Извилистая дорога

1 Июня 1998

      — Итак, как это было? — спросила Джинни, когда Гарри и Рон плюхнулись за стол. Рон немедленно опустил голову на руки и застонал. — Это было хорошо, да?       — Это было… много, — устало сказал Гарри.       — Много? — повторил Рон, его голова все еще покоилась на руках. — Кингсли совершенно ненормальный.       — Кингсли сам проводит обучение? — удивленно спросила Гермиона.       Именно Гарри ответил ей. — Нет, но он тот, кто создал программу, и он встретился с нами сегодня утром.       — Вас только трое? — спросила Гермиона. Невилл тоже решил пойти по стопам своих родителей.       — Еще двое, один парень, который был когтевранцем на год старше нас и женщина, которая переводится с корпуса авроров из Франции. Однако ей не обязательно проходить всю программу обучения, в основном только уроки по юриспруденции, — сказал Гарри.       — Почему она переводится сюда? — спросила Джинни.       — Ее семья из Уэльса, — объяснил Гарри. — Я думаю, она переехала во Францию после окончания Хогвартса. Вернулась примерно месяц назад. Я не знаю, мы не говорили об этом.       — Что-то насчет девушки, — пробормотал Рон.       — Что? — сказал Гарри.       — Последовала за своей девушкой во Францию или что-то в этом роде, — сказал Рон.       — Откуда ты это знаешь? — спросила Джинни.       — Слышал, как она разговаривала с Кингсли, — сказал Рон. — Думаю, они, должно быть, расстались. Он наконец оторвал голову от рук. Рон взглянул на Гермиону, затем снова посмотрел на свою сестру. Гермиона подавила вздох. Они почти не разговаривали после ссоры два дня назад.       — В любом случае, это не имеет значения, — сказал Рон, начиная вытаскивать вещи из карманов и выкладывать их на стол. Гермиона поняла, что это уменьшенные книги. Он взмахнул палочкой, чтобы увеличить их. — Но мы должны прочитать все это к следующей неделе. Будут экзамены. Его голос звучал так оскорбленно, что Гермиона не смогла удержаться от смешка. Рон нахмурился на нее.       — Ты, честно говоря, не можешь сказать, что тебя это удивляет, — сказала Гермиона. — В конце концов, ты должен изучить закон.       — Я могу изучать закон, не проходя тест, — раздраженно сказал Рон.       — Не унывай, Рон, — сказал Гарри, хлопая его по плечу. — Мы можем учиться вместе. Это будет как в старые добрые времена.       — Я не знаю, — задумчиво сказала Джинни. — Ты уверен, что вы двое сможете сделать это без того, чтобы Гермиона не приставала к вам каждую секунду? — она подмигнула Гермионе, давая ей понять, что она дразнит ее.       — Я могу учиться без Гермионы, — проворчал Рон.       Гарри посмотрел на Гермиону и Рона выглядя обеспокоенным.       — Я уверена, что ты сможешь, — сказала Гермиона. — Я пойду посмотрю, не нужна ли Молли помощь с ужином. Гермиона встала из-за стола и пошла на кухню. Молли была занята у плиты, готовя рагу.       — Я могу чем-нибудь помочь? — спросила Гермиона.       — О нет, дорогая, я в порядке, — заверила ее Молли. — Я уверена, что ты хочешь провести немного времени с Роном перед ужином. Молли улыбнулась ей и вернулась к рагу. Когда Гермиона не пошевелилась, Молли оглянулась на нее, нахмурив брови. — С тобой все в порядке?       — Я в порядке, — быстро сказала Гермиона.       Молли несколько мгновений изучала ее. — Ты знаешь, — сказала она непринужденно. — Хотя мне хотелось бы думать, что мои дети идеальны, я прекрасно понимаю, что это не так. Рон имеет тенденцию говорить, не подумав.       Гермиона ничего не сказала, просто посмотрела на свои руки, которые были сложены перед ней.       — Но он также очень чувствителен. Иногда принимает близко к сердцу вещи, которые не должен.       — Я знаю, — тихо сказала Гермиона.       Молли похлопала ее по руке. — Тебе просто нужно поговорить с ним. Я уверена, что вы сможете во всем разобраться, что бы это ни было.       Гермиона выдавила слабую улыбку.       — У нас еще много времени, прежде чем мы начнём ужинать.       — Спасибо, Молли.       — Конечно, дорогая.       Гермиона вернулась к столу, но Рона там уже не было.       — Он пошел принять душ, — сказал Гарри на смущенный взгляд Гермионы.       — О, — сказала Гермиона. — Не могли бы вы дать мне знать, когда ужин будет готов? Я собираюсь ненадолго выйти на улицу.       — Конечно, Гермиона, — сказала Джинни. Гермиона не пропустила сочувственный взгляд, который бросила на нее Джинни. Не в силах изобразить еще одну фальшивую улыбку, Гермиона тихо вышла через заднюю дверь.

