Глава 46: Расстояние
30 января 2024 г., 19:57
11 февраля 2000
Ремус вышел из камина и сразу же направился на кухню. Он достал бутылку огневиски, щедро наливая себе в стакан. Ремус выпил его двумя глотками, затем снова наполнил стакан. Он выпил половину, прежде чем услышал движение на лестнице. Ремус немедленно убрал бутылку и сполоснул стакан, не желая вопросов о том, почему он пил, как раз перед тем, как Андромеда вошла в кухню. — Как там Гермиона? — спросила она, когда Ремус отошел от раковины. — Прекрасно, она была в порядке, — сказал он. — Чего она хотела? — спросила Андромеда, взяв стакан и очистила его с помощью магии, прежде чем убрать в шкаф. Если она и почувствовала запах спиртного, то ничего не сказала. — У нее было несколько вопросов, — сказал Ремус. — Об Уилле, мальчике, о котором я тебе рассказывал. Вещи, которые она могла бы рассказать его матери, что бы помочь ему. Андромеда странно посмотрела на него. Вероятно, потому, что это был глупый ответ на ее вопрос. Он не сомневался, что Гермиона уже знала многое из того, что Ремус мог ей рассказать. — Это были вопросы о жизни в стае, — продолжил Ремус, решив, что даже такой умной, какой была Гермиона, у нее не было такого опыта и Ремус точно никому не рассказывал об этом. — Вещи, которые могут повлиять на его способность вернуться к жизни со своей семьей. Андромеда, казалось, смягчилась этим объяснением. Она снова посмотрела на него, как раз когда он начал расслабляться. — Ты уверен, что с тобой все в порядке? — Да. Она изучала его мгновение, прежде чем кивнуть. Андромеда похлопала его по руке, вошла в гостиную и взяла свою книгу, устраиваясь на диване, чтобы почитать. Ремус выдохнул и повернулся обратно к раковине, упершись в нее руками. Выражение лица Гермионы, когда он уходил, почти сломило его решимость. Она выглядела такой… грустной. Грустной и разочарованной. Он закрыл глаза и вцепился в края раковины. Он испытывал искушение, искушение продолжить тот последний поцелуй, который она ему подарила. Он ответил на несколько секунд, прежде чем отстраниться от нее. Но он не мог так поступить с ней, он не мог рисковать тем, что пребывание с ним разрушит ее репутацию. Она собиралась далеко продвинуться в министерстве, Ремус знал это. Вероятно, однажды она могла бы даже стать министром магии, если бы захотела. Общественность может выбрать магглорожденную, но не в том случае, если она будет связана с оборотнем. Ремус вздохнул, оттолкнулся от раковины выходя из кухни. Проходя мимо гостиной, он заглянул в нее и сказал Андромеде, что устал и идет спать. Она посмотрела на него с беспокойством, но не задала никаких вопросов. Ремус добрался до своей спальни и снял ботинки, прежде чем лечь на кровать. Он сложил руки на животе и посмотрел в потолок. Гермиона нашла бы кого-то, кто гораздо больше подходил ей. Это было к лучшему, он должен был продолжать говорить это себе. Когда он засыпал, тихий голос в его голове спросил, если это к лучшему, тогда почему он чувствовал себя таким несчастным?***
12 февраля 2000
Живоглот разбудил Гермиону, толкнув ее в бок. Она открыла глаза и сердито посмотрела на своего кота. — На улице едва рассвело, — проворчала она, натягивая одеяло на голову. Гермиона была измотана. Она почти не спала, а когда спала, казалось, что все, что она делала, это видела сны о Ремусе. Гермиона фыркнула, почувствовав, как снова подступают слезы. Она не собиралась продолжать плакать из-за этого. Ремус совершенно ясно выразил свои чувства. Слезы по этому поводу ничего бы не изменили. Гермиона вздохнула, когда Живоглот стал более настойчивым. Застонав, она сбросила одеяло и встала, натягивая джемпер, который лежал на стуле рядом с ее кроватью. Она натянула пару носков и спустилась вниз, наполнив кошачью миску едой. — Если это ты наказываешь меня за то, что я оставила тебя на несколько дней, ты можешь остановиться, — сказала Гермиона. — Я ничего не могла с этим поделать. Она скрестила руки на груди. Живоглот проигнорировал ее, продолжая есть свой завтрак. Гермиона закатила глаза и достала кофеварку. Если она собиралась пойти сегодня к Гарри и притвориться, что ничего не случилось, ей понадобится кофеин.──────── • ✤ • ────────
Гермиона прошла через камин на кухню площади Гриммо. Гарри и Джинни сидели за кухонным столом и оба подняли глаза, когда она вышла из камина. — Гермиона! — воскликнула Джинни, вскакивая, чтобы обнять ее. — Привет, Джин, — сказала Гермиона, стараясь, чтобы ее голос звучал ровно. Джинни отступила назад и испытующе посмотрела на нее. Гермиона изобразила на лице улыбку, но она не была уверена, что рыжая ничего не заподозрила. Прежде чем Джинни смогла что-либо сказать, Гермиона повернулась к Гарри. — Где Рон? — Он сегодня работает, — сказал Гарри. — Дневная смена. Гермиона кивнула и села за стол, как раз когда Кричер начал подавать им обед. — Итак, расскажи нам о своей поездке, Гермиона, — сказала Джинни. Гермиона взглянула на Гарри, не зная, как много он рассказал Джинни. — Гарри сказал мне, что Кингсли отправил тебя в командировку, связанную с работой, пока все здесь не успокоится. — Ну, во-первых, ты знала, что меня перевели в другой отдел? — Да, Гарри упоминал об этом, — сказала Джинни. — Что-то об исследованиях и Визенгамоте? — Хорошо, в основном я собираюсь делать то, что хотела делать, когда была в ДРКМС работая над законами об оборотнях. Итак, Кингсли подумал, что я должна поговорить с министерством Франции и посмотреть, как они там обращаются с оборотнями. Это совсем не то, что мы делаем здесь, и в