который уже до этого выпил крови. — Ты меня провоцируешь? — рыкнул Кирию, ближе наклоняясь к партнеру. — Просто играюсь. Должны же быть плюсы в позиции жертвы. — Кайто! — Да не загоняйся! — рассеяно махнул рукой старший охотник. — Дай подразнить немного.       Старший мужчина вновь положил большой палец на губы вампира. Чуть надавил на тонкую нижнюю губу и приоткрыл рот, чтобы увидеть кончики белоснежных клыков. Такамия стал ловить себя на мысли, что именно эти клыки его возбуждали. Белоснежные и аккуратные, по по одному с каждой стороны, а не как у монстров, которых они убивают пачками. Какие-то оборванные, надломленные и ребристые. Сейчас Зеро казался таким естественным в своей форме. Опасный и напряженный, но сдержанный.       Кайто вспомнил, как просил не отпускать его. Тогда он решил в кои-то веки откровенно выложить все, что было на душе. Не всю жизнь ему держаться стеной и сдерживать любые эмоции, которые в нем едва давали хоть какие-то ростки. Он чувствует как теплые губы обхватили его большой палец, одна фаланга ушла внутрь горячего рта Кирию. Вампир чуть засосал его, а после кончиком языка прошелся по подушечке. Такамия не сдержался и согнул большой палец, а низ подбородка вампира прихватил оставшимися пальцами, и дернул к себе хищника. Зеро успел остановиться и прежде чем впиться в любимого тщательно облизал его губы, чтобы не осталось даже блеклого пятнышка крови на них.       В паху все завязывалось в тугой узел. По телу Кайто проходили приятные мурашки от разницы между прохладным постельным бельем под ним и горячего дыхания Зеро. Разорвав мокрый поцелуй, Кирию вновь прильнул к любимой шеи. Но больше не кусал. На нежной коже уже были отметины, из которых по чуть-чуть выходила кровь. Ранки были слишком глубокие и Зеро особенно тщательно их вылизывал, получая самые ценные капельки крови на свете. От прикосновений вампира у Кайто дергались ноги, а дыхание учащалось. Становилось жарко и даже на лбу выступила испарина. Наверху не было никакой одежды, но от одних домашних штанов было жарко так, будто он в пуховике. голова сама собой откидывалась назад, и Зеро получал все больше территории для своих ласок. Ладонями он придерживал ерзающие бедра Такамии, чуть надавливал на выпирающие косточки таза и одновременно обласкивал его шею. Проходился языком, оставляя широкие мокрые полосы, подбирал выступающие капельки крови. Аккуратно прихватывал зубами неповрежденную кожу и засасывал ее. Дотянулся до участка за ушком. Вместе с этими ласками тела мужчин соприкасались и терлись друг об друга. Зеро с упоением наслаждался своими ощущениями. Разум все сильнее затуманивался. Он все еще помнил как стералась граница между его и чужим телом. Будто они одно целое, их не двое. Зеро в Кайто, а Кайто в Зеро. Кровь смешивалась и бурлила в вампирских венах, обманчивое насыщение было лишь новым витком желания этого человека. Любимого и самого дорогого. Он его. И никто больше не смеет касаться этого драгоценного тела. Тем более шеи. От удовольствия Такамия сильно втягивал без того напряженный живот, в легких не хватало воздуха, а Зеро не собирался останавливаться и заставлял выгибаться под собой, чтобы лучше пройтись по каждой чувствительной зоне возлюбленного. — Я схожу с ума… От твоего запаха. — шептал Кирию раз за разом прикладываясь носом то к коже за ухом мужчины, то снова к шеи, то к груди, спустился поцелуями-укусами в низу живота, все так же вдыхая терпкий чужой запах. Ментоловый гель для душа слишком удачно смешивался с настоящим запахом человеческого тела, волнительные капельки пота и покрасневшие щеки партнера разволновали все поджилки охотника-вампира.       Красные глаза видели каждую венку, а уши были оглушены вздохами и тихими стонами Кайто. Зеро как наркоман вдыхал чужой запах, закатывал сам того не замечая глаза. — Любишь на звезды смотреть? — прыснул Такамия, любуясь упоением вампира.       Хоть Зеро и выглядел дико и жутко развратно, он все равно был слишком притягательным для Такамии. Сейчас он знает слабые стороны этого мужчины, знает, что можно сказать или сделать. Неопределенность сошла на нет. Он позволяет этому зверю взять то, что он хочет. Кайто это тоже нравится. Нравится, когда его берет Зеро. Хотелось вновь испытать головокружительное ощущение, когда твои чувства и эмоции буквально впитывает другой человек. Кто еще так сделает? В жизни старшего охотника был лишь один такой псих, который способен на все. И этот псих сейчас на нем. — Они упали…       Кайто не успел опомниться и разобрать, к чему относились слова Зеро, а уже лежал на животе и чувствовал горячие касания на спине. Это было что-то вроде эротического массажа вместе с очевидным желанием Зеро искусать любимого. Не до крови, лишь до красных меток и дрожи во всем теле Кайто. Прелюдии стали более долгими и тщательными. Кирию понимал, что в любой момент ему может снести крышу и партнер должен быть хорошенько растянут на такой случай, а еще достаточно сведен с ума, чтобы это была одна непрерывная красная нить обоюдного безумия со вспышками перед глазами обоих.       