***

2 Июня 1998

      Ремус лежал в постели, смотря в потолок. Месяц. Прошел месяц с тех пор, как они выиграли войну, но он потерял больше, чем мог себе представить. Он довольно много думал о том факте, что он может не пережить войну, но он никогда не предполагал, что это окажется его жена.       Сейчас Тедди было почти два месяца, он рос как сумасшедший и начинал булькать и ворковать, когда они с ним разговаривали. И Ремус, и Андромеда читали ему довольно часто. Казалось, звук их голосов успокаивал его больше, чем что-либо еще. Теперь, когда становилось теплее, они часто брали его на прогулку в коляске. Тот факт, что это они с Дорой должны были гулять со своим сына на улице, заставляло грудь Ремуса сжиматься всякий раз, когда он думал об этом. У Доры едва появился шанс стать матерью, но Ремус знал, что у нее это получилось бы великолепно.       Он вздохнул и сел на кровати. Размышления об этом не изменили бы того факта, что его жена ушла и он пообещал Минерве, что сегодня будет в Хогвартсе. Ремонт замка близился к завершению, седьмого числа начнут прибывать ученики на учебные занятия, которые начнутся восьмого, оставалось еще кое-что сделать и Минерве нужна была вся помощь, которую она могла получить.       Когда он закончил готовиться к этому дню и проверил, как там Тедди, Ремус спустился вниз. Он нашел Андромеду сидящей за кухонным столом с недопитой чашкой чая перед ней. Она рассеянно помешивала его, глядя в другой конец комнаты.       — Доброе утро, — сказал он. Она подняла глаза и грустно улыбнулась ему. Ремус сжал ее плечо, прежде чем направился на кухню готовить завтрак.       — Я подумала, что сегодня пойду на кладбище, — тихо сказала она, когда Ремус вернулся к столу с тостами и яйцами.       Он тяжело сглотнул. — Я думал о том же.       — Может, пойдем попозже сегодня днем? — спросила она. — Когда ты вернешься из Хогвартса?       Ремус кивнул, не в силах говорить на данный момент. Она похлопала его по свободной руке, лежащей на столе, и сделала глоток чая. Ни один из них не произнес ни слова, пока Ремус ел, а Андромеда потягивала свой чай. Он был уверен, что Андромеда потерялась в своих воспоминаниях, как и он. Когда Ремус закончил есть, он отправил тарелки на кухню и прочистил горло.       — Тогда я буду дома около четырех, — сказал он.       — Хорошего дня.

***

      — Молли, — тихо сказал Артур. Молли стояла у кухонной раковины, упершись руками в край. Он положил руку ей на плечо. Она фыркнула.       — О, я в порядке, Артур, не суетись, — сказала она, махнув на него рукой.       Он взял ее и нежно притянул в свои объятия. Плечи Молли затряслись и Гермиона вышла из кухни, надеясь, что они ее не заметили. Она поспешила обратно наверх в комнату Джинни, чуть не столкнувшись с девушкой, когда Гермиона вошла в дверь.       — Я думала, ты спустилась на завтрак? — спросила Джинни замешательстве.       Гермиона взглянула на нее. — Твои мама и папа, они были, — Гермиона замолчала, покачав головой.       — Только не говори мне, что ты застала их целующимися, — сказала Джинни со стоном. — Мы сказали им прекратить делать это на кухне.       Гермиона не смогла удержаться от смеха, но он прозвучал как сдавленный крик. Глаза Джинни сузились от беспокойства. — В чем дело, Гермиона?       — Они не целовались, — сказала она. — Я просто, это было личное.       Джинни выглядела смущенной.       — Прошел месяц, Джин, — Гермиона посмотрела на свою подругу слезящимися глазами. Лицо Джинни сразу вытянулось.       — Конечно, — почти прошептала Джинни. Она опустилась на кровать, сложив руки на коленях. — Я знала, просто старалась не думать об этом.       — Я знаю, — ответила Гермиона, садясь рядом с ней и обнимая младшую Уизли за плечи. — Я не хотела мешать твоим родителям.       Джинни кивнула, положив голову на плечо Гермионы. Она подняла глаза, когда они услышали шаги мальчиков на лестнице. Гарри резко остановился, когда увидел их двоих, сидящих на кровати Джинни.       — Что случилось? — потребовал он, когда вошел в комнату, вместе с Роном.       — Ничего, — заверила его Джинни, вставая. — Все в порядке, Гарри.       — Тогда почему ты плачешь? — спросил Гарри.       Джинни только покачала головой и обняла его. Гарри притянул ее к себе и погладил по спине, шепча ей на ухо.       — Сегодня месяц, — тихо сказал Рон, глядя на Гермиону. Она кивнула, прежде чем тоже встать. Она колебалась, они вообще не разговаривали прошлой ночью, и Гермиона не была уверена, что он захочет утешения от нее. Однако один взгляд на его лицо заставил ее пересечь комнату и обнять его. Он зарылся лицом в ее волосы и крепко обнял ее в ответ.       — Мне так жаль, — сказала Гермиона, хотя она не была уверена, извинялась ли она за потерю Фреда или за их последнюю ссору. Рон просто обнял ее крепче. Они стояли там несколько минут, прежде чем Гермиона услышала вздох Джинни.       — Мы, наверное, можем спуститься, — сказала Джинни. — Вам двоим скоро нужно быть в министерстве.       Гарри убрал прядь волос ей за ухо. — Мы можем остаться сегодня. Я уверен, Кингсли бы понял.       Джинни улыбнулась ему. — Нет, у нас все будет хорошо, — сказала она. — Но, может быть, ты сможешь вернуться домой раньше, чем вчера? Я уверена, что мама захочет пойти на кладбище.       — Конечно, мы вернемся раньше, — сказал Гарри, наклоняясь вперед и целуя ее в лоб. Рон кивнул в знак согласия и отстранился от Гермионы. Джинни взглянула на них двоих, прежде чем взять Гарри за руку и вывести его из комнаты.       — С тобой все будет в порядке? — спросила Рона Гермиона, когда они ушли.       Он пожал плечами. — Мне придется, не так ли?       — Я полагаю, — согласилась она. Он мгновение смотрел на нее, прежде чем наклонился и поцеловал ее. Гермиона почувствовала, как часть напряжения покинула ее. Когда он отстранился, то на несколько секунд прижался лбом к ее лбу, а затем отступил от нее на шаг.       — Нам нужно спуститься на завтрак, — сказал он.       Она взяла его за руку и спустилась с ним по лестнице. Им все еще нужно было поговорить, она знала это, но это могло подождать.

***

3 Июня 1998

      Гермиона шла по обсаженной деревьями улице. Хотя она с нетерпением ждала встречи с Клэр и Дэвидом снова, Гермиона пожалела, что не подождала до следующей недели.       Предыдущий день был чрезвычайно эмоциональным для всех. Неудивительно, что завтрак в Норе прошел тихо и мрачно. Когда они с Джинни прибыли в Хогвартс, профессор МакГонагалл почтила минутой молчания память павших, и Гермиона не думала, что у кого-то в Большом зале глаза оставались сухими. Она и Джинни вернулись в Нору в середине дня, и Кингсли разрешил всем сотрудникам Министерства уйти пораньше, чтобы провести время со своими семьями в месячную годовщину Финальной битвы. Затем Гарри и Гермиона сопровождали Уизли на кладбище, которое было почти таким же эмоционально разрушительным, как и сами похороны.       Когда они вернулись домой, никому не хотелось есть. Гермиона и Рон провели вечер, прижавшись друг к другу на диване. Они не говорили о своем споре. Гермиона знала, что Рону просто нужно, чтобы она была с ним и не давила на него. По правде говоря, Гермиона была рада передышке, так как не была уверена, что сейчас ее рассуждения понравятся Рону больше, чем во время их ссоры.       Встряхнувшись от своих мыслей, Гермиона остановилась перед домом Клэр. Вздохнув и изобразив на лице улыбку, она поднялась по ступенькам на крыльцо и позвонила в звонок.       — Гермиона! — сказала Клэр в волнении, как только распахнула дверь. — Ты здесь! — Гермиона рассмеялась, когда девочка взяла ее за руку и потащила в дом. — Мама! Гермиона здесь!       — Да, я слышала, — сказала Сара. — Держу пари, то же самое слышали половина соседей. Она снисходительно улыбнулась дочери, затем повернулась к Гермионе. — Добро пожаловать, Гермиона, я рада, что ты смогла прийти.       — Спасибо, что пригласили меня, — ответила Гермиона. Клэр снова взяла ее за руку и потащила в гостиную, где на диване сидел Дэвид.       — Привет, Гермиона, — сказал Дэвид, когда она вошла в комнату.       — Привет, Дэвид. Как у тебя дела?       Он пожал плечами. — Хорошо.       Гермиона села рядом с ним и улыбнулась ему. Мальчик вернул ей улыбку, но Гермиона могла сказать, что это было сделано с большим усилием.       