результате количество нападений оборотней практически равно нулю. — Что они делают по-другому? — спросил Гарри. — Ну, во-первых, у них совершенно другое отношение к месту оборотней в обществе, — сказала Гермиона. — С ними обращаются не как с какими-то отвратительными полукровками, а как с ведьмами и волшебниками, страдающими болезнью, в чем они не виноваты. У них есть реестр, подобный нашему, но он используется для предложения помощи, а не наказания. Их министерство предоставляет аконит бесплатно, и у них есть учреждение, куда оборотни могут прийти, чтобы трансформироваться, если у них нет подходящего места в их собственных домах. Они также отправляют чиновников министерства, чтобы помочь с защитой и убедиться, что везде, где оборотни решили трансформироваться — безопасно. Нет никаких законов, запрещающих людям с ликантропией работать, вступать в брак или заводить детей. Никто не может быть уволен за то, что ему пришлось взять отгул в полнолуние. В Шармбатоне даже есть семинар, обязательный для первокурсников, объясняющий мифы и неправильные представления об оборотнях. Из-за всего этого за последние пять лет появилось только три новых оборотня, все они были обращены одним и тем же оборотнем, который впоследствии был арестован и заключен в тюрьму. — Это потрясающе, Гермиона, — сказала Джинни. — Это так, — согласилась Гермиона. — Итак, как ты думаешь, каковы шансы на то, что некоторые из тех же правил будут реализованы здесь? — спросил Гарри. Гермиона вздохнула. — Самым большим препятствием будет общественное мнение. И, к сожалению, я думаю, что потребуется некоторое время, чтобы оно изменилось, особенно после войны. Но я хочу поговорить с профессором МакГонагалл о проведении аналогичного семинара в Хогвартсе. — Я не уверен насчет министерства, предоставляющего аконит, Гермиона, — сказал Гарри. — После всех восстановительных работ после войны, я не думаю, что министерство может себе это позволить. — Я знаю, — сказала Гермиона. — Это будет еще одной большой проблемой. Но я надеюсь, что если мы сможем начать делать некоторые из этих небольших вещей, мы сможем в конечном итоге к чему-то прийти. Я знаю, что это займет время. — Если кто-то и может это осуществить, так это ты, — сказал Гарри с улыбкой. Гермиона пыталась вернуть улыбку, но все разговоры об оборотнях заставили ее подумать о Ремусе. Она кивнула и посмотрела в свою тарелку, прежде чем откусить еще кусочек тушеного мяса, приготовленного Кричером. — Гермиона? — задала вопрос Джинни. — С тобой все в порядке? Черт возьми, подумала Гермиона. Ее друзья были слишком наблюдательны. Она тихо вздохнула и подняла голову. — Я просто устала. Плохо спала прошлой ночью. Гарри сразу же выглядел обеспокоенным. — Что-то не так? — Нет, просто одна из тех ночей. Она слабо улыбнулась им обоим и была совершенно уверена, что ни один из них ей не поверил. — А потом Живоглот разбудил меня на рассвете, требуя свой завтрак. Я уверена, что это его способ наказать меня за то, что я ушла, не попрощавшись. Гарри усмехнулся и вернулся к своему обеду. Но Джинни продолжала поглядывать на Гермиону краем глаза. Гермиона успешно сменила тему на Рона и Сьюзен, и они закончили обед, размышляя о новых отношениях. — Нам, наверное, пора идти, — наконец сказал Гарри. — Я сказал матери Уилла, что мы будем там около часа. Гермиона встала из-за стола и отнесла посуду в раковину. — Я воспользуюсь туалетом, прежде чем мы уйдем, — сказала она и поспешила вверх по лестнице. Оказавшись в ванной, Гермиона вздохнула и плеснула немного воды на лицо, пытаясь выглядеть менее уставшей и изможденной. Она знала, что оба ее друга заметили, хотя Гарри, казалось, поверил ее оправданию о плохом сне. У Джинни, однако, было бы больше вопросов. Закончив, Гермиона открыла дверь и не удивилась, увидев Джинни, которая ждала ее, прислонившись к стене напротив туалета. — Ты собираешься рассказать мне, что происходит на самом деле? — Ничего, Джинни, я в порядке, — сказала Гермиона. — Лгунья, — ответила Джинни. Гермиона вздохнула и посмотрела на свою подругу. — Я не могу сейчас сказать. Зайдешь ко мне после того, как мы вернемся? — Конечно, — сказала Джинни. Она шагнула вперед и обняла Гермиону, и Гермионе потребовалось все, чтобы не разрыдаться. Когда Джинни отстранилась, она обеспокоенно посмотрела на Гермиону. Она сжала руку Гермионы. — Что бы это ни было, мы разберемся. — Спасибо, Джин, — сказала Гермиона с комом в горле. — Гермиона, ты готова? — позвал Гарри. — Уже иду, Гарри. Гермиона изобразила на лице улыбку и спустилась по лестнице, забрав у Гарри свой плащ, прежде чем они вышли на улицу. Гарри взял Гермиону за руку и они аппарировали.──────── • ✤ • ────────
— Как ты? — спросила Гермиона, обнимая Уилла. Они прибыли в большой коттедж, окруженный лесом. Похоже, поблизости не было соседей, и Гарри объяснил, что отец Уилла перевез семью сюда после того, как Уилла похитили, надеясь скрыть остальную часть своей семьи от пожирателей смерти. — Я в порядке, — сказал Уилл, улыбаясь ей. Женщина вошла в прихожую и Уилл повернулся к ней. — Это моя мама. Мама, это Гермиона. — Кэролайн Берк, — сказала женщина, протягивая руку. Гермиона пожала ее. — Гермиона Грейнджер. — Да, я знаю, кто вы, — сказала миссис Берк со смехом. — Уилл говорил о вас каждые пять минут. Уилл покраснел и уставился в пол. Улыбка миссис Берк немедленно исчезла. — Уилл, прости, я просто дразнила, — сказала она, положив руку ему на плечо. Уилл неуверенно посмотрел на нее, и Гермиона почувствовала волну сочувствия к ним обоим. Уиллу