Зеро чувственно проходился пальцами по напряженным пучкам мышц на чужой спине, облизывался, чувствуя влагу на естественным впадинах тела и следовал за движениями рук языком. Были несерьезные шрамы на лопатках и на пояснице, конечно же Кирию искусал их, а после его ладони ушли под грудь партнера. И старший мужчина неожиданно для себя громко выдохнул и чуть не заскулил. Вампир безжалостно прихватил вставшие соски партнера и чуть оттянул, а после начал тереть.       Зеро вновь уткнулся в любимую шею, подобрал солоноватые капли пота на загривке. Кирию все плотнее прижимался пахом к подрагивающей заднице Кайто, охотно терся об нее, а после на ягодицы старшего мужчина легла одна ладонь вампира. Не прекращая терзать сосок, Зеро решил перейти к более настойчивой стимуляции и внизу. — Мне так тяжело сдерживаться… Тяжело… — потерянно выдыхал Зеро, не останавливая своих ласок. Он честно пытался не торопиться, но все равно иногда дергал Кайто за сосок, но его стоны успокаивали. Ему тоже хорошо. Иначе бы уже пытался остановить его. — Раз может существовать зависимость от крови любимого существа, то… Получается, я самый заядлый наркоман из всех, что только бывают.       От понизившегося голоса Кирию прямо над ухом твердел член и температура тела росла будто в парилке. Хотелось быстрее, глубже и горячее. Еще сильнее, настойчивее и страстно, чтобы утонуть друг в друге. Впитать запахи друг друга, перебить шлейф кровавой ауры, которая все равно пробивалась в Зеро. Перебить его этот плотоядный запах крови и горьковатого дыхания. Кайто чувствовал, что эта близость ненормальная. Не в смысле, что противоестественная для них или незаконная как для охотника и обращенного вампира. Оно выходило за рамки физического взаимодействия. Зеро видел его всего насквозь, а Кайто умудрялся инстинктивно прочувствовать все то, что бьется под горячей кожей вампира. Это не нормально. Конечно ненормально. Облизывать друг друга как хищные звери, озорничать, прикусывая шеи друг друга как щенки в волчьей стае. Ладони сплелись и они сжимали друг друга что есть мочи до белых костяшек.       Кайто казалось, что внутри все разорвется, а кожа треснет от напряжения. Слюни стекали по подбородку, а в пояснице пульсировала кровь. В уголках глаз стала выступать влага от того, как сильно его вжимали в постель. Старший мужчина был уверен, что вкус каждой капли его слюны, капли слез или пота, Зеро знал их, даже чувствовал их запах и хотел дотянуться до них. Это одновременно пугало и будоражило. Хотелось как можно дольше двигаться в этой гонке, где схлестнулись гормоны и импульсы их тел.       Зеро сносило крышу от горячих и плотных ощущений внизу. Раз за разом вбиваясь в любимое тело, он видел перед глазами черную уютную бездну, в которую хотелось уйти с головой. Провалиться в эти ощущения и испытывать их вечность. Когда он вновь открыл глаза, чтобы добавить смягчающей ласки, в глаза сразу бросили все мерцающие дорожки пота на спине Кайто, его взмокшие кудри растрепались, а потом послышался его хриплый стон и просьба не останавливаться.       У Зеро все поплыло перед глазами. Двумя руками он схватил чужую голову и притянул темную макушку к себе. Кайто еле успел упереться руками в изголовье кровати, чтобы не слишком сильно изогнуться. От звука, который издал Кирию у него все свело в животе и мошонке. Зеро яростно вдыхал запах охотника, плотно-плотно уткнувшись в его макушкой чувствительным носом. Его рваные и резкие вдохи взаправду напоминали наркомана, который вдыхал одну белую дорожку за другой. Ладони вампира крупно дрожали от того, как он сдерживался, чтобы не сдавливать чужую голову. Только запах, только он. А уже нет никаких границ, он впитывает в себя этот запах, он навсегда с ним. Внутри него, настолько близкий, что даже не нужно протягивать руки. Касаясь себя, он ощущает и Кайто, а касаясь Кайто он чувствует, как их сердца синхронно бьются и норовят выскочить из груди. Влажные кудри щекотали язык и игриво касались щек Зеро, дразня его. А в саму макушку Такамии резко ударила кровь и в глазах на мгновение потемнело. Кирию хотел зарыться в этих волосах и вдыхать их терпкий запах возбуждения и животной похоти.       Звезды упали. Все разом. У Кайто тоже закатились глаза а из глотки вырвался рычащий стон. Поясница болела от не самой удобной позы, но в ушах до сих пор звенели звуки Зеро, его вскрик и хрип наслаждения.       Сумасшедшие. Просто сумасшедшие. Два зависимых друг от друга. Вампир и человек, в котором было не меньше жажды крови и чужой жизни. Кайто тоже брал. Брал и брал, приходя в восторг, а Зеро вдыхал его всего, добровольно соглашаясь на такую зависимость. Он хочет его всего. Всего этого мужчину, не важно когда и где. От крови любимого существа можно сойти и с ума, когда есть столько невысказанных чувств. Но они могут удержать друг друга в узде. Потому что любят. Любят и любимы.