Оба ребенка физически выглядели намного лучше, чем в последний раз, когда Гермиона их видела. Они потеряли худобу в своих лицах и не только. Однако у Дэвида все еще был затравленный вид и Гермиона могла видеть темные круги у него под глазами.       Клэр, с другой стороны, выглядела почти слишком счастливой и с сияющими глазами, учитывая все, через что она прошла за последний год. Гермиона была уверена, что воссоединение со своей семьей принесло ей много пользы, но что-то было не так.       — Чем вы двое занимались с тех пор, как я видела вас в последний раз? — спросила Гермиона.       Клэр сразу же начала болтать об их деятельности за последний месяц.       Гермиона почувствовала, как Дэвид немного придвинулся к ней на диване, но он не участвовал в разговоре. Гермиона взглянула на Сару, которая грустно посмотрела на нее. Двум женщинам позже нужно будет поговорить.       — И мама заставляла нас делать уроки, — пожаловалась Клэр, закатив глаза.       — Правда? — спросила Гермиона, немного удивленная. — Какого рода?       — Все, — простонала Клэр. — Даже математику!       — Ну, ты пропустила целый год, не так ли? — сказала Сара. — Ты ничего не нагонишь в следующем году, если я не буду учить тебя сейчас.       — Но как насчет Хогвартса? — сказал Дэвид и Сара напряглась.       — Помнишь, я сказала, что мы поговорим об этом позже? — сказала Сара достаточно любезно, но Гермиона почувствовала скрытый намек на раздражение в ее тоне. То, что Клэр сказала в своем письме, теперь приобрело больше смысла. Решив, что сейчас не лучшее время для обсуждения школьных планов, Гермиона сменила тему.       — Энни придет сегодня? — спросила она.       Клэр нахмурилась. — Ее сестра не позволит ей.       — Почему нет? — спросила Гермиона.       — Эми не любит магию, — сказал Дэвид.       — Это не совсем так, — быстро сказала Сара. — Она просто обеспокоена тем, что Энни слишком привязалась к нам.       Гермиона закусила губу. По-видимому, смена темы была не лучшим выбором.       — Энни всегда хотела остаться здесь, когда за ней приезжала Эми, — сказал Дэвид. Он теребил свободную нитку на своих брюках. — Энни говорит, что не может спать дома.       Сара заерзала на стуле и выглядела неловко. Гермиона посмотрела на Дэвида, а затем на Клэр. Ни один из детей больше ничего не сказал. Сара прочистила горло.       — Клэр, помоги мне на кухне на минутку, — сказала она. Клэр выглядела так, как будто собиралась протестовать, но ее мать посмотрела на нее и девочка послушно последовала за ней.       — Как идут дела с родителями Клэр? — спросила Гермиона, когда Клэр и Сара были вне пределов слышимости.       — Они добры ко мне, — сказал Дэвид. — Сара все время обнимает меня, а отец Клэр, Джон, играет со мной и Мэтью в футбол или крикет. Мэтью, это брат Клэр. Сегодня он у своего друга.       — Похоже, они относятся к тебе как к члену семьи, — сказала Гермиона.       — Да, — сказал Дэвид, пожимая плечами. Он снова посмотрел на свои колени.       — Что ты имел в виду, когда говорил, что Энни не может заснуть? — спросила Гермиона.       — Она скучает по нам, — ответил Дэвид. — И ей снятся кошмары. Раньше, когда нам снились кошмары, мы помогали друг другу не бояться их.       Гермиона вспомнила, как нашла троих детей в одной кровати в ночь, когда их выпустили из Азкабана.       — Что насчет Клэр? Ей все еще снятся кошмары? — спросила Гермиона.       — Иногда, — сказал он. — Но ее мама сейчас здесь.       — А как насчет тебя?       Дэвид, казалось, замкнулся в себе. Гермиона обняла его за плечи, и он придвинулся ближе к ней. — В чем дело, Дэвид?       — Я скучаю по своей маме, — прошептал он.       Сердце Гермионы разбилось. — Я знаю. Мне так жаль, Дэвид. На мгновение ей показалось, что он собирается заплакать, но затем он выпрямился и прочистил горло.       — Все в порядке, — сказал он и одарил ее улыбкой, которая совсем не коснулась его глаз.       Клэр и Сара вышли из кухни с подносом печенья и лимонада. Они сели и начали болтать, но Гермиона продолжала с беспокойством смотреть на Дэвида. Ей определенно нужно будет поговорить с Сарой наедине, позже.       — Чем ты занималась, Гермиона? — спросила Клэр.       — Ну, я помогала ремонтировать замок, — сказала Гермиона.       Дэвид, казалось, воспрянул духом при этих словах. — Неужели? Теперь все исправлено?       — В основном, — сказала она. — Осталось сделать несколько вещей, но он определенно будет готов к открытию осенью. На самом деле, некоторые из старших учеников вернутся на следующей неделе.       — Как так получилось? — спросил Дэвид.       — Пятые и седьмые курсы должны сдавать специальные экзамены, поэтому у них будут занятия в течение нескольких недель, прежде чем они сдадут их, — объяснила Гермиона.       — Тебе обязательно их брать? — сказал Дэвид.       — Ну, я могла бы, но я пропустила последний год в школе, — сказала Гермиона.       Сара вздрогнула и улыбка снова сошла с лица Клэр. Гермиона молча ругала себя. Ей не следовало поднимать эту тему.       Она быстро продолжила. — Я собираюсь вернуться осенью.       — Итак, ты будешь там в следующем году с нами? — сказал Дэвид и на его лице наконец появилась искренняя улыбка.       — Да, — ответила она. Гермиона взглянула на Сару, которая нахмурилась. Возможно, пришло время Гермионе поговорить с этой женщиной. Сара поднялась со своего места и начала собирать тарелки.       — Позволь мне помочь тебе с этим, — сказала Гермиона.       — О, в этом нет необходимости, — сказала Сара.       — Это не проблема, — ответила Гермиона с улыбкой. Она снова посмотрела на детей. — Чуть не забыла, у меня есть кое-что для вас двоих. Она поставила посуду, а затем полезла в свою расшитую бисером сумку и вытащила две книги. Одной из них была «Квиддич сквозь века», а другой была «Хогвартс, история». Глаза Дэвида выпучились, а рот Клэр открылся от шока, когда две книги, одна довольно большая, достались из крошечной сумки.       Гермиона усмехнулась. — Магия, — сказала она, указывая на свою сумку. — Намного больше, чем кажется снаружи. Однажды я вытащила из нее палатку. Оба ребенка потеряли дар речи и Гермиона снова усмехнулась. — Я подумала, что вы, возможно, захотите взглянуть на это. Она передала книги, Дэвид сразу же схватил про квиддич. Гермиона снова собрала посуду и последовала за Сарой на кухню.       — Это был настоящий фокус, — беспечно сказала Сара, ставя тарелки в раковину.       — Никакого фокуса, — ответила Гермиона. — Это заклинание расширения. Сара не выглядела слишком взволнованной. — Извините, если я перешла границы.       — Нет, все в порядке, просто — Сара покачала головой и отвернулась от раковины. — Я не могу позволить им вернуться.       — Я понимаю, честно понимаю, — ответила Гермиона. — Но это то место, где они должны быть.       — А, тюрьма? — спросила Сара. — Они тоже должны были быть там?       Гермиона вытащила палочку из рукава и произнесла быстрое оглохни. Она не хотела, чтобы дети подслушивали.       — Прости, привычка, — сказала она на недоверчивый взгляд Сары. — Но это заклинание для уединения. Мы все еще слышим их, но они нас не слышат.       — Конечно, они не должны были быть в тюрьме, — продолжила Гермиона. — Но все уже не так.       — Как ты можешь быть уверена? — спросила Сара.       — Потому что я видела, как мой лучший друг убил сумасшедшего, который позволил их поместить туда, — сказала Гермиона. Глаза Сары расширились. — Может быть, нам стоит присесть.       Две женщины сели за кухонный стол и Гермиона вкратце рассказала Саре о войне и ее результатах.       — Почему нам никто не сказал об этом? — потребовала Сара. — Я бы никогда не отпустила Клэр, если бы тот человек, который приходил сюда, рассказал мне что-нибудь из этого!       — На тот момент Волан-де-Морт не взял под контроль министерство, — сказала Гермиона, зная, что Сара говорила об их визите от представителя министерства, когда Клэр получила письмо.       — Как насчет тех, кто поддерживал этого Волан-де-Морта? — спросила Сара. — Ты не можешь сказать мне, что он сделал все это сам.       — Нет, он этого не сделал. И большинство его сторонников уже в тюрьме, каждый день их арестовывают все больше. Новый министр — хороший человек, он не допустит, чтобы что-то подобное повторилось.       — Я не знаю, Гермиона, — устало сказала Сара.       — Я не буду тебе лгать, — сказала Гермиона. — Все еще есть те, кто придерживается тех убеждений, что магглорожденные ниже других волшебников. И я не могу обещать, что Клэр и Дэвид не услышат об этом. Но я могу обещать, что наша директриса не позволит этому остаться безнаказанным. Это их мир, Сара. Им нужно научиться контролировать свою магию и правильно ее использовать. Я даже не могу представить, что вы должны чувствовать по этому поводу, учитывая то, что с ними случилось, но я клянусь вам, что я присмотрю за ними в следующем году.       Сара выглядела почти смирившейся. — Нам с мужем придется поговорить об этом.       — Я с радостью отвечу на любые ваши вопросы, — сказала Гермиона. — Могу я спросить тебя кое о чем?       — Конечно, — сказала Сара.       — Как Дэвид, на самом деле?       Сара вздохнула. — У него трудные времена. Он плохо спит и по ночам ему снятся кошмары. В начале, когда Энни все еще была с нами, я чаще всего заставала их троих в одной постели.       — Это случилось и в ту ночь, которую они провели в Хогвартсе, — объяснила Гермиона.       — Клэр, кажется, становится немного лучше, но иногда я беспокоюсь о ней больше, чем о Дэвиде.       — Как же так? — спросила Гермиона.       Сара снова вздохнула. — Ты заметила, какой счастливой она кажется?       Гермиона кивнула. — На самом деле, я немного задумалась об этом.       — Я понимаю, что она не потеряла нас, как Дэвид и Энни потеряли своих родителей, но она все равно прошла через ужасное испытание, — Сара сделала паузу и посмотрела на Гермиону. — Честно говоря, я немного боюсь того, что может случиться.       — Может быть, целителю стоит взглянуть на них, — сказала Гермиона. — Мадам Помфри — целительница в школе. Я знаю, что она осматривала их ранее, но вероятно осмотр больше был направлен на разного рода травм, которые могли требовать немедленного внимания. Я уверена, что она была бы не против взглянуть как раз.       Сара выглядела облегченной. — Я была бы признательна за это. Я не могу отвести их к психиатру или что-то в этом роде.       Гермиона грустно улыбнулась ей. — Это тяжело, — согласилась она. — Быть частью двух таких разных миров. И со всем, через что они прошли, и не имея возможности никому об этом рассказать. Гермиона сделала паузу и покачала головой. — Вот почему я думаю, что для них действительно важно вернуться в Хогвартс. Там будет много людей, которые поймут. Они, по крайней мере, смогут рассказать о том, что произошло, и никто не подумает, что они сошли с ума.       — Я только что вернула ее, — прошептала Сара. — Я не знаю, смогу ли я отпустить ее снова.       Гермиона положила руку на руку женщине. — Просто подумайте о том, что лучше для Клэр в долгосрочной перспективе. И Дэвида тоже.       Сара кивнула и похлопала Гермиону по руке. — Нам, наверное, стоит вернуться, — сказала Сара. — Клэр будет удивлена, почему мы так долго моем посуду.       Гермиона улыбнулась и встала из-за стола, отменив заклинание.       — У меня есть еще один вопрос, — сказала она. — Я хотела бы поговорить с сестрой Энни. Можете ли вы сказать мне, где они живут?       — Может быть, тебе стоит сначала позвонить ей, — уклончиво ответила Сара.       — Она сразу откажет мне, — ответила Гермиона.       — Я не знаю, Гермиона, — сказала Сара, явно чувствуя себя неловко, выдавая информацию.       — Сара, мой лучший друг вырос со своими тетей и дядей, которые ненавидели магию. Он спал в чулане, пока ему не исполнилось одиннадцать, и они обращались с ним как с рабом. Я не позволю, чтобы это случилось с другим ребенком.       — Эми бы никогда! — настаивала Сара, выглядя испуганной. — Я знаю, что она опасается магии Энни, но она не стала бы так с ней обращаться, я тебе обещаю. Она любит свою сестру.       — Я могу получить информацию от авроров, но я бы не хотела привлекать их, — сказала Гермиона, хотя она сомневалась, что они запросто выдадут ей нужные сведения без доказательств.       Сара посмотрела на нее на мгновение, прежде чем вздохнуть. — Хорошо, но, пожалуйста, не предполагай худшего.       — Я обещаю, что не буду.