потребуется некоторое время, чтобы снова научиться жить в семье. Уилл наконец кивнул, и его мать обняла его за плечи, сжимая его. Она провела их всех в уютную гостиную, где их ждал поднос с чаем и печеньем. Все расселись по местам, и миссис Берк приготовила им всем чай. Гермиона сделала глоток своего, наблюдая за Уиллом краем глаза, пока разговаривала с его матерью. Казалось, он не мог усидеть на месте и съел свое первое печенье за один укус. После взгляда его матери, нежного, без упрека, который Гермиона была рада видеть, он съел второе печенье маленькими кусочками. Но Гермиона могла сказать, что ему было нелегко с этим. Она вспомнила, как он быстро съел бутерброды, которые Кричер приготовил для него. В то время Гермиона думала, что он был голоден, но, вероятно, это было больше связано с привычками в еде, которым его научила стая. — Могу я теперь выйти на улицу? — спросил Уилл во время паузы в разговоре. — Конечно, — ответила его мать. — Но не забудь надеть сапоги и плащ. — Мама, — пожаловался Уилл. — Уильям, — ответила его мать. Уилл вздохнул и посмотрел на Гермиону. — Хочешь выйти со мной на улицу? — с надеждой спросил он. — Да, — ответила Гермиона. — Но могу я поговорить с твоей матерью еще несколько минут? — Хорошо, — сказал Уилл. — Я выйду с тобой, Уилл, — сказал Гарри. Глаза Уилла загорелись. — Ты покажешь мне этот трюк еще раз? Гарри усмехнулся. — Конечно, если я смогу снова одолжить твою метлу. Уилл посмотрел на свою мать. — Просто будь осторожен. Уилл ухмыльнулся и поспешил из комнаты. Гарри поблагодарил миссис Берк за чай и печенье и последовал за Уиллом ко входу, где Гермиона могла слышать, как мальчик натягивает ботинки. — Я ни за что не могу заставить его надеть плащ, — со вздохом сказала миссис Берк. — Он бы и без обуви бегал, если бы не было снега, я уверена в этом. — Вам обоим, должно быть, трудно приспособиться, — сказала Гермиона, делая еще один глоток чая. — Так и есть, — согласилась миссис Берк. — Как вы заметили, когда впервые приехали, он не понимает поддразниваний. Как будто он думает, что я злюсь на него или ругаю. — Да, я полагаю, что его альфа не терпел поддразниваний или шуток, — сказала Гермиона. Миссис Берк покачала головой. — Я никогда не ожидала, что он будет таким, таким… я не знаю, диким — не совсем то слово, которое я ищу, но я не могу придумать другого способа описать это. Его манеры за столом ужасны, и он, кажется, не чувствует необходимости мыться каждый день или менять одежду. Гермиона не была удивлена. Тяжелая жизнь не давала тебе много возможностей оставаться чистым. — Похоже, у него проблемы с пребыванием в доме, — продолжила миссис Берк. — Он хочет быть снаружи дома больше, чем внутри. Гермиона кивнула. После того, как Добби спас их из Малфой-Мэнора и они остались в Ракушке, она была беспокойной. В то время она полагала, что это из-за того, что многим людям было тесно в таком маленьком пространстве, не говоря уже о беспокойстве по поводу того, что они собирались предпринять в Гринготтсе. Но позже, пробыв в палатке столько месяцев, она поняла, что коттедж казался тесным. — Не поймите меня неправильно, — продолжила миссис Берк. — Я даже не могу выразить, как я вне себя от радости, что он вернулся, но временами это трудно. — Как его братья и сестры справляются с этим? — спросила Гермиона. — Рейчел и Пол, конечно, были шокированы, но все равно в восторге. Ребекке было тяжелее всего. Она никогда не знала Уилла, и она привыкла к тому, что я была предоставлена только ей в течение учебного года. В последнее время Уилл занимает так много моего внимания. Уилл, кажется, относится к ней настороженно, как будто он не знает, как с ней обращаться. — Он сказал мне, что он был единственным ребенком в стае, — сказала Гермиона. Миссис Берк кивнула. — Я так благодарна тебе, — сказала она, глядя на Гермиону со слезами на глазах. — Если бы тебя не было там в тот день, я, возможно, никогда бы его не вернула. — Вы не должны благодарить меня, — сказала Гермиона. — Я просто рада, что все завершилось хорошо. Уилл беспокоился, что вы не захотите его видеть. — Гарри сказал мне это, — сказала женщина. — Я знаю, что придется смириться с его ликантропией, но я бы никогда его не отвергла. Я просто хочу, чтобы его отец знал это. Гермиона ждала. Она не хотела совать нос в чужие дела, но ей было любопытно, что произошло, чтобы спровоцировать похищение Уилла. — Я полагаю, вам интересно, как все это произошло, — сказала миссис Берк несколько мгновений спустя. — Вы не обязаны мне рассказывать, — быстро сказала Гермиона. — Нет, все в порядке. Она вздохнула. — Прапрадедушкой моего мужа был Карактакус Берк из «Борджин и Беркс». Поскольку Берки принадлежат священным двадцати восьми, Сами-Знаете-Кто предположил, что мой муж захочет поддержать его дело. Но ветвь семьи Стюартов никогда особо не интересовалась всей этой чепухой о превосходстве чистокровных. На самом деле, мать Стюарта была магглорожденной. Когда они пришли, то он отказал им. Ему сказали, что он пожалеет об этом, но мы никогда не думали, что они заберут одного из детей. Миссис Берк сделала паузу и перевела дыхание, пытаясь успокоиться. — После того, как Уилла забрали, Стюарт отправился к Эйвери. Они вместе учились в Хогвартсе и были дружны до того, как Эйвери стал пожирателем смерти. Стюарту сказали, что лучше просто забыть об Уилле. Что если он еще не умер, то скоро умрет. Это сломило моего мужа. Он перевез нас сюда, чтобы попытаться спрятать нас, никогда не зная, вернутся ли они снова. Он каждый день отправлялся на поиски Уилла, надеясь найти какой-нибудь его след. Через год после похищения Уилла, Стюарт не вернулся. Я только после войны узнала, что его забрали в Азкабан. Он умер там. — Мне так жаль, миссис Берк, — сказала Гермиона, ее глаза были полны непролитых слез. Женщина вытащила из рукава носовой платок и промокнула глаза. — Спасибо. И, пожалуйста, вы зовите меня Кэролайн. Гермиона кивнула, давая женщине несколько мгновений, прежде чем продолжить. — Мне интересно, думали ли вы об отправке Уилла в Хогвартс в следующем году? Кэролайн выглядела удивленной. — Я не была уверена, что они позволят ему. И, честно говоря, я не уверена, хочу ли я выпускать его из виду. — Я полностью понимаю это, — сказала Гермиона. — Но, если вы хотите, чтобы он отправился учиться, я уверена, что он мог бы. Я могу попросить директрису Макгонагалл связаться с вами, если вы хотите. — Но он бы отстал на год. — Сейчас довольно много студентов отстают на год. Большинство магглорожденных, которые пропустили год, а также несколько, которые решили повторить этот последний год до окончания войны. В этом отношении Уилл не был бы необычным. — Он едва умеет читать, — сказала Кэролайн. — Не говоря уже о математике или чем-то еще, что ему нужно было бы понять, прежде чем он уйдет. И я беспокоюсь о том, что он будет все время заперт в замке. Как я уже сказала, я едва могу удерживать его в доме больше часа или около того за раз. Я находила его спящим на полу под открытым окном каждое утро с тех пор, как он вернулся к нам. — Вероятно, ему просто нужно снова привыкнуть к жизни в закрытом помещении, — сказала Гермиона. — Но у него есть почти семь месяцев, чтобы сделать это. Что касается его учебы, если вам понадобится наставник, я знаю кое-кого, кто мог бы помочь. Гермиона почувствовала знакомую боль в груди при мысли о Ремусе. — На самом деле он сам оборотень, так что это может быть полезно и для Уилла в этом отношении. — Вы говорите о Ремусе Люпине? — спросила Кэролайн. Гермиона кивнула, удивленная тем, что женщина знала, о ком она говорит. — Уилл упомянул, что он пришел в министерство с вами. И я вспомнила, что он был профессором защиты, когда Рейчел была всего лишь первокурсницей. — Да, это верно, — сказала Гермиона. — Я могу поговорить с ним и дать вам знать. — Я была бы признательна за это. Гермиона улыбнулась и встала с дивана. — Я должна выйти на улицу и немного понаблюдать за Уиллом. Кэролайн тоже встала, потянулась и взяла руку Гермионы в свою. — Спасибо, — снова сказала она. — Спасибо тебе за то, что вернула мне моего сына. Гермиона не могла говорить из-за комка в горле, поэтому просто сжала руку. Она взяла свой плащ со стула и присоединилась к Гарри и Уиллу на улице. Уилл был на метле, медленно облетая поляну за домом. Гарри подбадривал его и давал советы о том, как правильно летать. Гермиона некоторое время стояла и смотрела на них, представляя Гарри с его собственными детьми. Однажды он собирался стать замечательным отцом. Когда Уилл развернулся и начал лететь обратно к Гарри, Гермиона улыбнулась и сделала несколько шагов вперед. — У тебя все очень хорошо получается, — сказала она, когда Уилл остановился рядом с ней. Мальчик ухмыльнулся. Гермиона увидела, что в какой-то момент он сбросил свой плащ. Однако он не выглядел замерзшим, и она подозревала, что Гарри наложил согревающее заклинание. — Не хочешь прогуляться и немного показать мне окрестности? — спросила она. — Хорошо, — сказал Уилл, слезая с метлы и передавая ее Гарри. — Я уберу её, приятель, — сказал Гарри. — Я сказал твоей маме, что помогу ей с несколькими оберегами, так что вы двое идите вперед. Несколько минут они шли в тишине, наслаждаясь свежим зимним воздухом. Уилл привел ее в район, где деревья были более плотно прижаты друг к другу. Гермиона не была слишком удивлена, увидев, что он начал строить самодельное укрытие из сосновых ветвей и толстых сучьев. — Ты часто сюда выходишь? — спросила она, когда они устроились на двух пнях, остатках костра перед ними. — Да, — сказал Уилл. — Иногда мне не нравится в доме. — Каково это — вернуться сюда? Уилл прищурился на солнце. — Все другое. Еда нравится намного больше. Гермиона усмехнулась. Он улыбнулся ей, затем посмотрел на землю и нахмурился. — Я не думаю, что нравлюсь своей сестре. Малышке, Ребекке. — Она привыкла к тому, что твоя мама предоставлена только ей, когда Рейчел и Пол в школе, — сказала Гермиона. — Возможно, она сейчас просто немного ревнует. Уилл, казалось, обдумывал это. — Иногда она хочет, чтобы я с ней поиграл, но когда я попытался, она заплакала и побежала к маме. — Почему? — спросила Гермиона. Он пожал плечами. — Я пытался научить ее сражаться, — сказал он как ни в чем не бывало. — Но мама сказала, что я больше не должен этого делать. — Ты часто дрался, когда был со стаей? — Только для практики, — сказал Уилл. — Майкл всегда говорил Феликсу и Саймону играть со мной, что мы и делали. Однако Ребекке это не понравилось. Он выглядел немного смущенным. Сердце Гермионы разбилось из-за него. — Ты помнишь, как все было до того, как ты переехал жить к Майклу и стае? Брови Уилла нахмурились. — Немного. Я помню, как моя мама укладывала меня спать. А мой папа учил меня летать на метле. Иногда мы с Полом прятались под кроватью Рейчел, а затем выскакивали и пугали ее. Он рассмеялся. — Она так злилась и преследовала нас, но мы всегда были быстрее ее. Улыбка медленно сползла с его лица, и вскоре он выглядел несчастным. — Что такое, — спросила Гермиона. — Теперь они смотрят на меня странно, как будто я