***

      Гермиона стояла перед зданием и смотрела на второй этаж, где находилась квартира Энни. Она все еще не была уверена, что это хорошая идея. Может быть, ей следовало подождать и привести с собой Рона или Гарри или сначала позвонить, как предложила Сара. Тем не менее, она была здесь прямо сейчас. Еще раз взглянув на листок бумаги с адресом Энни, Гермиона расправила плечи и вошла в здание.       Поднимаясь по лестнице на второй этаж, Гермиона сморщила нос от запаха плесени. Здание было определенно старым и немного потрепанным, хотя было очевидно, что кто-то, по крайней мере, пытался поддерживать порядок. Ковер на лестнице был потертым, но выглядел относительно чистым. На перилах и стенах были вмятины и царапины, но грязи не было.       Она остановилась перед дверью Энни и перевела дыхание, прежде чем постучать. Внутри послышалось движение, прежде чем дверь слегка приоткрылась. Женщина примерно того же возраста, что и Гермиона, смотрела на нее прищуренными глазами.       — Да? — спросила женщина, которая, должно быть была Эми.       — Привет, меня зовут Гермиона… — но прежде чем она успела закончить, изнутри раздался визг.       — Гермиона! — Энни налетела на сестру, оттолкнула ее в сторону, распахнула дверь и бросилась к Гермионе.       — Энни! — резко сказала Эми.       — Все в порядке, — заверила ее Гермиона. Она с улыбкой посмотрела на Энни. — Как дела?       — Извините, но кто вы, собственно, такая? — Эми положила руку на плечо Энни и оттащила ее от Гермионы.       — Извините, меня зовут Гермиона Грейнджер, — снова сказала Гермиона. — Я встретила вашу сестру в прошлом месяце в Хогвартсе. При упоминании школы смущенное выражение лица Эми сменилось хмурым. Она слегка отодвинула Энни за спину, несмотря на протесты младшей девочки.       — Что вы здесь делаете? — требовательно спросила Эми.       — Я просто хотела проверить Энни и посмотреть, как у нее дела, — объяснила Гермиона.       — С ней все в порядке, — решительно сказала Эми.       — Эми, — запротестовала Энни, пытаясь вырваться из рук сестры.       — Если бы я могла просто зайти и поговорить с вами обеими на минутку, — сказала Гермиона.       — Нет, — ответила Эми.       — Эми, я хочу поговорить с Гермионой, — запротестовала Энни.       — Энни, иди в свою комнату, пожалуйста, — сказала Эми.       — Нет! — закричала Энни.       — Энни! — строго сказала Эми. Энни уставилась на свою сестру, разрыдалась и убежала. Гермиона услышала хлопок двери несколько секунд спустя.       — Я думаю, что вам лучше уйти прямо сейчас, — сказала Эми Гермионе.       — Пожалуйста, я просто хочу знать, что с ней все в порядке, — сказала Гермиона.       — Все в порядке? — повторила Эми. — Вы хотите знать, все ли с ней в порядке? Благодаря вашим людям ей каждую ночь снятся кошмары.       — Я не… — Гермиона попыталась объяснить, но Эми прервала ее.       — Она боится собственной тени, закатывает безбожные истерики и заставляет вещи взрываться и не подпускает к себе никого, кроме меня, а иногда и меня тоже, — продолжила Эми, ее голос стал жестким, а губы поджаты. — Она все время плачет по нашим родителям и набрасывается на меня всякий раз, когда я пытаюсь поговорить с ней о возвращении в школу. Нормальную школу. Я больше не могу работать, потому что боюсь оставлять ее одну. Моему мужу пришлось устроиться на вторую работу, чтобы нас всех прокормить.       Гермиона почувствовала, как на глаза навернулись слезы. — Мне очень жаль, но я могу помочь, если вы просто позволите мне объяснить, — начала Гермиона, но Эми только недоверчиво фыркнула и покачала головой.       — Если вы думаете, что я позволю кому-либо из вас приблизиться к ней после всего, через что вы заставили ее пройти, то вы сошли с ума, — сказала она. — Уходите и не возвращайтесь.       Затем она захлопнула дверь перед лицом Гермионы и она услышала, как задвигается засов. Она постояла в коридоре несколько мгновений, прежде чем удрученно повернулась и медленно спустилась по лестнице и вышла из здания.