какой-то урод или что-то в этом роде. Он шмыгнул носом. — И я думаю, что так и есть. — Нет, — заявила Гермиона. — Ты все еще их брат, Уилл. Но тебя не было четыре года. Все думали, что ты ушел навсегда. Вам всем потребуется время, чтобы снова привыкнуть друг к другу. Но я знаю, что твоя мама любит тебя и она так, так счастлива, что ты вернулся. Уилл снова шмыгнул носом. — Я бы хотел, чтобы мой папа был здесь, — прошептал он. Гермиона обняла его и прислонилась головой к его голове. — Я знаю. Они посидели так некоторое время, Уилл шмыгал носом каждые несколько мгновений. — Мы должны вернуться, — сказала она некоторое время спустя. — Твоя мама, наверное, начинает волноваться. Уилл кивнул, и они молча пошли обратно к дому. Уилл остановился, прежде чем они достигли задней двери. — Ты вернешься, снова? Гермиона улыбнулась. — Конечно. Он снова обнял ее, прежде чем открыть заднюю дверь и войти в дом. Все собрались за кухонным столом, и Гермиону представили братьям и сестрам Уилла, пока Кэролайн раздавала горячий шоколад. Гермиона была рада видеть, как Пол вовлек Уилла в разговор, а Рейчел, казалось, внимательно их слушала. Когда Кэролайн села, Ребекка сразу же скользнула к ней на колени и обняла мать за талию, явно пытаясь застолбить свою территорию. — Если вы когда-нибудь захотите, чтобы я приехала и провела немного времени с Уиллом, чтобы было время для себя, — сказала Гермиона, многозначительно взглянув на Ребекку. — Я была бы счастлива. — Да, мамочка, да, пусть она придет и поиграет с Уиллом. Тогда ты могла бы поиграть со мной, — настойчиво сказала Ребекка. Гермиона спрятала улыбку за своей кружкой. — Посмотрим, хорошо? — сказала Кэролайн, целуя маленькую девочку в макушку. Она поблагодарила Гермиону одними губами. — Ничего, если я спрошу их? — сказал Гарри Кэролайн. Она улыбнулась. — Конечно. — Спросите нас о чем? — спросил Уилл. — Ну, помнишь, я говорил тебе, что моя девушка играет в квиддич за гарпий? Уилл кивнул. — Она играет? — сказал Пол в изумлении. Рейчел закатила глаза. — Честно, Пол, ты что, ничего не знаешь? — О, как ты это делаешь? — возразил Пол. — Тогда кто его девушка? Гермиона заметила, что Уилл отпрянул от своего брата, вероятно, по тону их голосов. Гермиона, которая была рядом с ним, протянула руку и положила ему на плечо. Он посмотрел на нее и расслабился от ее ободряющей улыбки. — Джинни Уизли, — раздраженно сказала Рейчел. — Она была капитаном команды Гриффиндора в прошлом году. Пол посмотрел на Гарри в поисках подтверждения, и Гарри кивнул. Рейчел бросила на Пола самодовольный взгляд. — В любом случае, через несколько недель у нее намечается матч, и я подумал, не хотите ли вы все пойти, — сказал Гарри. — Правда? — взволнованно спросил Пол. — Конечно, — сказал Гарри. — Это было бы блестяще, — сказала Рейчел. — Думаешь, директриса позволит нам? — Я думаю, что смогу уговорить ее на это, — сказал Гарри с ухмылкой. Уилл тихо сидел, наблюдая за разговором. — Уилл, как насчет тебя? — спросила Гермиона. Он посмотрел на свою мать. — Можно ли мне? — Конечно, милый, — сказала Кэролайн, выглядя немного заплаканной. Уилл широко улыбнулся. — Мамочка, мне не нравится квиддич, — сказала Ребекка, надув губы. Пол закатил глаза и покачал головой. Гермиона отчетливо услышала слово «сумасшедшая», которое он пробормотал себе под нос. Она прикусила губу, чтобы не рассмеяться. — Может быть, мы с тобой просто останемся дома, — сказала Кэролайн. Глаза Ребекки загорелись, и она крепко обняла свою мать. — Если Гарри и Гермиона не против. — Конечно, — сказали они оба одновременно. Гарри усмехнулся. — Мы были бы счастливы взять их, — заверила ее Гермиона. Она посмотрела на часы. — Нам пора идти, Гарри. — Я сообщу вам подробности и не волнуйтесь, я поговорю с профессором Макгонагалл, — сказал Гарри Кэролайн. — Спасибо, — сказала она. Они все попрощались, и Уилл с Кэролайн проводили их до входной двери. Гермиона еще раз обняла его, прежде чем они с Гарри вышли на улицу. — Ты ведь вернешься, правда? — сказал Уилл. — До квиддича? — Да, — пообещала Гермиона. Он улыбнулся, и Кэролайн обняла его за плечи. Гермиона и Гарри прошли мимо защиты от аппарации, которую поставил Гарри. — Я собираюсь пойти домой, Гарри, — сказала Гермиона. — Дай Джинни знать, что она может прийти, хорошо? Мы с ней собирались поговорить сегодня днем. — Ты в порядке? Что случилось? — обеспокоенно спросил Гарри. Гермиона кивнула. — Просто девчачьи штучки, — сказала она. Гарри выглядел немного неловко, и Гермиона не смогла удержаться от смеха. Она улыбнулась ему и аппарировала.──────── • ✤ • ────────
Гермиона как раз возвращалась с кухни с чайником чая, когда Джинни прошла через камин. Она стряхнула пепел со своей одежды и присоединилась к Гермионе на диване. Гермиона приготовила чай и передала Джинни ее чашку, прежде чем рыжая что-либо сказала. — Ты собираешься рассказать мне, что тебя так расстроило? — спросила Джинни. — Ты собираешься объяснить мне, почему ты выкинула этот трюк на площади Гриммо несколько недель назад? — вернула ей Гермиона. — Какой трюк? — спросила Джинни с невинным видом. — Я думаю, ты знаешь, — сказала Гермиона. — Я уверена, что нет. Гермиона раздраженно вздохнула. — Заставлять меня сидеть с Тедди, потому что тебе нужно было вернуться на тренировку и никто другой не мог этого сделать. Вспомнила? — Хм, может быть, — сказала Джинни. — Но я не знаю, почему ты думаешь, что это был трюк. — По реакции Ремуса, когда он пришел забратьТедди, было очевидно, что ты даже не пыталась сообщить ему, прежде чем связаться со мной. — Я не сообщила? — ответила Джинни, нахмурив брови в замешательстве. — Я думала, что сделала это. — Джиневра Уизли, ты невозможна! — воскликнула Гермиона. Джинни ухмыльнулась. — Тебе вообще пришлось возвращаться в Уэльс? — Да, на самом деле, — сказала Джинни. — Гвеног созвала досрочное собрание. — Но ты не пыталась сообщить Ремусу? — Если он говорит, что я этого не сделала, тогда, я думаю, что забыла. Она пожала плечами. — Верно, — сказала Гермиона, закатывая глаза. Она отпила чаю и проигнорировала предвкушающий взгляд Джинни. — Ну, ты собираешься рассказать мне, что произошло? — Ничего не произошло, — сказала Гермиона. Глаза Джинни сузились, когда она изучала свою подругу — Ты лжешь, — наконец сказала она. Гермиона раздраженно покачала головой. — Как ты делаешь это? Джинни пожала плечами. — Это дар. — Прекрасно, у нас был… момент, но из этого ничего не вышло. — Что ты имеешь в виду, по «моментом»? Гермиона снова вздохнула. — Игрушки Тедди выпали из его сумки, и мы оба потянулись за одной и той же. Это было… Я подумала, что он может поцеловать меня, но потом Тедди проснулся. Джинни вздохнула. — Вам двоим нужно побыть наедине, без Тедди. Гермиона отвела глаза, что Джинни сразу заметила. — Вы были наедине? Когда это было? — Не совсем одни. Ремус появился на Гриммо, когда я была там с Уиллом, — наконец сказала Гермиона. — Он пришел в поисках одной из игрушек Тедди. Кричер сказал ему, что я была там с кем-то, и прежде чем я смогла объяснить, он поспешил с выводами. — Какие выводы? — спросила Джинни. Гермиона посмотрела на нее, и глаза Джинни расширились. — Что ты сделала? — Я была зла, поэтому схватила его за руку, чтобы отвести в гостиную. Я собиралась представить Уилла и всё объяснить, но Ремус остановился, прежде чем мы добрались до лестницы. Когда я посмотрела на него, он выглядел таким ревнивым, я даже не успела подумала об этом. — Не успела подумать о чем? — спросила Джинни, но широкая улыбка на ее лице заставила Гермиону заподозрить, что она уже знала ответ. — Я поцеловала его, — сказала Гермиона. — И он поцеловал тебя в ответ, не так ли? — Да, — почти прошептала Гермиона. — Я знала это! — воскликнула Джинни. — Нет, Джин, это не так, — покачала головой Гермиона. — Это не так. — Что ты имеешь в виду, под «это не так»? — потребовала Джинни. — Ты поцеловала его, он поцеловал тебя в ответ, на что это похоже? — Я разговаривала с ним прошлой ночью, — ответила Гермиона, становясь тише. — Он сказал мне, что для нас было бы ошибкой быть вместе. — Ради всего святого, почему? Гермиона пожала плечами. — Обычные причины. И насчёт Тедди. — Насчет Тедди? — Ремус должен защищать его, не так ли? — сказала Гермиона. — Если бы между нами ничего не получилось, он бы не хотел, чтобы Тедди страдал из-за этого. — Как Ремус мог даже подумать, что ты сделаешь Тедди больно? Джинни казалась совершенно разгневанной. — Ты бы никогда этого не сделала! — Я знаю, — ответила Гермиона. — Но подумай о том, как это было бы неловко. Гермиона не была уверена, почему она повторяет аргументы Ремуса, когда она не соглашалась с ними в первую очередь. — Чушь, — сказала Джинни. — Не то чтобы не было способов обойти это. Вы могли бы видеть Тедди, когда он с Гарри. И, кроме того, кто сказал, что у вас двоих ничего не получится? — Я просто, это не имеет значения, — сказала Гермиона. — Ремус совершенно ясно выразил свои чувства. — Что ж, это большая часть правды, — сказала Джинни. Гермиона посмотрела на нее в замешательстве и увидела ухмылку на ее лице. — Он высказал свои чувства. — Не так много, — ответила Гермиона. — Ему не нужно было, — сказала Джинни. — Он ревновал, когда думал, что ты была в Гриммо с другим мужчиной, и он поцеловал тебя в ответ. И когда он рассказывал тебе все эти причины, по которым вы двое не должны быть вместе, он когда-нибудь говорил, что это потому, что ты ему не нравишься? — Нет. — Ну, тогда, теперь нам просто нужно решить, каким будет твой следующий шаг, — сказала Джинни. Она начала придумывать различные сценарии, но Гермиона на самом деле не слушала. Правда заключалась в том, что чем больше она думала обо всем, что произошло, тем грустнее ей становилось. — Итак, что ты думаешь? — спросила Джинни. — Что? Джинни склонила голову набок. — Ты не слушала, не так ли? — Прости, Джин, я просто, — Гермиона покачала головой и сделала вдох. — Я не думаю, что собираюсь что-либо делать. — Что? Почему? — Потому что, похоже, в этом нет особого смысла. Даже зная, что у нас есть чувства друг к другу, он все еще не хочет дать им шанс. Я могу оспаривать его доводы до посинения, но это не изменит его чувств. Если что-то и произойдет между нами, я не хочу, чтобы это было из-за того, что я измотала его, или вмешались, или он сдался. Я хочу, чтобы он захотел этого. — Звучит так, как будто он уже хочет этого, он просто не позволяет себе этого. — В любом случае, я не собираюсь преследовать его, — сказала Гермиона. — Девушка не может вынести столько отказов. Она попыталась улыбнуться Джинни и с треском провалилась. Джинни подошла к ней на диване и обняла ее. — Мы разберемся с этим, Гермиона. — Я думаю, будет лучше, если я просто забуду об этом. Обещай мне, что ты не собираешься делать ничего, чтобы попытаться заставить нас быть вместе. — Гермиона, — начала Джинни, но Гермиона покачала головой. — Пообещай мне, Джинни. Джинни вздохнула. — Хорошо, я обещаю. — Спасибо. Гермиона опустила голову на плечо Джинни, и они вдвоем сидели в тишине, пока Гермиона пыталась убедить себя, что это к лучшему.──────── • ✤ • ────────