***

      — Вы можете что-нибудь сделать? — позже тем же вечером Гермиона спросила Гарри и Рона, когда она рассказала о своем визите в квартиру Энни.       — Я не знаю, Гермиона, — сказал Гарри со вздохом. — Эми — ее законный опекун и если она не хочет с тобой разговаривать, то она не обязана.       — А как насчет кого-нибудь из министерства? — спросила Джинни. — Или школы?       — Я сомневаюсь в этом, — сказал Рон. — Очевидно, что мы еще не знаем всех законов и мы спросим преподавателя завтра на уроке об этом, но им не обязательно отправлять своего ребенка в Хогвартс, если они этого не хотят.       Гермиона вздохнула. — Я действительно беспокоюсь о ней.       — Ты же не думаешь, что над ней издеваются или что-то в этом роде, не так ли? — спросил Гарри. — Потому что, если это так, то это совсем другое дело.       — Нет, — сказала Гермиона. — Квартира, то немногое, что я могла видеть, казалось старой, но ухоженной. Очевидно, у нее есть своя комната, потому что Эми отправила ее туда, пока мы разговаривали. На Энни не было никаких отметин и она определенно не боялась своей сестры. Проблема в том, что Энни отрезана от двух своих лучших друзей, которые были ее единственной эмоциональной поддержкой в течение последнего года и ее сестра не может понять, через что они прошли. Она даже не позволила мне рассказать о войне и о том, кем я была. Она продолжала называть меня «вы и ваши люди». Эми свалила меня в одну кучу с Пожирателями смерти.       Рон обнял ее и Гермиона вздохнула, прежде чем расслабилась в его объятиях.       — А как насчет мамы Клэр? — спросила Джинни. — Как ты думаешь, она поговорила бы с Эми?       — Эми даже не хочет, чтобы Энни больше ходила к Клэр, потому что Энни не хочет уходить от них после.       — Похоже, Эми не в себе, — сказала Джинни.       Гермиона кивнула. — Сара предложила Энни оставаться с ними на полный рабочий день, но Эми отказывается.       — Ну, ты не можешь ее винить, — сказал Рон. — Я имею в виду, что она потеряла своих родителей и она думала, что ее сестра тоже умерла. Я бы тоже хотел, чтобы Джин был со мной, если бы мы были в такой ситуации.       — Кто сказал, что я хотела бы жить с тобой. Ты же большой мерзавец, — сказала Джинни, но в ее тоне была нежность.       Рон дразняще потянул ее за волосы, и она улыбнулась.       — Я не виню ее, Рон, — сказала Гермиона, улыбнувшись им. — Но она не приносит Энни никакой пользы, держа ее подальше от всех.       — Я не знаю, как быть в такой ситуации, Гермиона, — сказал Гарри со вздохом. — Как сказал Рон, мы спросим завтра во время тренировки, но я не буду тебя обнадеживать раньше времени.       — Я знаю, Гарри, спасибо, — ответила Гермиона. Рон попытался подавить зевок, но безуспешно.       — Извини, я измотан, — сказал Рон. Гермиона поднялась с кровати Рона, на которой она сидела.       — Мы должны дать вам обоим немного поспать, — сказала она. Гермиона и Джинни пожелали ребятам спокойной ночи, затем спустились по лестнице в комнату Джинни.       — Что ты собираешься делать? — спросила Джинни.       — Я не знаю, — честно ответила Гермиона. — Но я не сдамся.