— Мне бы очень хотелось, чтобы ты был там, — сказал Гарри с камина. Ремус подавил вздох. У него и Андромеды было открытое приглашение на еженедельный ужин Уизли по воскресеньям, и они посещали его несколько раз за последний год. Но Ремус был уверен, что Гермиона будет там, и после их разговора прошлой ночью Ремус еще не был готов увидеть ее. Но Гарри почти умолял его прийти. — Что случилось, Гарри? — спросил Ремус, задаваясь вопросом, было ли это еще одним вмешательством со стороны Джинни. — Я просто очень хочу, чтобы вся моя семья была там завтра, — сказал Гарри. — Это важно. Ремус почувствовал комок в горле, когда Гарри назвал его семьей. Это было то, чем они были, Ремус всегда чувствовал то же самое, но Гарри впервые сказал это вслух. Ремус изучал лицо Гарри, и он выглядел таким серьезным и Ремус не мог отказаться. Почему-то он не думал, что это была еще одна попытка заставить его и Гермиону быть вместе. — Хорошо, мы будем там, — сказал Ремус. Гарри широко улыбнулся. — Спасибо, Ремус. Увидимся в пять. Ремус кивнул, и Гарри исчез.──────── • ✤ • ────────
13 февраля 2000
Гермиона прибыла в Нору в четыре. У нее вошло в привычку помогать Молли и Джинни на кухне перед воскресными обедами. Гермиона часто помогала своим родителям готовить еду и она поняла, как сильно скучала по этому. Однако, когда Гермиона вошла в дом, Молли была одна на кухне. — Привет, Молли. — О, привет, дорогая, — ответила Молли, занятая нарезкой моркови и картофеля. Она вытерла руки о фартук, а затем обняла Гермиону. Гермиона держала объятия немного дольше, чем обычно, и когда Молли отстранилась, она выглядела обеспокоенной. Она положила руку на щеку Гермионы. — С тобой все в порядке? Гермионе едва удалось сдержать слезы. — Я в порядке. Молли изучала ее еще несколько секунд, прежде чем нежно похлопать по щеке. — Рон и Гарри рассказали нам все о том беспорядке в министерстве на прошлой неделе. Молли прищелкнула языком. — Абсолютно нелепо пытаться арестовать тебя. Гермиона улыбнулась. — Технически, я действительно нарушила правила. — Ну, кто бы этого не сделал? Честно говоря, так обращаться с ребенком. Она фыркнула. — Я рада, что ты избавила его от всего этого. — Я тоже, — сказала Гермиона. Она оглядела кухню. — Что я могу сделать? Молли немедленно начала давать инструкции, а Гермиона принялась за приготовление салата. — Где Джинни? — спросила она после нескольких минут общения. — Гарри увел ее куда-то, — сказала Молли. — Сказал нам, что они не вернутся до пяти. Гермиона немедленно опустила голову, чтобы скрыть усмешку. Он, должно быть, спросит ее сегодня! — Ты должна была связаться со мной, я бы пришла раньше, чтобы помочь. — О, это не проблема, дорогая, я занимаюсь этим много лет, ты знаешь. Она подмигнула, и Гермиона рассмеялась, прежде чем вернуться к своей задаче. Остальные члены семьи начали медленно собираться, начиная примерно с половины пятого. Все остановились на кухне, чтобы поздороваться с Гермионой и Молли. Флер присоединилась к ним, чтобы немного помочь, прежде чем Молли настояла, чтобы она отдохнула. — Она такая же, как Билл, — пробормотала Флер Гермионе. — Я беременна, а не инвалид. Гермиона подавила смешок. Флер выглядела еще красивее, чем обычно, если это было возможно. Это определенно было из-за беременности. На самом деле, когда Рон вошел на кухню, его глаза остекленели, как бывало на четвертом курсе. Гермиона ударила его по затылку, и Флер вздохнула. — Я не могу этого избежать. — Извините, — робко сказал Рон, прежде чем направиться в гостиную. Гермиона взглянула на часы и увидела, что было почти пять. Она невольно улыбнулась, взволнованная реакцией всех на новости Гарри и Джинни. — Привет, Молли, — произнес голос, и Гермиона резко обернулась, чтобы увидеть Андромеду, входящую в кухню. — Андромеда, я так рада, что ты смогла прийти, — ответила Молли, обнимая другую женщину. Гермиона сглотнула. Если Андромеда была здесь, это означало, что Ремус, вероятно, тоже. Конечно, Гарри хотел бы, чтобы они были здесь, когда он объявит о помолвке. — Гермиона, как ты? — спросила Андромеда. — Я-я в порядке, — сказала Гермиона, слабо улыбнувшись ей. Андромеда обеспокоенно посмотрела на нее, но Гермиона быстро повернулась к Молли. — Что еще я могу сделать? — Ничего, — сказала Молли, оглядывая кухню. — Все готово. Мы подождем Гарри и Джинни, а затем я выложу все это на стол. Иди и развлекайся. Молли повернулась обратно к Андромеде. Гермиона вымыла руки так медленно, как только могла. Она знала, что Ремус будет в гостиной вместе со всеми остальными. Гермиона вспомнила, что она сказала Джинни, и решила, что ей нужно довести это до конца. Она не собиралась заставлять его. Расправив плечи, она вышла из кухни в гостиную.──────── • ✤ • ────────
Ремус почувствовал, когда Гермиона вошла в комнату. Он заставил себя продолжить разговор с Биллом и не смотреть в ее сторону. Его сын, однако, не испытывал подобных угрызений совести. — Моя Герми! — позвал маленький мальчик, подбегая к ней так быстро, как только могли нести его пухлые ножки. — Моя Герми поиграет! Гермиона рассмеялась. — Конечно, я поиграю с тобой, Тедди, — сказала она, следуя за Тедди в угол гостиной. Ремус наблюдал, как Тедди начал рыться в корзине с игрушками, которую Молли принесла с чердака, крепко держа в другой руке одного из своих вездесущих драконов. Ремус снова обратил свое внимание на Билла и попытался не позволить своим глазам блуждать по углу. Однако, услышав хихиканье Тедди, он не мог не посмотреть. Гермиона построила целый город из блоков, над которыми летали все драконы Тедди, а также маленькое чучело гиппогрифа. Гермиона уменьшила плюшевых волка, собаку и оленя Тедди, и в настоящее время они гонялись друг за другом по городу. Она держала заклинание на гиппогрифе, все еще заставляя волка, собаку и оленя бежать. Ремус не мог не смотреть. — Немного волшебства, — сказал Билл с усмешкой, увидев, куда было привлечено внимание Ремуса. Гермиона посмотрела на двух мужчин и улыбнулась, прежде чем снова переключить свое внимание на Тедди, который схватил Бродягу с земли, волк и олень все еще преследовали друг друга. Ремус продолжал наблюдать за ними обоими, пока Тедди отдавал Гермионе Бродягу. Гермиона поцеловала собаку в нос, а затем вернула ее Тедди. Ремус наблюдал, как его сын последовал его примеру, а затем захихикал. — Напомни мне связаться с Гермионой, если нам с Флер когда-нибудь понадобится, чтобы кто-то присмотрел за ребенком, — сказал Билл со смешком. — Да, она довольно хороша с Тедди, — нежно сказал Ремус. Он наблюдал за ними еще несколько мгновений, прежде чем снова переключить свое внимание на Билла. Молодой человек смотрел на него немного странно. Ремус мысленно выругался, осознав, что он был слишком очевиден. Он собирался взять свои чувства под контроль. Он сменил тему на Гринготтс и старательно игнорировал Гермиону. — Я не понимаю, почему не могу начать ставить еду на стол, — сказала Молли несколько минут спустя. Ремус поднял глаза и увидел, как Гарри и Джинни ведут ее в гостиную. — Прости, Молли, это займет всего минуту. Ремус в замешательстве наблюдал за происходящим. Он взглянул на Гермиону и увидел, что она взволнованно наблюдает за Гарри и Джинни, в ее глазах сияет предвкушение. И тогда Ремус понял. Он спрятал усмешку, когда Гарри повернулся ко всем собравшимся в гостиной. — Сегодня Джинни и я, то есть, я хотел, эм, — Гарри нервно потер затылок. — Мы помолвлены! — Объявила Джинни, и Гарри повернулся к ней, на его лице было раздражение из-за того, что она только что выпалила это, и восхищение тем, что она приняла его предложение. На долю секунды воцарилась тишина, а затем началось столпотворение, когда все зааплодировали, а Гарри и Джинни были окружены семьей, желавшей их обнять. Ремус выступил вперед, чтобы поздравить, и рядом с ним появилась Гермиона, держа на руках Тедди. Он нервно заерзал, хотя она, казалось, не обращала на него никакого внимания, пытаясь вместо этого объяснить волнение Тедди. Тедди, конечно, понятия не имел, что происходит, но питался энтузиазмом всех остальных, хлопая в ладоши и смеясь. Его волосы быстро меняли цвета, как это обычно бывало, когда он был взволнован. Ремус наблюдал, как они вдвоем добрались до Гарри и Джинни. Гарри взял Тедди и подбросил его в воздух, в то время как Гермиона обняла Джинни, а затем воскликнула над кольцом. Затем Гарри передал Тедди Джинни, и она потерлась с ним носами, в то время как Гермиона крепко обняла Гарри. У нее были слезы на глазах, когда она отстранилась. — Я так рада за вас обоих, — сказала Гермиона, когда Ремус подошел. — Папа! — взвизгнул Тедди от хихиканья, когда Джинни пощекотала его бока. — Поздравляю, — сказал Ремус, наклоняясь вперед, чтобы поцеловать Джинни в щеку. Он протянул руку Гарри, который проигнорировал ее и вместо этого заключил Ремуса в объятия. Гермиона улыбалась им обоим. Ее глаза все еще блестели от непролитых слез счастья, и у Ремуса на мгновение перехватило дыхание. Только когда Джордж случайно толкнул его, он отвел взгляд от нее и сделал шаг назад. Занятый тем, что забирал Тедди из рук Джинни, когда Молли позвала их всех к столу, Ремус больше не смотрел на Гермиону. Когда он мыл руки Тедди, Ремус понял, что забыть ее будет намного сложнее, чем он думал. Прежде чем Гермиона смогла последовать за остальными членами семьи к кухонному столу, Джинни схватила ее за руку и оттащила в сторону. — Ты это видела? — потребовала тихо Джинни, чтобы никто не подслушал. — Что? — спросила Гермиона, хотя она прекрасно понимала, о чем говорила Джинни. — Этот взгляд, который Ремус только что бросил на тебя. — Ах, это. — Да, это, — раздраженно сказала Джинни. — Я видела, но это ничего не меняет, — сказала Гермиона, пожимая плечами. — Как ты можешь так говорить? — Потому что мы уже установили, что у него есть чувства ко мне. Он просто отказывается действовать в соответствии с ними. — Это был отличный взгляд, Гермиона. — Это все равно ничего не меняет. Джинни вздохнула. — Если бы ты только… — но Гермиона покачала головой, прерывая. — Я же сказала тебе, что не собираюсь этого делать. Просто отпусти это. — Прекрасно, — надулась Джинни. — Нам лучше сесть за стол, я уверена, что кто-то хочет произнести тост. Джинни усмехнулась, взглянув на кольцо на своем пальце. Она взяла Гермиону под руку, и они вдвоем направились к столу. Гермиона села рядом с Джинни, Рон с другой стороны от нее. Когда Артур встал, чтобы произнести тост, Гермиона подняла голову, чтобы встретиться с ним взглядом, и она могла видеть Ремуса краем глаза. Хотя он, казалось, обращал внимание на то, что говорил Артур, Гермиона могла видеть, как его взгляд перемещался на нее каждые несколько секунд. То, что сказала Джинни, было правдой. Гермиона заметила тепло в его взгляде после того, как она поздравила своих друзей. Она не лгала Джинни, когда сказала ей, что не собирается преследовать Ремуса. Но, увидев его реакцию на нее сегодня, возможно, появилась надежда. Быть его другом вовсе не означало преследовать его. Гермиона спрятала улыбку. Она должна увидеть, что произойдёт дальше.
